Одуванчики
Я помню, мы с тобой валялись, даже не думав не о чем, лежали рядом, запыхаясь, плевать нам было на все-все. И помню я, как безметяжно, так спокойно и любя, ты терепала мои щеки, что-то под нос себе бубня, возможно я и раздражалась, или как злодей себя вела, но я была счастливой, такой, что рифмами не описать.
Помню, как твоя, примудреная и лёгкая голова, с улыбкой на моих плечах валялась, и так красиво улыбалась, что можно было умереть, дак так, что даже не воскреснуть.Помню я, последний день сентябрский, когда мы вместе, запыхаясь, за ручку, словно дети, носились по полю, смеясь, смеясь как дети, смеясь как люди, что любить умеют.
И помню я, как вместе мы, валялись в поле, в поле, что вдоль да поперёк покрыто ими, поле, покрыто пушистым одуванчиками, что распирая кожу лезли прям в глаза, ломая вмиг глазницы наши.И помню я, как тяжело, плялась я в поле одуванчиковом, и помню я, как тихо, и как серъёзно, в одуванчик ах валялась я. Ничего у меня не осталось, ни волос, ни глаза, ни тебя. Лишь одуванчики, что трепетно разливались по моим бинтам, лишь их тёплый запях, и память о тебе. Отныне впреть я не забуду твоих янтарных глаз, отныне буду я беречь все то, что у меня осталось, спи крепко, моя Ноабара.
