Долго и счастливо

Оказалось, что мой крёстный отец владел далеко не маленьким деревянным домиком на берегу реки. В конце-концов, он согласился поселить меня и детей у себя, пока мы не подберем себе отдельное жилище. Однако ему явно не понравилось присутствие Торренса. Было нетрудно заметить, что у Джастина Келлермана вообще проблемы с доверием. Он с огромным скептицизмов разрешил Норману ночевать в одной из гостевых спален на втором этаже. Я заняла другую спальню вместе с детьми, а комната хозяина дома и его жены Кармен располагалась на первом этаже. Мы успели лишь мельком познакомиться с женой крестного перед тем, как пойти спать. В обнимку с детьми я быстро уснула: видимо, сказалась долгая дорога. К утру я впервые почувствовала себя…спокойно. Отдохнув за ночь и проснувшись в хорошем настроении, я повела детей гулять по городу, как и обещала. Торренс сказал, что с радостью бы присоединился, но ему надо немного поработать в ноутбуке. Сев в такси, я разузнала у водителя, куда можно сходить в этом городе. И первым делом, когда я поменяла доллары на песо, мы отправились на площадь Макроплаза; она оказалась настолько огромной, что поместилось бы целых четыре футбольных поля. Этот день я решила полностью посветить Арену и Киаре. Я так давно не гуляла с ними свободно, не боясь, что кто-то увидит, что нас поймают. Я любила их каждой частицей себя и надеялась, что моей любви им будет достаточно. Для детей этот день был сказочным. Сразу после площади мы двинулись к каналу Санта Люсия. Искусственная река достигала длиной два с половиной километра. По пути я поддалась уговорам и купила детям тако, хотя обычно была строга к их питанию, однако сегодня захотелось их побаловать. Монтеррей был фантастически красив. Из любого уголка города можно было наблюдать вершины гор. Малышам очень захотелось побывать в горах, но я решила, что для подъема в гору надо как-минимум подготовиться и прийти не в каблуках! Так что я обещала, что завтра ранним утром мы пойдем в горы, взяв с собой всё необходимое. Чего только ни сделаешь ради детей…Уже к трем часам дня дети прилично устали, накатавшись на всех возможных каруселях. Поймав такси, мы вернулись в дом Келлермана. Норман, судя по всему, был в своей комнате наверху. А на первом этаже за столом о чём-то увлеченно беседовали Джастин и его жена. Они замолчали, как только я зашла. — Привет всем- проронила я- А мы тут решили прогуляться. — И как погуляли?- улыбнулась Кармен Кармен обладала смуглой кожей и волнистыми чёрными волосами. Такими густыми, что в них можно было бы что-то спрятать. — Здорово!- воскликнул Киара- А завтра мы пойдём в горы! Да, мам? — Да. Идите в комнату, я сейчас поднимусь. Как только дети пропали с поля зрения, я подошла и присела с ними за стол. Трудно было не заметить, что Джастин не очень-то рад тому, что я объявилась, но выгнать меня он не мог. — Послушайте, я понимаю, что вы не в восторге от гостей в своем доме, но я сейчас в таком положении, что приходится забыть о своей гордости. А мне, поверьте, это очень трудно дается. И будь я одна, то не просила ни у кого помощи, справлялась бы со всем сама, но со мной… — Мы уже поняли- перебил Келлерман- Дети. Только потому я впустил тебя в свой дом, Селена. Они не должны страдать от той войны, что вы развернули. — Откуда ты вообще об этом знаешь, если много лет назад решил больше не связываться с моей семьей? — Я не настолько глуп, чтобы лезть в пекло: предпочитаю наблюдать издалека. — И зачем ты становился крестным отцом?- бросила я- Чтобы наблюдать издалека? — Твой отец был моим лучшим другом. К несчастью, он же и самый наивный человек, которого я знаю. — Знал- поправила я- Потому что он умер, и тебя я на похоронах не заметила. — Свой долг перед ним я отдаю прямо сейчас, предоставляя тебе убежище. Хотя после того, что натерпелся от Андерсенов, я имел полное право никогда и ни в чем вам не помогать. — И чего же ты натерпелся? — Например, того, что я почти тридцать лет прикован к инвалидной коляске! После того, как он крикнул это, я замолчала. Я понятия не имела о том, почему и как это произошло. И тем более не знала, что это как-то связано с кем-то из моей семьи. — Милый,- встряла Кармен- в доме дети, прошу тебя, успокойся. Селена, ты иди к ним, поговорим обо всем после обеда. Эта женщина обладала золотисто-карими глазами, которые смотрели сквозь тебя. Она располагала к себе и была довольно добродушна. Я решила послушаться ее и поднялась наверх. В коридоре наткнулась на Нормана. — Слышал, да?