Элементы

У него на руках мозоли от грубой физической работы. Потому что никто в их племени больше не может наколоть дров, собрать снег, сделать запасы, забить тюленя или еще чего съестного. Он рассказывает об этом Юи, как об обычных буднях. Юи же носит тонкие длинные перчатки белого цвета, от одеяния ее постоянно пахнет лавандой или лотосом, которые на Северном полюсе вообще не встречаются и доставляются исключительно из Царства Земли. А Сокка едва знает, что такое духи. Его кожа смуглее из-за постоянно солнца, отражающегося от снега, а глаза словно небо на рассвете — вот-вот увидишь еще не погасшие звёзды. Юи не хочет его любить. Совсем. Он неряшлив, вытирает руки после обеда об одежду и громко смеется с собственных непутёвых шуток. Да и какие влюбленности для принцессы целого Северного племени воды? Вся её жизнь уже давно распланирована вплоть до скучных двоеточий, после которых идёт перечисление её бесчисленных нарядов. Но она почему-то всё-таки убегает из дома, когда солнце скрывается за горизонтом. Губы у Сокки чуть прохладные и солоноватые из-за морского ветра. Он слегка колет её юношеской щетиной и крепко прижимает ближе. У Юи замирает сердце. Так, как никогда не замирало раньше — это словно оказаться в свободном падении, не имея ничего, за что можно ухватиться. Разве что крепкие смуглые плечи, жаром руки обдающие. Принцесса проводит свою первую ночь в компании крестьянина из родственного племени воды, что находится на другом конце Земли. И, видимо, там же сейчас находятся все эти предрассудки, условия и ограничения, что свешивали на неё родные всю её жизнь. Она должна была быть чистой и целой для будущего мужа — пафосного некто из дворянской семьи. Но сейчас ей думается, что в кои-то веки другие тоже могут потерпеть и потесниться в собственных хотелках. Ради разнообразия. Хотя бы разок. — Я люблю тебя, — срывается как-то у неё в очередную их встречу, свидетелем которой является лишь полная луна. Он не отвечает, только целует крепко и торопливо — времени у них и так не очень много. Но Юи не нужны его ответы. Потому что она уже всё понимает. * После осады Севера команда аватара отчаливает в царство Земли. А Юи даже не может заставить себя выйти из спальни и притвориться, что она рада была помочь соплеменникам и вообще пережить это приключение в их компании… Она не была глупой дурочкой, прекрасно осознавала, что для них обоих это лишь отдушина и способ излить свои слабости в такое неспокойное время, когда нужно быть сильным перманентно. Она не надеялась, на то, что Сокка останется здесь, станет её мужем и они заведут кучу детишек, что будут топтать утренний снег где-то на окраине ледников… Нет. Юи была принцессой, которой суждено было решать политические вопросы. И вступление в брак — лишь один из многочисленных того способов. Сокка был воином, дом которого — весь мир. Который несомненно нужно периодически защищать. Тихая и спокойная жизнь не светила ни одному из них. Размышления разбивает тяжёлое шуршание шкуры, что заменяет занавеску. Сокка как и всегда даже не подумал известить о своём вторжении. Юи усмехается, находя эту мысль до грустного ироничной. Пожалуй в этом и был весь он — вламываться без стука в чужие будь то комнаты, будь жизни. — Ты не пришла на прощальный банкет, — подмечает он, словно ей и без того не было известно. — Я думаю, ты знаешь почему, — улыбается Юи, делая вид, что занята, поправляя ткань на постели. Сокка недоумённо глядит на неё, так и норовя подступить ближе. Даже руки чуть протягивая в открытом жесте. Сразу хочется тут же броситься к нему — в последний раз почувствовать вкус шершавых обветренных губ, забыться хотя бы на секунду… Но она вовремя себя останавливает и набрасывает как можно более отстранённый вид. — Не хотела делать из прощания что-то большее, чем оно является, — мягко говорит она, отворачиваясь, чтобы он ненароком не уловил дрожи её тона. — Вот как, — глухо бросает он после долгой паузы. Достаточной для того, чтобы неспокойное сердце угомонило свою пляску в груди. Она поворачивается к нему. — Да, ты же знаешь… — Нет-нет, — тут же спохватывается он и отскакивает подальше. Словно она вот-вот собиралась его ударить. — Я помню про твоё замужество и вообще… — он усмехается, чуть опустив голову, и голос становится обречённым. — Да. На самом деле ты права. Она собирает последние силы на спокойствие, но и те стремительно таят. Улыбка выходит устало-вымученной, но благо Сокка трактует её по-своему. Конечно, она была права, но вот только какой в том толк… Прошибает волной облегчения, когда он наконец разворачивается к выходу. — И принцесса, — мнётся Сокка уже в проёме. — Спасибо, э, за всё. Он отвешивает ей неуклюжий поклон, а она сдержанно хмыкает вместо ответа. Её тихое «Прощай» уже обращено опустевшей на одного человека комнате. Как и негромкие рваные всхлипы. И то нечто, что внутри так стремительно летело в свободном падении, в секунду разбивается вдребезги.