Книга Хонкая

Уже на следующий день по всей академии ходили слухи о парне, сумевшем зацепить оборону одной из сильнейших валькирий Шиксала. Определить, кто распускал слухи — гордая за своего кавалера блондинка, ворчливый новичок, не умеющий держать язык за зубами, или же просто проходившая мимо арены ученица, — вестник не смог, да и нисколько не хотел. Ещё два дня назад на него, как и на Кэссиуса, смотрели как на диковинку, ведь в академии Святой Фреи ещё никогда не учились парни. Но уже сегодня на Волкова смотрели иначе. Студенткам было вовсе не важно, что у вестника не было ни шанса на победу, а единственное попадание стало возможным лишь благодаря череде выстроившихся событий, смекалке и жертве протеза. В новой легенде он был тем, кто сумел выжить против Дюрандаль и заставить её считаться с собой. Немногие могли в это поверить, тем не менее, слух невольно пробуждал любопытство. В сторону Виктора посыпались многочисленные вызовы на тренировочные поединки, провокации и приглашения погулять после учёбы. Одни искренне хотели познакомиться поближе, другие желали поставить выскочку на место. Всё это заставило парня жалеть о том, что он вообще принял приглашение Дюрандаль на поединок, а Киана вела себя так, словно это был не академический корпус, а поле боя. Неожиданно на выручку пришёл учитель Янг. Он проводил очередную лекцию по истории, а как только занятие подошло к концу, сколько внимания приковано к Волкову, а также его едва скрываемое раздражение. — Волков Виктор, пройдите ко мне в кабинет. Я должен пояснить Вам детали проекта, — объявил строгим голосом учитель, после чего взял свою записную книжку с учебником и покинул кабинет, ожидая, что вскоре парень пойдёт следом. Слова учителя Янга заставили учениц замолкнуть лишь на несколько секунд, после чего сплетни вновь охватили кабинет. Не желая по второму кругу переслушивать разговоры одногруппниц, Виктор подскочил с места, а Киана сразу пристроилась рядом с ним, будто её участие и не обсуждается. Мей, Броня и Сееле лишь недолго посмотрели с вопрошающими взглядами, как вдруг их внимание приковал чуть повышенный голос старосты. — Кэссиус, прекратите немедленно! — пользуясь своим авторитетом, Фу Хуа попыталась вернуть ученика к порядку, опираясь на свой статус старосты, однако Гвидиче не было дела до девушки. Пустой высунулся из окна по пояс и повис головой вниз, с любопытством наблюдая за ученицей, сидевшей на скамейке и игравшей на гитаре. Пускай, мелодия звучала не такой объёмной, а местами и вовсе ноты съезжали на один лад, парень чутко слушал игру гитаристки и не обращал внимание на требования старосты. — Я фиксирую Ваше поведение как нарушение. Ещё одно наказание, и Вы будете задержаны после занятий. В ответ на предупреждение Кэссиус лениво повернул голову и скривил язвительную гримасу. — Ябеда, — несмотря на открытое пренебрежение, Гвидиче соскочил с окна обратно в аудиторию. — Надо самому начать на гитарке бряцать. Знаю я пару хороших песенок от своих братков. Вить, не хочешь… — слова парня оборвались после щелчка замка на двери. Виктор воспользовался небольшой перепалкой, чтобы улизнуть из аудитории, как и Киана, последовавшая за Волковым. Фу Хуа проследила за закрывшейся дверью лишь мгновение, после чего повернулась к одногруппникам, с любопытством следившими за конфликтом. — Перерыв продолжается, — спокойно уведомила староста и заняла место за своей партой. В это же время Кэссиус подошёл к парте напротив Фу Хуа, развернул стул в её сторону и, усевшись, попытался заглянуть в её лицо. — Ой, да ладно тебе, Фу Хуа. Я же тут не людьми торгую, а просто впервые за несколько лет гитарку услышал. — Это не имеет значения, — ответила Фу Хуа, не поднимая глаз на парня и спокойно листая конспект до нужной страницы. — Вы нарушили правила безопасности. — Да у вас тут точно парад какой-то, — фыркнул Гвидиче и откинулся на спинку