Заблудшие в метели

      — Это чтобы все знали, что ты моя. Чтобы я всегда мог тебя найти. Все также в попытке скрыть смущение, девушка смотрела в сторону. Это его позабавило, уж настолько он ее смутил, хотя единственное, что он сделал — это поцеловал ее. В голове невольно промелькнула мысль о том, как бы выглядела девушка, перейдя их игра во что-то большее. От этого бросило в жар. Представлять ее разложенной полностью перед ним, смущенной и молящей о большем — было слишком сладко, слишком желанно. Теперь этот образ напарницы надолго не покинет его голову. Нужно было выбросит столь манящую фантазию из головы, иначе это обернется во что-то не очень хорошее.       — Ничего не говори, — выдавила из себя Люмин. Казалось, что если он скажет хоть ещё слово или сделает хотя бы ещё одно действие, она сгорит со стыда. Зачем только она затеяла эту глупую игру с ним? Неужели нельзя было догадаться, что этот глупый Предвестник её обыграет. На ее слова парень лишь хмыкнул себе под нос, не давая игривой улыбке покинуть лицо. Возможно в равном бою она часто его обыгрывала, но в амурных делах он точно был опытнее. Нет, он даже не имел мысли глумится над Люмин за проявленную перед ним слабость. Его веселило как коллега могла всего лишь одной фразой разжечь в нем огонь, который он не был в силах потушить. Такого он ни к кому не чувствовал, разве что к врагам на поле битвы. Только сражения могли разжечь в нем такие чувства и эмоции, но никак не девушка. Возможно для напарницы Чайльд ее и обыграл, но ей не было известно, что на самом деле победила она, одурманив его разум и запечатав сегодняшнюю ночь на долго в памяти напарника.

