Прощай навеки

             Нож с треском прорезал ткань матраса. Алиса открыла глаза. Лезвие аккуратно скользило, вырезая прямоугольник ткани с характерным звуком. Как только все было кончено, Она оторвала полоску матраса и стянула его браслетом вокруг руки. Сверху, она привычно подвязала галстук, и встала. Затушив лампу она пошла назад, думая показался ли ей, поднимающийся столб холодного пара, или он и вправду выскочил из матраса, когда девушка проткнула того ножом.       Свет в домиках уже потух. Большинство детей мирно спали. Только Алиса забрав забытые у администрации вещи, брела вперед, не то в сторону своего жилища, не то в лес, не то просто туда, куда глаза глядят. По большей части, она тупила взгляд в пол, без конца всматриваясь в проносящиеся под ногами песчинки. Лишь изредка она поднимала голову, чтобы взглянуть, что там спереди. В очередной раз подняв голову, она вдруг краем глаза заметила оранжевый огонек. Взглянув направо она увидела, как на пороге треугольного домика сидит давно знакомая женщина. В иной ситуации, Алиса бы побежала сломя голову лишь завидев её, но сейчас, они были на равных.       - Ай-ай-яй Ольга Дмитриевна! – Саркастично протянула Алиса, пародируя восклицания самой вожатой. – Как вам не стыдно. Здоровье губите, да еще и в лагере, где дети кругом!       - Да какая я тебе Ольга Дмитриевна? – лениво улыбнулась, бывшая гроза хулиганов. – Мы уж теперь обе вожатые, ты вот Алиса, а я Оля.       - А может, я хочу чтоб вы меня тоже по отчеству звали!       - Не хочешь, — отрезала Дмитриевна, и подняла взгляд на Алису.       - А откуда вам знать?       Вожатая не ответила, лишь продолжила курить.       - Не лучшие времена настали, как думаешь? – перевела она тему.       - Да уж, тут с вами спорить сложно.       Ольга Дмитриевна как-то странновато улыбнулась. Не то загадочно, не то натужно.       - Никогда раньше не видела, чтобы персонал так ссорился. Крики, ругань, чуть до драки не дошло. Её богу, так и у детей нечасто бывает.       - Все меняется. В лучшую сторону, потом в худшую, и опять.       - Как маятник. – довершила фразу Алиса.       - У нас в Москве такие уже стреляют друг в друга, на юге, говорят тоже. А вчера же еще «Мимино» смотрели.       - Ну, хватит, что вы такая грустная, лето на дворе! Вы и сами говорите. – маятник, повтор, хорошо… Все это кончится.       - Рано или поздно все кончится. Просто сядет батарейка. У всех садится. - Алиса не смотрела на Ольгу, но была уверенна, что та посмотрела на домик Лены. – Пади разбери, когда. Но у тебя то хорошо все. Твоей батарейке еще, наверное, лет двести. Не растрать её попусту.       - Спасибо, я так и сделаю. – прощебетала Алиса.       - Спокойной ночи, Алиса. – устало сказала Ольга Дмитриевна, вставая с порога и открывая дверь.       - Спокойной ночи. – чуть помедлив Алиса добавила – Оля.              Сцена была пуста. Только Алиса сидела, играя какой-то ленивый перебор на блатных аккордах. Периодический потряхивая рукой, создавала какой-то странноватый, сонный рифф. Усилители, несмотря на то, что были включены в режим перегруза, очень слабо разбавляли стрекот сверчков, и звук почти сразу размывало холодным воздухом. Вышедшая на ночную прогулку луна делала эту ночь куда светлее. Алису клонило в сон. Вечер выдался тяжелым, и все, чего хотела Алиса – побыстрее оказаться в другом мире, мире после. Она была уверенна, что мир после станет лучше, но не могла и представить, когда это произойдет. Разговор с Ольгой Дмитриевной не внушал позитива. Но смотря на запястье, Алиса думала, что худшее уже позади. И все же в глубине души она знала, в ближайшее время лучше не будет.       Алиса все меньше и меньше пыталась играть на гитаре, и все больше, оперившись подбородком на обечайку, смотрела в даль, медленно, но верно смыкая глаза. Уже поплыли домики, уже начали двоиться столбы последних погасших фонарей. Алиса почти проваливалась в сон.       Вдруг, сзади послышались шаги и резкое «Бу!». От страха Алиса подпрыгнула на месте и резко обернулась. Грифом гитары она ударила по коленке подошедшую нарушительницу порядка. Та, громко скуля, запрыгала на одной ноге, хватаясь руками за раненое колено.       - Кто там? – Алиса большим усилием сдержала ругань, все-таки, она оставалась вожатой. – Сейчас еще добавлю!       - Свои же, красные! Что ж бьешь? – сквозь зубы пробормотала девушка, не отпуская коленку. – Не узнала, что ли?       Алиса посмотрела на девушку. Та выглядела совсем незнакомо, длинные распущенные волосы непонятного, из-за темноты цвета, совершенно незнакомый голос. Лишь, когда девушка повернулась к вожатой лицом, Алиса снова подпрыгнула от неожиданности.       - Ульянка! – бросив гитару Алиса подошла к старой подруге и крепко обняла её. - Прости, я тебя не узнала. Ульяна была так рада вновь увидеть старую подругу. Одной рукой она приобняла Алису, а другой зарылась в её волосы, до которых все прошлое лето хотела дотянуться.       - Ничего, я тоже не сразу поняла, что это ты. - рассмеялась девушка, как только вынырнула из объятий. - Что у тебя с волосами?       - А что с ними? - Недоуменно спросил Алиса, ощупав свою прическу.       - Вот и мне интересно. Ты, где хвостик потеряла? У тебя их раньше два было. Выглядишь как училка какая-то.       Алиса рассмеялась, и еще раз посмотрела на Ульяну.       Она выглядела совсем непохожей на ту девчушку, которую помнила Алиса. Она вытянулась, почти выше Алисы, и формами, вопреки шуткам подруги, природа её не обделила.       - За что ты меня так треснула? – возмутилась сквозь смех отошедшая от Алисы Ульяна.       - Ну прости меня, — не менее иронично ответила Алиса. – Я не сразу лицо твое увидела.       - Ах, вот как. – улыбнулась Ульяна. – теперь-то есть на, что смотреть окромя лица?       Ульяна подхватила руками крайне значительно выросшую за последние годы грудь.       - Есть, есть. – Успокоила её Алиса, в ответ на что, Ульяна еще громче засмеялась.       Алиса вернулась на край сцены, продолжая смотреть куда-то в даль, поглаживая по привычке гитарный гриф. Ульяна села рядом. Алиса услышала, как та чиркнула зажигалкой. Тут же в поле зрения попал дым. Не переводя взгляд на Ульяну, Алиса вытащила у нее изо рта сигарету, и выкинула ее на землю.       - Ты, что делаешь?! – Возмутилась Ульяна.       - Здоровье твое спасаю, не кури, и проживешь подольше. – хмуро пробормотала Алиса, не поворачиваясь к подруге.       - Уж кто бы говорил, сама-то в прошлую смену…       - А ты мне прошлой сменой не тыкай. – перебила Алиса. – у тебя вон, и сиськи в том году были с пару вишен, я же тебе ими не тыкаю. Или ты решила, что от рака груди они еще вырастут?       - Да ну тебя. – обиделась Ульяна, достав еще одну сигарету, но не зажигая её. – Скучная ты, где моя задорная Алиса?       - В тринадцатом поищи! - буркнула со злости вожатая.       На секунду в воздухе повисла тяжелая пауза. Через пару секунд, сглотнув, Ульяна все-таки решилась что-то сказать.       - Эй, эй, ты чего это так? – Ульяна положила руку Алисе на плечо, за тем придвинулась поближе, и приобняла подругу. – Я же не со зла. Не надо так говорить.       Алиса повернула голову. Ульяна широко, как умела только она, улыбалась. Даже силуэт корабля на футболке, под надписью «Сторожевой», выгнулся в похожую на улыбку дугу.       - «Не хандри Алис, лето еще не кончилось! – она ткнула Алису кулаком в плечо. – приказа вешать нос не было!»       Алиса еле заметно улыбнулась. Почувствовав, успех, Ульяна довершила все фразой:       - «А давай-ка радио включим, ночью там панков крутят: Гроб. Сектор.       Алиса улыбнулась еще шире, и не менее счастливая Ульяна вытащила из-за кулис радиоприемник. Несколько секунд, под гудение и шипение подбиралась нужная частота. Наконец послышался энергичный мотив. Обе девушки заметно оживились. Ульяна чуть-ли не забегала по сцене, а Алиса хоть и не активничала сверх меры, но вела себя достаточно энергично. В миг ушли все проблемы. Остались только веселые песни и крики на пол-лагеря в половину двенадцатого ночи. Алиса вдруг громко начала подпевать Хою:       «Я ядреный как кабан, — я имею свой баян.       Я на нем панк-рок пистоню, — не найти во мне изъян!»       Вдруг, музыка прервалась. В эфире зазвучал низкий гудок. Раздался голос. От неожиданности Ульяна чуть не упала. Внутри Алисы все опять сжалось. Она схватила себе за запястье, прижав поближе к телу ткань с галстуком. Голос медленно, безэмоционально зачитал:       - «Сегодня днем, в Тукумском районе, Латвийской ССР, в смертельную автомобильную аварию, попал бессменный лидер, основатель и солист популярной среди молодежи музыкальной группы «КИНО», Виктор Робертович Цой…»