Молчание - золото

      Неа смотрит на Трайда сквозь железные прутья решётки, смотрит на его волосы, глаза, руки, изучает каждый сантиметр его лица. И не находит ни единой знакомой черты. Даже взгляд у него теперь другой — без родных смешинок и снисходительно-влюблённых искр. Взгляд Трайда — глухая скорбь и траур, отчуждённое недоверие и след хлёсткой пощёчины предательства. Неа даже мог бы сказать, что сожалеет. Но Неа не жалеет.       Неа усмехается криво и протягивает бледные пальцы, самыми-самыми кончиками касаясь смуглой шеи.        — И ни единого следа.       Трайд отшатывается от прикосновения как от раскалённого железа чистой силы — оголённая старая рана искрящихся проводов. А Неа усмехается ещё шире, и глаза у него горят тем же одержимым светом — солнечные протуберанцы в студёной воде.        — А ведь я отрубил тебе голову одним взмахом.       Трайд хочет от него сбежать или его же убить. Убить не из мести, а инстинктивно — устранить угрозу чистой силы и поломанного предателя. Неа же отстранённо думает, что они поменялись местами.       Неа помнит северного бога в человеческом теле, длинную косу светлых волос и едва-едва желтоватую зелень сентябрьской листвы в глазах. Сейчас же на него смотрят два солнечно-закатных диска на шоколадно-молочном лице. И от этого хочется смеяться ещё больше, громче и горше. Теперь из них двоих Неа — серая моль с кроваво-красной не своей рукой.       У Неа проносится мысль, что вся его жизнь — плохая шахматная партия с королём-Трайдом и джокером в рукаве. Короля Неа так и не сберёг. Неа даже почти жалеет. Ровно три секунды, в которые успевает об этом подумать.       Беловолосая голова — бум! — падает к ногам еле дышащего Трайда вместе с остатками прутьев решётки. Голова улыбается Трайду влюблённо и нежно, с искренним сочувствием. А счастливые глаза с золотыми рыбками в серых озёрах всё ещё смотрят Трайду в самую душу.       Трайд отстранённо думает, что он всегда был пешкой белых. И насаживает себя на чёрный джокерский меч.