Парабиоз

Глава 3 Внизу её мать спросила без предисловий. - Почему ты так себя ведешь? Скалли сознавала, что её мать все равно будет упорно докапываться, поэтому сказала правду. - Я не хотела, чтобы он приезжал, мама. Мы просто друзья, и я знала, что ты подумаешь. - Я ничего такого и не думаю, – воскликнула Маргарет. Она вглядывалась в уверенное красивое лицо дочери – она скорее унаследовала католический стоицизм, чем выучила. Её младшая дочка не уставала удивлять её и разбивать ей сердце. - Ты знаешь, я тоже с ним через многое прошла, – продолжала она осуждающим тоном. – Я не хочу, чтобы он чувствовал себя неловко в моем доме. Я не потерплю негостеприимства ни от Билла, ни от себя. Как ты думаешь, почему он хотел прийти, Дана? Почему это для него так важно? Скалли сжала губы. Вот вопрос, которого она опасалась с того момента, как Малдер позвонил ей этим утром с вопросом, что ему нужно купить. Маргарет провела ладонью по руке дочери, вспоминая время, когда Дана еще только училась ходить – крошечная визжащая малышка с пушистыми волосами. Она наклонила голову. - Я думаю, он отлично сделал, что приехал. И знаешь, немногие могут похвастаться таким другом как он. – Маргарет нежно улыбалась, но в глазах застыла тревога. Ее обручальное кольцо вросло в её палец за многие годы, стало, словно частью её. Скалли впервые это заметила, и, кинув взгляд на ладонь матери, не улыбнулась в ответ. - Мама сказала мне, чтобы я вела себя лучше, – промолвила она на кухне. - Это сулит только хорошее, – сказал Малдер, капая водой из чашки, которую мыл. Он старательно избегал встречаться с ней глазами. Они с Тарой загружали посудомоечную машину. Скалли отметила, что он легко поддался подтрунивающему дружелюбию Тары. - Фокс мне рассказывает, как ты однажды съела таракана, – сообщила Тара, готовая к посредничеству. - Это был всего-навсего фокус. И не ела я никаких тараканов, – заявила Скалли. – Не верь ему ни на слово. Он представляла, как она выглядит в глазах Тары – старая дева, со всеми присущими ей качествами. Она кинула взгляд на Малдера, который без энтузиазма начал протирать тарелки полотенцем. Тут ворвался Мэтью, увлеченно размахивая игрушечным мечом. А они так и стояли - скучные удивленные взрослые, и среди этого замешательства он быстро взглянул на неё и так же быстро отвел взгляд. __________________ Рядом с Малдером она чувствовала неловкость от того, как она вела себя с семьей. У времени проведенном с родственниками есть обязательное свойство - оно полностью обнажает характер. Она знала, что он наблюдал за ней, и что впервые видел Специального Агента Дану Скалли да еще и медицинского доктора – чувствительной и беззащитной как подросток, когда она свернулась клубочком на кушетке, рядом с её мамой, или как посветлело её лицо, когда она вытирала лицо карапуза, перемазавшегося тыквенным пирогом. Они стояли в холле, надевая пальто, и Билл обнял её, возвращая к тем общим воспоминаниям, детству, проведенному бок о бок. Скалли оглянулась и увидела, как светящиеся внимательные глаза Малдера с нескрываемым любопытством оглядывают её. __________________ В прихожей Билл обхватывает её за талию и Скалли издает сдавленный смешок, - с лица мгновенно слетает все напряжение. Малдер, остановившись на полуслове в беседе с миссис Скалли, застыв с пальто в руках, заворожено смотрит на напарницу. - Ладно вам, дети, – говорит миссис Скалли. Скалли шутливо борется с Биллом но, заметив, что Малдер наблюдает за ней, мгновенно надевает серьезную маску. Её смех продолжает звучать у него в голове, прихожая словно переполнена людьми. В его рту пересохло. Он вспоминает, как Скалли приткнулась к нему в спальнике, вспоминает бейсбол, и быстро открывает дверь, чтобы освежить пылающее лицо. __________________ Вибрирующие вспышки цветов, вызванные, по словам Скалли электроэнцефалической травмой, пропали, возвращая к привычным для глаз краскам. Ночь на автостраде была блесящей и серой. Скалли, прислонившись лбом к стеклу, безучастно смотрела в окну. Он давно не был так неуверен с женщиной. С одной стороны он снал о Скалли все, а с другой вовсе её не знал. Для лучших друзей они могли быть слишком замкнуты и напряженны друг с другом. Она не хотела связывать с ним свою семью. Порой он даже сомневался любит ли она его хоть немного. Но никого не могло быть лучше её в качестве его напарницы в Секретных материалах- она была утонченной, уверенной в себе и готовой к отпору. Он искоса взглянул на неё, сидящую в мягком сумраке салона. Ей полагалось быть хорошей маленькой католичкой, но временами она давала ему повод усомниться в этом. Для него до сих пор оставалось загадкой, желала ли она дальнейшего развития их отношений, и будут ли совместимы они в