Значит, любовь...

— Зачем ты это сделал? — крикнула Энн, ударив кулаком в лицо Родриго, который стоял на крыльце и наблюдал за этой душераздирающей сценой. Тот дёрнул девушку за руку и, снова прижал к себе спиной, зажав её запястья, блокируя, чтобы снова не получить по своей симпатичной харе. — Захотел! — шепнул он ей на ушко. Ревность текла по жилам и хотелось сделать больно. Но, только не ей. И, почему-то, зрелище, представшее перед ним несколькими минутами ранее, не доставило никакого удовольствия. Ему было жаль девчушку. Искренне жаль. Она нравилась ему, но он не хотел видеть её страдания. — Кретин! — отозвалась она и ударила ногой его по голени. — Тс-с-с! — услышала шипение. — За что? — недоумевал он, потирая ногу. — За всё хорошее! — ответила дружелюбная. — А теперь ответь, на хрена ты это сделал? Зачем? Мы же друзья! — спросила девушка, негодуя. — Всё только ради тебя, мой милый друг! Он не пара тебе! — прикрикнул он, всё ещё растирая свою голень. — Пошёл ты в жопу! Тренировки закончены! — сказала взбешенная Блэквуд, стукнув напоследок его кулаком в плечо от злости, которую нужно было куда-то деть, и в ярости вбежала в дом. — Ну, а теперь, мне всё объясни! — потребовала Кейт, стоя возле Гарсиа, уперев руки в бёдра, как Супермэн. — Ты сама всё видела. Нечего объяснять, — ответил он, собираясь уйти.       Вульф сделала шаг в сторону, преграждая путь и вопросительно вскинув бровь, мол, говори давай, иначе хуже будет. — Ладно, — согласился Родриго, — я догадывался, что Энн нравится Коултер, а тут появился он и… В общем, вот, — ответил он. — Теперь, всё ясно. Ты, и в правду, кретин! Так, зачем был нужен этот спектакль? Она тебе нравится? Или это всё действо было необходимо, чтобы позлить его из-за своей отвергнутой сестрички? — спросила бесстрашная. — Вики тут ни при чём. Правда. Мне нравится эта блаженная, — кивнул Гарсиа в сторону дома. — Только вот… В общем, считай, я сделал Энн услугу. Теперь ясно, что и она ему небезразлична, — грустно пояснил телохранитель. — Ну, так для меня, например, это и так было очевидно, дебил! Теперь всё пропало! Он не простит. А теперь, тебе придется всё уладить! Это твоя прямая обязанность, — потребовала Кейт, — как личного телохранителя. — Простит! Куда он денется?! Он ревнует, что уже хорошо. Я уже им помог, чем смог. Поверь, — ответил он.       Кейт тепло улыбнулась другу, хлопнув Родриго по плечу. — Помощник херов, пошли, — сказала девушка, и они вошли в дом.       За бесстрашной приехала машина, Джек ждал её у себя. Собравшись и обняв Энн напоследок, Вульф уехала домой выяснять все детали операции и пообщаться с отцом. Тайным её умыслом было узнать, где же Рэй и в порядке ли он. Хотя, она была абсолютно спокойна за него, так как уже проверила списки погибших и раненых, Рэй в них не значился. — Фор вернулся! — радостно завопила Трис, позвонив вечером по видеосвязи дружелюбной, чтобы сообщить радостную новость. — Я уже догадалась, если честно. И я так рада за тебя! Правда! — ответила Энн, стараясь мило улыбаться, хотя, проревела весь вечер. — Ты что это, плакала что ли? — забеспокоилась бесстрашная, всматриваясь в голографический экран. — Не-е-ет, — протянула девушка и снова заревела белугой, шмыгнув носом. — А, ну-ка, выкладывай всё! — потребовала Трис. — Всё хорошо-о-о, — ответила Энн, как можно уверенней. — Я жду, — не унималась Беатрис. — В общем, я, как всегда, тренировалась с Родриго. Сегодня был боевой шест, вот. Я сначала надрала ему задницу, потом, он скрутил меня в бараний рог и, вдруг, поцеловал. Ни с того ни с сего, представляешь? И, оказалось, что Эрик был рядом и увидел этот поцелуй. Это даже не поцелуй был! Блин, Трис, что делать? Я в шоке до сих пор, не понимаю, что происходит. Я попыталась объяснить ему всё, но он не желает слушать. Я, даже, звонила несколько раз, но он не отвечает. Естественно. Я бы тоже после такого не ответила, — рассказала всё, как на духу, дружелюбная и, снова, разревелась. — Так, всё ясно. Успокойся, Энн! А, что же, ты? — спросила бесстрашная. — Что я? — не поняла та вопроса. — Чувствуешь что-нибудь к нему? — спросила Прайор. — К кому? — снова не поняла Блэквуд. — К Гарсиа, твою мать! К кому же ещё? — уточнила Беатрис. — Нет, он мой друг. И всё, — ответила девушка. — Поняла, — сказала Трис и отключилась. — Интересно, мне будет кто-нибудь, хоть, что-нибудь объяснять? — пробубнила она себе под нос, — Или, я так помру в неведении ото всего?       