Луч Солнца под холодным дождём

Утро началось с тёплых объятий. Как хорошо. Надеюсь, после сегодняшнего дня я буду чаще так просыпаться... Я продолжила лежать и наблюдать за Ромой. Волосы растрепались и часть их закрывала его глаза. Выглядел он умиротворённо. Глаза чуть подрагивали, но не открывались. Реснички тоже немного шевелились. Наши лица были на расстоянии двух сантиметров. Можно было почувствовать его дыхание. Помимо объятий нас сближали переплетённые ноги. Я не знаю, как это произошло, но могу предположить. Когда я ложусь спать, то обычно обнимаю часть одеяла и закидываю ногу на него. Но сейчас одеяла не было и его заменил Пятифан. Что-то долго я размышляю, нужно возвращаться в реальность. И, когда мой взгляд перестал пялиться в одну точку, мои глаза встретились с зелёными, цвета сочной травы, глазами. О чёрт. Я только что поняла, что всё это время пялилась на него, а он это увидел. И, возможно, наблюдал это некоторое время. Только что проснулась, а уже краснею, и снова слышу насмешку. Дружескую, безобидную насмешку. — Доброе утро. — Доброе. Долго за мной наблюдаешь? Я просто задумалась, ну, и так получилось... — Нет, совсем недавно проснулся. Как спалось? — Хорошо. А тебе? — Да нормально. Правда, немного неудобно, палатка неровно поставлена. Всё-таки из тебя не получится командир. Даже палатку не можешь поставить, — он то ли улыбнулся, то ли оскалился, но это не было злым жестом, скорее дружеским стёбом. Рома заставляет меня ещё сильнее краснеть, ведь буквально после этих слов он подвинулся ближе ко мне. Теперь мы касались кончиками носов. — Эй, вообще-то мы вместе её ставили! Мог бы помочь, раз сейчас что-то не нравится. — Ха-ха, ты так смешно надуваешь щёки и губы, когда злишься. Ха-ха-ха, — пространство заполнилось мягким Роминым смехом, а я, как завороженная, уставилась на него. Волосы растрепались ещё сильнее, около глаз появились морщинки. Хочу наблюдать за этим постоянно. Его смех заразительный, поэтому я тоже засмеялась. Через время мы уже вытирали последние капельки слёз. Правда, делали мы это очень неловко, я лежала на его правой руке, но была ниже, чем голова Пятифана, поэтому смеялся и дышал он мне в макушку. Уверена, ребята слышат нас, если не спят. — Эй, Ярослав, ты останешься с нами, на? — В смысле? — Мы поговорили и решили, что останемся ещё на время, на. Ты с нами или с Ромкой уйдёшь? — Пожалуй, мне пора домой. Всем пока! — обнявшись со всеми, кроме Полины (ей я просто улыбнулась), мы с Пятифаном пошли ко мне домой. Снова переплетя пальцы. — Я зайду за тобой ближе к вечеру, будь готова к семи. — Хорошо, а надолго мы пойдем? Мне нужно предупредить папу. — Думаю, до двух. Может позже. — Ладно. Оставшийся путь прошёл в мирном молчании. Кстати, Лёша умолял оставить ему Шера, поэтому пёс остался на берегу. Кто же знал, что они так хорошо поладят? Наравне с Лёшей был и Бяшка. С этими двумя, за исключением меня, Шерик хорошо ладил. Даже слишком хорошо. Можно ли уже начинать волноваться и ревновать? Он даже спит с ними спокойно. Я снова надолго задумалась. Настолько, что мы успели прийти. — До встречи! — Ага, не забудь надеть что-нибудь тёплое. Я не уверен, что ночью будет также тепло, как и сейчас. — Конечно, пока. Снова объятия, но уже без поцелуя. Почему? Просто так. Хоть мы и друзья, да и поцелуй дружеский, но это немного странно. С другой стороны, мы сегодня идём на свидание, а это событие для меня означает его не безразличность ко мне. Я совсем запуталась. Во всяком случае, кажется, его это не сильно обидело, скорее озадачило. Но Рома молчал. Я тоже. Так мы и разошлись. Оставшиеся несколько часов я помогала папе готовить, убиралась в доме и просто занималась домашними делами. Было достаточно интересно пересматривать альбомы с фотографиями. Там, где мы были с мамой. Пикники, места волонтёрства, маленькие походы в магазин, когда я была совсем маленькой, просто домашние фотографии. Особенно мне понравилось наше семейное фото около ёлки. Был канун Нового года. Дерево папа тогда привёз из леса. Сам рубил. Я была очень рада. Наряжали её мы вместе с мамой, а отец готовил праздничные блюда. Мама почти никогда не готовила, она объясняла это тем, что «мне не был дан дар готовить, поэтому в нашей семье готовит папа». А тот самый папа был не против. Ему это нравился, он был словно рыба в воде. Так однажды выразилась