______________________________

Прошло несколько скучных дней. Девушка настолько привыкла жить в круговороте событий возле Предвестника, что вовсе забыла, что такое спокойствие. Напарник уехал в столицу по государственным делам. Сроки его прибывания там были неизвестны. Единственное чем могла развлечь себя Люмин — прочтение книг, помощь по дому Наталке и игры по вечерам с Тевкром. Антон и вовсе после отъезда брата потерял к ней какой-либо интерес, а Тоня испепеляла взглядом, уже не стесняясь этого. В этом они со старшим братом были похожи: во время поединков Чайльд так же смотрел на противников. Этим мертвым, жёстоким и без капли сожаления взглядом. Видимо эту манеру они унаследовали от отца. Блондинка давно заприметила, что если все шло не так, как хотелось главе семейства, он смирял детей и жену этим угрожающим взглядом. Кажется Люмин не нравилась Тоне. Как только Тарталья покинул порог дома сестра резко переменилась в лице, от неё будто веяло холодом. Путешественнице было абсолютно все равно, но отрицать факт странности ситуации не стала.       — Люмин! — воскликнула Паймон, уплетая ещё один пирожок с капустой. Фея чувствовала себя в доме Тартальи так, словно она тут уже немало живет. Ее кормили, она делала, что хотела, постоянно о чем-то рассказывала детям. Ей точно здесь нравилось больше чем Люмин. После того как Чайльд уехал, обстановка явно накалилась. Запомнив строку, на которой девушку прервали, Люмин отвела взгляд от книги, которую нашла на одной из полок в гостиной: — Что такое Паймон?       — Антон и Тевкр хотят послушать о наших путешествиях! — даже не прожевав пищу, произносит компаньон. Почему-то Люмин казалось, что Паймон рассказала уже все истории об их путешествии.       — Да, милая, мне тоже будет интересно послушать! — из кухни показался силуэт Наталки. В руках она держала поднос с заварником и кружками. Позади нее шел Антон, в руках парниша нес корзинку с пирогом. Семья уселась в гостиной. Паймон и Люмин на диване, укрывшись пледом, мальчики у камина на полу, а мать в кресле. Каждый взял себе чай и немного яблочного пирога. За последние дни эта атмосфера была самой комфортной и благоприятной для общения.       — Люмин, мы знаем, что ты путешествовала не меньше брата, — подвинувшись ближе, произносит Антон. Сделав голоток чая, девушка в ответ кивнула мальцу.       — Что именно вам рассказать?       — Расскажи нам о том, как ты встретилась с братиком! — восторженно вскрикнул Тевкр. А вот Люмин была не в восторге от идеи Тевкра. Мало того, что ей нужно было правильно соврать об их знакомстве, так ещё и не упоминать, что Тарталья Фатуи, ведь малыш единственный в семье не в курсе работы старшего брата. Выдавив фальшивую улыбку, она повернула голову на Паймон. Фея лишь нервно улыбнулась в ответ и почесала затылок, пытаясь придумать убедительную и правдивую историю. Поняв, что Паймон не поможет, путешественница взяла все в свои руки.       — Что ж, — девушка глубоко вдохнула в попытке насладиться запахом от ароматного чая и привести мысли в порядок. — Я приехала в Ли Юэ и пошла на праздник, чтобы лично встретить Гео Архонта — Моракса, — от произношения настоящего имени Архонта стало не по себе, привычней было называть его Чжун Ли. Неожиданно в голове вспыли воспоминания широт Ли Юэ, его высоких гор и моря у порта. — Тогда на празднике произошла трагедия, Моракс скончался. Организация Цисин — это местная власть, подумали, что это сделал кто-то из людей на площади. Мы с Паймон решили уйти, так как не были виновны. Но, по всей видимости, из-за того, что раньше нас в городе никто не видел, мы показались слишком подозрительны, поэтому за нами погнались миллелиты, — она остановилась, ведь дала возможность детям сесть ещё ближе к ней. — Я уже была готова выйти в бой, но миллелитов было слишком много, одна бы я не справилась. Непонятно откуда появился… — она остановилась в смятении, ведь не знала, как правильно назвать напарника. Немного раскинув мозгами, она продолжила, — ваш брат, он одолел толпу миллелитов. Далее девушка продолжила рассказ, не упомянув о причастности Тартальи к Предвестникам. Нужно было придумывать другие варианты истории, но все же это неплохо получалось, а дети увлеченно слушали. Нельзя было и забывать про участие их брата в истории, поединок в Золотой Палате Люмин решила не упоминать, а лишь рассказывала о том, как напарник ей помогал в этой истории. Пришлось даже соврать о том, что он помог отстоять Ли Юэ. От рассказа нахлынули не совсем приятные воспоминания. Возможно для детей, для своей семьи Тарталья и был успешным воином, верным своим идеалам и примерным семьянином, который о них заботился, но для Люмин… После инцидента, произошедшего несколько дней назад, ей было тяжело описать, что она к нему чувствует. Когда она подписывала контракт о работе с парнем, себе она дала обещание, что никогда не простит его предательства в Золотой Палате (хоть это не было предательством, а всего лишь приказом, ослушаться которого он не мог). Не сдержала она данное себе обещание. Она простила его ещё тогда на балу, а после — когда он чуть не умер на ее руках. Она считала его другом, хорошим напарником, товарищем, спутником для путешествий, отличным противником, но поцелуй все изменил. Она сама начала эту игру тогда, но как же она жалела. Она не хотела его прощать, но простила. Она не хотела его целовать, но поцеловала. Он делал с ней что-то странное, заставлял постоянно краснеть, сердце биться чаще, а дыхание сбиваться. Люмин не могла допустить большего, внутри до сих пор болело от его предательства и обмана в Ли Юэ. Она наверное никогда больше не сможет ему доверять. Нагнетающие мысли прервал сам Тарталья. Он наконец-то вернулся. Тевкр сразу же побежал к брату, не смотря на то, что верхняя одежда Аякса была в снегу. На улице под вечер разбушевалась метель. Приехал рыжий не с пустыми руками, а с большими пакетами. Скинув с себя шубу и повесив ее на крючок у двери, он подхватил младшего на руки, счастливо улыбаясь ему, и направился к остальным в гостиную.       — Здравствуй, матушка, — он наклонился к матери и приобнял ее, после чего отдал брата на руки женщине. Сев возле Люмин он приобнял ее и поцеловал в лоб, заставив ее вздрогнуть. За эти дни она и вовсе отвыкла от того, что ей приходится терпеть такие действия с его стороны.       — Сына, что ты привез? — мать кивнула в сторону пакетов. Был уже поздний вечер, малыш на руках тер глаза, показывая, что хочет спать.       — Подарки, которые я привез для вас из Ли Юэ, лекарства для отца и, — он сделал театральную паузу, направив прищуренный взгляд на напарницу, — кое-что для Люмин, — девушка в недоумении уставилась на него. Рыжий встал с дивана и направился к подаркам. — Завтра утром все распакуешь и отдашь, — Наталка лишь кивнула в ответ, Тевкр заснул на ее руках. Схватив три больших пакета, он подозвал Люмин к себе: — Я купил тебе одежды и, — он занырнул двумя руками в пакет, чтобы достать что-то. Через несколько секунд он расправил длинную шубу, чем-то похожую на его. Воротник был покрыт белым мехом, сама шуба была украшена голубыми пуговицами и несколькими узорами из голубых нитей, — здесь слишком холодно, без верхней одежды ты заболеешь. Люмин в недоумении уставилась на него. Это была забота с его стороны или ей показалось? Да и по самому одеянию можно было сделать вывод, что оно слишком дорогое, стало жутко неловко: — Спасибо, — скромно произнесла она. Это единственное, что она могла сказать в благодарность парню.

