Неверхилл: розы на крови

      Отойдя подальше от курящих парней, я вжалась в угол автобусной остановки. Запах железа и дыма проникал в сознание, выуживая из памяти ужасные воспоминания. Устав от своей «гиперчувствительности» ко всему подряд в этот сложный месяц, я заново натянула маску на лицо.       На улице моросил редкий дождик, капельки падали на капюшон куртки. Тротуар и асфальт перед глазами уже были в разных лужах и слякоти, загрязнявшей дорогу. Всё вокруг стало такое серое: дорога, небо, здания и даже еле видное солнце за облаками, казалось, светило грязно-серым.       Теперь меня это всё страшило. Стоило закрыть глаза, как тут же взору представлялась та картина, от которой волоски на теле вставали дыбом. Действительно, единственное, что хоть как-то отличалось по цвету от всего вокруг, — это яркое воспоминание о красной луже крови.       До ушей дошли чьи-то едкие усмешки, видимо, от тех парней. Ну, хоть у кого-то день радостней моего...       Не успела я порадоваться хотя бы от такого маленького открытия и посмеяться от сочувствия к самой себе, как на дороге резко остановился автобус. Да и настолько резко затормозил, что грязной водой запачкал подол моей юбки. Сегодня поистине шикарный день.

***

      Сьюзан пыталась подойти ближе, но дети толкали её всё назад и назад, стараясь хоть глазком взглянуть на происшествие. Толпа так быстро набежала, душа девушку в своих железных объятиях, не желая отступать.       Зайдя с другого угла, она всё-таки смогла оценить ситуацию, но не ожидала, что к горлу так неожиданно подкатит тошнота. Сью никогда не отличалась слабонервностью, но то, что она увидела, заставило бы даже полицейских прийти в ужас.       Тело лежало на спине, ещё даже ничем не покрытое. Глаза были закрыты, а тёмные волосы, спутавшись, валялись ничком. Бледно-фарфоровое лицо, кое-где покрытое тёмными трупными пятнами и гематомами. Синие губы были слегка приоткрыты, будто пытались нашептать что-то. Она была похожа на куклу, у которой случайно оборвались все ниточки.       Девушка по имени Мелани, обнаружившая труп, зажалась в угол, что-то причитая. Она наотрез отказывалась уходить и просто молча рыдала. Роза безуспешно пыталась её успокоить, ласково приобнимая и что-то нашёптывая. Когда прибыли медики, Мелани наконец согласилась встать и выпить успокоительное. Её увели, а детей разогнали, пока тело, уже завёрнутое в чёрный пакет, погружали на носилки…

***

      Кэти Ватсон — имя ныне покойной девушки. Она была всего на год старше меня. Отличница и спортсменка. Кому она могла так мешать? Кто же мог решиться на такое по отношению к невинному подростку?       По словам сестры погибшей — Мелани, — утром ей пришла смс от Кэти, которая желала что-то обсудить. Местом встречи должен был стать проём в глубине здания рядом с каморкой уборщиц. По словам Мел, это было их тайное место, куда они довольно часто ходили поболтать и отдохнуть от толпы. Небольшой чулан для швабр был прекрасным помещением для секретов и ещё оказался лучшим местечком для убийства.       Остальных подробностей я больше не слышала. Мелани просто не смогла объяснить, как она обнаружила тело. По словам её подруг, она находилась под наблюдением специалистов — у неё случился нервный срыв во время допроса и говора с полицейскими.       Это просто ужасно. Причина смерти в разных интерпретациях была разной. Кто-то поговаривал, что это удушье, кто-то убеждал, что ей сделали двенадцать колотых ран, а кто-то, что её ударили головой об стену.       Кто так над ней поиздевался — оставалось загадкой. Дело было в том, что камеры в том крыле были отключены внешним источником. Если точнее, то произошёл сбой, в ходе которого камера вышла из строя и включилась около двух часов дня. С десяти утра запись была утеряна. Кто бы это ни был, он действительно сделал это умышленно. Или это просто дурацкое совпадение, в которое я определённо не верила. Моё чутьё говорило, что это не просто самоубийство, как считали полицейские. Оно говорило, что связано тут нечто гораздо опаснее, но кто будет в таком возрасте растить чутьё детектива? Я просто смирилась и приняла это, как факт жизни, входя в новую жизнь, где ниточки могли оборваться в любой момент. Да и что могло заботить подростка, кроме освежающей содовой и первой влюбленности? Не покидает чувство, что и убийцы думают так же, когда решаются оборвать юную жизнь...

