Утро добрым не бывает

После неприятного ночного инцидента, а именно мокрого сна, словно я подросток! И некоторого потраченного времени на то, чтобы привести себя в порядок, ночью. Утром я проснулся какой-то разбитый. Чертов эротический сон про мужика, не очень способствовал, мягко говоря, хорошему настроению с утра. Аккуратно, стараясь не шуметь, я приоткрыл дверь спальни, прислушиваясь и пытаясь понять, проснулся ли Учиха. В будний день, утром его уже не бывало дома. Сегодня выходной и возможно, он еще спит, если дома. Тишина. На носочках крадусь по коридору, заглядывая в гостиную. Тихо, пусто, диван не заправлен. Разворачиваюсь к двери напротив, к ванной, тянусь к ручке, в надежде умыться и попытаться заодно смыть воспоминания о ночном кошмаре. Как неожиданно и резко дверь открывается, впечатываясь углом в мой лоб, из глаз сыпятся искры, а я по инерции отлетаю к стене напротив, хватаясь за ушибленное место. - Ёб твою мать! Учиха! Какого черта? Ты что, караулил меня возле двери, чтобы припечатать ей? – шипя, возопил я, потирая место удара, злобно сверкая глазами. - Обязательно, Узумаки, - со смешком, -все утро только и крутился у двери, поджидая тебя, когда же ты уже проснешься и я со всей дури впечатаю тебя сначала в дверь, а потом, судя по плану в стену, по которой ты размажешься,- прикрывает дверь, выходя в узкий коридор, становясь почти вплотную ко мне, заглядывая в лицо, затем переводя взгляд на уже образовавшуюся шишку над бровью, - Ух, не плохо, большая такая шишка будет, это я постарался… - Ты из меня чуть мозги не выбил! Почему я тебя не слышал? - Остатки что ли?! – игриво улыбается, идиот! Разворачивается в сторону кухни, направляясь к холодильнику, - вот, приложи холодненькое. И ты это, извини меня, не слышал тебя. Пока шуршал полотенцем, одеждой, не услышал, как ты подкрался к двери. Хочешь, я приготовлю нам завтрак, в качестве извинения? - Ха, конечно! Хочу! Чтоб ты меня еще до кучи и травонул, после неудавшейся первой попытки, так полагаю?! Учти, квартиру я снимаю! – бурчу себе под нос, заходя следом на кухню, принимаю из его рук пакет с брокколи, черт знает, с какого года он у меня живет. Возможно, в этой мерзлоте зародилась новая жизнь. - Пф! Не бухти, Узумаки, если ты взял нормальные яйца, не отравишься ты, - с возмущением, скрещивая руки на груди, сверлит недовольным взглядом. - Чьи яйца я взял? – недоуменно хлопаю глазами. - Здорово ты ударился, да?! – состряпал сочувственное выражение лица, - чьи еще могут быть яйца?! Мои!? – прыснув в кулак говорит брюнет, веселясь. - Яйца? Твои?– все еще пытаюсь сообразить, что к чему. - Мои, мои… Мои, а может твои… - ни проблеска понимания в моем сознании, я запутался! – Господи, Узумаки, куриные яйца, яичницу из которых делают. Просто, нахер, сядь и не мельтеши, я все сделаю сам. А то тут еще спорный вопрос, кто кого отравит… - На хер? Сесть? – посаженый на стул продолжаю тупить я. А перед глазами обрывки ночного безумия, которое сгенерировал мой мозг. - А ты только это услышал? – скептически вскидывает бровь Учиха, - ну можешь, конечно, и на хер сесть, но немного позже, - бормочет он, деловито включая плиту, ставя на нее сковородку, заливает маслом, тянется к холодильнику за яйцами, искоса поглядывая на меня, наверное, пытаясь понять, прикалываюсь ли я. Мы вполне сносно и сытно поели. В целом, завтрак прошел без приключений. Если не заострять внимание на том, что когда Учиха ставил сковороду на стол, я, спохватившись, что нужно бы держаться от этого извращенца подальше, мотыльнул рукой, таки задевая его, и почти выбивая посудину из рук, но обошлось, сковорода осталась в руках. Удивленный взгляд в мою сторону, на этом все. Усевшийся за стол, Учиха приступил к завтраку, активно уплетая яичницу. В меня же и кусок не лез, я тупо ковырял то тут, то там, расчленяя яйцо и создавая вид бурной деятельности. Я ощущал на себе взгляд сидящего напротив, как он за мной наблюдает, словно я обезьяна в клетке, которая не знает, чем себя занять и потому занимается херней. - Что-то не так? Не нравится яичница? – мне показалось, что я услышал легкую нотку досады, - ты не ешь, а просто пытаешься уничтожить бедную яичницу, кромсая ее, - указывает взглядом на сковородку, в которой как раз в этот момент вилка проезжается по белку, разрезая. Не понимаю, что со мной сегодня происходит! Вскидываю глаза на Учиху, открывая рот для ответа, но не найдясь, лишь пошамкал им, как рыба на суше, и за пару