Книга Хонкая

Одним светлым утром Витя прихорашивался перед зеркалом и любовался своей новой школьной формой. Лариса настояла на том, что одежду пора уже менять, несмотря на то, что она была куплена в прошлом году. Обновлённая форма идеально сидела на мальчишке. Темно-синий пиджак был сшит таким образом, чтобы он не сковывал движения и при этом нигде не свисал. Белая рубашка под пиджаком была не только кристально чистой, но ещё и невероятно лёгкой и мягкой, отчего носить её было одно удовольствие. А на прямых брюках, того же цвета что и пиджак, лишь на нижнем краю была небольшая складка, рассчитанная под чёрные кожаные туфли, которые уже ждали мальчишку в прихожей. Довершал образ бордовый галстук, протянувшийся от застегнутого воротника до пояса. Чисто из интереса Витя решил поинтересоваться ценой костюма, и когда он услышал пятизначное число, то возмутился в расточительстве. Однако Лариса опровергла претензии: «Одежда должна не только хорошо выглядеть, но ещё и не доставлять дискомфорт». А учитывая, сколько времени занимает школа, вопрос удобства выходил на первый план. Вот что значит, быть ребёнком профессиональной модели. Кстати, о модели. Из-за распахнувшейся двери показалась Лариса в голубой блузке, чёрной юбке и капроновых колготках, обтягивающих подтянутые её ноги. — Ты уже собрался? — модель обвела глазами фигуру сына, после чего подошла поближе, чтобы поправить пиджак и расслабить галстук. Ещё раз оценив костюм Вити, она довольно кивнула и посмотрела на отражение в зеркале, в котором заметила восхищенную улыбку сына. — Вот красавец! — Настолько красавец, что ты бы влюбилась в меня? — с лисьей ухмылкой Витя взглянул на маму, рассчитывая смутить её. — Так я и так в тебя влюблена! Ещё с самого твоего рождения! — Лариса отразила провокацию сына, развернула его к себе и поцеловала его в щёчку. — П-подкол не удался, — раскрасневшийся Витя пытался спрятать лицо от матери, но она обходила его и заглядывала с хитрой ухмылкой в смущенные глаза, которые совсем не получалось спрятать. Нужно чем-то отвлечь её! — Мама, а тебе точно нужно идти на линейку? — А как же! Я хочу сходить со своим любимым сыном в школу, поговорить с учителями, которым доверила свое золотце. Что с этим не так? — На линейке скучно! Народу много, ничего не видно, стоять долго. Это не стоит того. — Тебе меня не переубедить. Мы все вместе пойдём на линейку. — Да-да, я понял, — Витя глубоко вздохнул. Спасти маму от скучного времяпровождения не удалось. Но хотя бы она забыла о неудачной провокации. — Пошли скорее, нам ещё нужно успеть пораньше прийти. Я хочу с учителями поговорить. — И зачем нам так рано… — все, что мальчишка мог, выражать недовольство. А переубедить модель не являлось возможным. Витя и Лариса вышли из комнаты мальчишки и вышли в гостиную, где Лена помогала Наташе заплести ленты на волосах. Сама Лена была не в школьной форме, а в фиолетово-сиреневом платье с короткими рукавами, подол которого достигал колена. Уже завтра утром ей улетать в другой город на учёбу, но все же она решила сходить вместе со всеми на линейку, чтобы попрощаться с бывшими одноклассниками и учителями. Как только Лена закончила с ленточками, она повернулась к Вите и пристально осмотрела его. В её глазах была грусть от приближающегося расставания, но оно тут же сменилась восхищением. — Витя, тебе так идет этот пиджак с галстуком! Прямо настоящий джентльмен! Так и забрала бы с собой… — она похотливо улыбнулась, чем сильно напрягла мальчишку. В последнее время он стал замечать в поведении сестры изменения. Она часто следила за ним в свободное время, а когда её раскрывали, то тут же бросалась обнимать брата и говорить, как сильно его любит. Сначала Витя не обращал на это внимание, в конце концов Лена, как и мама, обожала его. Но с недавних пор её привязанность стала переходить все границы. Она подглядывала за ним, когда он переодевался и мылся в душе, заходила к нему в комнату, пока он спал, чтобы с умиротворением любоваться спящей фигурой брата. А один раз Витя проснулся