Детективное агентство "Анна и её духи". Седьмое дело.

Разумеется, никого на втором этаже уже не было, но Поль отметил, что вещи в кабинете и приемной Кормье были переложены. Что нужно было здесь незнакомцу посреди ночи, если большинство документов было изъято? Неизвестно! Это снова привело помощника префекта в ярость, и он обрушил свое недовольство на Штольмана. — Ты мне вот что скажи, Жак, — поджав губы, сказал Мартен, глядя, как Яков садится на стул в коридоре, весь в испарине, а Анна взволнованно суетится вокруг него. — Почему ты вообще решил поехать на фабрику? Что вызвало у тебя беспокойство? — Расположение людей на карте и показания одного из грузчиков, — вытирая пот со лба, сказал Штольман. Эта дрянь задела его гораздо сильнее, чем он хотел показать и чем полагал сам. — Рабочий по фамилии… ммм… Шантэ сказал констеблю, который его опрашивал, что видел, как Максанс Шабо разговаривал с начальником склада около котельной. Это было уже после встречи Шабо и Кормье. А мойщица посуды из столовой в протоколе указала, что к котельной работникам кухни строго настрого запрещено подходить, хотя именно в той стороне находятся продуктовые склады. Им приходится делать здоровенный крюк из-за этого. А раньше такого не было. Я не думал, что нарвусь на активное такое... активное опустошение склада, но предполагал что-то подобное. Ведь сегодня была единственная ночь, когда фабрика была пуста и не работала. — Ты везучий сукин сын! — воскликнул Поль, глядя, как Анна разводит порошок в стакане воды и заставляет Штольмана выпить раствор, потому что под конец своей речи, голос у него почти пропал. К чему именно относился его возглас — к невероятным аналитическим способностям, к тому, что он остался почти невредим, или к заботе его жены — сказать было сложно даже ему самому. — Напугал ты нас знатно, но не приди ты сюда, до этой шайки-лейки мы бы долго добирались. — Что-то стало уже ясно? — спросила Аня, которая убедилась, что Яков не собирается больше говорить и выпил всё до капли. — Шабо испуган до полусмерти и поет так, будто мы ему пятки углем поджариваем, — удовлетворенно ухмыльнулся Мартен. История вышла весьма занимательная, и помощник префекта уже просчитал все положительные моменты, которые сулят префекту, а стало быть и ему, неплохие преференции. Оказалось, что Шабо, который имел связи в верхах, склад сдал не простому смертному, а одному крупному промышленнику, который желал уйти от налогов и нелегально занимался экспортом и импортом химической продукции в крупных объёмах. А только недели две назад в Парламенте обсуждались колоссальные суммы, которые теряет бюджет из-за вот таких торговцев. Сенаторы требовали ужесточить законодательство, усилить контроль в финансовой сфере и прочее, и прочее. И вот — не прошло и месяца, как полиция не только обнаружила нелегальный склад, но и смогла поймать с поличным преступников и потянуть за ниточку, которая вела далеко наверх. Шабо знал, чем это может для него обернуться, вот и старался поскорее освободить склад. Кто же знал, что проницательный Штольман так грубо вмешается в его планы! — Он не просто хотел освободить склад! — воскликнула Аня и рассерженно топнула. Штольман и Поль синхронно подняли брови. — Он ведь хотел Якова там сжечь! Чтобы совсем не осталось ни малейшего свидетельства его отношения к этим махинациям! Какое чудовищное, мерзкое деяние! — На кону не только деньги, — пояснил Мартен, стараясь успокоить разошедшуюся жену друга. — Сейчас всплывают такие имена, что их носители могли бы и сами Шабо устранить, чтобы он не пел, как делает сейчас. Под многими зашатаются кресла, ведь политика несовместима с громкими скандалами и подобными историями. Поэтому его спешка и желание всё скрыть понятны. — Понятны?! Понятны?! — закричала Аня, чувствуя, что она готова спуститься вниз и самолично задушить отвратительного и подлого партнера покойного Кормье. — Анна, постой, — просипел Яков, успокаивающе беря её за руку. Рука дрожала в его ладони. — Всё ведь обошлось! Аня хотела выплеснуть наконец все волнение, накопившееся внутри, и даже уже открыла рот, чтобы сказать всё, что она об этом думает, но Поль решил, что нужно спасать друга. — Так что, не приди ты сюда, — резюмировал он, — махинации этой группы лиц так и остались бы нераскрытыми. Твоя внимательность и проницательность помогли их задержать. — Откровенно говоря у меня возникли еще пара версий, пока я читал протоколы, — прошептал Яков, чувствуя, что связки его не слушаются. — Все они довольно интересные. Анна и Поль уставились на него с изумлением. Ну что за человек, а? Только что чуть не был отравлен и сожжен заживо, а туда же - загадки разгадывать! — Ты будешь скакать по закрытым фабрикам посреди ночи и бороться с бандитами-ротозеями, которые не могут повернуться, чтобы не опрокинуть бутыль с метанолом, чтобы их проверить? — с подозрением спросил Мартен. Штольман отрицательно покачал головой. — Ну и чудно! — удовлетворенно сказал помощник префекта. — Тогда это прекрасная новость. Я приду к вам завтра, и мы всё обсудим. — А сейчас мы едем домой! — непререкаемым тоном сказала Анна. Возражений не последовало. Спорить с такой интонацией у мужчин желания не возникло.