секунд спорол свою порцию под охеревший учиховский взгляд пробормотал с набитым ртом что-то похожее на «спасибо» и скрылся за дверью ванной комнаты, со всего размаха захлопывая ее, словно за мной вдогонку кто-то должен бросится. Ёбушки-воробушки, сползаю по холодному кафелю стены, боюсь даже подумать, каким долбоклюем я выгляжу в учиховских глазах. Обреченно выдыхаю и подхожу к зеркалу, оценивая выросший на лбу рог. Прелесть еще та, и цвет красивый… Прохладные струи воды облизывают тело, стекая вниз, смывая и унося с собой в слив часть нервного напряжения. Приняв душ, я нашарил полотенце и… не нашел его. Потому что кто-то, не будем тыкать пальцем, бессовестно воспользовался чужим. Чертов придурок! Чтоб тебя, Учиха! Оглядев всю ванную комнату, я не обнаружил полотенец вообще. А почему? Потому что кто-то – я, постиравшись на неделе, не догадался закинуть чистые в ванну. Да и трусы, второпях, не взял. Ну что я за идиот?! Грязной одеждой вытираться – не комильфо. - Учиха! – прислушиваясь к звукам, - Эй! Учиха! Мне нужна помощь! Тащи свою задницу сюда! Учихааа! – а в ответ тишина, словно я один. Мой ор, плюс акустика ванной, меня невозможно не услышать. Значит, он что ушел? Еще раз, для убедительности позвав Учиху, сделал вывод, что его нет, не дождавшись ответа. Тогда, я осторожно высунулся из ванной, приоткрыв дверь. Натягивая ухо, вслушался в тишину квартиры – тихо. Ну и, не скрываясь, вышел, топая босыми ногами по полу, за полотенцем. Операция «добыть полотенце» проходила успешно: я прошел в гостиную, минуя ворох постельного белья на диване, дойдя до шкафа, открываю его,сцапав полотенце. А вот с момента, когда взяв полотенце, я набросил его на голову, промакивая волосы, повернулся, намереваясь отправиться дальше по маршруту, мне присвистнули. У меня внутри просто все похолодело и будто бы оборвалось, на доли секунды я перестал дышать. Меееееедленно, опускаю руки с полотенцем с головы, прикрывая пах. - Да нет, не стоит, я спереди еще не успел налюбоваться, - севшим голосом просипел Учиха! Учиха, мать его! Учиха, который сидел за кучей постельного белья, опираясь спиной на него, вытащив один наушник, держа в руках мой планшет. Облизнув пересохшие губы, он поднял взгляд от прикрытого паха на мое лицо. На мое охуевшее, красное лицо. - Я же, блять, тебя звал! – испепеляя взглядом, раздражаюсь я. Откладывая наушники с планшетом, Учиха не торопясь встает, не теряя со мной зрительный контакт, начиная движение в мою сторону. - Звал? – Голос низкий, грудной, вибрирующий, - Я здесь… Что, - небольшая пауза, переводит дыхание, - что ты хотел, чтобы я сделал с тобой? Зачем, ты меня звал? – его взгляд блуждает, мечется по мне, словно пытаясь ухватить каждый миллиметр обнаженной кожи. Наверняка, на моем лице читается дикая паника, а глаза расширены так, что вот-вот выкатятся. Чувствую себя аки зверь, загнанный в угол охотником. Мне надо бы сорваться с места и кинуться бежать, роняя по пути остатки гордости, но я пустил корни в пол, встал, как вкопанный. Я вижу перед собой Учиху, и одновременно мой мозг подкидывает картинки ночного непотребства: мы целуемся, ласкаем друг друга. Тряхнув головой, сбрасываю наваждение. - Чееерт, - мягко говорит Учиха своим бархатистым голосом, занося руку к моему лицу, - пока ты был в душе, - прошелся по губам языком. Чертов учиховский язык! Перед глазами картина маслом: сон, в котором он, как наяву, засовывает свой язык в мой рот …нет. Это лишь сон, ночной кошмар. Просто. Кошмар. Сука! – Твоя шишка стала выглядеть еще хуже, - тянет с сожалением. Рука зависает рядом с моим лицом, кажется, что вот-вот, я почувствую чужое касание. Кожей ощущаю тепло, исходящее от руки, которую, так и не коснувшись меня, хозяин возвращает к себе, опуская. Закусывает губу. Стоим, смотрим друг на друга, не шелохнувшись, словно под гипнозом. Омут темно-карих глаз окутывает, невозможно оторвать взгляд от них, от красивого лица Учихи. Стоп. Что? Я не заметил, как рука Учихи вновь пришла в движение и аккуратно легла на подбородок, слегка прихватывая его двумя пальцами, большим пальцем оглаживая его. Все будто бы во сне. Учиха приближает свое лицо, сглатывая, готовый впиться в мои губы. Паника!!! Но этого не может быть! Это словно сон! Это не сон! Тяжело дыша, отворачиваюсь от лица напротив, вырываясь из длинных пальцев, нервно отпихнув Учиху, срываюсь с места быстрым шагом в направлении своей спальни. - Наруто… - слышу разочарованный выдох.