от того, что что-то щекотало его нос. Он медленно открыл глаза и увидел перед собой копны угольных волос и лицо Лены, искаженное в извращенной улыбке. Однако она тут же заметила пробуждение брата и выбежала из комнаты. После этого она стала реже навещать его ночью. Однако теперь Витя был точно убеждён. С Леной что-то не так. И может снаружи она все ещё добрая миролюбивая девочка, внутри таилось что-то другое. Неловкий зрительный контакт был прерван звонком в дверь. Витя сразу же воспользовался этой возможностью и побежал проверить, кто пришёл. А снаружи были крайне приятные гости. За дверью стояли Киана и Зигфрид. — Витя! — Киана бросилась в объятия мальчишки, тот поймал её и прижал к себе. Уже как несколько месяцев они так приветствуют друг друга. — Мы наконец-то пойдём в школу! Вместе! — Каслана отпрянула из объятий и покружилась на месте. — Как я выгляжу? Обратив внимание на одежду подруги, Витя понял, что едва может отвести от неё взгляд. Её форма, состоящая из белой рубашки с короткими рукавами, темно-синим воротничком и бордовым галстучком, а также темно-синей юбки с белыми чулочками, стали настоящим праздником для глаз мальчишки. — Выглядишь потрясающе! Особенно косички, — Витя нежно погладил волосы Кианы с подвязанными в них темно-синими ленточками. — Хи-хи, — Киана довольно улыбнулась, после чего обвела взглядом мальчишку. В её глазах был такой же трепет, как у Вити. — У тебя такой классный костюм! Как будто жених… — щёчки девочки начали краснеть, и чтобы отогнать смущение она помахала головой в стороны. — Здорово, Витёк. Готов грызть гранит науки? — Зигфрид крепко пожал руку Вити. — Да какой сегодня гранит науки. Сегодня уныние и потраченное в никуда время. — В смысле? — синхронно задались вопросом Касланы. — Сегодня будет только линейка и встреча с учителем. Линейкой называют торжественную церемонию в честь начала учебного года. Но как по мне, она скучная. — Вот как… — Киана в раздумьях поджала губки. — И долго это будет идти? — Час или два. — Сколько?! Да я же помру от скуки! — Именно поэтому я прогуливал все линейки и приходил только в конце на встречу с учителем. Но в этот раз ничего не выйдет, со мной идёт мама. Глаза Кианы расширились, и она осторожно пыталась показать назад, будто предостерегая. Но Витя не успел даже оглянуться. — Витенька, прогуливать школьные мероприятия — нехорошо, — Лариса подошла к нему сзади, положила руки на плечи и игривым голосом зашептала на ушко. Мальчишка понял, что не может пошевелиться. Тело просто не слушалось. А руки матери агрессивно натирали плечи, постепенно сползая вниз. — Мамочка, от тебя так сладко пахнет. Это новые духи? — дрожащий голосом заикнулся Волков и попытался повернуться. — Неверный ответ, Витенька, — с суровым лицом бросила Лариса. — Это со мной больше не сработает. Модель надавила пальцами на болевые точки между лопатками сына, и тот с болезненными воплями повалился на колени. Витя жалобно посмотрел вокруг в поисках поддержки, но все остальные лишь сдавленно смеялись. Конечно же, кроме Ларисы. — Больше никаких прогулов, — строгим голосом наказала Волкова. — Да как будто меня кто-то заметит! — вслед за неправильным ответом он снова завопил. — Хорошо, хорошо, я не буду прогуливать! — Вот и замечательно! — невыносимое давление на плечи моментально исчезло, и Витя поднялся с пола, отряхивая брюки. — Тогда я сейчас принесу букеты, и можно выходить. — А зачем букеты? — спросила Киана, поправляя пиджак Вити. — Ещё одна традиция. В день знаний считается хорошим жестом дарить цветы учителям. — Нам тогда надо было захватить букетик в цветочном магазине. Жалко, что я не знал об этом, — Зигфрид задумчиво почесал затылок. — Не стоит, у меня букетов для все хватит, — Лариса вернулась с тремя букетами цветов, и сразу же их раздала. — Один Наташе, один Витеньке, один Киане. — Ого, мам, тебе не жалко свои цветы отдавать на букеты учителям? — Наташа с интересом оглядела каждый цветок. — Я для этого их и растила, так что можешь не переживать. А теперь можем идти.