- догадалась я — Так точно. Знаешь, учитывая то, что Келлерман не поддерживает тебя, я думаю…зря мы поселились здесь. Кто знает, может, он сдаст нас? — Нет- уверенно ответила я- У него есть какие-то старые обиды, но я не думаю, что он способен на стукачество. Я поговорю с ним. Норман кивнул. Я двинулась к двери в свою комнату, где ждали дети. А перед тем, как успела зайти, Торренс добавил: — Ты здорово выглядишь, кстати. В смысле…тебе идет. На мне в тот день были белые джинсы и бежевый топ с вырезами. Неожиданно я ощутила себя неловко, получив этот комплимент. Но постаралась не показать этого и улыбнулась: — Спасибо. Надо признать, мексиканская кухня была слишком острой для меня, хотя другие эту остроту не ощущали, даже дети. Они с аппетитом съели весь суп и продолжили играть. Арен рисовал в своем альбоме, а Киара игралась с игрушечной железной дорогой, которую им дала Кармен. Я помогла убрать со стола и уже собиралась заговорить с Джастином, как вдруг Киара громко спросила: — А что это такое? Пальцем она указывала на яркую колоду карт, которая лежала на полке книжного шкафа. — Это карты, деточка. Кармен вытащила колоду карт и продемонстрировала их ей. — Ух ты…-протянула дочка- Такие красивые. Наблюдательный Арен тут же заметил: — Почему на них нет чисел? — Это необычные карты, а волшебные- низким голосом отозвалась она- Они могут рассказать всё о прошлом, настоящем и будущем. — Так вы тут картами таро развлекаетесь?- фыркнула я, сидя за столом — Это же Мексика, чего ты ждала?- усмехнулся Норман- Тут куда ни плюнь, попадешь в шамана. — Между прочим, зря смеешься, мальчишка - встрял Джастин- Кармен обладает таким даром, что тебе и всем твоим спецслужбам не снилось. — А можно узнать, когда я буду невестой?- с невинными глазами спросила Киара У меня невольно вырвалась улыбка. Кармен рассмеялась и ответила: — Ты еще совсем малышка, карты гадают только на взрослых. — Тогда пусть карты скажут, когда я увижу папу? Сердце кольнуло, стоило мне услышать ее слова. Они не забывали об этом никогда, это просто не выходит у них из головы, что бы я ни делала. Увези я их хоть на край света… — Эти дети лишены отца- негромко заговорил Джастин- Благодаря тебе они оторваны от дома. Скитаются по миру вслед за тобой. Неужели у тебя нет ни капли сомнения в том, что ты делаешь? — Да кто вы такой, чтобы судить ее?- встрял Торренс- Она делает всё, что возможно ради того, чтобы спасти этих детей. — От кого? От собственного отца? Ты похитила детей для того, чтобы они смотрели, как рядом с их матерью ошивается абсолютно чужой мужчина? Или ты считаешь, они ничего не замечают? — Для меня самое главное- прошипела я- Чтобы они были в безопасности. А что обо мне думают другие — безразлично. — Знаешь, почему я отношусь к тебе так? Потому что ты дочь своей матери. Точно такая же, как она. Я вижу перед собой ту же Мери-Джейн, лет тридцать назад. Это она не гнушалась любыми методами, чтобы повлиять на ход событий. — Моя мать бросила своих детей одних- я еле сдерживалась, чтобы не повысить голос- А я всеми силами пытаюсь уберечь их от Сайласа. — Неужели, ты думаешь, что справишься с этим лучше Кавалли? Только Он может уничтожить Сайласа. — Жаль вот только…- невесело усмехнулась я- Что Он не станет этого делать. Потому как, скорее доверится ему, чем не мне. — Как это… — Вот так. Я для него умерла. Меня нет, я не существую. И это навсегда. Джастин опустил глаза и на какое-то время замолчал. Для меня болезненнее всего было ковырять именно эту рану. Потому я старалась даже не прикасаться к ней. — … Что произошло? *** — Клянусь тебе, это не я! Я не делала этого! Я была в оцепенении. Мне никогда в своей жизни не приходилось еще смотреть на свое лицо и кричать во весь голос, что это не я. За последние несколько месяцев что-то капля за каплей отравляло связь между мной и моим мужем. День за днем. И я знала, чьих