стула, начав раскачиваться на двух ножках. — Не знал, что музыка может нарушать безопасность. Скучно прям. — Речь не о музыке. Речь о вашей беспечности. Свесившись с окна, Вы рискуете покалечить не только себя, но и людей проходящих внизу. И если Вы, вдруг, маетесь от безделья, можете записаться в кружок. Несколько секунд Кэссиус заглядывался на Фу Хуа в поисках хоть какой-то реакции, но та производила впечатление, будто ей не было никакого дела до кривляний Кэссиуса, при этом успевая его отчитывать. Ничего не найдя, он цокнул языком и встал со стула. — Ладно, мне нечего сказать, — пожав плечами, он зашагал к своей парте, потеряв интерес к разговору. А тем временем Виктор и Киана шли по оживленным коридорам академии следом за Иоахимом. Чтобы сразу поставить большинство студенток на место, Каслана обвилась вокруг правой руки своего кавалера и настороженно выцепляла заинтересованные взгляды в коридоре. — Нет, ну ты посмотри на них! — с негодованием пробубнила девушка. — Как стервятницы смотрят на тебя. — Я уже начал жалеть, что не подставился под удар Дюрандаль, — изнуренно вздохнул Волков. — Тогда бы точно меньше мучался. — Нет-нет! Ты так зрелищно подрался с Дюрандаль, пускай и проиграл! Это вина этих девок, что сразу не разглядели в тебе потенциал, а ещё пытаются цепляться за тебя. — Мда, умеешь ты поддержать, — вестник хотел потрепать волосы своей девушки, но единственная доступная рука была занята ей же, поэтому он просто подул на неё. Поток воздуха растрепал волосы блондинки, и она замахала головой. — Витя, перестань! — несмотря на легкое отторжение в голосе, Киана не отпустила руку Виктора. По мере приближения к административному крылу коридоры пустели. Янг всё ещё шел впереди, сохраняя дистанцию в пятнадцать метров. Постепенно Киана ослабила хватку. — Слушай… — Киана наклонилась чуть ближе к вестнику. — А он точно по поводу проекта хочет поговорить? — Да, он мне на прошлой неделе предложил поработать вместе, — Волков чуть поморщился. — Хотя я чувствую, что он и про слухи спросит. Уж слишком резко начали говорить про меня. — Получается, учитель Янг — сплетник? — с ноткой озорства улыбнулась блондинка. — Скорее, просто любит всё контролировать. Иоахим остановился возле своего кабинета и повернулся в сторону Виктора. Он не ожидал, что вместе с ним увяжется Киана. Задержав на них оценивающий взгляд немного дольше положенного, он отворил для учеников дверь. — Заходите. По предложению Янга Виктор и Киана первыми вошли в офис учителя. Кабинет встретил их приглушённым шторами светом и запахом бумаги и кофе. Вдоль стен тянулись стеллажи, заставленные папками с пометками в виде эмблем Шиксала. На столе были только монитор, вытянутая вверх лампа с теплым светом и папка документов с красным стикером «До завтра!» Правее от письменного стола находилась небольшая зона отдыха с двумя диванами и журнальным столиком, на котором лежала разложенная шахматная доска с фигурами, открытый учебник по шахматам, блокнот с записанными ходами и кружка с остывшим кофе. — Присаживайтесь, — Иоахим махнул головой в сторону ближайшего диванчика, а сам сел на противоположный, взял свою кружку, сделал глоток и глубоко вздохнул. — Ну и кашу ты заварил, Волков. Что же ты такого сделал, что от тебя одногруппники не отстают? — Он задал трёпку Дюрандаль! — заявила Киана, задрав нос, отчего Янг поперхнулся. Не от изумления, скорее замешательства. — А можно поподробнее рассказать? Мне кажется, вы мне что-то недоговариваете. — Да какую там трёпку! Киана просто преувеличила, а по факту трёпку задали мне. Я смог нанести Дюрандаль ровно один удар, но в результате я потерял новый протез от отца. — Вот как, — Иоахим отпил ещё немного холодного кофе. — Даже так, это достойное достижение. Неудивительно, что к вам приковано столько внимания, пускай и нежеланного. — Ой, вообще не говорите! — фыркнул Волков и облокотился на спинку