______________________________

Люмин крутилась перед зеркалом в новом наряде. Удивительно как напарник узнал ее параметры, ведь вся одежда идеально села на нее. Больше всего ей понравился костюм, очень похож на ее, только он был с длинным рукавом, теплым горлышком и в принципе замерзнуть в нем она точно не должна была. Пока девушка радовалась новой одежде, парень улёгся в постель. Чувство усталости не было ему знакомым, особенно если это касалось работы, но сегодня его почему-то сильно тянуло в сон.       — Ещё раз спасибо, — в попытке развязать корсет на спине, произносит Люмин. По всей видимости, его неправильно зашнуровали в лавке, поэтому она не могла сама достать до концов нитей. Усмехнувшись с попыток девушки, Тарталья подозвал ее к себе. Люмин уселась на постель, а парень быстро расправился с корсетом.       — Я надеюсь, ты меня простила? — с ухмылкой произносит он. В ответ в него лишь прилетела подушка. Наглец, неужели он думал, что сможет её подкупить.       — Я подумаю.       — Хорошо подумай, нам завтра нужно быть в столице.

______________________________

Понежится сегодня в постели не вышло. Нужно было рано проснутся, чтобы собраться, а дальше начать путь к столице. За окном ещё была ночь, скоро должно было начать светать. На улице разбушевалась метель, снежинки больше не кружились в медленном и красивом вальсе, холодный ветер разгонял их. Сладко потянувшись, девушка быстро укуталась в халат. Было слишком морозно, да ещё и Тарталья занял ванную. Он встал намного раньше девушки, разбудил ее. Жуткий мороз тянул обратно в сон, единственное, что могло сейчас взбодрить Люмин — горячая вода. Наконец-то ванная комната освободилась, а дверях уже стоял собранный напарник. Видимо сегодня предстояла серьезная встреча, ведь оделся он до ужаса официально. А в руках держал какие-то броши, что есть силы протирая их.       — Принцесса, ты уже проснулась? — все также старательно натирая медаль в руках, спрашивает парень. Та лишь шмыгнула носом в ответ, схватила в руки одеяние и направилась в ванную комнату.

______________________________

Они уехали, оставив лишь записку на столе для семьи, что несколько дней их не будет. Разбудив Паймон и плотно позавтракав, они вышли на улицу. За воротами стоял уже знакомый рядовой Фатуи — Дмитрий. За время работы с Чайльдом, Люмин привыкла к его присутствую. Он был правой рукой Предвестника, постоянно выполнял его поручения, доставлял письма и занимался прочей рутиной.       — Прошу вас, — Дмитрий наклонился в поклоне, приглашая их внутрь кареты. Сил рассматривать пейзажи за окном вовсе не было, ужасный мороз и сонливость мешали наслаждаться видом. Начинало светать, но жуткая метель не остановилась. Было бы разумнее отложить поездку и выехать сразу же после окончания погодных невзгод, но Чайльд настоял, что нужно ехать сейчас. Видимо дела в столице были неотложными.