Фор, только поздно вечером, нашёл своего друга полумёртвым, лежащим на барной стойке со стаканом в руке и второй пустой бутылкой виски, стоявшей рядом с ним. Трис ему рассказала дивную историю Энн и предупредила, что дело — плохо. У того всё встало на свои места. Итон согласился со своей суженой и поделился с ней, что Коултер, каждую свободную минуту на передовой, прослушивал какое-то сообщение от девушки и очень хотел с ней поговорить, но не знал, как и с чего начать этот разговор. Тобиас был приятно удивлён и рад за друга, что тот, впервые в жизни, что-то чувствовал к бабе, помимо похоти, и искренне поддерживал его и переживал за результат. Видимо, она действительно нравилась ему. По-настоящему нравилась. Эрик поделился с Фором о своей симпатии к Энн. Ну, как поделился, старший инструктор в очередной раз поймал его за прослушиванием сообщения и в мучительных распросах выведал у своего лидера, что это за девчушка такая. Коултер был смущен и постоянно улыбался, отчего Итон понял, что друг попал по полной.       Подхватив под руки Эрика, Фор попытался его поднять. — Тяжёлый, падла, — произнес Тобиас, приподнимая эту гору и перекидывая его руку себе через плечо. Тот только что-то непонятное пробубнил себе под нос и повис на Форе. — Завтра будешь блевать дальше, чем видишь, — сказал ему Фор, но Эрик снова не отреагировал, — а, возможно, уже и сегодня, — проговорил инструктор, с болью глядя на друга.       В бар зашли Макс и Рэй. Увидев эту милую картину, решили помочь доволочь этого коня до дома. — Что это с ним? — спросил Макс, подхватив Эрика с другой стороны. — А что, не видно? Любовная драма, — пояснил Итон. — Да-а-а? — удивился тот. — Я что-то пропустил? — Не знал, что Виктория что-то натворила, — сказал Смит. Все знали, что она трется с Эриком и ублажает его. Некоторые, даже считали их парой, хотя никто не видел их вместе целующимися или обнимающимися. По крайней мере, эта дама, вполне, могла быть одной из причин отключки Коултера. — Вроде, ничего, — сказал Тобиас, — Да, и это не из-за неё вовсе. А из-за её брата. В смысле, он причина терзаний Эрика. — Да? — снова удивился Макс. — А я был уверен, что он баб любит! — хохотнул лидер. — Так он их и любит, точнее одну. Я всё запутал, да? — спросил Фор, глядя на недоумевающих друзей, начиная нервно моргать. — Понятно, — кивнул головой Макс. И кто же покорил это каменное сердце? Дружелюбная что ли? — спросил он, догадываясь обо всём и кряхтя от тяжёлой ноши, выходя из бара. — Ну, да, вроде как, — отозвался Фор. — Понял, — сказал темнокожий лидер, снова кивнув головой. Смита эта новость не удивила. Он ещё тогда, в администрации «Дружелюбия», обратил внимание на нездоровый интерес Эрика к этой девушке, но не думал, что всё на столько серьезно. Рэй шёл позади, страхуя ребят, вдруг кто-то не выдержит и уронит этого бугая. Первогодки косились на них, но это их нисколько не смущало. Мужики быстро разогнали любопытную молодёжь со своего пути и, наконец, дошли до жилого комплекса бесстрашных. Поднялись на тринадцатый этаж и подошли к квартире Эрика. — Может, оставим его здесь? — предложил Макс, разворачивая Эрика и облакачивая его к стене. — Ты всю дорогу, на каждому углу это предлагал, — ответил Фор, держа Коултера рукой, чтобы тот не завалился. — Ты только глянь, сколько в нём говна! Тяжёлый какой! Я устал, — выдал лидер, — будет знать, как нажираться. Всё равно, даже «спасибо» не скажет. Как же он очерствел здесь. Я помню его ещё хилым сопляком. Он был добряк. Иногда думаю, что зря мы поддержали его кандидатуру лидера, тогда. Нет, лидер-то он хороший, только вот, на личные качества — это сильно повлияло. Он стал жестоким, озлобленным и неуравновешенным, — договорил он свою мысль. — Ты же знаешь, что это не лидерство его так подкосило, — не согласился с ним Фор. — Зря мы тогда все от него отвернулись. Глядишь, может, и не был бы сейчас таким мудаком. — Да, возможно, ты и прав, — ответил Макс, поднимая руку Эрика с часами и махая ею возле датчика, чтобы открыть дверь.       