Страшные времена любви

Дата смерти Крепыша: ночь с 20 по 21 апреля, . . . . года. В этот день Крепыша не стало. Щенячий патруль сильно изменился, при чем не в лучшую сторону. Первые дни никаких изменений патрульные не замечали, но после похорон, что они устроили, изменения стали заметны. Но сейчас, не об этом сейчас нас интересует несколько иное событие, произошедшее чуть больше недели назад. 12 апреля . . . . года. Лес Гудур. Деревня Белатон. . Только только закончился дождь. Встало солнце, освещая свежие, полные жизни деревья и кусты. Маленькие зелёные травинки, на которых появилась роса, медленно выпрямляются. Посреди пыльной дороги, проложенной людьми, присыпанной песком, выросла маленькая, белая ромашка. Она тянулась вверх, к солнышку, хотела жить и не умирать. Она смотрела на большое поле, окружённое лесом, посреди которого стояла небольшая деревня и радовалась жизни. Ромашка росла, казалось вот вот она вытянется и резким скачком вырастет до неба. Вот вот, ещё немного иии... Большая нога в потрепаном и грязном башмаке раздавила ее. По сельской дороге медленно шел человек, среднего роста, лест двадцати. На нем были белые, ставшие серыми от грязи штаны и бежевая кофта. На голове, красиво устроившись на длинных, растрёпанные во все стороны седых волосах, была шляпа. Он шел, опустив вниз голову. Медленно, высоко поднимая ноги и почти не шевеля, руками. Вдруг сзади раздался глухой, язвительный и неприятный голос. - Смотрите! Ночной герой идёт! - Весь лохматый и седой! - Раздался другой голос. Путника начала медленно обгонять арба. На ней сидело трое мужиков, один из которых держал за поводья лошадь и время от времени бил ее плетью. - Вы смотрите! И... И улыбается! - Сказал третий. Человек поднял голову, показав лицо. Оно было белым, как мел, кубы были алыми как кровь, а глаза черные как ночь. Такой вид даже немного напугал смеющихся, но все таки не остановил их. Они продолжали шутить над человеком и смеяться. Человек резко остановился. Его улыбка стала ещё шире. Он поднял руки вверх. Тут же из ниоткуда появились черные тучи, которые со всех сторон обвивали молнии. Или же молнии постоянно возникая начали бить по всему полю. Дождя не было. Один из мужчин в стране ударил коня, но бедное животное испугалось грома и отпрянули назад. Тут же в повозку ударила молния. В человека полетели щепки. Тучи, закрывшие солнце, полетели на деревню. Молнии продолжили бить там. Люди выбегали из домов, кричали, носились туда сюда, электричество поджигало дома, начался пожар. Но ни одна молния не ударила по человеку. В этот день, все умерли не из-за молний. 13 апреля . . . . года. По лесу ехали три всадника. У каждого на лошади лежала туша убитого животного. У одного, довольно низенького человечка, это был заяц. Только один. У второго, среднего роста, на крупе лошади лежало уже два зайца. А у третьего, человека гигантского, даже ненормально высокого роста, был целый кабан. Охотники весело разговаривали, ибо совсем недавно, после ночёвки в лесу, вновь тронулись в путь. Человек гигантского роста, одетый в серые штаны и белую майку, поверх которой была бежевая, не застегнутая куртка, говорил больше своих двух спутников. Они они, одетые абсолютно одинаково в серые черные штаны и красные куртки, больше слушали, своего старшего спутника, хотя тому было только тридцать пять лет. Этого человека, гигантского роста, звали Ганс. Его низкого спутника звали Тимм, а последнего, который подстрелил двух зайцев, звали Гарри. Гарри был самым молчаливым в команде. Большей частью, он задумчиво смотря в землю, что-то бубнил себе под нос, иногда вставляя какие-то фразы в разговор двух спутников. Тимм же, говорил и говорил. Он мог поддержать любую тему для разговора, которые так старательно подкидывал Ганс. Он много читал, много