Serendipity

— Да, пап, я же сказала тебе, что все нормально. — Ты точно взяла с собой поесть? Мне не нравится ваш буфет. Джимин закатила глаза. — Ю Кенхо, займитесь работой и хватит терроризировать собственную дочь! — Жду от тебя сообщения-отчеты каждый час, а то буду надоедать еще больше. — Ага, конечно, — пробормотала девушка, — все, я опаздываю, пока. Не дождавшись ответа, она отключила телефон и спокойно выдохнула — была большая вероятность, что скоро отец задушит ее своей заботой. Сейчас был только полдень, но отец уже успел позвонить ей три раза. На четвертом девушка точно свихнется. Кроме этого ей уже несколько раз присылала сообщения Минджон, спрашивая все ли у нее хорошо. Очевидно, что вчера все успели хорошенько напугаться. Джимин вообще не нравилось привлекать к себе лишнее внимание — это раньше она была душой компании и самым позитивным человеком в окружении, но сейчас предпочитала жить более спокойным темпом. Девушка устало закрыла глаза — как же ей все надоело. Сейчас она сидела у большого окна в коридоре, до окончания перерыва было еще минут пятнадцать, а ждать начала урока в кабинете, не было желания. Апрельское солнце согревало и обволакивало светом — хотелось остаться в этом редком мгновении безмятежности и равновесия навечно. Раньше, всегда было так спокойно — не было проблем с паническими атаками, были друзья, вечеринки, совместные походы в самые странные места Сеула и много смеха. Сейчас у нее остались только такие редкие, но очень ценные моменты уединения — было так хорошо, что девушка даже задремала. К реальности ее вдруг вернул прозвучавший рядом знакомый голос. — Джимин? Ю распахнула глаза и заторможено огляделась — перед ней стоял Хисын, с ног до головы одетый в черное. В прошлом, девушка не единожды спорила с ним на счет цветовой гаммы его гардероба, предлагая как-то разнообразить палитру, но парень несмотря на уговоры никак не поддавался. После вчерашнего, Ю избегала его больше, чем раньше — узнав от Минджон, что именно ее брат оказал ей помощь, стало стыдно и некомфортно. Получать заботу от человека, которому четыре мясяца как плевать на нее, было странно. Но нужно держать себя в руках - не зря же она посещала йогу. — Да? — будучи в сидячем положении, Джимин пришлось откинуть голову немного назад, чтобы посмотреть ему в глаза. Парень оценивающе смотрел на нее, но на самом деле, оценивать было мало что — девушка была в обычных джинсах и черной футболке, а волосы собраны в пучок. Раньше Джимин одевалась более стильно и разнообразно, но просыпаясь каждое утро, она не могла заставить себя нарядиться как следует, и поэтому хватала первые попавшиеся вещи из гардероба. Наверное, ее нынешний образ вызывал усмешку. — Если ты собираешься читать мне нотации и рассказывать, как я напугала Минджон, то можешь сразу уйти — я не в настроении для поучительной беседы. — Да, но, похоже, что ты в настроении острить, — парень улыбнулся уголком губ и поправил лямку рюкзака, — и к твоему сведению, я не об этом хотел поговорить. Джимин удивленно вскинула брови и осмотрелась вокруг в поиске скрытой сьемки — другой причины нахождения парня рядом она не представляла. — И о чем же ты хотел поговорить? — не скрывая недоверия, ответила девушка. — Я хотел узнать как ты… после вчерашнего. Если не природная сдержанность, Джимин бы громко рассмеялась. Вчерашняя паническая атака ничто, по сравнению с тем, что она пережила за эти месяцы. Когда ей было в разы хуже, никому почему-то не было дела до ее состояния. Зимой у нее были приступы чуть ли не каждый день, а Новый год девушка провела под одеялом, потому что ее пугали яркие вспышки и громкая музыка. Это сейчас она могла нормально функционировать в социуме — все благодаря папе и его поддержке, но были времена, когда девушка боялась даже выйти на улицу. Именно поэтому, пройдя через такие трудности, ей было смешно от запоздалого беспокойства, ведь шторм уже давно позади - по крайней мере, Джимин так думала. — Отлично. Хисын с неверием вздернул бровь. — Почему ты врешь? Девушка мысленно посчитала до пяти, но успокоение так и не пришло — вспышка обиды заставила ответить в не самой дружелюбной манере. — А почему ты решил, что я сочту уместным делится с тобой своими проблемами? — Раньше у тебя с этим проблем не возникало. Нужно было держать себя в руках — стены универа не выдержат еще одной драматичной сцены за эту неделю. — Раньше мне казалось, что ты достоин доверия. Видимо, сказанное задело парня — его выражение лица изменилось, а вены на шее стали заметнее. Джимин редко видела его злость, и то она всегда была направлена на других людей. Смотреть, как Хисын теряет терпение было что-то новым. — Да неужели? Тот факт, что ты врала мне и водила за нос, делает меня ненадежным?! Джимин резко встала с места и подошла так близко, чтобы смотреть парню прямо в глаза со всей неподдельной яростью. — Ты понятия не имеешь о чем говоришь! Никто не знает правды, но все спешат обвинять меня во всех страшных грехах, и ты ни чем не лучше остальных! — Я склонен верить фактам, а