Пособие, о возможной счастливой жизни

Следующим утром ей было ко второй, что позволило поспать чуть подольше. Так как телефон она разбила, Гарднеру пришлось будить её самому. — Присаживайся, — он указал ей на место перед собой, — Есть две новости хорошая и плохая. С какой начать? — Я только более-менее успокоилась и выспалась, — отпивая кофе заныла Кьяра, — Почему я должна слышать что-то плохое? — Не слышу ответа, — пропуская мимо ушей её нытье он уже говорит куда требовательнее. — С хорошей. Откуда-то из-под стола, Гарднер извлек коробочку с новеньким телефоном, протягивая девушке. — Ты хоть знаешь сколько он стоит? — с каким-то подозрением осматривая коробку сказала она. — Знаю. Я ж его покупал. — Странно. Может после всех моих историй ты вернулся к старому? От куда у тебя такие деньги? Мужчина остановил приближающееся лицо рукой и заявил: — С твоей карты. Я че дурак тратить на тебя такие деньги? А чем быстрее закончатся у тебя, тем быстрее будешь от меня зависима, а значит послушной. — Изречение конечно логичное, но весьма бесполезное. С теми деньгами я могу каждый день телефон разбивать и покупать. Но все равно спасибо. Надеюсь это и было плохой новостью. — Не угадала, — Алан насупил брови, потирая переносицу, — Через две недели у нас игра с Ястребами. Выиграем или проиграем мне срать, мы и так выходим на основные игры. Но после лагеря отношения между двумя командами весьма напряжено. Команда Ястребов. Это те, у которых капитан решил «поиграть» с Кьярой. И это тот сраный капитан, из-за которого у неё произошел срыв. Да она сама готова была эту команду порвать. В последние два дня лагеря, они хоть и вели себя более-менее тихо, но на колкие замечания и на относительно грязную игру не скупились. — И это ещё не все. — А что может быть ещё хуже? — Наказание Грегори заканчивается как раз перед нашей игрой. И я даже не знаю, кого опаснее брать на неё, команду или тебя? — мужчина бросил многозначительный взгляд на неё в ожидании ответа. — Если уж ты после вчерашнего не получил известий о трупах, то и команда Ястребов вернется домой в полном составе, — пообещала девушка. — Мне ещё неизвестно, может ты действительно умеешь прятать трупы. Признайся, кто сгинул вместе со своими костями под кислотой? — Фу, какие старые методы. В общем за меня не переживай, — отмахнулась она, — Лучше думай. Как этих идиотов будешь держать в узде. Сколько бы Алан не хорохорился, но он не смог умереть их пыл. На протяжении всех этих двух недель, команда тренировалась как ненормальная. И единственный кто смог их усмирить это медицинский работник, в лице Кьяры. Которая после нескольких дней их тренировок заметила сильный недовес в их телах и запретила на два дня тренировки, пока те не отъедятся. После же они вновь вернулись к адскому режиму, но с дополнительными обедами и отдыхом, без которых девушка просто отказывалась впускать их в зал. Ей было понятно их рвение, но она не могла допустить травм или болезней. Только не у них. В день игры, их отпустили с пар, чтобы они успели добраться до спортивного комплекса, где сегодня проходили последние отборочные матчи. — Если я увижу хоть одного из вас в опасной близи к Ястребам, — Гарднер описывал круг пальцем, чтобы парни поняли, что он говорит обо всех, — До конца сезона будете сидеть на скамейке. Уяснили! — Да, тренер. — А ты, — он указал на Кьяру, — Глаз не спускай с этой четверки. Перед ней выставили Ника, Коди, Айзека и Рассела. — А нас то за что? — прошипел Рассел и его хвост на макушке недовольно дернулся. — Вам напомнить, кого я поймал ночью в лагере около спален Ястребов? — Мы шли в туалет, — запротестовал Коди откровенно сильно закатывая глаза. — Так я вам и поверил. В общем я надеюсь вы меня все услышали. Все как-то тихо стали что-то бубнить себе под нос, от чего Алан только сильнее разозлился. — Я не слышу ответа. — Да, тренер! На этой ноте команда наконец покинула автобус отправляясь в выделенный для неё зал и раздевалки. До игры было около двух часов, и они стали не спешно разминаться. Взгляд Кьяры то и дело затормаживался на Айзеке и Нике, которые все время ходили вдвоем и о чем-то шептались. Она уже хотела к ним подойти, но Гарднер позвал её обсудить построение и на всякий случай уточнить сможет ли она прервать драку. Подумав, что эти двое в закрытом помещение не смогут ничего сделать, девушка принялась успокаивать его тем, что просто сама всех раскидает, чтобы закончить драку. И вот оно. Время пришло. Всё взяли необходимые вещи и выдвинулись на поле боя. Команды лишь вышли на разминку, а в воздухе уже летало напряжение. Давление с обеих сторон было очень сильным и тренера не давали их командам подходить к друг другу до начала матча. Алан пустил своих на подачи, пока Ястребы растягивались. — Кьяра, где Ник и Айзек? — Вроде выходили с нами, — она осмотрела команду их действительно не было. Бросила взгляд на Ястребов, Грегори разминался, куда же они делись, — Посмотрю в раздевалке, может в туалете. — Хорошо. Девушка прошлась по коридорам в сторону зала, где они разминались и действительно увидела их около раздевалок. — Что вы тут делаете, размин… ка… — оба парня при повороте к ней слегка качнулись, а зрачки были ненормально широкими, — Долбаебы! Вы совсем уже сдурели?! Вы