дивана. — А я ведь не хотел выделяться. Вот только Дюрандаль видела меня насквозь и не приняла бы от меня несерьёзное отношение к поединку. Иоахим замолчал на несколько секунд, глядя на шахматную доску. — Тогда возникает закономерный вопрос. Если ты не хотел выделяться, зачем согласился на поединок, который не мог остаться незамеченным? — учитель сделал паузу и повернулся к Киане. — Каслана, дальнейший разговор не касается учебной программы. Я не настаиваю, но вы можете подождать за дверью. Киана тут же придвинулась поближе к своей второй половинке и крепче сжала его руку. — Если это про Витю, то и про меня тоже. Янг едва заметно кивнул. — Хорошо, тогда оставайтесь. Виктор поднял взгляд на Иоахима, чтобы ответить на его вопрос. — Боюсь, что в тот момент я уже был пойман. Валькирии хорошо чувствуют Хонкай. Мимо меня они бы ни за что не прошли, а отказ с моей стороны приковал бы больше подозрений с их стороны. Думаю, сейчас я для них — безрассудный, но подающий надежды ученик. — Ты выбрал быть удобным для наблюдения. Это разумно. Но теперь тебе придётся соответствовать этой легенде. Ты же знаешь, чьё ещё внимание может пасть на тебя? — Догадываюсь, — недовольно цокнул Архивариус. — И мне это очень не нравится. — Подождите-подождите! А о ком идёт речь? — вклинилась в разговор Киана, метаясь взглядом между Волковым и Янгом. — О людях, для которых необычные случаи — не повод для восхищения, а объект для изучения. — Эй… вы сейчас оба говорите так, будто я тут лишняя, — нахмурилась Киана. — Если Витя в опасности, я тоже должна знать! — Киана, я правда не могу тебе рассказать. Просто знай, что я делаю это, чтобы нас не трогали. — Мне не нравится, когда ты так говоришь, — пробормотала блондинка, не отпуская руку парня. — Если ты говоришь, что так надо — ладно. Но если что-то случится, не вляпывайся в одиночку. Взгляд Иоахима упал на сцепленные руки учеников и, сделав в голове выводы, отставил кружку в сторону. — Не считайте нашу скрытность недоверием, Каслана. Иногда исполнение планов требует сокрытия информации. Если бы я не доверял Вам, этого разговора бы не было. Что касается тебя, Виктор, не подтверждай и не опровергай возложенных надежд. — Было бы здорово, чтобы их вообще на меня не возлагали. Но кто же знал, что именно вчера был тот день, когда сильнейшие валькирии Шиксала явились с визитом. — От всех невзгод не убережёшься. Обдумывай каждый свой шаг, ведь теперь к тебе прикованы ещё больше взглядов. Янг вновь взял кружку, залпом допил остывший кофе и откинулся на спинку дивана. — Ладно, теперь к делу. В качестве проекта я предлагаю поработать с процессом кристаллизации под влиянием Хонкая. Виктор на мгновение замер, словно зацепившись за что-то в памяти, но почти сразу вернулся к обычному выражению лица. Киана уже через минуту потеряла нить разговора, рассеянно разглядывая комнату. Виктор же слушал внимательно, чуть подавшись вперёд. Через несколько минут обсуждение прервал звонок. — На сегодня закончим. Возвращайтесь на занятия. — Учитель Янг! — не успел Иоахим встать с места, чтобы проводить учеников на выход, как Волков прервал его, чуть подавшись вперёд. Заметив его серьёзный взгляд, преподаватель откинулся обратно на спинку дивана. — В рамках этого проекта у нас ведь подразумевается выездная часть… Так? Его взгляд задержался на лице Волкова, после чего он взял пустую кружку, заглянул в неё и едва заметно вздохнул. — Верно. В ходе проекта мы будем работать с настоящими образцами, так что само собой придётся время от времени выбираться из академии. Я так понимаю, вам не терпится взяться за работу? — Да. Экзамены ещё не скоро, и было бы здорово пораньше получить разные опыты. — Я тебя услышал, Виктор. Постараюсь договориться с коллегами из предприятия, — Янг посмотрел на Каслану. — Не смею больше задерживать Вас, Каслана. Идите на занятие, Виктор догонит Вас, как только заполнит