Дверь, издав сигнал, распахнулась и ребята занесли его в квартиру. Рэй спохватился и взял Коултера за ноги. Так и закинули его на кровать. Звездой. — Раздевать будем? — спросил Макс, кивая на алкаша. — Думаю, не стоит, — отозвался Смит, хохотнув, — а то завтра переживать будет. — Я тоже так думаю, — сказал Фор, засмеявшись, — не стоит будить зверя, — продолжил он и захлопнул дверь. — Та-ак, что тут имеется у нашего друга, — забубнил он, ковыряясь на кухонной полке, ища выпивку. — О, гуляем! Есть и три бутылочки виски и две коньяка. Присаживайтесь, любезные, — пригласил всех за стол Итон, доставая три стакана.      Поковырявшись в столах, нашёл ещё и пару пачек орешков. — Бинго! — произнес он и плюхнулся за стол.— Кстати, ребята, я заметил, что вы оба не ровно дышите к сёстрам Вульф.       Неожиданно послышался громкий храп Коултера и какое-то бурчание. Рэй подошёл к нему и повернул на бочок, чтобы не храпел и не бубнил. Вроде — сработало. — Видимо, это и есть мой мальчишник, — с грустью в голосе произнес Тобиас. — Ну, я всё ещё жду ответа на свой вопрос, — нетерпеливо сказал он, разливая янтарную жидкость по стаканам и высыпая орешки в тарелку. — Не боишься получить пиздячек от Коултера? — поинтересовался Макс у инструктора. — За что это? — недоумевал тот. — За то, что доволок его до дома и устраиваю себе мальчишник? Нет, не боюсь, — улыбнулся он.       Время давно перевалило за четыре утра, а ребята всё сидели за столом и хохотали, разговаривая обо всём на свете и допивая всё спиртное хозяина этой квартирки. Фор узнал много интересного. Рэю, действительно, нравилась Кейт, но он, почему-то, не был готов к наступлению. Возможно, боялся, что не готова она. Странно, конечно, но он ждал каких-то намёков от неё. Хотя, по мнению Итона, намёков было предостаточно. А Макс был по уши влюблён в Мари, но считал, что не достоин её внимания. Он не хотел портить девочке жизнь, потому, как считал, что слишком стар для неё. Всё-таки тринадцать лет разницы — это не мало, и, поэтому, не решался действовать. И — это лидер! Боится реакции бабы. Значит, всё серьезно. — Хватит пиздеть! — послышался с кровати сиплый и недовольный голос Эрика. — Башка боли-и-ит, сил не-ет, — застонал он. — О, наша спящая красавица проснулась, — отозвался уже хорошо поддавший Макс.       Все хором захохотали, отчего мозги у Коултера затряслись и забились в конвульсиях о черепную коробочку. — А-а-а, вашу мать! Завалите свои хлебала! И дайте мне спокойно помереть, — простонал главный свидетель жениха. — Ща блевну, — подытожил он свою многострадальческую речь. Опять хохот. Бедный Эрик, еле встал. В голове кружились такие вертолёты, что он чуть не завалился. Но, упиревшись руками о стену, поплелся по ней в ванную комнату. — Там Рэй, — крикнул Фор другу. — Какой, блядь, Рэй? А, Рэй, — вспомнил он этого человека, потирая свою голову. — Смит, ссы быстрее, иначе, будет беда, — постучал он в дверь.       Тот быстренько выскочил, пропуская эту пьянь к туалету. Выйдя оттуда и глянув на стол, полный спиртных напитков, Коултер поморщился. Тошнота подступила с новой силой, и он опять грациозно, словно лань, помчался в ванную комнату к белому другу.       