же под… — она осеклась посмотреть есть ли кто в коридоре. К счастью, было пусто, но голос все равно стоило понизить, — Вы нафига наркоту приняли перед игрой? — Ничего мы не принимали, — отмахнулся Айзек и попытался пройти мимо. Кьяра схватила его за руку, за ломала и припечатала парня к стене. — Блять, пусти! — Глаза открой, — он не стал этого делать. Девушка лишь сильнее потянула за руку, которую только что за ломала, — Открой я сказала! Не став больше сопротивляться Айзек раскрыл ресницы. Она включила на телефоне фонарик и проверила реакцию. В независимости от приближения или удаления света зрачок оставался широким закрывая почти полностью его голубые глаза. Кьяра отпустила его и посмотрела на Ника, тот даже сопротивляться не стал, потому что это было бессмысленно. У него было все в точности аналогично. — Можете мне сказать хоть одну адекватную причину этого поступка? — Мы просто хотели расслабиться, — оправдывался Айзек, — Если бы мы его не приняли, то устроили бы потасовку ещё до игры. — Боже, — девушка закрыла глаза рукой немного их массажируя, а потом перенесла её к вискам, — Что вы приняли? — Болтушку. — Что? — Ну, болт. — Блять, — растянула она, — Вы хоть знаете, что это за тип наркоты, дебилы? — Да что ты раскричалась?! — психанул Ник, на его лбу проступили капельки пота, а на шее можно было разглядеть биение сердца, даже не прикасаясь, — Лёгкая наркота, ничего страшного. Раньше же нормально было. — Я не знаю, что меня больше удивляет. Не знание вами простых вещей или тупость предыдущего медработника. Болт или Первитин, если говорить на медицинском термине, наркотик возбуждающего характера, вызывающий кровяное давление, повышение сердечного ритма, излишнею болтливость, отсутствие аппетита и как вишенка на торте повышенное сексуальное влечение. В нём даже нет ничего успокаивающего. — Ты серьезно? — О, выше не знание меня больше позабавило, чем некомпетентность медика, — заключила она, складывая руки на груди, — Не знаю, что вы будете говорить Алану и остальным, но я не разрешаю выходить вам на игру. — Ты шутишь? — вскинул руки Айзек, ударяя одной из них в стену, — Ник основной связующий, а я доигровщик. Если еще меня можно заменить, то Спенсер физически не вывезет 2 сета. — Значит, мы проиграем. И все две недели тренировок пойдут коту под хвост. — Кьяра, — Ник подступил вплотную к девушке, чтобы всё её внимание сконцентрировалось на нём, — Ты не можешь так поступить со мной. И ты не можешь поступить так с ними. — Уже смогла, — он показала сообщение, что отправила Алану, буквально несколько минут назад, — А теперь за мной. Ваше наказание — это сидеть рядом со мной всю игру попивая воду в больших количествах. Хочу, как можно быстрее вывести эту дрянь из ваших организмов, а приятный бонус в виде разъяренного тренера меня повеселит. Ух, чувствую чумовой будет вечерок. — Да пошла ты к черту! Ты хоть понимаешь, что натворила? — Спасла вам жизни. Предотвратила возможное исключение команды из игрового сезона, — перечислила она возможные варианты своего поступка, — Раз закончили, теперь пошлите, вам еще за свою команду болеть, — стоило ей двинуться дальше по коридору, как они еле-еле тоже двинулись, — Кстати, Айзек. — Что тебе еще надо? — Я с вами нахожусь почти 24/7, ты действительно думал, что я не замечу, что ты употребляешь? — Предыдущий не замечал, ну или делал вид что не замечает, — сказал он в свою защиту, но уже полностью поверженный. — Запомни, для меня ваше состояние куда важнее, чем какая-то игра. Ещё раз я замечу хоть малейший признак наркотического опьянения, то поговорю с Аланом и путь в спортивный зал вам будет заказан. Надеюсь вы меня поняли. Никто из них ничего не ответил, но это и к счастью. Кьяра лишь надеялась, что они её поняли и больше так не поступят. Когда они втроем вошли в зал, команды уже поменялись. Теперь Пантеры тянулись, чтобы мышцы не расслабились, а Ястребы проводили атаки на сетке. Кьяра посадила парней на скамейку дала им бутылки с водой и отошла к остальным. — Что произошло? Почему ты их отстранила? — в голосе Спенсера слышались нотки беспокойства, а черные глаза метались от парней на неё, не зная на ком стоит остановиться, оно и понятно ему теперь одному отдуваться на поле за связного. — Я не хочу комментировать их поступок. Спросите их сами, пусть скажут если смогут после всего смотреть вам в глаза. — Все настолько серьезно? — Гарднер и так был не в лучшем состоянии, а известие об отсутствие двух ключевых игроков лучше не сделало. — Можешь поговорить с ними, но лучше после игры. На нервах Алан произнес какую-ту скудную речь ничуть не помогая, стоило ему отойти, как Кьяра повернулась ко парням, которые собирались уходить. — Хоть ваш состав сейчас и не самый лучший, но вы надерете зад этим паршивцам. Девушка протянула вперед кулачок, остальные улыбнулись и повторили за ней. Айзек и Ник сидели на скамейке и смотрели, как их друзей размазывают по площадке словно крем под толстым слоем коржей. 2 партии. Первая со счетом 20:25, в пользу Ястребов. Вторая 17:25. Пантеры тянули как могли, даже Спенсер из последних сил пытался давать пасы необходимые его команде, но усталость сказывалась на каждом. А давление толпы, едкие замечание и агрессивная игра Ястребов легче не делала.