заявление. Взгляд Кианы оживился. Она на секунду задержалась, словно ожидая, что Волков её остановит, но затем махнула рукой и вскочила с места. — Я передам Химеко, что ты скоро придёшь. Только давай быстрее, ты знаешь, как она не любит прерывать лекции! Оставив небольшое напутствие, девушка помчалась прочь из кабинета преподавателя. — Зачем тебе нужно покидать академию? — Иоахим наклонился вперёд, пристально глядя на Волкова. — У меня есть долг перед одним человеком, недавно выручившим меня. И он не любит ждать. Поездка может занять несколько дней. — Ты уверен, что это тот долг, который необходимо закрывать сейчас? — Чем раньше, тем лучше. В идеале в эту ночь. — С тем вниманием, что ты произвёл вчера, твоё исчезновение не останется незамеченным. — Именно поэтому мне и нужно прикрытие. Проект… как раз даёт такую возможность. Янг не спешил отвечать, продолжая рассматривать Виктора так, будто примерял его слова на правду. — Постарайся не вляпываться в неприятности. Если в академии узнают о твоей вылазке, я не смогу тебе помочь. — Мне большего и не потребуется, — напряженные плечи Виктора опустились. — Спасибо, учитель Янг. — Иди на занятия. Учитель Мурата действительно не любит опаздывающих. Парень коротко кивнул, вышел из кабинета и спешно зашагал к аудитории. Путь наружу был открыт. Когда солнце приближалось к линии горизонта, Виктор уже был готов к своей вылазке. Выходной костюм, подаренный отцом, зашит и отстиран персоналом академии, Пожиратель Воспоминаний как всегда на поясе, а самое главное — после занятий Волков забрал у Вельта решение об одобрении выезда в город Сапфир в целях проекта. Подписано лично директором. Оставалось надеяться, что Тереза не вызовет его по возвращении для допроса. После получения документа вестник предупредил Кэссиуса, что уедет в город на несколько дней. В ответ на это Гвидиче попросил соседа замолкнуть, как только тот упомянул Вельта. На этом они и разошлись. Благодаря решению об одобрении выезда забронировать полёт до суши не составило никакого труда. К тому же полномочия студента академии давали право провозить оружие, поэтому у сотрудников частного аэропорта Шиксала не возникло вопросов при обнаружении ножен с кинжалом. Всего через пятнадцать минут вертолёт добрался до Сапфира. По сравнению с этим огромным и шумным мегаполисом Нагазора казалась Виктору пригородом. Обилие небоскребов самых разных форм, горящих повсеместно билбордов с рекламой и вывесками перегружало мозг. А больше всего его пугал тот факт, что в этом гигантском городе ему нужно отыскать секретный штаб Йормунганда. Обнадеживала только подсказка Эбигейл: «кончик хвоста змеи в километре от южного берега смотрит в сторону шакала». После высадки в южном аэропорте Сапфира Архивариус отправился на поиски. Путь Виктора пролегал через ночные улицы южного района, где гармонично сливались отреставрированные китайские музеи и храмы с современными многоэтажными домами. Несмотря на позднее время на тротуарах было довольно оживленно: парню встречались как уставшие офисные работники, возвращавшиеся домой со сверхурочных, так и весёлые гуляки, отмечавшие конец дня с алкоголем в компании друзей. Волков не уставал поражаться чудесам нормальной жизни: в мире всё ещё были люди, для которых повседневной проблемой был злой начальник, а не Хонкай. Побродив по городу ещё несколько минут, вестник пришёл к выводу, что обход всего района займёт слишком много времени. Тогда ему в голову пришла идея посмотреть фотографии в навигаторе: ему удалось найти четыре заведения на запрос змея, но, как оказалось через полчаса, ни одно из них не было связано с подсказкой. Сомнения начали закрадываться в голову Виктора, пока он усердно листал карту на навигаторе, как вдруг его глаз зацепился за планировку улицы: на одном конце проспекта находилась инсталляция «Нефритовая» змея, от которой тянулась трасса до треугольной