бабушка. Да, бабушка была хорошей женщиной, всегда помогала, подбадривала, но при этом была строгой и справедливой. Ещё тогда я поняла, в кого моя мама пошла. Они были похожи, почти как близнецы, даже по внешнему виду. Те же глаза, нос, черты лица, даже фигура похожа, но улыбка у мамы была не похожа ни на кого. Да и характер у неё был мягче. Так вот, на фотографии были мы с родителями. Я сидела на руках у папы, точнее, одной рукой он держал меня, а другой прижимал маму за талию к себе. На заднем плане расположилось окно, в котором была тьма и лишь немного видны серебристый блик снега и наша ёлка. Она была большой, чуть ли ни до потолка, украшена всякими игрушками. В самом низу были видны конфеты и часть подарков. Комнату освещала гирлянда и камин, угол которого можно было заметить за ёлкой. Красные, синие и жёлтые блики отражались на стекле окна. Вся фотография выглядела по-домашнему, наверное поэтому она меня привлекла. Так, найду-ка я раму и повешу на стену. На это деяние пришлось потратить около двух часов. Всё из-за папы! Как только я вышла из комнаты, он меня позвал вниз, чтобы я помогла приготовить еду. Нет, я люблю готовить, но с отцом это делать почти невозможно! Как только ты начинаешь что-то делать, как слышишь его недовольное сопение и через несколько минут: «Ну не так нужно делать! Я тебе уже показывал! Это же элементарно, берёшь и вот такими кубиками режешь! А у тебя получаются какие-то квадраты! Что ты смеёшься? Они у тебя плоские! А надо объёмные! Кого я выращиваю? Ничего не можешь сделать!». Я лишь пробурчала: «Я не овощ, чтобы меня выращивать». На что получила ещё одну порцию «оскорблений» моих кубиков-квадратиков. Один раз мы с мамой делали рагу, так он, когда попробовал, только и сказал: «И врагу не пожелаешь вашего рагу». Я потом несколько часов смеялась ходила. И нет, не думайте, что он такой грубый и не ценит моих и маминых стараний. Папа очень трепетно относился и относится к нашим попыткам готовить. Всегда хвалит и является главным тестировщиком стряпни. Но мои кубики были вполне кубическими! В конечном итоге меня выгнали с кухни со словами: «Иди отсюда! Легче самому нарезать! Не твоё это дело – готовить». А я и не против, мне вообще рамку искать надо. Так и проходило моё время до семи. Нужно одеваться. Так, что тут у меня? Спортивки, футболка, кофта – всё как всегда… Поверили? Увы, но ранее перечисленные вещи придётся отложить. Я рассказала папе про всё. Совсем про всё. Да, я почти бесстрашная. И вот представьте, большой мужчина, с длинной бородой и суровым нравом, бегает по всей гостиной с горящими от счастья за свою дочь глазами и при этом ещё что-то кричит. Эти действия продолжались на протяжении 15 минут. А уже следующие 15 минут прошли в расспросах в чём же я пойду. Ну, и далее мы, а, точнее, папа галопом поскакал в мою комнату, чтобы выбрать что-то нормальное, ведь: «Ты что, совсем с ума сошла?! Ты на свидание идёшь или с гопниками на улице драться за пачку семечек по акции?!». То, что «будущий жених» – гопник, его ни капли не смутило. Так о чём это я? Точно! Чтобы я не выглядела, как выше описанный человек, папа достал мои платья. Да, вы не ослышались, у меня есть платья, просто я в них не хожу. Полчаса мы спорили, какое же платье мне надевать. Отец ни в какую не хотел позволять мне надеть белое платьеце в подсолнух. Упёртый, как баран. Но я тоже не пальцем деланная, упёрлась, что и красное здесь не в тему. Спорили-спорили, так и доспорились до нежно-голубого платья чуть выше колена. Оно подчёркивало мою талию и грудь, рукава были выполнены в виде рукавов рубашки. Выглядело это очень красиво. Так сказал папа, а папа врать не будет. Ну, вот я и надеваю сейчас это самое платье, а отец дожидается меня внизу, чтобы порадоваться за своё чадо. На ногах колготки, поэтому не думаю, что замёрзну. Да и рукава длинные. Что же, пора идти. Только я оказалась на первом этаже, как послышались комплименты. Несколько минут меня нахваливал папа, потом же послышался стук в дверь. — Я открою, а ты обувайся. — Хорошо, только не делай глупостей, — я посмотрела на него и встретилась со взглядом а-ля «совсем не понимаю, о чём ты говоришь». Открылась дверь, и появился Рома. Да начнётся знакомство. — Здравствуйте, я за Ярославой. — Здравствуй, знаю, как тебя зовут? — Я Ромка Пятифан. — Что же ты стоишь? Проходи, расскажи что-нибудь о