***

      Опустив руки из-за испачканной юбки и приняв это, я зашла в автобус. Я просто жаждала наконец пообщаться с Кэсс по этому поводу и узнать её мысли.       «И почему меня тогда так привлекали тайны? Может быть, если я тогда так себя не вела… Хотя нет. Я не хочу жалеть»       Нас в тот день по-быстрому распустили, призывая быстро ретироваться по домам, и целую неделю не пускали в школу, приговаривая, что ждут каких-то важных шишек из Лондона для расследования этого дела. Буквально: двери были закрыты так плотно, что особым любителям школы пришлось бы их выламывать, дабы войти. Но, к сожалению или к счастью, таких ярых поклонников не оказалось и вся школа на целые семь дней устроила каникулы.       Я так задумалась, что чуть не проехала свою станцию. Интересно ведь как: едва не плачу, когда вспоминаю ту картину, но теперь от таких описаний закрытой двери хочется просто... рассмеяться? Ну, или хотя бы улыбнуться, чтобы не киснуть, как если бы это меня убили в тот день. От сравнения меня всю передёрнуло, и я только заметила, что автобус стоит на моей остановке.       Выбежав из душного автобуса, я поспешила в холл. Как и ожидалось, целое крыло школы было перекрыто незнакомыми рослыми людьми.       Дежурный стоял с жутким видом, разглядывая пробегающих мимо подростков. — Сью! — окликнули меня.       Я обернулась и увидела, как навстречу мне бежит Кэсс. Вблизи я сразу заметила явные изменения в ней. Её лицо больше не светилось, как обычно, а глаза потемнели и поблекли. Хотя я выгляжу не лучше.       Мышцы лица были напряжены, хоть она и пыталась мне улыбаться. — Что случилось? — мой голос прозвучал обеспокоенно, но ровно.       Кэсс опустила голову и собралась с силами, после чего, подняв взгляд, сипло промямлила: — Просто, — чуть ли не шёпотом говорила она, — просто Кэти была в нашей команде.       Осознание ударило по наболевшей голове, вихрем пройдя по закоулкам извилин. Кэтрин же была одной из защитников их команды по баскетболу. Разумеется, наверняка они с Кэсс дружили!       Но я резко тушуюсь, подбирая слова для... поддержки? Что нужно говорить в таких ситуациях?       Чтобы отвлечь её от тишины, которая пугала своей серостью хуже лекций на экономике, я спросила: — Как Мели?       Я знала, что она знает ответ. — Нервный срыв, — грузно выдохнула Кэсс, проглатывая концы. — Сейчас вроде лучше. Она больше не повторяет имя Кэти. Лежит в Руквуде. Я ещё не ездила к ней. Мне страшно ехать туда одной…       Борясь с диким желанием ударить себя по лицу и причитать: «Идей получше не нашлось?!», я приобняла её. — Поеду с тобой. Вместе съездим. Только завтра.       Уголки её губ дёрнулись в полуулыбке, даря мне некое спокойствие. — Пойдём на химию? — уже привычно сказала она, не туша редкие искры прежнего задорства.

***

      Я распахнула глаза и начала стремительно оглядываться вокруг. За окном ещё была глубокая ночь. На улице горели фонари и изредка проезжали машины, разрезая спокойную тишину своим шумом.       Я протянула руки перед собой и поняла, что они дрожат. Подрагивают фаланги, непроизвольно, как в припадке. Дрожат, не позволяя даже и управлять ими.       Едкое ощущение потерянности и чего-то ещё проползло к затылку, воруя тихий вздох из лёгких. Футболка явно прилипла в области спины, как и мои короткие волосы к шее.       Глубоко вздохнув со всей силы, я протянула руку к стакану с водой, стоящему на прикроватной тумбочке. Ошибившись пару раз и, как призрак, водя дрожащей кистью над тумбой, я-таки нашла столь необходимое сейчас спасение.       Мне вновь снился тот сон.       Опять.       Этот сон был яркий, словно и не сон, а воспоминания. Говорят, часто мы не помним, что нам снилось, но не в этом случае. Я помнила всё до мелочей, хотя предпочла бы забыть.       Каждый раз я смотрела, как тёмная мутная фигура убивает Кэти и та сползает по стене, а я стою рядом и, наблюдая, не в силах ни помочь, ни пошевелиться. Просто как статуя, прикованная к земле тяжелейшими цепями.       Всё, что я хотела, — это поспать более-менее спокойно. Но что-то в этом было не чисто. И не давало мне покоя. Ещё и эта пропажа девушки из Дангерхуда. Неспроста всё это...       Хвалёные лондонские полицейские считали, что девушка решила убить себя из-за якобы проблем с учёбой и личной жизнью. Но я не верила в сказки лет с пяти. Нужно уметь смотреть на реальность с раскрытыми глазами.       Кэти наверняка была жизнерадостной и доброй. Её убили. Я была уверена в этом. Но кто?       И что будет дальше? Такими темпами он мог добраться и до нас.       «Раз полицейские не хотят делать свою работу, я им помогу…»