* * *

Как только Касланы и Волковы вошли на территорию школы, к ним подбежал один парень. — Извините… Лариса Волкова? — Да? — модель слегка наклонила голову в бок. — Можно, пожалуйста, ваш автограф? — парень низко поклонился и вытянул вперёд фотографию, аккуратно вырезанную из журнала. Недолго думая, Лариса взяла фотографию, подписала её и вернула фанату, который с жадностью прижал фотографию к себе. — Спасибо, спасибо, спасибо! — парень с весёлым хохотом убежал прочь. — Что это было? — Киана в полном недоумении смотрела вслед парню. — Просто фанат… Идём дальше. Но не успели они двинуться дальше, как к ним подбежала уже целая группа школьников. — Это же Лариса Волкова! — Я не сплю? Пожалуйста, ущипните меня. — Она в реальности такая же красивая, как на фото. Группа сразу же оцепила модель, не давая ей пройти и шагу. — Идите без меня, я вас позже догоню, — передала Лариса детям и Касланам, после чего она скрылась в увеличивающейся группе фанатов. — Как же Энтони был прав…

* * *

Пришло время линейки. Все классы выстроились в колонны по несколько человек и выстроились на плаце перед школой. Площадка была достаточно большой, чтобы уместить на себе всех учеников, учителей, родителей, небольшую сцену с аппаратурой, и при этом оставить достаточно места в центре. Витя и Киана уже стояли вместе с одноклассниками. С помощью своих связей Зигфрид смог устроить дочку в один класс с Волковым, чему они оба были бесконечно рады. Однако их терпение на линейке быстро закончилось. — Как скучно… — жалобно промычала Киана. — И мне, Киана. И мне… — Витя обвел томным взглядом плац. До этого он был на линейке только один раз, в первом классе. И ещё тогда он для себя решил больше никогда не ходить на эти дурацкие церемонии. Тем не менее, он опять стоял там. Было тесно, ничего не видно. И даже если бы он что-то видел, не то, чтобы от этого линейка стала интереснее. Постепенно взгляд мальчишки перешел на школу, стоявшую позади плаца. Вот бы уйти куда подальше отсюда… — А хотя… Киана, у меня есть идея. — Хм? — Каслана перевела заскучавшие глаза на Витю. — А давай залезем на крышу школы! — Волков показал пальцем на плоскую крышу школы, перекрытую решетчатым забором. — Та-ак, — Киана с приоткрытым ртом посмотрела на вверх, после чего заинтересованно ухмыльнулась. — А как мы это сделаем? — Сейчас в школе почти никого нет, и в это время мы сможем подняться по лестнице внутри школы на самый верх. Оттуда будет видно всё вокруг. — Да! Давай! — несдержанно воскликнула Киана, чем спровоцировала ближайшую учительницу сделать ей замечание. — Только давай тихо, чтобы нас не заметили. Прежде всего, детям надо было выбраться из этой толпы. Они толкались и протискивались между рядами школьников, чем выбивали из них недовольные возгласы, а иногда и маты. Через пару минут им все-таки удалось выбраться из скопления, и теперь дело было за малым: войти в школу. По дороге им повстречалась только одна молодая преподавательница, поинтересовавшаяся куда они идут. В ответ мальчишка сказал, что хочет показать уборную подруге. Тем самым угроза миновала, и дети вошли внутрь. Внутри было непривычно пусто. Не было привычного и не прекращающего галдежа школьников, только слабое эхо от лёгких шагов. — Куда нам дальше? — По главной лестнице на последний этаж. Потом идём к запасной лестнице и поднимаемся оттуда на крышу. Хоть внутри было ни души, дети с предельной осторожностью продвигались по коридору, шарахаясь от каждого шума. Если сначала ещё можно было отмахнуться уборной комнатой, то на этажах выше, куда ученикам начальных классов вход был запрещён без сопровождающих учителей, родителей или старшеклассников, у них могли возникнуть проблемы при встрече с персоналом школы. — Ты