аллеи с пятизвездочным отелем. «Серый Змей оставил этот шифр?», — Бертрам не сдержал усмешки. — «Действительно, намёк лишь для тех, кто помнит» «Что ты имеешь в виду?» «Этот шифр придумала одна моя чокнутая знакомая. Если так подумать, чокнутых знакомых было у меня предостаточно, но она была умелой изобретательницей, а ещё любительницей загадок и фокусов. И эта конспирация — отчасти её идея. Просто иди в этот отель, по пути найди шакала и держи в голове его местоположение» «Точно чокнутая», — протяжно вздохнул Волков после попытки осмыслить причину такой секретности. По крайней мере в этот раз его сосед в голове оказался действительно полезным. Чем ближе Виктор был к отелю, тем сильнее менялось окружение. Людей постепенно встречалось меньше, улицы становились живописнее, а здания — громоздкими. Вестник внимательно высматривал каждое здание в поисках метки, отчего немногочисленные жители района косо поглядывали на него и с пренебрежением шептали: «деревенщина». Только добравшись до аллеи, Виктор нашёл шакала. Точнее, арт-объект из целой коллекции изваяний животных на террасе, среди которых седьмой по порядку стояла статуя шакала. При входе в отель парня сразу радушно поприветствовал портье. — Добрый вечер. Добро пожаловать в Цзинь Мао. Подскажите, пожалуйста, какой Вы зарезервировали номер? — Седьмой. — Извините, но данный номер уже занят, — как того требовал этикет, администратор виновато улыбнулся. — Вы уверены, что Ваш номер седьмой? Губы Виктора плотно сжались. Про себя он уже бормотал ругательства в сторону Найткроу за то, что обманул его и заставил позориться. Парень хотел развернуться и уйти, чтобы продолжить поиски, но напоследок решил бросить ключевую фразу. — Кончик хвоста змеи в километре от южного берега смотрит в сторону шакала. В мгновение ока лицо портье посветлело. — А-а, Вы наверное заказывали экскурсию! Чего же Вы сразу не сказали. Прошу, пройдите к седьмому номеру. Это на втором этаже, — мужчина показал расправленной ладонью в сторону левого коридора. — Пройдите налево, воспользуйтесь лифтом и поверните направо. Ваш гид будет ждать Вас там. — Спасибо, — Волков коротко кивнул администратору и проследовал в указанном направлении. Через минуту Архивариус стоял перед дверью с номером «7». Не успел он постучать, как по коридору раздался стук каблуков, разносившийся слабым эхом по пустому коридору. — Не припомню, чтобы я сегодня принимала гостей. Когда Виктор повернулся, к нему подошла женщина в свободном белом костюме — словно медицинском. Её пронзительные золотые глаза смотрели на парня с холодным интересом, будто в любой момент она может достать скальпель для препарирования. — А я на экскурсию пришёл, — Волков нервно сглотнул, но прилежно сохранял невозмутимый вид. — Проверить, показывает ли кончик хвоста на шакала. — Тогда покажи своё «приглашение», — незнакомка остановилась в шаге от Виктора и наклонилась вперёд, позволяя своим чёрным локонам свеситься до плеч. Не спуская глаз с женщины, вестник вытянул Пожиратель Воспоминаний, спрятанный в ножны. Вид кинжала пробудил в ней крупицы снисхождения, и она отступила. — Три человека, до тебя державшие этот кинжал в руках, скончались от мозговой недостаточности, — бросила женщина с такой сухостью, словно прочитала новостную сводку, после чего она развернулась и махнула рукой в свою сторону, приглашая проследовать за ней. Слова постоятельницы отеля бросили легкую дрожь сквозь тело парня. — Я… примерно догадывался, что такой исход возможен. Хотя с посторонней помощью мне удалось спасти Вашего курьера. — Она всё равно не будет жить долго и счастливо, — женщина одновременно нажала кнопки «1» и «7». Дверцы лифта быстро сомкнулись, и кабина устремилась вниз. Когда на индикаторе загорелось «-4», лифт открылся. — Меня зовут Клео Гипатия, но обращайся ко мне по кодовому имени «Шакал». У меня есть для тебя работа, Архивариус.