From contempt to art

      В голове омеги возникла доходчивая мысль: "А он не немногословен."       Дорога заняла достаточно солидное количество времени. Чуя почувствовал необъятную, окутывающую его теплоту. Перед взором мелькали ночные светлячки, что отражались от окон домов. Веки охотно закрылись сами по себе, погружая в кромешную темноту. Не было никаких сновидений, лишь желанный отдых, который заведомо требовался организму. — Эй, вставай. — Донесся теперь уже знакомый голос. Никаких излишних касаний не было вовсе. — А? Уже приехали? — Невнятно промычал Накахара, потирая сонные глаза. Обстановка была столь спокойной, что не хотелось менять даже положение тела.       Дадзай открыл дверь со своей стороны и первым вышел наружу.       Омега понятливо рассудил: "Ну, сидеть тут вечно явно не вариант."       Как только Чуя схватил ручку, дверь тут же открылась, а перед ним стоял тот самый мужчина.       Другая мысль омеги стала привлекательнее других: "Он еще и джентльмен или пытается произвести впечатление хорошего человека?"       Только сейчас Накахара смог разглядеть мужчину в полной мере. По внешним данным смахивал он на альфу. Частично волнистые, короткие, темно-каштановые волосы и темно-карие глаза. Его челка обрамляла лицо, в то время, как некоторые пряди были собраны в середине лица. Достаточно высокий и стройный.       Определенно, такая внешность не должна отталкивать, однако, как только Накахара поднял взгляд до глаз Осаму, дрожь тут же парадом прошла по телу. В этих коричневых стеклышках не было ничего, ни радости, ни печали, лишь промозглая пустота. Примерную оценку Чуи прервал следующий вопрос. — Будешь выходить? Или тут заночуешь? — Склонив голову набок, равнодушно выговорил Дадзай.       Накахара выраженно замотал головой, выскакивая из машины наскоро. Это было фатальной ошибкой, стопы неумело запутались в подолах пледа. Омега не успел уловить обстановку, как оказался наравне с асфальтом. — Поднимайся. — Коротко выкинул Дадзай, обозначая свою безучастную позицию. У него имелись подлинные мотивы так поступить.       Всего на секунду Чуя задумался, выражая мнение: "Даже не поможет? Бессердечный!"       Он аккуратно поднялся на ноги, а убедившись, что теперь крепко на них стоит, двинулся вслед за Осаму, попутно оглядывая местность и держа низы пледа. Первым в глаза кинулась достаточно высокая металлическая ограда - со строгой изящной решеткой между круглых белокаменных колонок с чугунными шарами. Внутренний двор был не так уж и велик, при незначительной высоте здания это снизило впечатление. Пара колонн ото входа, кои были далеко отодвинуты от стены, что придавало необычную пространственность. В результате фасад стал величественным. Снаружи стены были отштукатурены и окрашены в желтый цвет. Это удалось разглядеть благодаря хорошему освещению броских фонарей.       Спустя длинную, выложенную мраморной плиткой, дорожку пара хозяина и слуги достигла внутренней части особняка. Обширный вестибюль разделялся массивными колоннами на две части. Расположенные полукругом, они плавно подводили к парадной лестнице. — Наоми, иди сюда.       Буквально через пару секунд на лестнице появилась девушка, с виду еще подросток. У нее были аккуратные черты лица и бледная, почти алебастровая кожа. Она являлась обладательницей больших серых глаз с длинными пушистыми ресницами. У нее был ровный, чуть вздернутый к кончику нос и пухлые губы. Танизаки имела длинные черные волосы с синеватым отливом, достигающие ее бедер. Девушка носила самую обычную форму горничной, черное платье и белый фартук со складками длиной примерно до колена. Образ дополняли гольфы, заканчивающиеся на уровне темных туфель. — Молодой Господин, с возвращением! — Радостно откликнулась девушка, тут же переводя блестящие глаза на гостя. Кивок в виде жеста приветствия был не менее вежливым, чем обращение к хозяину особняка. — Приведи его в порядок и затем проводи ко мне, — проговорил Дадзай и удалился куда-то прочь.       