слышал? — Киана остановилось и постаралась прислушаться. Через пару секунд раздался низкий скрип двери, хлопок и цокот каблуков. — Кто-то идёт! Витя и Киана хотели побежать, но мальчишка вытянул руку перед девочкой и на своём примере показал, что лучше идти на цыпочках. Дети медленно, но практически бесшумно продвигались по коридору, но стук каблуков становился громче, и приближался прямо в их сторону. — Сюда! Пока Витя оборачивался чтобы посмотреть, не появилась ли за их спиной учительница, которая по чистой случайности преследовала их, он почувствовал, как кто-то резко потянул его за собой. И уже через секунду он оказался не в коридоре, а в другом месте. — Это же… — Тс! — Киана приставила палец к губам мальчишки и прислонилась к двери. В это время мальчишка осмотрелся, стараясь не придавать внимания деталям. Ведь он с Кианой находился в женском туалете. — Если учительница сейчас идёт сюда, то мне точно конец! — возмущённо прошептал Витя. — Если она зайдёт, то спрячемся в кабинке, — невозмутимо ответила Киана, все ещё прислоняясь к двери. Цокот каблуков становился все ближе и ближе, а Витя уже готовился прятаться в кабину. Но судя по облегчению на лице Кианы, угроза миновала их. И вправду, спешные шаги стали отдаляться, пока и вовсе не затихли. И первым кто вышел, был Витя. Он буквально вышиб толчком дверь и выбежал в коридор. — Свобода! Ещё бы чуть-чуть, и меня бы клеймили извращенцем, — радостный за свою судьбу он упал на колени и был готов расплакаться. Не вставая с пола, он повернулся к подруге, которая с раскрасневшимся лицом кротко вышла из уборной и тихонько прикрыла дверь. — О чем я только думала? — Киана прикрыла лицо ладонями и залепетала настолько громко, насколько было возможно для их скрытной «операции». — Чтобы так просто быть пойти в туалет с мальчиком, да ещё и с тобой! — А что со мной не так? Не то, чтобы я был рад быть там. — Просто будь на твоём месте другой мальчик, я бы избила его до полусмерти. Но с тобой я не могу это сделать, ведь я… — Каслана на секунду остановилась и поняла, что собиралась сказать, из-за чего громко завизжала. — Киана! — Витя выпучил глаза и замахал руками в стороны. В этот момент Каслана поняла, что наделала. Она заткнула рот руками и испуганно застыла. Этот визг был достаточно громким, чтобы его услышали на этаже. Остался только один выход. — Бежим! — Витя схватил подругу за руку и помчался к запасной лестнице. Теперь уже нет никакого дела до скрытности. Вопрос заключался в том, успеют ли они выбежать с этажа. Витя точно был уверен, что слышал позади открывающие двери. Но он не оборачивался, а просто бежал наравне с Кианой по коридору. И через десять секунд они добежали до выхода. — Наверх, не останавливайся! Дети продолжили бежать, только теперь по узкой лестнице. Всего через два лестничных пролёта перед ними они выбежали к старой деревянной двери. Только бы она была открыта. Витя схватил за ручку и несколько раз дёрнул её на себя. Не поддаётся! Может в другую сторону? Мальчишка надавил на дверь, но безуспешно. Створка лишь слегка покряхтела, но едва сдвинулась. — Давай помогу! — Киана пристроилась рядом с Волковым и вместе с ним навалилась на дверь, но вновь безуспешно. Однако они поняли, что дверь не была заперта, иначе бы дверь вовсе не двигалась. — Нужно её выбить! На счёт три: раз, два, три! — дети скоординировано толкнули дверь, и та с грохотом распахнулась наружу. Из распахнувшейся двери подул сквозной ветер, ознаменовавший для пары победу. Они все-таки добрались до крыши. Витя и Киана поднялись наверх и закрыли за собой дверь, чтобы скрыть след проникновения. — Фу-ух! Мы сделали это! — мальчишка торжественно поднял руки вверх. — Ура! — Киана с такой же радостью подняла руки