это рук дело. В этот день всё оборвалось окончательно. Тем вечером я напрочь забыла, где находилась, хотя была абсолютно трезвой. Но показалось, что ту часть дня просто вырвали, стерли из головы. Я очнулась в незнакомом месте, в постели гостиничного номера. Самое поразительное, что я даже на грамм не осознавала, как оказалась там, и что было до. Будто меня погрузили в сон. А после…после всплыло то проклятое видео с камеры наблюдения. На том видео я была не я. Ведь там было отчетливо видно, как девушка с моим лицом…заходит в номер к абсолютно неизвестному мне человеку. Они целуются, смеются. А потом уединяются в спальне. Отражение от стеклянной двери позволило наблюдать, как они…делали это на той постели, где я очнулась на следующее утро. Это было похоже на страшный сон — я видела себя и не могла поверить собственным глазам. Я не помнила ничего, сколько бы ни пыталась напрягать свою память. Но в одном была уверенна точно — я не делала этого. В каком бы состоянии ни была, что бы со мной ни случилось, я бы никогда в жизни не совершила такого. Просто не могла! Разве возможно, чтобы я предала Его? Как такое могло быть, как в это можно поверить? Он был всем во что я верила. Моей истиной, моей святыней. Под любыми пытками, даже под страхом смерти я бы не позволила другому мужчине прикоснутся к себе. Я готова была кричать на весь мир, чтобы доказать, что не предавала. Но когда экспертиза показала, что на видео нет ни капли монтажа, последняя надежда доказать это…рухнула. Я была в абсолютной растерянности, отказывалась в это верить. Даже если мое лицо мастерски приделали в этом видео, то почему я проснулась в той же постели? Почему не помню ничего из того вечера? Почему из спальни раздавались…мои стоны? Объяснение, хотя бы одно внятное объяснение я не могла найти на всё это. Но что убивало меня по-настоящему — это Его глаза. Еще никогда они не смотрели так. Словно я…совершила преступление перед ним. Этот взгляд заставлял меня чувствовать себя мертвецом. Я взывала, молила, чтобы Он поверил мне, но все слова будто проходили мимо ушей. Казалось, ни одно мое слово отныне не имело никакого веса для Арландо Кавалли. — Пожалуйста, поверь мне, я бы никогда не… Мне с трудом давалось говорить через душащие слезы. Мое тело тряслось. Я абсолютно не понимала, как вести себя, как оправдываться за то, чего я не делала, или то, чего я даже не помню, делала или нет. — Объясни мне. Дай хотя бы одну причину не верить тому, что я видел. Голос был низким и хриплым. Он перестал даже смотреть на меня. Как же я хотела назвать хоть одну причину, найти хоть одно объяснение или оправдание…Единственный выход — говорить правду. — Арландо…Я не знаю, что произошло, ничего не помню. Я не помню, понимаешь, не помню! Но знаю, что на этом видео не я! Это какой-то монтаж, какая-то подстава, но я не делала этого! — Оно подлинное. Там нет никакого монтажа. Он сидел на кожаном кресле, напротив панорамного окна. Взгляд был пустой. Этот хриплый и холодный тембр всё больше пугал меня. По телу прошла дрожь. — Послушай меня. Мои ватные ноги ослабли, и я села на колени перед ним. Однако даже теперь его глаза упрямо избегали встречи со мной. Мои руки вцепились в его колени. — Я лучше умру, но не предам тебя. Клянусь, я не способна на это… Это ложь, слышишь, это неправда. Почему ты мне не веришь? Казалось, что все слова звучали в пустоту, Он будто и не слышал их. Это молчание душило меня. Я боялась даже представить, что происходило в его голове. — Скажи что-нибудь- пролепетала я — Почему? Селена, почему?- спросил Он — Арландо… — Я недостаточно любил тебя? Обидел, сделал больно, обманул — что я сделал? Он настолько сильно любил меня, что даже теперь искал причину в себе, в своих собственных ошибках. Мое сердце обливалось кровью, когда я слышала это. — Ничего- с трудом промямлила я- Ты не делал мне больно. — Тогда ответь, почему ты это сделала со мной? — Нет, нет. — Ты моя жена. Ты мать моих детей. Я больше жизни любил тебя — и этого было мало? Внутри меня что-то оборвалось, когда я услышала это слово в прошедшем времени. Любил. — О, Господи- я задыхалась, не в силах сдерживать свои эмоции- Я не предавала. Я верна тебе, всегда