Тихая гавань

Антон не лукавил и не приуменьшал: ему чертовски не хватало не то, чтобы интимной близости, а ненавязчивой нежной тактильности. Чтобы не трепать по волосам, а погладить, не обнимать до хруста костей, а придерживать бережно рядом. — А Ира? — спросил как-то Женя, перебирая слегка отросшие кудри. — А что Ира, — Шастун перевернулся на бок, уткнулся лицом ему в живот. Лежать на полу, кажется, было не особенно-то комфортно, но вся мебель в Жениной квартире была ему коротка, а ехать к себе он не хотел. Да и там длины мебели в лучшем случае хватало впритык. — Она не может вот это всё? — Мне её не хочется, — просто и очень невнятно отозвался Антон. Подчиняясь повелительному жесту (заодно приласкать: он дико кайфовал, если слегка потягивать его за волосы), всё-таки перестал говорить непосредственно в Женин живот, перелёг ближе к коленям. — Ну да, она знает про Арса и всё такое… Но это не то. Там, знаешь, в принципе, подкатить шары на предмет потискаться-то можно много к кому, ну вот та же Ира. А лизаться с ней я не хочу. — Вообще не понимаю, что ты во мне нашёл. — Ты правда хочешь об этом сейчас поговорить? — …Нет, честно говоря, не очень. — Ну вот и гладь тогда ещё… Антон не делал попыток перевести их близость во что-то более интимное, и Женя был ему за это благодарен. Дико благодарен, потому что так и не придумал, какими бы словами объяснить шикарному популярному мужику, что его не хотят. Вернее, хотят, но иначе. Потому что, да, с Антоном было, как он сам говорил, уютно до пизды. Особенно когда в Москве осень полноценно вступила в свои права, и не только Арсений там на своём болоте, но и они в златоглавой кутались в одеяла, пили горячий чай и какао и из двух самостоятельных социальных единиц превращались в одну многоручку и многоножку. И плевать, что там по ящику, то ли обожаемая (ое, ый) Антоном ФИФА, то ли какое-то шоу из тех, где ни один не участвовал (с собой смотреть неинтересно), то ли просто лоу-фай-радио, то самое, с симпатичной кошкой. Может, вообще ничего. А может, Арсений. Было порой даже забавно: мастерить шайтан-машину из двух телефонов, на одном работала фронталка, на другом основная камера, и общий созвон в чате, и Арс на экране сидит и видит и их, и фильм, случайным образом выбранный в онлайн-кинотеатре. Забываясь и засмотревшись, Женя, бывало, вскакивал, начинал активно жестикулировать, роняя оба телефона, и тогда Арсений кричал, чтобы его подняли, потому что он тоже хочет посмотреть на шальную императрицу в лице Жени, а Антон не мог ничем помочь: гоготал как сволочь, сгибаясь пополам и топая ногами. Антон действительно спускал какие-то вообще невероятные деньги на то, чтобы махнуть в Питер если не каждый свободный день, то хотя бы через один. Или через два, если сам Арсений был занят. Пока что не наоборот, Арсения ждали в городе ближе к ноябрю, он был по уши в собственных проектах. Так что на другом конце этого телефонного бутерброда Женя тоже побывал. Так-то он, проводив Антона на Ленинградский, думал, что вечером почитает что-нибудь из «домашних заданий» Касьян. Но ближе к ночи взмыленный и счастливый Антон позвонил по видео, добавил в звонок аккаунт Арса, и Женя два с лишним часа наблюдал одновременно объятия друзей и какую-то среднепонятную, но очень красивую муть про тётку, которая писала послания шефу полиции на билбордах. Антон заснул на середине фильма, так бы просмотр со всеми перекурами и «Арсюш, дай креветку» затянулся дольше. Ведь нельзя так просто взять и дать креветку, нужно упросить Арсения её почистить, а потом взять с рук, и облизнуть пальцы, и ещё и поцеловаться потом обязательно. — Устал, — Арсений как будто бы извинялся за партнёра, придержал его за плечо, не давая сползти головой на спинку дивана. — Да понятно, у него опять съёмка на съёмке и брифингом подгоняет, — Женя вытянулся у себя, подперев телефон книгой. Почесал бороду. Арс как-то обронил, что борода добавляет ему плюс тридцать очков уюта, а вот самому Арсению небритость добавляла плюс пятьдесят ауры хорни. На Жене всё равно не работало, а вот Антон, судя по свежему засосу в низком вырезе майки, повёлся. — Заработался Шастунишка, — в голосе Арсения было столько нежности, что у Жени сердечко ёкнуло. — А у нас съёмки следующего пака выпусков на следующей неделе, так что вернёмся уже вместе. — Класс, тогда не забудь, что ты обещал мне селфишный вояж по своим любимым злачным местам. — Ни в коем случае! И вроде бы пора завершать звонок и разбредаться, Арсению — укладывать Антона, Жене — ложиться самому, но что-то мешало. Телефон Антона транслировал титры фильма, негромко играла фоновая музыка, и, кажется, даже не хватало тяжёлой кудрявой башки на плече и тёплого дыхания в шею. Но ладно, Арсению так-то нужнее. Тоже, вон, шея зацелованная… — Жень, можно личное спрошу? — Арсений поёрзал, убедился, что Антон по-прежнему сонно сопит, и посмотрел ровнёхонько в камеру. Как раз глаза поймали блик экрана, и взгляд вышел — ну просто до мурашек. Даже через очки. Как же ему идут очки, просто умереть не встать. — Давай. — Антон привлекает тебя как сексуальный партнёр? Женя честно задумался, помедлил, хотя, на самом деле, мог бы ответить сразу. — Нет. — А я? — Тоже нет. Арсений выглядел удивлённым и даже как будто бы обиженным. Молчал, ожидая продолжения. — Ну такое бывает, Арс, — Женя запустил руку в волосы, протянул между пальцев пряди. — Не хочу, не надо. Не в вас дело, а вообще, совсем. — Ни участвовать, ни смотреть? — заинтригованный Арсений — совершенно особое зрелище. Ещё и очки поправил, приподнялся, оживился. — Смотреть, может, и да. — А на нас смотреть? — В тебе погибает порно-актёр, я не понял? Хоум-видео память телефона жгут? — Нет, я не об этом. Титры закончились, а автоматического воспроизведения следующего видео в онлайн-кинотеатре не было. Не завезли, так сказать. «Жень, это волнение или тахикардия? Мне тебя отпустить, продолжать или таблетки искать?» — Ну-ка, продолжи мысль, — Женя сполз на диване ещё ниже, поднял телефон, чтобы демонстрировать Арсению не только бороду и внезапный второй-третий подбородок, а всего себя. — Жень, ну я не знаю, — опять очки поправил. Безо всякой нужды, сидят-то они хорошо, всё-таки же свои, родные. Хотя Антон, пока лез целоваться с этими своими креветками под пиво, два раза чуть не сбил их на сторону. — Смотреть, как вы целуетесь, мне понравилось. — А дальше? Ну кто-то же должен это всё-таки сказать. Кому-то же должно хватить откровенности, чтобы произнести это вслух! — Ты пытаешься спросить, хочу ли я посмотреть, как вы трахаетесь? Хорошо, что в этом освещении и под бородой румянца не видно. Женечка, без малого тридцать годиков, краснеет, когда говорит о сексе, смотреть бесплатно без регистрации hd 1080. — Ну да, — и Арсений, без малого сорок годиков, лыбится, как дурак, чешет в затылке, обнимает своего парня, и выглядит при этом, несмотря на тему разговора, так мило, что ну просто в сопли. — …Я подумаю.