______________________________

Горячие руки Предвестника в очередной раз прошлись по ее лицу, а лёгкий шепот маняще выводил из сна. Разомкнув глаза, первым, что Люмин увидела из окна — устрашающих размеров Ледяной дворец. Видимо они уже прибыли в столицу.       — Здесь так красиво! — воскликнула Паймон, тыкнув на вид за окном. Путешественница была согласна с компаньоном, но при этом вид дворца навевал страх. Здание было завораживающе опасным. Прошло ещё какое-то время, и они оказались возле ледяных врат, видимо главного входа. Карета остановилась, в ожидании, когда их впустят, а после транспорт смог проехать дальше. Закутавшись в шубу ещё сильнее, девушка вышла из кареты. Паймон надела на уши теплый меховой аксессуар.       — Сколько времени? — раздраженным тоном произнес Предвестник.       — Чуть больше одиннадцати, сэр, — доставая небольшой багаж, произносит помощник.       — Отлично, — Чайльд поправил перчатки на руках, после чего выдернул небольшую коробочку из рук помощника. Ещё сонная Люмин пыталась понять, что происходит. Единственное, что не давало уснуть, это ужасный мороз, бьющий по щекам. Взмахнув рукой, Тарталья будто прогнал Дмитрия, спрятал маленькую коробочку во внутренний карман верхнего одеяния, и снова оказался возле напарницы.       — Где мы? — сонливо клипая глазами, произносит Люмин.       — Во дворце Её Величества, — с ухмылкой на лице произносит парень. — Вы удостоились чести встретится с ней лично, но пока что я проведу небольшую экскурсию по местности, чтобы вы могли ориентироваться. Подхватив Люмин под руку, он начал вести ее по давно укрытой льдом тропинке внутрь дворца. Он был достаточно большой, но, как Люмин поняла, они попали на территорию не с главного входа. Как оказалось позже, сначала они прибыли в военный корпус. Немного обойдя его, они попали в прекрасный сад. Удивительно, что в такой жуткий мороз здесь продолжали жить растения. Везде были кусты с темно-красными розами, лепестки которых были укрыты снегом. Подойдя к одному из кустов, путешественница прошлась пальцами по лепесткам цветка. Он был очень странным. Лепестки не казались такими нежными и хрупкими, в них не было свежести. Стебель быль полностью покрыть большими и острыми шипами. Одним из таких девушка случайно укололась и быстро одернула палец, болезненно шикнув. Это не был цветок — это был какой-то камень, который только выглядел как растение. Оно не пахло, не было нежным, хоть и казалось прекрасным. Паймон же рассматривала фонтанчик, в котором жили дивные рыбы, прекрасно переносящие мороз, казалось, они были единственным чем-то живым в этом саду.       — Люмин, аккуратнее, — нежно прошептал ей парень на ухо. Секунду назад он был возле Паймон, а теперь его горячее дыхание обжигало ее шею. Осмотрев пораненный палец, он достал из кармана платок, вытер выступившую каплю крови, а после нежно поцеловал маленькую ладонь. В смущении она одернула руку, а он лишь ухмыльнулся как всегда.       — Будь аккуратнее с этими цветами, они только кажутся невинными, — взглянув на один из цветков, произнес рыжий.       — Почему эти цветы ещё живы в такой лютый мороз? — ответ на ее вопрос прозвучал не сразу, парень уселся на корточки, чтобы взглянуть на шипы цветка.       — Это царская роза, они уникальны в своем роде, цветут только во дворце и в его окрестностях, — Чайльд поднялся на ноги и отряхнул штаны, которые запачкались в снегу.       — Почему? — заинтересовано спросила путешественница. Все же ей было очень интересно, по какой причине на вид уже знакомые цветы выживали в столь холодных условиях и цвели только в одной округе региона.       — Эти цветы, — с лица пропала ухмылка, она сменилась серьезностью, а в глазах Тартальи резко появилось что-то похожее на понимание и сочувствие, — являются воплощением Её Величества. Их история появления связана с печальными событиями для Царицы. Неожиданно атмосфера вокруг начала накаляться, впервые за долгое время стало так некомфортно говорить друг с другом. Видимо за появлением этих цветов и вправду стоит душераздирающая история, которую Люмин с Паймон ещё предстоит узнать. Заприметив возле фонтана статую Крио Архонта, Люмин решила подойти. На величественном камне была изображен силуэт Царицы, сидящей на условном полу. Выглядело это странно, а ещё было странно то, что большая часть статуи покрылась льдом. Прислонив две руки к статуе, Почётный Рыцарь закрыла глаза, в попытке почувствовать новую элементальную энергию. Тарталья в недоумении следил за происходящим.       — Паймон, что она делает? — спросил он, указывая в сторону девушки.       — А? — фея оторвалась от наблюдения за рыбаками и уставилась на компаньона. — А! Люмин пытается получит благословение Крио Архонта. Благословение подразумевало под собой получении новых элементальных сил. Но, кажется, Люмин ничего не почувствовала. Внутри бушевали Анемо, Гео, Электро и Дендро стихия, но уж точно не Крио. Откинув идею о получении новых элементальных сил, девушка отстранила уже замершие ладони от статуи и спрятала их в карманы.       — Идём дальше? — улыбнулся Предвестник, снова подцепив напарницу под руку.

______________________________

Царская роза, особый цветок для жителей дворца и его округи. Этот цветок переносил жуткий мороз, но при этом пустил слишком длинные и режущие шипы. Они были острее лезвий ножа и могли запросто убить человека. Это растение стало олицетворением Ее Величества — Царицы. «Она есть Бог, который уже не может любить свой народ. Она есть Бог, которого уже не полюбит её народ», — так когда-то сказал Дайнслейф о Крио Архонте.

______________________________

Экскурсия продолжилась. Весь дворец они, конечно, не успели осмотреть, но самые главные места они увидели. Сейчас же трио отправлялось в центральный зал. Тарталья резко сменился в лице, стал более грубым и резким, а его серьезность жутко пугала. Он постоянно поправлял свой шарф и напоминал Паймон, чтобы она молчала. Вот они уже стояли возле двери в главный зал.       — Я надеюсь, вы все запомнили, — поправив воротник на шубе, обращается Тарталья к Люмин. Она утвердительно кивает, чувствуя легкую дрожь в коленях. За дверью их ожидала Крио Архонт.