Омут заблудших душ

— Вы любите загадки, миссис Фрейзер? — спросил детектив Филипп Броуди, поглядывая на меня эдак с прищуром. И привычным жестом, не глядя, наполнил пару стаканов дешевым бренди. -Нет! — ответила я, пожалуй, чуть резче, чем следовало. — Я люблю отгадки. За ними я к вам и пришла. На самом деле не любила я не загадки, а людей с прищуром. Хотя, может статься, он считает, что это обязательный элемент образа? Как плащ и шляпа? Возможно, он любит эти фильмы «нуар»? Впрочем, все равно. Лишь бы работал как надо. А вот что совсем не все равно, так это почему я назвалась ему Фрейзер? Я этого не планировала. Вообще не задумывалась, как представиться, так как Джо сказал, что Фил Броуди — человек надежный, и детектив профессиональный, и вообще мировой мужик, у которого можно попросить помощи в сложной ситуации. Одно слово — находка для авантюристки вроде меня. Интересно, когда Джо успел все это узнать, если Броуди был всего лишь его пациентом? Загадка. Да, так почему же тогда Фрейзер? Хотелось бы мне знать… Ладно, подумаю об этом завтра, решила я, в отличие от старушки Скарлетт, действительно, намереваясь позже об этом поразмыслить. — А я — люблю, — объявил Броуди, вернув меня из задумчивости. — Что? — глуповато переспросила я, не сообразив сразу. — Загадки, миссис Фрейзер, загадки! — улыбнулся он. От прищура не осталось и следа. Точно, интересничал! Нашел время!.. — Тогда почему бы вам не поработать детективом в полиции вместо того, чтобы фотографировать неверных мужей? — сама не знаю, почему я разозлилась. Просто было очень тяжко на душе. Он покачал в стакане свое бренди, уселся в кресло и снова прищурился на меня. — Да, так он мне вас и описал. Мистер Абернати. Как он меня описал? Что язык мой — враг мой? И почему он вообще меня ему описывал?! — И как же он меня описал, позвольте узнать? — Что вы — необычная женщина, миссис Фрейзер, — едва заметно ухмыльнувшись, изрек он. Да уж, что и говорить, необычная. Назвалась фамилией другого мужа, когда он прекрасно знал мою нынешнюю. Но у меня уже не осталось ни сил, ни желания сердиться даже на его ухмылку. Хотелось поскорее с ним закончить и пойти отдохнуть хоть немного, так как вечером сделать этого не удастся. А отдыхать было нужно. Не проходящая печаль выматывает не меньше, чем физическая нагрузка. Детективу тоже, видимо, надоело тянуть резину. — Итак, мадам, вы хотели, чтобы я проследил за вашим мужем? Логично. Что еще мог предположить Джо, когда я спросила у него адрес знакомого частного детектива. Как будто я и так не знала, что Фрэнк… — Хотите собрать материалы для развода? Под таким углом на сыскную работу я пока не смотрела. — Нет, детектив. Мне необходимо собрать сведения о другом человеке. Кто он, откуда, где родился, кто родители, чем занимается. И еще мне бы хотелось, чтобы вы понаблюдали за ним какое-то время. Я хочу знать о нем всё. Где бывает, где работает, с кем контактирует. Всё. — Его имя? — Он называет себя Александр Кэмерон. И сейчас мне известно о нем только то, что он встречается с мисс Кэйтлин Баркли, дочерью профессора Баркли, коллеги моего мужа. — Называет себя? То есть вы полагаете, это не настоящее его имя. — Возможно, он не тот человек, за кого себя выдает. — Вы знали его раньше? Под другим именем? Каким? — Я не уверена, детектив. И мне больше нечего вам сказать. Броуди откинулся на спинку кресла. Он больше не улыбался и не ухмылялся. — Могу я узнать, почему это так вас расстраивает, мадам? — вопрос был неожиданным и абсолютно неуместным, и он, наверняка, это понимал. Зачем же он его задал? Я тоже отодвинулась от него, насколько это позволял мой простой конторский стул. — Он причинил вам какое-то зло? — снова задал он некорректный вопрос. Я так и не поняла зачем. Неужели кто-то на моем месте стал бы отвечать на подобные вопросы? — Загадки, детектив, — я улыбнулась так загадочно, как только могла. — Вы же их любите, не так ли? Зачем же задавать все эти вопросы? Он моментально принял мой шутливый тон и отсалютовал мне стаканом. Затем допил бренди и написал на клочке бумаги сумму своего гонорара. — Вас устраивает, мадам? — Да, вполне, детектив. На самом деле меня устроила бы любая сумма. Кажется, я и душу дьяволу заложила бы, если бы пришлось. — Думаю, мы с вами поладим, — сказал он напоследок, и я заметила, что улыбка его очень красит, даже делает молодым, несмотря на седые виски и заметное брюшко любителя пива, — Клэр. Не припомню что-то, чтобы мы на имена переходили. — Да, думаю, поладим, Фил. Выходя от него, я продолжала размышлять, зачем он задавал мне вопросы, на которые не ждал ответа. И в итоге, думаю, нашла разгадку. У меня же все на лице написано? А он детектив, так что… Должно быть, я выглядела такой запредельно несчастной, что не описать словами. И он просто пожалел меня.

***

Тем вечером я снова увидела Джейми. В университетском театре студенты ставили любительский спектакль. Им нужна была непременно рыжеволосая девушка на маленькую роль, и кто-то вспомнил про дочь профессора Рэндалла. Кажется, я знала название пьесы, Бри говорила, что-то современное, я не очень их люблю. Но потом забыла напрочь. Он сидел во втором ряду, и опять рядом с ним была Кэйтлин Баркли. Все то недолгое время, пока Бри была на сцене, я, как чокнутая, твердила его упрямому рыжему затылку: «Смотри на нее! Посмотри!!! Она же твоя копия, как можно этого не видеть, чертов ты сукин сын!!!» В антракте Кэйтлин и ее «хороший друг» подошли к Фрэнку, а я, завидев еще издалека, что они приближаются, немедленно ретировалась в туалет. Подушек для истерик там не было, и не было ни малейшей возможности прокричаться. Поэтому на этот раз не повезло стопке бумажных полотенец. На обратном пути Фрэнк рассказывал, в каком ужасе пребывает старина Баркли от нового приятеля его любимой дочки. Тот мало того, что старше ее невесть на сколько, так еще игрок, мот, гонщик и любитель экстремальных развлечений. — Каких развлечений? — тихонько переспросила я, и тут же пожалела, что открыла рот. Голос прозвучал, как с того света. Но Фрэнк на меня не смотрел и опять ничего не заметил. Пояснил, что экстремальные развлечения — это горы, парашюты и все самое опасное, что выдумала больная фантазия любителей адреналина. Уж про адреналин-то я точно слышала, усмехнулся он. Да. Про адреналин я слышала. И в этот момент ко мне несколько запоздало пришло понимание того, почему я все же назвалась детективу фамилией Фрейзер. Я физически не могла дольше выносить тот факт, что все это время была Клэр Рэндалл.