Woolfstar

— Да не было никакой «силы любви», — фыркнул Сириус Блэк, грациозно прислоняясь к стволу дерева. Вдалеке высился силуэт замка, в котором Гарри, наконец, обрёл настоящий дом. — То есть, не думай, что родители не любили тебя. Наоборот, — опомнился крестный, машинально прокручивать в пальцах волшебную палочку. — Но, Дамболдор сказал мне… Сириус усмехнулся, на секунду напомнив образ, увиденный Гарри в воспоминаниях профессора Снейпа. Сейчас мужчина едва ли был привлекательным — растрепанный и заросший, исхудавший за время несправедливого заключения, он вызывал лишь жалость. Однако, улыбка у него была прежняя. Мальчишеская, задорная. От такой легко таяли сердца самых недоступных красавиц Хогвартса. — Дамболдор идеалист. Да и людям нужна была красивая сказка. На самом деле история неприглядная… Обещай, что не осудишь меня, — попросил Сириус, откидывая волосы с лица. — Никогда! — жарко пообещал Гарии, все ещё ощущая вину за свои прежние мысли. Как он мог без доказательств поверить, что Сириус предал его семью? Он же сам был её частью. И Гарри лучше других знал какой крепкой была дружба Мародеров. Профессор Люпин до сих пор вспоминает имя Сириуса с непонятной тоской, которую Гарри привык списывать на боль от предательства лучшего друга. — Спасибо, — Сириус посмотрел на Гарри так, будто они никогда не разлучались. Перед ним был мужчина, который вынес его из разрушенного дома, крестный. Единственный родной человек, — В то время у меня была девушка. Марлин. Запнувшись, Сириус отвёл взгляд и не сразу смог продолжить их диалог: — Сил у нее было немного, но она была истиной Гриффиндоркой, Гарри. Поэтому, не справившись с порталом для всей семьи, Марлин осталась защищать их от Пожирателей Смерти. Они все погибли. Маленький Макс лежал возле открытого окна — видно надеялся выскочить через него на улицу, когда его настигла зелёная вспышка. Я так надеялся, что Марлин была последней и апарировала, но на втором этаже увидел останки. Её пытали, почти полностью сожгли заживо. После этого я стал пить. И твоя мать сказала приходить к ним в любое время. Лили только просила не заходить в твою спальню, защищенную от внешних звуков, чтобы не разбудить тебя. Но, я нарушил слово. Ночью появился на их пороге и поднялся наверх, чтобы подержать тебя на руках. Перед глазами был Макс — ему только недавно исполнилось четыре года… Несколько бутылок огневиски сыграли со мной злую шутку. Я перевернул колыбельку, пытаясь взять тебя на руки, и ты закричал, лежа на полу. Не знаю, о чем думала Лань, когда увидела эту картину. Наверное, что я выжил из ума. — Лань? — Лучшая пара Сохатому, не находишь? — печально усмехнулся Сириус. Гарри вспомнил, что их вторая испостась совпадала с патронусом, но только открыл рот чтобы спросить, как Блэк уже понял его вопрос: — Нет, Лили никогда не была анимагом. Обучение занимает много времени, а она и так разрывалась между помощью Ордену, работой в Святом Мунго и твоим воспитанием. — Значит, она нашла меня на полу? — Да. А рядом был я и рыдал, будто над трупом. Джеймс тогда утащил меня в гостиную и хорошо приложил антипохмельным заклинанием. Ужасная штука. От неё голова болит в сотню раз сильнее традиционного послепразничного утра. Гарри усмехнулся, представив разьяренную маму и Сириуса, буквально изображающего щенячий взгляд. Но, все оказалось куда интереснее. — Чтобы извинится перед Лили мне пришло в голову сделать для тебя защитный артефакт, который убережёт от подобных случаев. Я поделился своей идеей с Джеймсом и мы углубились в чертежи, пытаясь понять какие заклинания можно модифицировать. Ты уже, наверное, знаешь про Карту Мародеров. Так вот есть ещё несколько вещей, которые мы изобрели вместе с твоим отцом. И этот талисман стала одним из них. Повинуясь желанию Сириуса, из волшебной палочки вырвался сноп белых искр, сплетающихся в макет артефакта. Он выглядел как детская игрушка, которую часто вешают над кроватью младенцев. Фигурки животных, точно повторяющих ипостаси мародеров, и крохотная лиса, закружилась над головой Гарри, оживляя воспоминания. Мальчик с удивлением узнал палочку профессора Люпина, но не успел задать вопрос, увлечённый рассказом крестного: — Так вот, мы сплели вместе множество защитных заклинаний, разделив между каждой фигуркой разные функции. Крыса от бытовых потрясений вроде богата или случайного толчка колыбельки. Волк от проклятий. Пес от отравления ядом или угарным дымом. Олень от огня и других стихий, какие могли тебе угрожать. Лиса закрывала тебя под зеркальным