вверх, после чего они хлопнули друг друга по рукам. На крыше школы было просторно. Кроме пары вентиляций наверху ничего не было. И почему никому не пришла идея задействовать эту огромную площадь? — Только представь, что здесь можно разместить! Поля для игр, зоны отдыха, но самое главное… — Витя подошёл к забору и махнул рукой в свою сторону. — Смотри. — Ого! — Киана прислонилась к решётке забора. Внизу находился плац, на котором она вместе с Витей стояла ранее. Отсюда можно было увидеть построение, в которое встали классы. Если внизу это выглядело как беспорядочное скопление, то сверху — как строгий и внушительный строй. Так как школа находилась на холме, помимо плаца отсюда открывался вид почти на весь город, застроенного по кольцам. — Витя, а что там находится? — Каслана показала пальцем в закольцованную застройку, где стояли несколько высоких зданий и красочная аллея в центре. — Это центр города, но туда вход разрешён только работникам крупных компаний и администрации. — А вон там? — теперь Киана показала в самый край города, который был огорожен высоким забором, а среди всех зданий пара огромных цилиндрических башен. — А там находится… реактор, кажется он так называется. Папа мне рассказывал, что он настолько мощный, что питает весь город и ещё несколько компаний. — Вот бы сходить туда… — Я тоже так думал и предложил это папе, но он строго сказал мне обходить это место стороной. — Жалко… Витя и Киана ещё целый час разговаривали у решётки, пока вдруг не заметили, что люди внизу стали расходиться. — Вот блин! Мы с тобой что-то заболтались… — И что мы будем делать? — Киана нахмурила брови и хотела обратно к двери, однако её смутило спокойствие на лице Волкова. — Э-эй, Витя. Мы идём? — Да. Идем сюда, — мальчишка показал пальцем на решетчатую дверь, которая едва выделялась среди забора. — Это… — Пожарный выход, — Витя подошёл к ней и помимо закрытой щеколды не заметил чего-либо другого, что могло блокировать дверь. Он пододвинул засов и дверь сама отворилась. — Зачем вообще закрывать пожарные выходы? Разве они не должны быть открыты для пожарных? — Не знаю… Может быть, закрываются от посторонних? Например, таких как мы. — Без понятия. Побежали уже вниз, пока все не разошлись. — Пошли, — Витя пошёл первым, а Киана следом. Мальчишка сразу же пожалел, что пошёл здесь. Как только он наступил на ржавые ступеньки, то сразу понял, насколько древняя и небезопасная эта узкая лестница. Если ступеньки выглядели ещё хоть как-то целыми, то перила, представлявшие собой спаянные между собой металлические прутики, выглядели так, будто мог развалиться в любой момент. — Эмм… Киана… Может через крышу в школу зайдём? — Да ладно тебе, тут всего несколько пролётов, — расслаблено отозвалась Киана позади мальчишки, — Спустимся вниз и зайдём как ни в чем не бывало внутрь. Или ты высоты боишься? — Н-нет, я этой лестницы боюсь. — Ты же помнишь, что мы сразу на глаза учителям попадемся, как только выйдем через крышу? — …Ай, ладно. Пошли здесь, — у Вити подступил ком к горлу, но он начал осторожно спускаться вниз по ступенькам. Чтобы не запугивать лишний раз подругу, он ускорился, лишь бы быстрее добраться вниз. — Вот видишь. Ничего страшного, — Киана шустро побежала вниз по лестницы, буквально пролетая лестничные пролеты. — Не беги, Киана! — напугано рявкнул Витя. — У меня всё хоро… — не успела Каслана договорить, как вдруг почувствовала, что её резко перекосило в сторону. — Киана! Время как будто замерло, и перед глазами мальчишки его подруга поскальзывается на ступеньках и с изумленным лицом медленно падает в сторону, ведущую вниз. Витя, не задумываясь, схватил руку Кианы и со всей силой, что есть, потянул на себя. Теперь она падала на него, а сам он