была верна. Впервые хрустальные глаза взглянули на меня. Прозрачное небо в них теперь стало хмурым, его застилали густые грозовые тучи. На миг мне показалось, что я что-то убила в нем. В один день я стала для этих глаз чужая. — О чем ты говоришь? Что ты называешь верностью? Кавалли поднялся с места и зашагал прочь от меня. В тот момент меня охватил безумный страх, что сейчас я потеряю самое важное в своей жизни. Вскочив, я мертвой хваткой вцепилась в широкую спину, обхватила ее обеими руками. Тогда казалось: если я отпущу этот спасательный круг, то просто утону. — Не уходи- бормотала я, как заведенная- Прошу, не уходи, выслушай меня. Арландо Кавалли всегда был человеком, который знал и чувствовал меня лучше, чем кто-либо на свете. В тот момент я была уверенна, что Он почувствует и поверит мне даже теперь, когда всё против меня. Я была уверенна. Что-то сломалось во мне, когда Он убрал от себя мои руки и рявкнул: — Не трогай меня! Никогда прежде я не слышала его голос таким. Он никогда не говорил со мной так. Словно мои прикосновения стали противны ему. Боль парализовала мое тело, и я на миг застыла. Вся та злость и омерзение, с которыми мой муж произнес следующие слова…остались в моей памяти надолго. — Не прикасайся ко мне. Больше никогда. — Что?…- вздрогнула я- Неужели ты не видишь? Я не лгу тебе! Кто-то меня оклеветал! Я не способна на это, пойми же! — Кому это надо, черт побери?! Наберись смелости сказать мне правду, а не выдумывать теории заговора! — Это надо Сайласу!- брякнула я- Это он, это всё он! Ему надо, чтобы ты от меня отвернулся! — Прекрати приплетать кого-то третьего! Грей не имеет к этому никакого отношения! Это сделала ты! На этом чертовом видео была ты! Если ты можешь доказать мне обратное — докажи. Потому что иначе… — Иначе?- сглотнула я. Он промолчал- Тебе всегда было достаточно одного моего слова. Почему сейчас ты мне не веришь? Не смотри же на меня так! Я…не знаю, как это произошло; не знаю, как объяснить это видео, но знаю точно, слышишь, абсолютно точно, что не делала этого. Прошу, поверь... Мои руки прикоснулись к его лицу, к разгоряченной шее. Прикосновение всегда преодолевало любое недопонимание между нами. Так должно было быть и в этот раз. Должно было. Однако Он вновь оторвал мои руки от себя, наложив запрет на касания. Мой мир перевернулся. Так больно мне не было ещё никогда. Он не верит мне. Больше не верит. — Неужели ты в это поверил? После всего, через что мы…Я клянусь тебе, клянусь нашими детьми! — Не смей!- рявкнул Кавалли- Не смей ими клясться, Селена. — Я этого не делала- четко проговорила я- Как же сделать так, чтобы ты услышал? Арландо, пожалуйста…я люблю тебя. То, что Он ответил мне в тот день, глядя ледяным взглядом, долгие ночи не давало мне покоя. Всё крутилось в голове раз за разом. — Из всей кучи вранья, что я услышал от тебя — это самое мерзкое. *** НАШИ ДНИ Я промолчала в ответ на вопрос Келлермана. Решила, что для начала нужно уложить детей спать. По расписанию, после обеда у них был дневной сон. Киара засыпала довольно быстро. Арен какое-то время всегда смотрел в потолок и думал. Иногда я смотрела на него и переставала видеть ребенка. Даже думая над чем-то он выглядел по-взрослому. Когда наконец и он закрыл глаза, я вышла из комнаты и спустилась вниз. Сев за стол, я сделала глубокий вдох: — Уверен, что хочешь знать всё, как было? — Уверен. Эта история была долгой. Начиналась она со знакомства с человеком по имени Сайлас Грей. Продолжалась тем злосчастным видео, которое возникло из неоткуда. И заканчивалось заседанием суда, где моего мужа приговорили за убийство. Всё, что было до этого и после — я всё пересказала так кратко и внятно, как могла. Трудно было даже вспоминать это, не то что говорить. Чудом мне удалось сделать это без слез, на которые у меня скоро выработается аллергия. Это была история моего разрушенного счастья. Как всё, что я строила годами, рухнуло за считанные дни. — … Пожалуй, перейду-ка я с чая на лекарства- выдал Келлерман- И Он считает, что всё это твоих рук дело? — Да, именно так. — Я одного не понимаю. Как ты могла довериться Мери? Ты что, не знаешь, кто она такая? — Это не имеет сейчас значения. Общий