Незапланированный отпуск

VICTON — Nostalgic Night

      Тепло рассветных лучей солнца не грело и даже не давало надежд на хороший новый день. Он в самом начале уже потерял все шансы, чтобы быть таковым.       Стоило Хонджуну открыть слипшиеся веки, как по всей спине, словно раскат грома, прокатилась жгучая боль, стоило ему перевернуться на спину.       — Черт, — тихо выругавшись под нос, Хонджун перекатился с неимоверными усилиями на грудь и зарылся страдальчески в подушку, вдыхая аромат еще не испарившегося геля Сонхва и успокаиваясь.       Только что-то не дало ему этого сделать. Точно! Сонхва не было рядом: тепло его тела, которое обволакивало в течение всей ночи Хонджуна, бесследно исчезло.       Открыв наконец глаза нормально, Хонджун пару-тройку раз проморгался, привыкая к обстановке. На обоях номера красиво поблескивали первые лучи солнца, а за окном уже щебетали чайки.       — Сонхва, — пробормотал Хонджун, повернув голову сначала в одну сторону — никого не заметив, а потом в другую — Сонхва сидел спиной на стуле, глядя, по-видимому, в окно, — ты чего там сидишь в такую рань?       Сонхва резко обернулся, будто его поймали за чем-то постыдным: — выспался от чего-то, да и вид был завораживающим, чтобы снова провалиться в сон. А ты что проснулся? — спросил Сонхва, возвращаясь в кровать.       Хонджун поерзал немного на простынях, наконец находя свое положенное место — под боком Сонхва.       — Спина ужасно болит и жжет, — пожаловался он, водя пальцами незамысловатые круги по груди Сонхва, — не могу спать совсем.       Сонхва замолчал на долгие пару минут: его брови надломились, а губы сжались в тонкую полоску. Хонджун прекрасно знал — Сонхва о чем-то раздумывал.       — Я не брал никаких мазей, но у нас есть сметана.       — Сметана? — удивился Хонджун, приподнявшись, чтобы посмотреть в глаза Сонхва и увидеть в них смешинки, но тот был непреклонно серьезен.       — Она успокаивает кожу, — пояснил Сонхва, – мне матушка вечно мазала ей, когда я сгорал.       — О, матушка — святое, тогда я верю, — хмыкнул Хонджун, поджимая удовлетворенно нижнюю губу.       Прошлым вечером Сонхва захотел пожарить блинов, а есть их просто так, без начинки — совсем не благородное дело. Поэтому первое, что пришло в голову — это было купить сметану. Так, она и пригодилась не только для чая!       Сняв аккуратно футболку, Хонджун пытался не задевать бедную спину, но все из рук вон плохо вышло — задел он ее не только футболкой, но и отросшими ногтями. В мучениях завалившись на грудь, он стал ждать своего спасителя.       — Я буду аккуратен, но если что, ущипни, — предупредил Сонхва, усаживаясь на бедра Хонджуна сверху.       А Хонджун всегда верил словам Сонхва — тот никогда не врал: когда говорил, что будет ждать его прихода из студии, когда говорил, что поможет успокоить Юнхо и Минги за очередь в душ, и когда шептал, что будет осторожен с его податливым телом ночью.       — Я же говорил: давай намажу, — причитал Сонхва, пока набирал на палец белую консистенцию, — а сейчас страдаешь.       — В этом есть и свои плюсы, — Хонджун слабо улыбнулся, посматривая на Сонхва, точнее на его руки. Они идеально бы смотрелись на его заднице в данный момент.       Сонхва лишь фыркнул на это изречение, предполагая, что там намыслил Хонджун — в его фантазии он не сомневался. Только не решил переспрашивать и уточнять, ведь его задача — хорошенько намазать чужую спину, чтобы сметана охладила и успокоила кожу.       Закончив с процедурой, Сонхва аккуратно слез с кровати, и пошел в другую комнату, чтобы поставить сметану в холодильник, а после вернулся в кровать. Хонджун уже мерно дышал, почти засыпая.       — Только во сне не ворочайся, иначе утром придется вызывать работника поменять простыни, — неоднозначное пожелание спокойной ночи сорвалось с губ Сонхва, когда рука потянулась к настенному светильнику и погасила свет.