себе. Я же должен знать, с кем отпускаю дочь. Кстати, меня Алексей Александрович зовут. Будем знакомы. — Будем… Да что рассказывать? Живу здесь с рождения, хожу в тот же класс, что и Ярослава. Вы не бойтесь, я смогу, если что, за неё постоять. Мы поздно придём. Она вам сказала уже, наверное. — Сказала. Я и не волнуюсь. С первого взгляда понял, что ты успеешь в случае чего среагировать… — Я готова, — вообще, я обулась ещё несколько минут назад, но нужно же подготовиться морально к последующим событиям, да и разговор их послушать можно. Вам интересна реакция Пятифана на мой наряд? Скорее всего да, иначе, зачем вы здесь? Так вот, как только я появилась в коридоре, у папы появилась улыбка на губах, а у Ромы глаза на лоб чуть не полезли. Зрачки расширились, была видна лишь тоненькая зелёная каёмка. Брови почти доставали волосы. На это я лишь улыбнулась, щёки вновь немного покраснели. — Пойдём? — Да, до свидания, Алексей Александрович. — Пока, пап. — Пока-пока, — мы вышли из дома, отец закрыл за нами дверь. Вновь мы идём только вдвоём, и вновь наши пальцы переплетены. — Прекрасно выглядишь. — Спасибо, — кровь сильнее прилила к лицу. — А куда мы идём? — Скоро увидишь, нам недалеко. Только нужно по лесу немного пройти. — Хорошо… Пока мы шли, я потеряла счёт времени. Лес становился всё темнее, солнце садилось. Стояла полная тишина. Казалось, что её можно было резать ножом и продавать. Кто-нибудь хочет кусок тишины? Где-то кричали птицы, сухие ветки хрустели под нашими ногами. Может прошёл час? Или два? А может быть прошло всего 10 минут. Кто знает? Даже луна появилась на небе. — Стой. Закрой глаза. — Что? Зачем? — Закрой, говорю. Это будет сюрпризом. И не бойся, я буду тебя держать. Ты мне доверяешь? Эти слова заставили меня задуматься. Доверяю ли я ему? В памяти всплыли все случаи с Ромой. Первое знакомство, немая просьба не сдавать их, шоколадка с благодарностями, место рядом в школе, разговор по душам, клички, поход. Это свидание в конце концов! Пора делать решение. — Ярослав? Ты мне доверяешь? — Слава. — Что? — Для тебя я Слава. Да, я тебе доверяю, — с этими словами я закрыла глаза, позволяя вести себя за руку. Пол секунды мы молча стояли, но потом мою руку потянул Пятифан. Я в свою очередь замерла в трепетном ожидании чуда. И знали бы вы, как много значили слова выше. Доверяла я лишь некоторым, они и звали меня «Славой». И вновь омут мыслей затянул меня, да так, что я не заметила, как споткнулась о корень. Чёрт. — Я тебя держу, — и правда, на талии почувствовались чужие руки. Таким образом мы и дошли до места. — Готова? — Да. — Открывай глаза, — открыв глаза, я увидела большое просторное поле, полностью покрытое разными цветами. Лунный свет мягко освещал местность. Мы стояли чуть выше, чем поляна, поэтому вид открывался просто шикарный. А теперь представьте: парень и девушка стоят под лунным светом, он держит её за талию, встав рядом и прижав к своему боку. А она, с восторгом в глазах, смотрит на цветы, что будто светятся в лунном свете. Картина выглядит мистически и завораживает. — Тебе нравится? — Да, очень. Спасибо большое! — Пустяки. Эй, ты куда? — я вырвалась из «объятий» и побежала вперёд. Цветы расходились передо мной, словно разрешая мне нарушить их порядок. Бежала я как в последний раз. Нет, я не убегала от Ромы, скорее почувствовала лёгкость. Платье развивалось сзади меня. В свете луны, я уверена, это выглядело, словно мотылёк стремительно летит вперёд. Около середины я резко развернулась и упала на землю. Нет, больно не было, растения смягчили приземление. Минуту я так и лежала, глядя на тёмное небо, а потом рядом со мной приземлился Пятифан. — Ты хотя бы предупреждай! Знаешь, как я испугался? — Смотри! — я тыкнула пальцем в небо. Он проследил за действием. — Сегодня полнолуние. Очень красиво! — а вместо ответа на его вопрос, лишь сплела пальцы. — И правда, — странно, что Рома не продолжил смотреть вверх, а вместо этого повернул голову ко мне. — Что-то не так? — я тоже повернулась к нему, и вновь мы были очень близко. — Нет, вовсе нет, — он прошептал мне это и двинулся чуть вперёд. Теперь наши губы были в паре миллиметрах друг от друга. — Знаешь, я никогда не видела такой красоты. Спасибо тебе, что показал мне всё это. Правда, ничего красивее мне и не снилось. — А мне снилось. — Правда? Что? — Не «что», а «кто». — И кто же это? — Ты…