падал на перила, которым так сильно не доверял. Последнее, что он смог сделать — оттолкнуть от себя подругу на ступеньки. — Ай! — девочке получилось сгруппироваться и отделаться лёгким ушибом. — Что ты делаешь, Витя?! Киана резко подняла взгляд и перед её глазами испуганная фигура мальчишки приземлилась на прутья перил, те не выдержали удара и с противным скрежетом отвалились. А вместе с ними и Витя. Ему потребовалось ровно секунда, чтобы осознать произошедшее, после чего мальчишка истошно закричал, нелепо размахивая руками, будто пытаясь зацепиться за что-то. И насколько резко он завопил, настолько резко же и затих после металлического дребезга. Оцепенение хватило Киану. Она просто не могла поверить глазам. Ещё десять секунд назад она радостно бежала по ступенькам. А теперь Витя… Витя… — Витя! — истерично завизжала Киана, и со всех ног подорвалась вниз по лестницы. Ей было плевать, что она может опять поскользнуться. Всё равно, если она свалится, как Витя, вниз. В тот момент её ничего не волновало. Кроме одного. Что случилось с Витей? Жив ли он? Или расшибся насмерть? Девочка выскочила с лестничной площадки и на всей скорости, присущей роду Касланы, примчалась к месту, куда обвалились прутья. Сверху на них лежало тело Вити. За то время, пока она бежала к нему, он так не пошевелился. — Витя! Витя! Очнись, пожалуйста! — Киана упала на колени перед мальчишкой. Она не знала, что делать. Она хотела попробовать потрясти его, но не была уверена, можно ли так делать. — Прости меня! Я больше не буду бегать по лестницам! Я буду осторожной! Только пожалуйста, пожалуйста! Очнись, я умоляю тебя! — она больше не смогла сдерживать слезы и разрыдалась на груди Вити, который не подавал никаких признаков жизни. Когда Каслана легла на грудь мальчишки, она услышала его учащенное сердцебиение. Это сбросило огромный груз с её души, однако его неподвижность и вина за произошедшее все ещё терзали девочку. И пока она все ещё проливала слёзы и не знала, чем помочь другу, его тело зашевелилось. Сначала слегка одернулась рука, а затем он медленно открыл глаза. Киана с надеждой посмотрела на него. Он точно жив! Но тут его лицо исказила жуткая гримаса боли. — Чёрт! Как же бо-ольно! — Витя мучительно завопил, из уголков его глаз безостановочно потекли слезы, а сам он схватился обеими руками за голову и свернулся калачиком, перед этим сдвинув с себя Киану. — Витя! Ты меня слышишь? Можешь встать? — Киана аккуратно потрясла его за плечо. Ей было страшно делать, что-либо ещё. Волков выглядел таким хрупким, будто мог развалиться в любую секунду. — Я-я, не знаю, — сквозь слезы шмыгнул Витя. — Я по-попробую. Поможешь? Киана без лишних слов запрокинула руку мальчишки на плечо и аккуратно помогла ему встать, проследив, чтобы он нормально встал на ноги. Пока Витя безуспешно пытался вернуть равновесие, она посмотрела на ту проклятую лестницу, хлипкость которой чуть ли не довела до трагедии. К счастью детей, перила отвалились примерно с высоты второго этажа. Будь место падения хоть чуть выше, Волков бы скорее всего не выжил. — Точно, надо звать на помощь! — Киана виновато прикусила губу от осознания того, что она забыла порядок действий при травме. А вспомнила она лишь тогда, когда Витя пришёл в себя. — Нет! — слезливо хрипнул Витя, все ещё опираясь на плечо подруги. — Если бы об этом узнает в школе, у нас будут такие проблемы! Лучше уж промолчать. — Но тёте Ларисе надо сказать. — Тоже нет. Ей это точно не понравится. — А что тогда мы будем делать? А если ты ударился слишком сильно? — Киана не заметила, как начала кричать на Витю, отчего тот потупил взгляд. — Просто скажем, что ударился слегка. Или голова закружилась от того, что солнце напекло её. И всё, — Волков хотел