Дети Железного царства. Одинец

Утро выдалось ясное, но холодное, в прозрачном воздухе чувствовалось дыхание осени. Под копытами коней шуршали опавшие листья, тихонько поскрипывала телега. Позади остались вспаханные поля, затем два луга, на которых паслись коровы. Ярослав, ехавший справа от телеги, ещё раз огляделся, кивнул Истиславу: - Здесь. Дорога ровная, разбегу хватит, и не напугаешь никого. Росинка натянула вожжи, кобыла послушно остановилась. Сидящая рядом с девушкой Зоряна бросила на мужа быстрый взгляд, но ничего не сказала. - Подержи коня, - попросил брат, - а то Истиславу одному не справиться. Вдвоём они выгрузили из телеги огромные, сколоченные из дерева и обтянутые кожей крылья, подобные нетопыриным. Упорный недовольно прижал уши, попятился, но Эдред сдержал его, похлопал по шее. - Тихо. Не в первый раз уже эту штуку видишь, а всё испуганным прикидываешься. Учёный закрепил крылья на спине, застегнув ремень подмышками, продел в два кольца над головой длинную верёвку, один конец которой потом отдал Ярославу, а второй – Эдреду. - Что ж, - улыбнулся Истислав, - можем начинать. Побуду немного летучей мышью. Надеюсь, труд двух месяцев не развалится при первом же испытании. Ярослав сел на коня, привязал к седлу конец верёвки. - Пошли! – велел учёный, и побежал по дороге. Ярослав с Эдредом пустили коней рысью, держась чуть позади. Истислав побежал быстрей, кони пустились галопом. Наконец учёный прыгнул, и взлетел. Крылья, наполнившись ветром как паруса, поднимались выше и выше, пока верёвки не натянулись до предела, лошади уже мчались во всю прыть. Роса с Зоряной следили за полётом: затаив дыхание, целительница – радостно смеясь, чародейка – сплетая на всякий случай заклинание «Перина», чтобы в случае необходимости «подстелить» её падающему летуну. Но крылья держали своего создателя в воздухе надёжно, словно росли из его тела. Услышав, что дыхание Умельца стало тяжелей, Ярослав дважды махнул учёному рукой – спускайся. Тот кивнул, повернул рычаг. Деревянный «скелет» сложился, как складываются крылья летучей мыши, скорость и высота понемногу снизились. Наконец Истислав опустился на землю. Глаза его сияли, хотя дышал воздушный первопроходец громко и часто. - Получилось! Зоряна, Ярослав, Эдред, Роса, у меня получилось! Я знал, верил! Зоряна соскочила с телеги, со всех ног помчалась к супругу, обняла. - Я тоже в тебя верила. Всегда. - Вот только взлетели не очень высоко – локтей на сто, не больше. В следующий раз попробуем без верёвок и лошадей. - О… Славушка, я очень тебя люблю, но прошу – подожди с новыми опытами ещё с полгода. Точнее семь месяцев. - Семь месяцев? – наморщил лоб Истислав, - почему семь месяцев? Погоди, ладушка, ты хочешь сказать что ты?.. - Да, - Зоряна смущённо улыбнулась, - ты скоро станешь отцом. - О… - учёный выпустил крыло, которое бережно сворачивал, подхватил жену на руки, закружил, - Зоряна, я люблю тебя, я самый счастливый человек на свете! - Тише! – прикрикнула на него Роса, - у неё же так голова закружится! - Да, прости, - Истислав покраснел, бережно опустил смеющуюся Зоряну на траву, - почему же ты раньше не сказала? Я бы отложил полёт. Право, не стоило так рисковать собой и малышом. - Я хотела, чтобы твоя мечта сбылась. К тому же я бы не дала тебе упасть и сильно расшибиться. Истислав поцеловал супругу. - Мне с тобой повезло. Что ж, осень и зима не самое лучшее время для полётов. До лета поработаю над сборкой крыльев. Думаю, нужно попробовать заменить кожу парусиной, поглядеть, что лучше. - А я бы посоветовал чаще ездить верхом, - добавил Ярослав, - тогда будет легче дышать во время полёта. Привычней. - Согласен, - кивнул учёный, - стало быть, пора нам, жёнушка, домой возвращаться? - Не сердись, но нет, - покачала головой Зоряна, - я хотела бы, чтобы малыш родился на той же земле, что и я. - Я понимаю, и согласен с тобой. Сегодня же напишу матушке. Обрадую, да извинюсь, что надолго в Железном царстве задержимся. Мне тоже хочется, чтобы наш сын родился на земле, которую даже кони готовы защищать. - Или дочь, - лукаво улыбнулась жена. - Или дочь. Это мне неважно. Лишь бы ребёнок вырос хорошим человеком. - Я прослежу, чтобы с мамой и малышом всё было в порядке, - пообещала Роса, - но им явно хватит стоять на ветру. Ярослав, Истислав и Эдред быстро сложили «крылья», убрали в телегу. Внезапно воздух вокруг сгустился, ветер завыл волком, окружающее подёрнулось лёгкой дымкой. - Кто-то колдует, - охнула Зоряна, - кто-то могущественный. - Похоже на наше возвращение с горы Заоблачной, - пробормотал Истислав. Словно в ответ на его слова перед изумлёнными людьми возник, из ниоткуда, темноволосый юноша в расшитом жемчугом кафтане. Рядом с ним стоял рыжий конь с белой стрелкой на морде. Худой, понурый, шерсть совсем утратила золотистый блеск. Увидев Ярослава заржал, рванулся, натягивая поводок недоуздка. - Горицвет, - прошептал кощеев сын, - что ж ты с ним сделал, Важдай, ведь обещал беречь! - Я слово сдержал! Отборным овсом кормил, водой из небесных родников поил, да он от всего отказывается! Чем ты его приворожил, какими чарами? - Важдай, Важдай, - Ярослав улыбнулся с сочувствием, - неужели вправду не понимаешь? Чары эти любовью зовутся. Я ведь предупреждал. Лучше верни мне Горицвета. А чтобы сделка наша в силе оставалась – возьми вместо него Умельца. Заботься о нём – и он ответит на заботу любовью. Важдай выпустил поводок Горицвета, конь подбежал к Ярославу, уткнулся носом в его плечо. Кощеев сын потрепал рыжую гриву. Снял с Умельца седло. Мерин посмотрел на Важдая, подошёл, обнюхал, перебрал губами волосы. Негромко заржал, выражая одобрение. Ярослав улыбнулся. - Видишь – ты ему понравился. Забирай хоть сейчас. Важдай положил руку на холку Умельца, кивнул. - Пусть будет так, - и оба вмиг исчезли. Ярослав обнял Горицвета за шею. - Цветик, как же я по тебе соскучился. Во сне много раз видел. Как же ты отощал, рёбра наружу выпирают. - Ничего, - успокоила Роса, - я знаю одно место, отец говорит, там живая вода ближе всего к корням трав подходит. Попасётся там – будет снова в теле. Главное, что ты с ним рядом. - Завтра же туда поедем. Вместе. А сейчас пора домой возвращаться. Роса тряхнула вожжами, кобыла тронулась с места. Ярослав пошёл рядом с телегой, ведя Горицвета в поводу. Рыжий шёл легко, горделиво вскидывая ноги, шерсть его снова сверкала золотом. Кощеев сын поглядел на него, потом на сияющие лица сестры с мужем, на Росу, и произнёс тихонько: - Научись любить, Важдай. Тогда жизнь твоя сразу станет светлее.