Alter Owl

— У нас кончился шалфей… — пробурчал Артур, дёргая спящую за столом Мириам за плечо. Лекарь, пробормотав что-то неопределенное в ответ, повернула голову, уткнувшись носом себе в локоть. Всю ночь она заполняла треклятые отчёты: в последнее время было много болеющих, особенно среди старшего поколения. Помимо этого подходил срок инвентаризации, но тут повезло: девушка воспользовалась случаем и спихнула это дело на своего ученика. Его самого подобное, не сказать, что устраивало — раздражало до скрежета в зубах, и из-за этого, в качестве такой своеобразной мести, каждые 30 минут он ходил к наставнице, задавая максимально тупые вопросы, ответы на которые знает даже маленький ребёнок. Правда вскоре, часа, может, через четыре, сие занятие потеряло смысл: на улице совсем смерклось, ноги порядком болели, да и, надо признать, бегать туда-сюда по лестнице с огромным фонарём и с не менее огромной стопкой бумаг — затруднительно и неудобно как минимум. В итоге, просидев в подвале аж до 3-ёх часов ночи, ученик лекаря перебрал абсолютно все ящики: добрался даже до тех, о чьём существовании забыли, наверное, сами Небеса; к его большой радости, табличку редактировать особо не пришлось, потому что в общем и целом запасы за последние полгода практически не израсходовались и уверенно держали свои изначальные количественные позиции… Кроме шалфея, да. Чёртов шалфей. Закатив глаза, Риц наклонился к уху спящей девушки и засвистел. Противно так… И громко. — Ну что такое? Что? — Мириам, забавно жмурясь от света свечей, повернулась к ученику. — Шалфей кончился, — пожал плечами Артур. — В смысле? Недавно же пополняли. — Это кале-е-ендулу пополняли, — ехидно протянул юноша. — А ящик с шалфеем пуст. Девушка нахмурилась, с явным подозрением осматривая с ног до головы своего подопечного. — Ты точно там смотрел? Риц вздохнул, едва подавив желание выругаться и ударить Мириам. Приняв максимально серьёзный вид, он вытащил из стопки несколько листков и зачитал так, будто вещал о самом великом своем свершении: — Сектор А1: Боярышник — 4 банки и 6 свертков; Рябина черноплодная — 5 банок; Чабрец — 3 банки и 3 свертка; Цикорий — 1 банка и 7 свертков. Сектор Б1: Медуница — 5 банок; Шалфей — 1 сверток… — Ладно, хорошо, я тебя поняла, можешь остановиться. — Э! Это только крайние шкафы! А я все выписал! — Замолчи, умоляю. Артур удовлетворенно хмыкнул, складывая листки обратно. Мириам, от души зевнув, всё же поднялась с насиженного места, но почти сразу об этом пожалела: в глазах резко потемнело, а ноги и спина отозвались недовольным хрустом. — Стареешь? Девушка недовольно фыркнула в ответ, не найдя, чем бы возразить. Стареет она, как же — скорее страдает от недостатка сна и отсутствия хоть какого-нибудь отпуска. Она уже давненько намекала Лорду, что хочет съездить во внеплановую командировку; Великие Топи вполне подходящее место. Или Деревня Фэйти, где частенько пропадала Хола. — С утра скатаешься в замок, скажешь, чтобы прислали помощников на травосбор. Риц задумчиво посмотрел на покосившийся потолок. — Думаешь, что молоденькие неофиты смогут помочь в сборе трав в лесу? Серьёзно? —Судя по словам Несси и ругательствам Даниэля, им настолько скучно, что они уже успели нашкодничать, — она плюхулась обратно на стул, едва не упав на пол вместе с ним же. — Будет полезно. — А ты уверена, что они, как ты выразилась, не нашкондничают в лесу? И если здесь, в замке они могут лишь заработать себе наказание то там ты сама понимаешь на кого они могут наткнуться! — Риц, успокойся. С ними будет Хола, которую тоже, к слову, Даниэль поливал не самыми приятными словами. Все будет в порядке и встретят они разве что совершенно мирную Лишай или случайных белок. Артур с явным недовольством выдохнул, но всё же повиновался. Не верил он, что первый поход в лес нового поколения пройдёт удачно. — Итак. Первое правило выживания. Если слышите подозрительные звуки — бегите. Второе правило выживания. Если вы видите избушку — бегите. Третье правило выживания. В любой непонятной ситуации бегите. — На этой позитивной ноте Ханна закончила своё введение в ориентирование по лесу. До этих советов неофиты узнали как выглядят те травы, которые им поручили собрать, получили по толстой книге, в которой были собраны аккуратные рисунки всевозможных растений с небольшими подписями, рассказывающими о них, и успели подойти к кромке леса. Вик, у которого лес ассоциировался далеко не с самыми приятными событиями нервничал. Да, прогулка в такую прекрасную погоду по лесу это намного лучше, чем уроки в библиотеке, но кто знает, что его ждёт в тёмной чаще. Или уж тем более кто. — Встречаемся здесь ровно через два часа. Кто соберёт больше всего трав получит от меня приз. Какой? Не скажу. Начали! — воодушевляюще крикнула Ханна и махнула рукой, показывая куда нужно бежать. Терри, будто бы выжидающий этого, не