Дети Железного царства. Одинец

Пролог. В горах зимой тихо. Молчат птицы и звери, не шумят могучие водопады. Они сделались снегом, и ждут новой весны, чтобы снова дать жизнь травами и кустарникам на серых камнях. Деревья спят под снежным покровом. Ни шороха, ни дуновения ветерка. На ветке берёзы примостился ворон, нахохлился. Кажется, он тоже дремлет. Внезапно из-за деревьев выскочил крупный волк. Он мчался во всю прыть, изредка оглядываясь назад. Высокий, гораздо выше обычных волков, но худоватый, ещё не успевший заматереть. Бока ходили ходуном, в янтарных глазах застыл страх, и что-то похожее на обречённость. Зверь немного замедлил бег, низко наклонил голову, высунул язык, на ходу несколько раз лизнул снег, затем запрыгал вниз с кручи, по замёрзшему водопаду Твинсен. Волк уже достиг подножия горы, когда совсем близко послышался лай собак. Густые, отдающие металлом голоса баренсов, гончих, без колебаний готовых вступить в открытую схватку с кабаном или медведем. Ворон встрепенулся, взлетел с ветки. Ни к чему встречаться с охотниками. Серый беглец тоже услышал голоса преследователей. Он вздрогнул, как от удара плетью, стрелой рванулся прочь. Лай псов сделался громче, в нём слышалось торжество. Собаки буквально вылетели на вершину, где начинался водопад, а следом – всадники на низкорослых, но крепких лошадках из той породы, что растят крестьяне, живущие в горах. Предводитель – светло-русый, сероглазый воин в плаще из чёрного меха заморских зверей, придержал коня. Вгляделся в цепочку следов, отпечатавшуюся на снегу. - След совсем свежий, мы настигаем его! Тот, кто добудет мне шкуру этого волка, получит всё, что только пожелает, слово князя! – он перевёл лошадь на шаг, откинулся в седле, почти ложась на круп, когда жеребец начал спускаться вслед за гончими вниз. Свита двинулась следом. На равнине всадники вновь пустили коней в галоп, догоняя собачью стаю, по-прежнему заливающуюся лаем победителей.