***

      Было около пяти вечера, когда мы с Кэсс решили выйти погулять. Вилл радостно бежала рядом с нами, пока мы болтали. — Ты решила, в какой кружок пойдёшь? — спросила меня подруга, на что я немного растерялась.       Если честно говорить, то мне не нравился ни один клуб в школе. Кэсс настаивала на студсовете, и я было почти согласилась, но пока не записала себя в список. — Я… я, наверное, ещё подумаю. Меня пока беспокоит вся эта ситуация…       Лицо Кэсс потемнело. — Ты про Кэти? — Да, — вздохнула я, — меня смущает абсолютно всё в этой истории. А полицейским этим лучше работать сказочниками, — слабая ухмылка всё же залезла на бледное личико, но, долго не проработав, исчезла без следа. — Мел — единственный свидетель, который ещё даже не очнулся. Поэтому можно им это простить.       Я разозлилась и раздражённо произнесла: — Они даже не знают причину смерти! Херовые у них судмедэксперты, ничего не скажешь.       Кэсс сжала губы и попыталась мягко перевести тему разговора. Вскоре наш говор перетёк в более мирное русло.       Мы даже не заметили, как вышли за город. И опять этот особняк, пугающий всем своим видом. — Э-э-э, Кэсс, пойдём-ка отсюда. — Ты чего? — спросила она. — Я… я думаю, нам не нужно подходить близко. Вдруг что. Маньяк или кто ещё.       Кэсс закатила глаза и улыбнулась. — Не хочешь рассмотреть его поближе? Я живу тут почти всю жизнь и ни разу не подходила к калитке. Идём!       Она схватила меня за руку и повела туда. — Я думаю, там кто-то живёт. Он выглядит обжитым, — рассуждала я.       Мы приблизились к калитке почти вплотную. Она была невысокая, ажурная. — Смотри! — крикнула Кэсс.       Она указала на кусты роз, которые росли у самого заборчика. — Кэсс, посмотрели и хватит. Ты «Красавицу и Чудовище» читала?       Внезапно Вилл, мирно стоявшая рядом со мной, взметнулась и, проскользнув через забор, побежала за какой-то птицей.       Я испугано закричала ей вслед: — Вилл! Нет! Вернись сюда! На место!       Но Вилл исчезла из поля зрения. Меня окутал страх. Что я скажу маме? Без Вилл я уйти не могла... — Может, попросим хозяев помочь? — предложила Кэсс, приобняв меня.       Я покачала головой в ответ.       Нет. Точно нет. Это может быть псих или маньяк, и тогда нам не жить. — Ну и что тогда?       Я оглядела пространство вокруг. Собравшись с мыслями, я прошла вдоль забора и наткнулась на ржавый кусок калитки. — Ну-ка, помоги мне!       Мы с Кэсс потянули на себя железку и, наконец, дождались того, чего я хотела. Ржавый металл быстро поддался и отстал.       Теперь у нас был проход. — Прошу вас, — сказала я, еле-еле пролезая. — По-моему, мой вариант лучше, — пробурчала Кэсс, пролезая через забор вслед за мной. — Это же чьё-то имущество, — последнее я не услышала, прикидывая место, куда Вилл могла уйти. Всё же она стояла на первом месте из приоритетов в этой странной ситуации.       Вот мы и оказались на территории. Я начала звать Вилл, надеясь, что собака меня услышит и прибежит, но всё было тщетно. Тогда мы подошли к дому вплотную. Вокруг росли растения и кустарники, заполняя собой практически весь участок земли. Можно было подумать, что это почти что сад.       Сам особняк же действительно был красив. Трёхэтажный, словно только что со страниц книги про графа Дракулу вышел.       Правда, вблизи он уже не казался таким большим.       Мы решили обойти весь дом кругом и старались часто оглядываться, чтобы не застать хозяина. — Ох, где же ты, Вилл… — вздохнула я, обречённо оглядывая кусты роз. — Даже не знаю, куда ещё можно деться. Думаешь, пробежала насквозь? — в шутку сказала Кэсс, щурясь среди этого изобилия растений. — Не знаю. — Что-то потеряли? — раздался незнакомый голос позади, от которого мурашки побежали по спине.       «Ну всё, недолго мы наслаждались жизнью...»— подумала я, уже представляя всевозможные варианты развития событий...