задумываясь бросился по направлению тонких пальцев девушки. Кас же в свою очередь сначала глянул на карманные часы, а затем уже направился в лес. Вик выдохнул и слегка несмело последовал за своими одноклассниками. Лес встретил его запахом хвои, хрустом тонких веток под ногами и упирающимися в небо остриями сосен. Крамберри медленно шёл по нему, уставившись на землю и изредка делал зарубки на деревьях небольшим ножиком, когда менял направление или долгое, как ему казалось, время двигался в одном. — Хей, Вик! Ты чего тут делаешь? — Услышал он знакомый голос. Вик отвлекся от поиска шалфея и поднял голову. Лишай сидела на низкой ветке дерева, держа в руках блокнот, заполненный странными силуэтами. Заметив, что на неё обратили внимание, она спрыгнула с дерева и, убрав блокнот в небольшую сумку через плечо, улыбнулась. — Это вас так после вчерашнего? — Наверное. Шалфей искать отправили, — Неуверенно ответил Вик. Не то чтобы он хотел сейчас вести беседы, в особенности с его новой знакомой. Крамберри хотел найти хотя–бы пучок этих несчастных цветов и возвращаться. До соревнования ему не было никакого дела. — А хочешь покажу где он растёт? — Спросила Лишай и взяла в свои ладони руку Вика. — Здесь недалеко! И, не дожидаясь его ответа, Лишай повела паренька через лес. холодные лапы елей шлёпали его по лицу, а попытки закрыться от них руками не приносили результатов. Он спотыкался о корни деревьев, чуть не падая, но никак не мог хотя бы попытаться уменьшить темп. Лишай как – будто бы летела сквозь лес по скрытым тропам, проложенным задолго до появления здесь людей лесными духами. Деревья легко пропускали её вперёд, будто бы показывая дорогу. Вик же был такой привилегии лишён, так что к концу пути всё его лицо было покрыто небольшими царапинами, а брюки на коленях были разодраны. Он не хотел предугадывать, что с ним за порчу одежды сделает Кас. — Ну, вот мы и на месте! — Лишай наконец–то остановилась и перед глазами Вика предстала небольшая полянка, покрытая фиолетовыми колосками шалфея. — Только не бери много. Это место тайное, и я очень не хочу, чтобы она прознала про то, что я вожу сюда хоть кого–то! тем более неофита. Лишай показалась Вику взволнованной. За всё их короткое знакомство это был первый раз, когда он видел девушку такой. Поэтому, поблагодарив её, он быстро сорвал десяток другой цветков. И собрал таким образом небольшой пучок, который перевязал кусочком джутовой тонкой верёвки. — Слушай, а можешь меня теперь назад, — Крамберри запнулся, увидев, что Лишай нет, — отвести? Страх окутал холодным одеялом его разум. Он понял, что без помощи из чащи не выберется. Он вырос вдали от природы, а те знания, что им успели дать на уроках будто бы улетучились из головы. Изначальный план с зарубками провалился. Он не мог их делать, пока всеми силами пытался не отстать от Лишай так как всеми силами пытался закрыться от летящих в лицо веток. Он несколько раз прокричал имя девушки в надежде, что она просто решила так странно подшутить над ним, а сама прячется где–то за деревьями. Как можно догадаться, это не принесло результатов. Вик, ведомый страхом, просто побежал сквозь лес, уже не ощущая боль от ударов веток по лицу. Он был весь покрыт царапинами, глаза заливала кровь из очень удачно рассеченного лба, но он не мог заставить себя остановиться. После той ночи лес вызывал необъяснимый ужас. Даже сейчас, днём, Крамберри будто бы слышал тяжёлые шаги за собой, затылком ощущал собственную смерть. Лес сомкнулся. Вик затормозил головой об ствол дерева и упал, на мгновение потеряв зрение из – за боли. Он сел и огляделся по сторонам. Перед ним возникла стена из плотно сомкнутых стволов сосен. — Сначала заставил моего духа оставить свои обязанности, чтобы помочь тебе, затем сорвал мою календулу, даже не сказав спасибо, а теперь несёшься, словно злобный дух и ломаешь мои грибочки?— Очень раздражённый голос, будто бы доносящийся со всех сторон, ударил Вика по ушам. не в силах справиться с паникой, он свернулся в позу эмбриона и закрыл голову руками. — Даже не пытайся спрятаться, — продолжил голос, — ты всё равно будешь меня слышать. Не думала я, что ты зайдёшь настолько далеко, просто несясь сквозь мой лес. Так уж и быть, не стану за нарушение соглашения приводить обещанное наказание в исполнение. Думаю, ты уже получил сполна. Очнулся он, чувствуя под собой что– то мягкое. Лицо и руки всё ещё побаливали, но на ранах чувствовалось небольшое давление лечебной мази. Вик с трудом сфокусировал зрение на соседней кровати, по направлению к которой была повёрнута его голова. В ней постепенно появлялось понимание, где он находится. А именно, в небольшой больничной палате. Неприятные воспоминания также появились там, что не порадовало Крамберри. За дверью слышались приглушённые голоса, в речи которых он не хотел вникать. А желал он вновь провалиться в сон.