Эти роли — не для нас

            Уже позже, когда Вару и Пик устроились на диване, что бы посмотреть вместе какой-то боевик, который крутили по телевизору, все клоны были в курсе, что пиковые сблизились. И, похоже, даже Куромаку немного оттаял, решив не нудить о том, что, вообще-то, уже пора спать, а не тратить время на фильмы.       Вскоре рядом с диваном собрались все клоны, но не ради того, что бы посмотреть боевик. Нет, каждому обязательно нужно было подойти к пиковым и восторженно заявить им, что они очень милая пара. На что Вару, да и Пик тоже, отнекивались, но клонов было не остановить.

***

— Да не пара мы, Господи! Сколько раз повторять вам очевидное?! — вспылил Пик в ответ на очередной комплимент их "отношениям" — Тише, Пикуша, Тише.... — принялся разыгрывать из себя заботливого партнёра Вару, — мы же смотрим фильм вместе, забыл? — Да в такой обстановке невозможно сосредоточиться! — Тш... Ты слишком напряжен, — Вару прикладывает палец к губам Пика, мгновенно считывая желание короля проржаться, и берет ситуацию в свои руки, — Полагаю, нам следует досмотреть его в другом месте. Ты ведь понимаешь, о чем я?       Пик коротко кивнул, после чего встал и молча направился к выходу. Ещё спустя пару минут Пиковые покинули квартиру.        Несколько минут в воздухе висело молчание, после чего Ромео подал голос: — Они же в кино пошли? — Вроде как да, — отозвался Куромаку, пребывающий в некотором шоке. — А сейчас ведь ночные сеансы, на которые ходит очень мало людей... — Подожди, ты хочешь сказать, что они могут остаться? — Да, наедине. Ну, что ж, им это явно нужно, судя по тому, каким напряжённым выглядел Пик, да и Вару тоже... Пожелаем им удачи, и пускай не забывают предохраняться.        Произнес Ромео, после чего клоны разошлись по комнатам, навсегда в своей голове закрепив тот факт, что Пик и Вару - вместе.

***

      Естественно, ни в какой кинотеатр пиковые не пошли. Стоило им отойти от дома, как тишину в воздухе прорвал их дружный хохот. — Господи, Пик, ты выглядел действительно, как тот самый альфач со стояком! — А ты блин не лучше! Серьезно, вообще на тебя не похоже!!       И понеслось. Им было достаточно просто посмотреть друг на друга, что бы начать смеяться по новой, настолько смешными сейчас казались лица друг друга.       Таким образом они случайно добрели до той самой заброшки. На сей раз пиковые разместились на краю крыши. — На самом деле, это действительно грустно, — неожиданно произнес Пик. — Что?, — послышался ответ от Вару. — Ну, то, как они себя ведут. Даже если мы живём с ними долгое время, это не значит, что я готов это терпеть. — Мы уже начали наш план, так что просто следуй ему, и все будет заебись.

***

— Но согласись же, черви тупые, что король, что валет! — Нет, Пик, тупой там только Феликс, а Ромка умный, пускай и не серьёзный. — Окей, но хотя бы тот факт, что бубны совсем ахуели, ты примешь? — бубны это вообще отдельная песня... Но, в принципе, согласиться можно.        И так далее. Четыре часа пролетело незаметно, будто и минуты не прошло. Сигарета на двоих давно была выкурена, ее окурок валялся где-то снизу. А эти двое стремились растянуть время. Лишь бы не возвращаться домой..