Наоми явно была удивлена таким распоряжением, но возражать не стала. Первым по важности было - отмыть парня. После этой процедуры на рыжеволосого напялили белую рубашку с кружевными рукавами и небольшим вырезом на спине, отчего стал виден, пробивающийся сквозь тонкую кожу, позвоночник. В виде низа выбрали широкие укороченные штаны персикового оттенка, к ним прилагался пояс, однако, в отличие от большинства других - завязывался сзади, складываясь в массивный бант.       Далее над Чуей пришлось провести множество махинаций, вплоть до своеобразного подчеркивания глаз подводкой, якобы для их выразительности. По окончании Накахара был похож на дорогостоящую куклу. Несмотря на настойчивость Танизаки, Чуя смог отговорить ее от основательного макияжа. Дабы челка не лезла в глаза, девушка сняла с головы невидимку и пришпилила ею пару прядей на голове Чуи. — Могу ли я спросить? — Робко выдохнул Накахара. За весь трудоемкий процесс Наоми не сказала ничего примечательного, лишь изредка кидая восхищенные комментарии, а после ярко улыбаясь. — Молодой господин ждет. Поговорим после... — Снова улыбнулась Танизаки, тут же ухватив парня за руку.       Мысль, посетившая голову омеги, ввергла в кручину: "Но я как раз хотел узнать о нем... Хоть что-нибудь."       Не успел Чуя разобраться что к чему, как уже оказался у одной из бесчисленного множества дверей.       Наоми стукнула пару раз о деревянную поверхность, спрашивая разрешения войти в кабинет. А заслышав одобрение, распахнула дверь, вталкивая туда парня и в ту же секунду захлопывая обратно. — Присядь. — Все так же коротко выкинул Дадзай, не отрывая взгляда от бумаг.       На носу была серьезная сделка, от чего мужчина не мог сосредоточиться ни на чем другом.       Омега аккуратно прошелся к кожаному дивану и так же исправно уселся на самый край. Манеры остались в крови. Ведь сам Чуя был из весьма небедной семьи, коя частенько бывала на светских вечерах. Все старания остались без особого внимания. Накахара тяжело выдохнул, то ли от скуки, то ли от отстраненности внимания к его личности. Истинно непривычное чувство, все, кого когда-либо он встретил, смотрели только на него и никуда более. — На столике перед тобой лежат анкеты. Одна моя - если интересуешься, прочитай. Вторая - твоя. Прочти, затем заполни недостающие данные, и по возможности запомни перечисленные обязанности. А так же поставь пару подписей. Это формальность, но именно так во взрослом мире заключаются контракты.       Накахару тотчас посетила взбалмошная мысль: "Взрослый мир? Я не ребенок!"       Хоть парню и исполнилось уже двадцать два года, выглядел он как подросток. Визуально это можно было списать на низкий рост. Омежья внешность всегда вызывала собственное недовольство. Большие, ярко-голубые глаза, огненно-рыжие волосы с пробором по правую сторону длиной по плечи и широкая, часто натянутая, улыбка. Косой челкой он прикрывал правую часть лица. Это хоть как-то помогало воспринимать себя.       Руки Накахары потянулись к ближайшей из двух анкет, ею оказался бланк Дадзая. *Осаму Дадзай Принадлежность к полу: Альфа Возраст: 22 года Семейное положение: в гражданском браке не состоит Должность: исполнительный директор... Ну понятно, бла-бла-бла и все такое.*       Омега быстро заполнил недостающую информацию, к тому же писать особо нечего было. После чего сразу перешел на строки, где значились обязанности: *Состоять при сопровождении на деловые встречи. Посещать светские вечера в компании Господина. Беспрекословно выполнять приказы.*       Накахара чуть не рассмеялся в голос, однако, мать всегда учила сдерживать эмоции.       Больше всего смутила последующая строка. — Есть вопросы, мм? — Промычал Осаму, помечая что-то у себя на бумаге. — Что значит "Господин в праве изменять обязанности слуги по своему усмотрению"? — Выгнул бровь омега, завороженно смотря на хозяина. — Если других вопросов нет, иди к Наоми. Нам нужно посетить одно место, — Дадзай махнул кистью в сторону двери, явно не собираясь продолжать дальнейший разговор.       