куполом, отражающим любое воздействие. И Волдеморт просто не успел уклониться от своего же заклинания, так как подошел слишком быстро. — Но, почему об этом не рассказали? Вы могли бы повторить артефакт и для других детей, защищая всех младенцев. Стали бы известными изобретателями, продавали бы копии за крупные суммы, — Гарри прикусил губу, понимая, что излишне много общался с Фредом и Джорджем. Сириус коротко засмеялся. — Жаль, ты тогда не мог подсказать нам этого. Я боролся с алкогольной зависимостью и меньше всего думал о славе. Может, если бы твои родители не были вся в заботах, они стали бы продвигать идею защиты каждого малыша, но неделя до 31 октября прошла как в тумане. Пожиратели уничтожали целые улицы, нападали в нескольких точках одновременно. Лили даже вышла на задание ордена, оставив тебя одного ночью. А Ремус поехал уговаривать оборотней присоединится к войне, но в итоге они выбрали не ту сторону. — Он никогда не рассказывал об этом. — Нечем гордиться. То есть, я хотел сказать, что нет результата. Мужчина смутился и Гарри снова посмотрел на палочку в его руках, которую крестный машинально крутил, рассматривая узоры. — Что на самом деле произошло тогда? — тихо спросил Гарри, боясь обидеть крестного недоверием. Но, Сириус только горько улыбнулся ему. — Ремми был моим парнем несколько лет, до последнего курса. Слишком разное мы видели будущее, поэтому часто скандалили из-за мелочей и, один раз, сорвались. Я сказал, что если он не хочет быть со мной на моих условиях, то я легко найду замену… злые, глупые слова. Хотелось уколоть его побольнее и выиграть спор, а в итоге я совершенно забылся и наделал глупостей. Марлин давно была влюблена в меня и начав встречаться с ней назло Ремусу, я думал просто воспользоваться наивной дурочкой. А в итоге влюбился по-настоящему, внутренне разрываясь между двумя. И остался с той, которая была удобнее. Красавица, готовая во всем слушать меня и помогать в работе против оборотня с кучей комплексов, который вечно поучает меня… выбор был слишком очевиден. И Ремус уехал, чтобы оказаться подальше. Сказал ордену, что хочет переманить оборотней, но я догадывался, что двигало им на самом деле. Желание отыскать свою стаю. — Разве оборотни и сейчас живут в стаях? — Гарри почувствовал себя неуютно, думая про отношения своего учителя. Это было так же странно, как предположить, что профессор Макгонакал любит ловить мышей. — Фенрир Сивый, который обратил Ремуса, был весьма старорежимен. Муни провёл с ними несколько месяцев, пока ему не пришло письмо с просьбой явиться в суд. Я настаивал, что хочу видеть именно этого адвоката. Ведь кто как не Ремус знал, что я невиновен? — Его не пустили, так как он оборотень, — грустно заключил Гарри, не сомневаясь в прогнившей системе. — Отчего же. Я мог выбрать хоть гоблина. Вот только Ремми ко мне не пришел. Вернулся в город, пытался добиться опеки над тобой. К сожалению, безуспешно. Во первых, он был волком, не контролирующим себя в полнолуние. Во вторых, эти дни ты лежал бы дома один, голодный. К тому же, одиночкам тяжело получить опеку над ребёнком в любом случае, даже кровному родственнику. — А ты бы смог? — с затаенной надеждой спросил мальчик. — Без обвинения в убийстве, наверняка. Джеймс написал мое имя в завещании как твоего официального опекуна на случай их преждевременной смерти. Стандартная процедура. Лили указала Лонгботтомов, так как Алиса была её лучшей подругой, но они уже были в больнице на тот момент. Сириус сказал это так просто, что Гарри понял — крестный уже пытался. И в результате они оба тайно гуляют после отбоя. — Мы добьёмся пересмотра твоего дела. Можно же использовать думосброс и показать им твои воспоминания за этот вечер, — задегся идеей Гарри, вдохновлённый возможностью получить семью. — Боюсь, у меня нет ни одного воспоминания после пятого стакана огневиски, — коротко обрубил Сириус, но тут же смягчился: — До твоего совершеннолетия совсем немного и тогда ты сам будешь решать с кем жить. А пока можешь приезжать ко мне на каникулы. Я переписал поместье на тебя, так что по закону имеешь право останавливаться в Блэк-холле хоть на все лето, «называя его своим домом» как того требует Дамболдор. У Гарри загорелись глаза и крестный ласково взьерошил волосы мальчика, радуясь вместе с ним. Они оба устали от одиночества. Мужчина снова прекратил в руках волшебную палочку и тихо добавил: — Надеюсь, ты не станешь возражать, если у нас также будет гостить твой учитель. Раз уж судьба дала мне ещё один шанс, я точно не упущу его снова.