суровым взглядом убедить подругу в содействии, но неутихающая головная боль преобразила грозное лицо в жалостливое. — …Хорошо, — Киана посмотрела на Витю с неоднозначным прищуром и вместе с ним поковыляла на плац. На плаце, где уже было не так много народу, так как классы направились в школу, Киана увидела отца и Ларису, взволнованно оглядывавших округу. И первым, кто заметил детей, стал Зигфрид. Увидев, в каком вялом состоянии находится Витя, он пулей метнулся к ним, после чего за ним побежали и Лариса с дочерями. — Что случилось? — строго спросил Зигфрид, как только все собрались вокруг детей. — Витя ударился! — тут же выпалила Киана, проигнорировав обещание, данное Вите. — Вот как… — мальчишка поднял глаза на подругу, которая предала его, и хотел обвинить её в этом, но увидев её опухшие от слёз глаза, виновато опустил взгляд. — Кто. Это. Сделал? Витя не понял, чьи это были слова и снова поднял взгляд. На секунду он даже подумал, что это сказала мама, но она в это время испуганно осматривала Витю. Его глаза остановились на Лене, которая кипела от злобы. Её руки угрожающе сжимались, а хищный оскал на лице запугал и мальчишку, который никогда в жизни не видел такую ярость на лице сестры, и Киану, которая собиралась признаться, что Витя пострадал по её вине. — Я повторяю ещё раз, кто это сделал?! — грозно вскрикнула Лена и хотела броситься к Вите, но Зигфрид остановил её крепкой рукой, выставленный между ней и детьми. — Дай им сказать хоть слово. — Точно, Лена. Что-то на тебя это совсем не похоже, — заметила Наташа, которая из всех находящихся здесь сохраняла самое спокойное лицо. В тот момент Киана собралась с духом, чтобы сознаться во всем, но Витя опередил её. — Мы с Кианой играли на лестнице. Я оступился и упал. Н-но там было не высоко, мне не больно, честно! — Это неправда! — сразу вмешалась девочка. — Тебе же было так больно! — Было, но сейчас-то всё хорошо. — Не надо врать, Витя! — теперь в перепалку вступила Лариса. Она не хотела кричать на сына, но волнение за него сыграло злую шутку. Впервые в жизни она повысила голос на Витю. От этого тот впал в ступор. — …Значит, все-таки я виноват. Что ж, в этом все-таки есть смысл, — Волков горестно улыбнулся. — Я догадывался, что те перила меня не выдержат. И все равно упал на них. — Какие перила? Киана, ты можешь рассказать, как все произошло? — Зигфрид обратился к своей дочери. — Д-да, — Киана неуверенно кивнула, покосившись на все ещё неспокойную Лену. — Мы с Витей решили погулять немного, пока идёт линейка, и пошли на крышу. — В этом нет ничего необычного, — вставила Наташа в защиту детей. — Хоть школа и запрещает подниматься наверх, ученики все равно ходят туда. Так что запрет чисто формальный. — Когда линейка кончилась, мы начали спускаться по пожарной лестнице. И вдруг я поскользнулась и начала падать. Витя вытянул меня и упал на перила. Они оторвались, и он упал вниз… — Кошмар! — Лариса прикрыла рот ладонями и в ужасе посмотрела на сына. — Витя, ты точно в порядке? Ничего не болит? Только говори честно! — Всё в порядке. Я сам виноват. Лучше пошлите в школу, сборы уже должны были начаться. — Ну уж нет! Мы с тобой едем в больницу! — Витя, даже не пробуй спорить с ней. К тому же ушиб головы — серьезная травма, которая нуждается в осмотре и лечении. — Раз ты так говоришь… — Витя глубоко вздохнул. — Прости, Киана. Тебе придётся сходить в класс без меня. — …Я справлюсь, — девочка крепко сжала кулачки перед собой. — Просто помни, что тебе нечего бояться. Я каждого в классе знаю, мигом все вопросы улажу. Только… уф, не сегодня. Моя голова сейчас лопнет. — Так она всё-таки болит! После этого Лариса и Лена поехали в больницу на осмотр, в то время как Наташа повела Каслан в школу.