Вопросов у Накахары было до кучи и больше, однако, хороший тон не позволил себе начать докучать занятому человеку. В голове сразу всплыл образ матери. Прошлое (начало) — Госпожа Озаки, вас к телефону, — проговорила служанка, протягивая гаджет вдоль руки.       Женщина учтиво выставила ладонь против и медленно покачала головой. Образ матери отчетливо отпечатался в памяти Накахары, к тому же похожие черты лица не давали ее забыть. Озаки выглядела как высокая и стройная женщина с рыжими, собранными с помощью заколки волосами. Сама ее внешность была довольно яркой, отличительная черта - красно-лилового цвета глаза.       Коё вечно надевала на себя традиционное кимоно, завязывающееся на бант, под ним она скрывала красивое платье, на котором рисовались расписные цветы. Также женщина всегда носила с собой расписной веер, по особым случаям - традиционный красный зонтик. — Сегодняшний день я проведу с моим сыном, никаких дел, — сдержанно улыбнулась госпожа, закрывая за собой дверь, — малыш, ты где? — Она окинула взглядом просторную комнату, так и не находя искомого объекта. — Матушка, я здесь! — С будоражащим криком выпрыгнул семилетний мальчик. Прятаться и пугать мать было привычкой, на что женщина отвечала лишь еле ощутимым стуком своего веера по лбу сына. — Что я говорила на этот счет? - Недовольно произнесла Коё. Сын был самой большой отрадой, отчего голос она никогда не повышала, да и много чего позволяла.       Единственным правилом для мальчика было - соблюдать этикет. Чуя вымолвил тихое "прости" и уселся на привычный стул пыток, так он самолично его прозвал. За каждый промах доставалось веером по лбу. — Не докучать, не перебивать, вежливо улыбаться, учтиво относиться к людям... — Неумолимо повторяла женщина вновь и вновь. Даже ребенок запомнит столь простые правила, сложнее всего было воплотить их в реальность.       Законов недопущения было огромное множество, монотонность добивала мальчика, отчего он частенько безропотно засыпал. Коё не прекращала читать ни на минуту, при пробуждении Чуя слышал тоже самое. Прошлое (конец) — Мистер Накахара, пройдемте, — приветливо произнесла Наоми, как только Чуя появился в дверях, после разговора с хозяином дома. — Перестань, зови меня по имени, — фыркнул омега, желая фамильярного обращения. Подобное давно было в прошлом, являясь лишь во снах. А сейчас ему нужен был единомышленник, хотя бы один. — Но Молодой Господин приказал... - Танизаки запнулась на середине фразы, завидев наполненные обреченностью глаза. В этом доме не было понятия "друзья", был лишь хозяин и слуги.       У девушки было далеко не черствое сердце, отчего она все таки решилась на одно исключение: — Тогда слушай внимательно: можешь звать меня как угодно, я всего лишь бета. Если правильно помню, ты старше меня, мне восемнадцать лет. Тут работаю уже второй год. Можешь обращаться ко мне за любой помощью.       Накахара облегченно выдохнул, лишь кивая и ничего не говоря, да и не нужно было. Один взгляд стоил многого, только полные тихой благодарности глаза. Танизаки тепло взяла парня за руку и повела куда-то прочь от кабинета Осаму. Теперь они находились в гардеробной, полной огромного количества невообразимых вещей. — Господин Ледышка поведет тебя в светское общество. Основной наряд уже на тебе, а раз он ничего не сказал насчет него, значит нужна лишь верхняя одежда, — задумчиво протараторила Наоми, прикидывая образы в голове.       После первых пары слов Накахара рассмеялся чисто и по-настоящему. Не зная от чего, был ли это способ освободить давно запертые эмоции или от того, что появился кто-то с таким же мнением. Стало так легко, давно забытое чувство окатило теплотой. — Знаешь, в свете его называют Бессердечным. Еще никто не видел его с постоянной парой. Можно сказать, что он тот еще альфонс, — коротко проинформировала девушка, натягивая на Чую берет светлого оттенка и легкое пальто следом, — ну вот, конфетка же, — довольная своей работой, произнесла бета с улыбкой.       Как только омега потянулся вперед, дабы обнять своего нового друга, Наоми обрызгала его сладко пахнущим ароматом из ажурного флакона и вручила пачку таблеток.