***

— Что?... Ты хочешь, что бы я?.. — Феликс стоит на коленях перед Ромео, который сидит на кровати. Ширинка брюк короля расстёгнута и белье спущено. — Быстрее, пока я не передумал, — грубо отвечает ему Ромка, прикрывая глаза.       Член Ромео. Он сейчас перед Феликсом, в практически полном распоряжении. Ему поручили сделать королю приятно. И валет может, и хочет, но... — Ром, я так сразу не смогу... — Ну Феликс, — голос короля сменился на ласковый, — разве тебе так сложно оказать мне эту маленькую услугу? — Нет, мой король... — но так страшно начинать... А вдруг он что-то сделает не так, как надо? — Тогда какого черта ты медлишь?! — Тон мгновенно меняется. Ромео хватает Феликса за волосы и с усилием наклоняет его голову так, что бы она расположилась у короля между ног. Краска заливает лицо юноши, а душа наполняется внезапной эйфорией.       Начиная оставлять неуверенные лёгкие поцелуи по стволу, услышал более тяжёлое дыхание короля. Значит, пока всё правильно. Но останавливаться ещё рано, так что далее последовало проведение языком по всей длине, иногда задерживаясь около кончика, облизывая и целуя то. В золотистых волосах валета появилась ладонь, напоминая, что так медлить не стоит. В тот же миг, даже не дав времени на моральную подготовку, потянул вниз, вынуждая Феликса открыть рот, расслабить горло и принять внутрь себя орган Ромео под низкий стон. Раньше мысль об этом была приятной, но то, что происходит сейчас, даже терпимым нельзя назвать. Из глаз рефлекторно выступили слёзы, а ладони на бёдрах того сжались, показывая, что стоит притормозить.       Но король не собирается медлить из-за блондина, потому самостоятельно начал двигать голову парня, насаживая на себя. Стоны, иногда сменяющиеся шипением из-за того, что валет по неопытности иногда задевал член зубами, становились чаще, а дыхание сбивчивее. Движения всё более и более грубыми и безостановочными.       Попытавшись абстрагироваться от этого, Феликс представил, каким был бы секс с розововолосым. Долгие поцелуи, до боли в губах, засосы в тех местах, где их не скрыть, а потом облизывания… Растяжка, неприятный процесс, но тот обязательно будет его отвлекать покусываниями ранее оставленных меток и слов о том, насколько Феля хорош, красив и как же он его любит…. И внутрь проникает что-то более существенное, чем три пальца. Сначала больно, но потом, через пару толчков внутрь, приятно, стоит достать какую-то точку изнутри. От этих представлений во рту больше слюны, что облегчает скольжение его королю, а внизу живота приятно тянет. Непроизвольные стоны, картинки всё ярче и ярче, и вот он кончает, в мыслях обнимаясь с голым Ромео, что мягко нашёптывает ему глупые, но милые слова.       В реальности же, тот, сделав завершающие толчки, излился внутрь валета, игнорируя протесты и попытки отстраниться, только сильнее сжимая волосы, прижимая ближе. Нехотя проглотив, дабы не задохнуться, со слезами всё же смог отстраниться. Истерика тихо подкатывала комом в горле. — Хороший мальчик, а теперь принеси мне пива с кухни, — как ни в чём не бывало, с улыбкой попросил король, натягивая обратно бельё и застёгивая штаны       С трудом поднявшись на ноги, Феликс, пошатываясь, направился в сторону кухни. Пиво, Ромео просил пиво...       Уже подавая ему кружку и слушая очередное щебетание с девушкой по телефону, Феликс ощутил, что внутри него будто что-то оборвалось. Как же больно... Почему он так нежен с ними, но груб с собственным вальтом?!       Валет пятится назад, после выходит из комнаты и идёт в ванную, чувствуя, как к горлу подступает ком. Его вновь использовали, как грязную шлюху.       Феликс падает на колени, но тут же отклоняется назад, прижимаясь спиной к двери. Из глаз брызжут слезы, они текут по красивому лицу валета, капая с подбородка. Валет тихо рыдает в ванной, пока причина его слез флиртует с очередной красоткой, попивая холодное пиво. А ведь с другой он будет мягок... Осознание этого заставляет только пересохшие слезы литься вновь. Феликс размазывает их по щекам, стремясь прекратить это. В душе как-то пусто и противно.       Послышался стук в дверь в ванную, и голос Ромео: — Феликс, солнце, ты в порядке?       Солнце не в порядке, но сказать ничего не смог, лишь с трудом поднялся, держась рукой за стену, и открыл дверь.       За дверью стоял Ромео, в руках у которого была опустевшая кружка. Увидев, в каком состоянии его валет, король охнул и раскрыл руки для объятий. — Боже мой, Феликс! Что случилось, почему ты плачешь? Дай обниму!       Четвертый чувствует, что в его словах нет ни капли искренности, но все равно обнимает короля, прижимаясь к нему. Король захватил Феликса в кольцо рук, в котором, несмотря на холод, все кажется более безопасным. — Ну вот, и стоило плакать? Я же люблю тебя, и переживаю!       Эти слова словно кинжалом поразили сердце валета. Его голова лежала на плече Ромео, пока в голове крутились два навязчивых слова.

«Он врёт.»