Утро было тяжёлым, как никогда, Эрику хотелось сдохнуть. Он уже два раза принял холодный душ, а теперь валялся на кровати в одних штанах, жуя мятную конфетку от похмелья, и слушал дивные истории друзей. — А теперь, ты — давай рассказывай, чего ты так нажрался сегодня, то есть вчера? — поинтересовался Макс у хозяина квартирки. — Не пора ли вам домой? — в ответ спросил он, потирая свои виски. Башка нещадно болела, а тут ещё неудобные вопросы. — Пойдём, когда ответишь, — отозвался Рэй, улыбаясь. — Пошли на хер! — послышался ответ Эрика.       Ребята захохотали. — Тогда расстилай нам здесь. Правда, места маловато, но мы поместимся, — сказал Макс. — Я серьезно! — Лучше, ложись рядом, — отозвался Коултер, похлопав рядом с собой по кровати. — Я тоже серьезно! Только учти, у меня давно не было бабы! — попытался он напугать темнокожего лидера, поглаживая одеялко. — Без проблем, — сказал он. — Только у меня тоже давно её не было!       Все снова засмеялись. Даже Эрик. — Нечего рассказывать, — поделился он, устраивая свою больную голову поудобнее между подушек. — Глупо было так пить из-за той, которая даже не моя. Понапридумывал себе невесть что, а она с другим. Вот и весь рассказ. — Ну, друг, мы тоже поэтому и пьём, — с горечью в голосе ответил Макс. — Из-за неразделенной любви. — Э-э, я думал, мы пьём за меня и мой мальчишник! — вставил свои пять копеек Тобиас. — Не, Фор, мальчишник я тебе устрою позже, не переживай! Всё будет, как положено: со стриптизершами и короной. Я уже почти договорился со всеми, — ответил Эрик. — Ты что! Мне стриптизёрш нельзя, Трис убьёт сразу! И меня, и баб твоих, ну, и тебя за одно! — сказал Итон, широко улыбаясь. — Так, мы ей не скажем, — предложил Рэй.       Снова смех. «Да, хорошо иметь друзей!» — подумал Коултер, разглядывая ребят, сидящих за его столом. — Так, что у тебя, всё так серьезно? — не унимался Макс, обращаясь к хозяину квартиры. — Отъебись ты от меня! Сам не знаю! Нет! Ничего серьёзного. Завтра уже забуду о ней, как о страшном сне, — ответил Коултер. — Ну-ну, — сказал Фор, — давай! А я посмотрю, как ты это будешь делать. — Тут и нечего будет делать! Смотреть не стоит! Пойду, подцеплю симпотную бабу и все дела, — отчеканил Эрик. — Вроде, логично всё, — сказал Макс. — Но, если правда любишь — не поможет! Поверь мне, я уже давно так делаю, но безрезультатно! — признался он. — Как давно? — спросил Рэй. — Лучше тебе не знать, — раздался голос с кровати. — Неужели, до сих пор так и сохнешь по Мари? — удивился Эрик, приподнимаясь на подушке.       Макс кивнул, допив содержимое стакана. — Что? Сколько? — вступил в разговор Фор. — Колись, давай! — Я узнал об этом в день церемонии младшей Вульф, — сказал Коултер великую тайну темнокожего лидера, — На нём не было лица, когда он увидел, что та выбрала «Искренность». — Правда? — удивился Рэй. — А ты-то сам, что там делал? Насколько я знаю, ты не посещаешь церемонию выбора и не ждёшь неофитов с транспарантом в руках, — хохотнул он. — Не твоё дело, — рявкнул Эрик. — У-у-у, как всё запущено! Кажись, в тот год церемонию проходили: моя Трис, Мари и, дай-ка вспомню, Энн Блэквуд! — сказал Фор, улыбнувшись другу. — Я не знал, что ты там был. — Это не то, что ты думаешь. Просто, Джон просил присмотреть за ней. Вот я и пошёл. Его-то не стало, и я подумал, что так выполню свой долг, убедившись, что с ней всё хорошо, — пояснил молодой лидер. — Ну-ну, прикрывайся Джоном и дальше! Самому не надоело ещё? — сказал Фор. — Правда! Так и было! Тогда, — оправдывался Коултер. — А сейчас? — спросил Смит. — А сейчас, пошли вы на хер все! Заебали уже лезть в душу! — крикнул он, подскочив на кровати, и резко схватился за голову. — А сейчас, блядь, тоже ничего!       Все замолчали.       Послышался стук о стол. Это Фор достал ещё один стакан. Распечатал новую бутылку виски и разлил содержимое по четырём стаканам. — За любовь! — предложил Итон свой тост.       Эрик медленно поднялся с кровати и сел за стол, загребая в руку стакан. — За любовь! — поддержал этот тост Макс, протягивая руку со стаканом к центру стола, чокаясь с Тобиасом. — Ага! — произнёс Рэй, тоже чокаясь с ребятами. — Чтоб её! — отозвался Эрик и залил содержимое стакана себе в рот, даже, не поднеся его к остальным.