знал, но увы, мало видел. Так троица проехала несколько километров, пока не вышла на поляну, где стояла деревня. Увидев ее из далека, они ужаснулись. По всей деревне были раскиданы пепелища, почти все дома были разрушены. Когда трое всадников подъехали ближе, то начали различать и трупы людей. Единственная улица в деревне, с двух сторон которой стояли домики, была усеяна трупами. Повсюду валялась разбитая посуда, тряпки, сундуки, где-то лежали ножи. между этими валявшимися вещами, лежали трупы людей. Каждый человек, женщина, мужчина, ребенок, лежал в луже крови. У каждого было только одно ранение. Гарри сдвинув брови, смотрел на это. Ганс снял шляпу, а Тимм, слез с коня и начал осматривать мертвецов. Через несколько минут он сказал: - У каждого из них, одно и то же ранение. Их как будто проткнули копьём. Но, для копья, раны слишком рваные и неровные. Это было скорее всего деревянное оружие. - Кол? - Сразу предложил Ганс. - Или может какой нибудь сук, заточенный? - Слезая с коня, сказал Гарри. - Вполне возможно. Следующие несколько часов троица растаскивали трупы жителей родной деревни. Было больно видеть их в таком состоянии. Семей у троицы не было, но были друзья, знакомые. Без боли на эту кровавую бойню взглянуть было сложно. Каждый из трёх друзей, оттаскивал по одному трупу на пустырь, где они собирались рыть могилы. Ганс, в отличие от своих спутников, мог поднять и унести на этот пустырь, сразу четыре тела, но из уважения к мертвецам, которые так недавно жили, которых он так недавно видел, разговаривал с ними, наблюдал, как играют теперь мертвые дети, которые сейчас смотрели на него своими пустыми глазами. Если бы Ганс стал бы таскать сразу по четыре трупа, друзья бы и слова ему не сказали, но все же... Что они тебе могут сделать за неуважение и даже издевательством над ними? Ничего. Это были беззащитные люди, не привередливые, можно было их бросить так и уехать куда нибудь. Но... Будешь ли ты после этого человеком? Когда все трупы были перенесены, друзья начали рыть могилы, с помощью лопат, найденных во дворах. Пока Тимм заканчивал половину, Гарри начинал третью, а Ганс уже доделывал третью. Солнце сложилось. Перед ровно сорока могилами на коленях стояло трое друзей и молились. Молились они долго, до захода солнца. Когда стемнело, трое друзей остались ночевать в одном из разрушенных домов, в котором уцелела крыша. Их собственные дома, стоящие рядом, и сделанные из дерева, сгорели до тла. На следующий день побродив по деревне, лишившиеся дома, нашли несколько бутылок пива, какие-то переправы, хороший котел и парочку вполне сносных ножей. Самое главное, что они забрали, так это небольшой сундук, до верху наполненный различными золотыми и серебряными изделиями, монетами, украшениями и так далее. Это были все сбережения друзей, а так же те, что они нашли в разрушенных домах. Эти деньги ведь больше никому не нужны? Ведь так? Ганс не выдержал и забрал свой старый топор, такой же большой, как и он сам, единственное что уцелело в его сгоревшем доме, ибо его рукоять его была сделана из редчайшего железного дерева, почти что не горящего в огне. Собрав эти вещи, а так же сняв шкуры с убитых ими на охоте зверей, которая спасла им жизни, ибо если бы эти три дня друзья провели в деревне, их бы наверняка настигла бы та же участь, что и тех сорок жителей уже несуществующей деревни Белатон. Гарри и Тимм, ожидая Ганса, ушедшего за топором, который вспомнил про него в самый последний момент, не разговаривали. Тимм грустно смотрел в пол, а Гарри, что-то записывал в своем дневнике. Дневнике... Наконец вернулся Ганс. Он спросил о чем то, получил ответ, и сел на коня. Двое других сделали тоже самое. Так и началось их путешествие в город Бухта приключений, где было решено начать новую жизнь. Продолжение следует ..