они говорят против тебя. Девушка горько усмехнулась. — Называешь сплетни фактами? А тебя не посещала мысль, что можно спросить меня?! Это я нашла ее тело, это я билась в истерике, пока ехала полиция, и это я неделями давала показания, в надежде помочь расследованию! — И это не ты довела ее до рыданий днем раньше?! Или, может это не ты всю ночь флиртовала с ее парнем, хоть и до этого заставила меня поверить, что я не пустое место для тебя?! — Что? — чуть ли не вскрикнула Ю — такого она еще не слышала о себе, — как ты смеешь… — Хисын? Джимин? Внезапно прозвучавший голос Минджон, заставил их замолчать, но враждебно смотреть друг другу в глаза, они не перестали. Видеть в родных глазах столько необоснованной злобы, было мучительно — в прошлом, девушка находила там только теплоту и понимание. Раньше ее самым большим желанием была взаимность чувств от этого человека, но вместо этого она получила осуждение. За несколько секунд их молчаливых переглядываний, младшая Ли успела подойти к ним и в ужасе вытаращить глаза. — Вы что, ссоритесь? Первым опомнился Хисын — он не прекращая зрительного контакта, отдалился и попытался успокоить сестру. — Тебе не о чем волноваться, Минджон. — Но вы кричали! — младшую не так просто было убедить. Джимин все еще испытывая прилив гнева, заставила себя успокоиться — если Хисын решил притворяться, то это еще не значит, что для нее это будет легко. Очень сильно хотелось продолжить прервавшийся разговор, и потребовать объяснений — обвинения, которые выдвинул ей парень, были абсурдными и не имели ничего общего с реальностью. Сейчас Ли так спокойно смотрел ей в глаза, как будто не он несколько минут назад сказал самые обидные слова. Они не разговаривали уже почти пять месяцев, а спустя столько времени Джимин и не думала, что они могут наорать друг на друга. — Твой брат уже уходит, — стиснув зубы сказала Ю. После ее слов Хисын все также не прерывая взгляда, поправил рюкзак и развернувшись ушел. После его ухода, в воздухе повисло чувство безысходности — какая-то часть Джимин, отчаянно хотела побежать вслед за парнем и прокричать ему в лицо о том, что успело накопиться. Они никогда не говорили о своих чувствах — тогда девушке казалось, что они со временeм придут к этому пониманию. Ведь не все друзья ищут прикосновений друг друга, не все друзья проводят вечера в объятиях под звездным небом, и не все друзья в глубине души надеятся на первый шаг друг от друга. Так делают только те, у которых дружба постепенно превращается в любовь. Они еще не успели осознать это и признаться, и то, что чувствовала Джимин не являлось обидой на друга — эта было опустошение от потери возлюбленного. Если бы не произошедшее, они бы, возможно, стали парой. Но узнала ли тогда девушка, что предмет ее симпатии отвернется от нее, или выбрала бы она его снова, если могла вернуться в прошлое? — Джимин-а, не пугай меня, ты вся побледнела, — тонкий голосок Минджон вернул ее реальность. Неправильно так пугать подругу. — Прости, я задумалась, — вздохнула Ю. Мельком взглянув на наручные часы, она решила, что еще может не спешить на урок. Они уселись у окна и некоторое время молчали. Первой нарушила тишину Минджон. — Это же не просто ссора бывших друзей, да? Проницательность младшей порой пугала. — Мы никто друг другу, поверь. Минджон кивнула, но было понятно, что она сделала просто так — она понимала многое, но и не давила, чтобы разузнать все. — Я не знаю, что именно произошло между вами двумя, и, честно, не горю желанием вмешиваться, но если ты когда-то захочешь обсудить это со мной, обещаю, я не буду в роли его сестры — я выслушаю тебя как твоя подруга. Джимин грустно улыбнулась и порывисто обняла Ли — более понимающего человека она не знала во всем мире. — Спасибо. — Всегда пожалуйста, — подмигнула Минджон отстранившись, — ты как сегодня? — Все хорошо. — Рада слышать. Хочешь расскажу кое-что? Джимин улыбнулась. — Что же? — Я сегодня видела Бомгю, а под глазом у него был синяк. Я еле сдержалась, чтобы не подойти к нему. Думаешь он подрался с кем-то? Старшая нахмурилась — Бомгю не был агрессивным, и в драки он не особо лез, раз такое произошло, может повод был веский. — Могла бы просто спросить. — Нет, — Минджон отвела взгляд, — я не хочу с ним разговаривать. — Но ты же волнуешься! — Это не так важно. Кстати, вчера он был у тебя в палате, как он узнал? Джимин тяжело сглотнула комок эмоций — ей не очень хотелось рассказывать подруге, как Чхве довел ее до панической атаки. Девушка знала, что Ли все еще любит парня, и рушить в ее глазах образ милого и доброго Бомгю, не ощущалось правильно. Факт его нахождения в палате, немного удручал — скорее всего, он приходил злорадствовать. — Мы были на лекции, когда это случилось. Минджон с грустью вздохнула. Через несколько минут прозвучал звонок и девушки пообещав друг другу встретиться на большой перемене, разбежались по кабинетам. День еще был впереди - Джимин нацепила на лицо самое инертное выражение лица, и мысленно себе напомнила, что нужно держаться стойко ради себя и отца.