сексе, если он осмеливался предположить, захочет ли она такие отношения. Скалли взглянула на него, но похоже её мысли витали далеко. Малдер откашлялся. - Скалли, прости, - почти шепотом сказал он. – Я не знал, как неловко это может быть. Но мне кажется , если бы ты не хотела, чтобы я поехал туда с тобой, ты бы так мне и сказала. Скалли отвернулась к окну. - Не то что бы я не хотела твоего присутствия… - Все правильно, – отозвался Малдер, сражаясь посредством дворников с оседающим снегом и увеличивая совсем было замедлившуюся скорость движения. Он потянулся назад, чтобы поставить бутылку вина, которая все норовила упасть с сиденья, на более устойчивое место и, поворачиваясь обратно, нечаянно ударил в глаз Скалли, которая инстинктивно обернулась на звук дальней сирены. Малдер издал виноватое восклицание, словно это его ударили. Скалли быстро закрыла глаз ладонью. Он свернул на обочину, заглушил мотор и дотронулся до ладони Скалли. - Да ладно тебе, Малдер. - Дай посмотрю. - Все нормально, не надо было останавливаться. Глаз жгло, и он слезился, вызывая детские воспоминания о подобном случае. Она не могла открыть его или убрать руку. - Дай посмотрю, – настаивал Малдер, включая свет в салоне. Он наклонился к ней с таким огорчением на лице, что она бы отдала все что угодно, чтобы увидеть его улыбку. - Ничего страшного, – прошептала она. Он нежно отвел её ладонь от лица, и, бережно приоткрыв её слезящийся глаз, осмотрел и только потом со вздохом отстранился и сказал с горечью. - Скалли ты же знаешь, что, я бы никогда не обидел, и не причинил тебе боль намеренно. Она открыла пакетик с бумажными платочками и достала один. Он легонько сжал её плечо и нерешительно коснулся её подбородка. - Конечно я знаю это, Малдер. - мягко отозвалась она, вытирая нос. -Порой мне кажется, что я постоянно причиняю тебе боль. – Малдер расстроено ударил ладонью по рулю. - Малдер, это всего лишь удар в глаз, не сердечный удар. Случайность. И вообще, это удивительно, что за семь лет это случилось впервые. - Я слишком для тебя плох, правда, Скалли? – устало отзвался он. Она едва услышала его слова, сквозь жужжание транспорта. Малдер выключив свет, молча сидел, крепко схватившись за руль. Скалли ослабила ремень безопасности и сказала, опустив ресницы. - - Знаешь, что это было? - она глубоко вздохнула. – Малдер, это уже стало правилом, что как только меня увидят с кем-нибудь мужского пола, моя семья немедленно начнет представлять Мэтта в качестве мальчика, который бы подносил кольца на моей свадьбе. Малдер только приподнял брови, уставившись в окно. - Наверно они теперь думают, что мы обручены и все в таком роде. Они же знают как мы близки. - - - тут она наклонилась к нему и поцеловала в щеку. – Но никто и представить не может, как мы близки на самом деле. – прошептала она, вдыхая запах его крема для бритья. Со вздохом она отстранилась. Вероятно, ей не стоило этого делать, возможно виноваты несколько бокалов вина, которые она нервно пригубляла во время приема – поэтому машину вел Малдер. Малдер смотрел, как она вновь закрепляет ремень безопасности. Почему она это сказала? Похоже они стряхнули одно бедствие, но приближалось другое. Они выдержали День Благодарения, но на пути вырисовывались странные очертания Нового года. И он чувствовал себя подчиненным круговороту иллюзорных празднеств. Снежинки неустанно оседали на стекле. Сначала крошечные белые крупинки быстро обрастали следующими и вместе они становились сильнее и благороднее. __________________ 'I am a part of all that I have met; Yet all experience is an arch wherethrough Gleams that untraveled world whose margin fades For ever and for ever when I move. ​ Though much is taken, much abides; and though We are not now that strength which in old days Moved earth and heaven, that which we are, we are, One equal temper of heroic hearts, Made weak by time and fate, but strong in will To strive, to seek, to find, and not to yield.' Tennyson - 'Ulysses' __________________ Днем, когда они ввалились в его квартиру, Малдер с облегчением скинул пальто, словно оно весило тонну, срывая галстук, он прошел в спальню переодеться, а Скалли тем временем включила его компьютер. Стоя в гостиной, Скалли обвела помещение взглядом. Она была тайно привязана к его квартире, его вещам, которые словно дышали им. Его Eurotrash кушетка, изображение туманности Андромеды над телевизором, стакан, полки. Эта комната так напоминала Малдера - такая же тесная, беспорядочная, изменчивая. - Мне тут от тебя письмо пришло. – сообщила она, проверяя свой е-мэйл Малдер переодевался, не закрывая дверь, уверенный, что она не будет заглядывать. - Забудь. А что насчет результатов из лаборатории? В спальне послышался шум, звук