враг очень объединяет. Она, как никто, знает все слабые точки Грея. — Еще бы- фыркнул Джастин- Но я надеюсь, ты осознаешь, как это выглядит в глазах Арландо Кавалли? Ты изменила ему. Фактически, засадила его в тюрьму. И как будто этого было мало, ты похитила детей. Ты понимаешь, что тем самым только помогла Сайласу? Он всё подстроил так, чтобы Кавалли возненавидел тебя, а ты сделала еще хуже. К тому моменту я успела прийти к осознанию этого факта. Я понимала, что ненамеренно причинила столько боли этому человеку, что вряд ли…Он когда-либо меня простит. Больше мне ничего не оставалось, кроме как смириться. — Он не просто возненавидел- встрял Норман- А обезумел идеей найти ее. — А ты бы не обезумел, если бы у тебя отняли детей? -отозвалась Кармен- Ты, парень, совсем еще не дорос до таких вещей. Тебе не понять, что чувствует отец, у которого отняли детей. — Зато я прекрасно понимаю, зачем Он ее разыскивает. После того, как отберет детей, Кавалли убьет ее собственными руками. Потому что совершать убийство ему не впервой. — Хорошо, допустим,- вмешался Джастин- Допустим, что всё это подстроил Сайлас. И теперь, когда он вытащил из-за решётки Арландо, то заручился Его полным доверием. Но как он провернул это? Тот трюк с видео, например. Ведь ты сама сказала, что вы вдоль и поперек изучили его через все экспертизы — это не монтаж. — Я…не знаю- вздохнула я- Для меня это останется загадкой. Не понимаю. Или они так идеально смонтировали видео, что не подкопаться, или… — Или это действительно не монтаж- продолжил Норман Я одарила его таким взглядом, что тот пожалел о сказанном. — Что ты имеешь ввиду? Ты тоже думаешь, что я на такое способна? — Я ничего не думаю. Просто предполагаю, может…тебе что-то подсыпали, и ты была не в себе? — Я уверенна, что мне что-то подсыпали, потому что напрочь всё забыла с того вечера. Но в каком бы состоянии я ни была — то, что происходило на том видео просто невозможно. Я…никогда не изменяла своему мужу. Никогда. Кроме того, в моей жизни не было больше никого, кроме этого мужчины. У алтаря я давала клятву верности — и держу ее до сих пор. Несмотря на то, что мы больше не муж и жена. Я осознавала, что мы больше никогда ими не будем, но даже не могла представить себе, как принадлежу другому. Келлерман после этих слов почему-то взглянул на свою жену. Я заметила как она всё это время будто прожигала меня взглядом. Кармен ответила ему: — Она не врет. По крайней мере, она искренне этого не помнит. Казалось, только после этого Джастин поверил моим словам. Мне вспомнилось, что тот верит в некие сверхъестественные способности своей супруги. — Не врет- повторил себе под нос Келлерман- Тогда как объяснить те видео? Или ты успела обзавестись клоном? — А может, так и есть?- фыркнул Торренс- Ее мамаша же изобретала нечто подобное. И Сайлас, как выяснилось, с ней в одном котле варился когда-то. Вот они и изобрели машину для клонирования. — Это, конечно, смешно, но ситуацию не улучшает- отозвалась я — Раз уж ты теперь с Мери на связи, разузнай у нее: нет ли таких технологий? С ее богатым прошлым, это было бы совсем не удивительно. — Я бы на твоем месте в последнюю очередь доверял твоей матери- сказал мне Джастин- У нее всегда есть свои цели, она никогда не помогает просто так, даже советом. — Она на всю жизнь заперта за решеткой, так что можно считать ее безобидной- бросила я — Ты ведь не думаешь, что в ней взыграли материнские чувства, и она помогла тебе просто так? Помяни моё слово, она тебя о чем-то попросит. Я за милю чую, если эта тварь к чему-то приложила руку. В день свадьбы твоих родителей я умолял Джея Андерсона всё отменить. Сколько раз я говорил ему, что она не так проста, как кажется — только всё напрасно. Не ошибись так же, как это сделал он. — Я знаю, что доверять ей нельзя. Но сейчас мы хотим одного и того же — уничтожить Сайласа. Он гонялся за мной на протяжении года, и только сейчас я нашла тихое место, где могу наконец начать бороться, а не бежать. После этого разговора между мной и крестным отцом зародилось некое подобие доверия, или даже дружбы. Он убедился в том, что я не похожа на свою мать, а я убедилась, что он не такой злой, каким хочет казаться.