открываемых ящиков – похоже, Малдер собирал вещи для химчистки. Она распечатала отчет. - Смола, – пробормотала она, когда он появился в шортах и с кроссовками в руках. - Чего? - Нет, серьезно, Малдер, что это такое? Выключив принтер, она вернулась в своей почте. - Отрывок из какого-то романа – посреди ночи почитать сгодиться. Ничего особенно, удали. - сказал он, подходя к ней и протягивая ладонь к мышке, но Скалли опередила его и быстро закрыла браузер. Если Малдер ей что-то присылал, она знала по опыту, что вложит это в книгу и будет читать в ванной при свете свечей. Как-то раз он на память читал ей стихи Браунинга , пересказывал Элиота в тесно связывая его с порно. Он даже читал «Моби Дика». Так же он любил читать письма, (так или иначе он мог исказить их) и ей нравилось узнавать, что его интересует. Присев на кушетку, они просматривали лабораторные результаты. Хлопковый халат. Кусок ткани из кармана О. С. Карбоксильная кислота. - Хм. - Что? – Малдер завязывал шнурки. - Мы были правы – это вещество – средиземноморская смола. - Ткань пропитана этим. Это не может быть местной, сосновой смолой? - Нет, не похоже. Сейчас посмотрю экспертизу на характер царапин. – она быстро пробежала глазами по листам. – Нет, еще не готовы. Он хлопнул себя по колену. - Скалли, мне очень жаль тебя выставлять, но у меня скоро игра. Они просмотрели друг на друга. Она представила его на баскетбольной площадке, ловко управляющимся с мячом. - Плохо, что ты в баскетбол не играешь. - Да, мне роста не хватает. Он улыбнулся, кивая, потом наклонился, ей показалось, что он хочет приобнять её, но он только взял баскетбольный мяч, лежащий на спинке кушетки. В коридоре он повел мяч вокруг неё. Скалли безуспешно пыталась выбить у него мяч, Малдер ловко уворачивался. Таким образом, они добрались до лифта, где Скалли, изловчившись, все же выбила у него мяч. - Ооо, ты меня обыграла, – воскликнул он. Малдер вдавил кнопку вызова, и с усмешкой повернулся к ней. Не соблазняй меня, думала она, стараясь не смотреть на его влажную ключицу и сильные руки. Она хотела бы сорвать с него футболку. ___________________ Малдер пригласил её на вечеринку. -Мне не верится, Малдер, что ты еще не забыл, как развлекаться, – сарказмом пытаясь прикрыть удивление, сказала она. - Очень сложно это забыть. Пойдем, Скалли, будет весело. Он одарил её белоснежной улыбкой через стол. - Малдер, наблюдение за взрослыми мужчинами, медленно превращающихся в троглодитов никак не вяжется у меня с понятием веселья. В лукавых глазах Малдера явно читался вызов. Главным его офисным оружием был степлер - Скалли отвернулась и терпеливо подождала, пока он лениво пульнул несколько раз скобами в никуда. Она же в отличие от Малдера отдавала предпочтение стирательным резинкам. Малдер, не убирая ног со стола, немного наклонил голову, оценивающе глядя на неё. Скалли начала чувствовать себя неловко. Она опустила ресницы, проверяя время. - Не будь занудой, Скалли Это её задело. - Ой, на себя посмотри, Малдер! Он наклонил голову, быстро меняя тактику. - Как часто нас приглашают на вечеринки? И как часто мир чувствует себя так? - И как себя чувствует мир? Он, щелкнув шелухой от семечек, задумчиво уставился в потолок, словно увидел Тикондегору в плитках. - Как будто стоит на краю. Очень шатко стоит. Скалли раздраженно вздохнула. - Малдер, ничего страшного не случится. Даже русские подготовили свои атомные электростанции. Это всего лишь всеобщая истерия перед новым тысячелетием. - Прошу тебя, – он вглядывается ей в глаза.- Конец света будет другим без тебя. С этим было трудно спорить. Она вскинула подбородок и солгала: - Хорошо. Я пойду. __________________ Арендованные машины, коридоры, куча бумаг. Гулкие парковки и обжитые гостиницы. Резкие порывы ветра, билеты на самолет, комья летящего снега. Их квартиры совершенно непохожие и далекие. Они даже живут в разных концах города. Полуподвальный офис, где они обсуждают и спорят, заваленный удивительным сочетанием техники, летающих тарелок и баскетбольных трофеев. А за этой преградой могут твориться непонятные и скверные события. Чтобы прогнать тревогу, она решает, что не стоит торопить пока итак совершенные отношения с Малдером и засыпает, уставшая, свернувшись калачиком и накрывшись пледом, ночник непременно выключен, так ничто не отбрасывает тени. __________________​ Стрелки устраивают вечеринку. Это ночь зимнего солнцестояния – луна в максимальном перигее. Было непривычно видеть луну так близко – словно большое бледное лицо в окне. От вечеринки можно было ожидать все, что угодно. От элитного запеченного сыра и дорогого виноградного вина до дешевых коктейлей и шкварок. Но это не имело значения, поскольку она идти туда не собиралась.