Virus

      11 января       Сонные глаза в тридцатый раз за это утро уставились на тускло светящийся экран телефона. Нилу удалось поспать всего несколько часов, прежде чем он проснулся, чувствуя себя разбитым и недостаточно отдохнувшим. Он компенсировал это тем, что выпил пять чашек черного кофе и сделал сотню отжиманий, но этого было недостаточно, чтобы отвлечь его от проверки телефона каждые пять минут с момента восхода солнца. Из двух десятков сообщений, которые он отправил Аарону накануне вечером, запомнив номер с телефона Эндрю, Аарон ответил только на одно, четко сформулировав «Отвали». Дважды Нил подходил и подумывал о том, чтобы постучать. Один раз он подумал о том, чтобы снова взломать замок. К семи утра он решил лечить свое беспокойство, создавая себе еще большее беспокойство — искать информацию о пандемии гриппа. Он гуглил статистику, сводки новостей, отчеты ЦКЗ и ВОЗ. Он даже заглянул в самые темные уголки reddit, где чокнутые пропагандировали способы лечения, которые были так же бесполезны, как высокая доза витамина С и стакан комбучи, и так же смертельно опасны, как употребление спирта для растирания.       В тех случаях, когда он натыкался на что-то, что действительно было похоже на науку, он звонил Аарону и оставлял бессвязные сообщения об экспериментальных методах лечения и о том, какие комбинации лекарств им больше всего помогли сбить жар. К третьему звонку обычная голосовая почта сменилась на «Прекрати, блять, звонить мне, Джостен, я выключил телефон». Нил с раздражением отбросил телефон в сторону и в раздражении хлопнул лбом по клавиатуре.       Должно быть, он задремал, потому что, когда он снова поднял голову, на ноутбуке было написано 9:22 утра, и он чувствовал, как вдавились в кожу лба отпечатки квадратных клавиш. Его желудок противно заурчал, и он потер шею, направляясь на кухню с телефоном в руке. Сообщений по-прежнему не было.       К 10:30 утра Нил принял душ, съел миску хлопьев и выпил еще одну чашку кофе. Он не смог удержаться и снова написал Аарону сообщение. «Есть изменения? Пожалуйста, просто скажи мне».       К его удивлению, менее чем через двадцать минут телефон снова зажужжал. «Температура снизилась до 101.8, он спит».       Его тело с облегчением опустилось на диван.       Продремав еще час, он воспрянул духом около полудня и решил попробовать рецепт черничных кексов, который прислал Эндрю. Уверен, выпечка отвлечет его от мыслей. Потребовалось две попытки, но вторая партия получилась нормальной… а первая… ну, он мог бы просто отрезать донышки, и они были бы съедобны, по крайней мере, несколько часов, прежде чем превратились бы в камни.       Нил барабанил пальцами по грязному столу, который он не удосужился убрать, и ждал, пока вторая порция остынет настолько, что ее можно будет снять со сковороды. Несмотря на все свои усилия, он не мог перестать думать о том, что Аарон спросил его накануне вечером.       Он не знал, кем был для него Эндрю. И чем больше он понимал, что не знает, тем больше это его злило. Эндрю был важен. Это он знал. Он просто не мог понять, почему. И только когда он отщипывал горячие кексы от формы, обжигая пальцы о металл, его наконец осенило.       Поспешно Нил упаковал лучшую партию в большую жестянку, оставшуюся от попкорна, который Рэнди подарила ему на Рождество, и отправился к Эндрю. Было чуть позже двух часов дня, и, хотя его тело гудело от нахлынувшей энергии, он заставил себя тихо постучать, на случай, если Эндрю спит. Аарон открыл дверь, нахмурившись, и, похоже, он спал еще меньше, чем Нил. — Мне казалось, я говорил тебе… — Он — несбыточная мечта, — пробурчал Нил.       Кислое выражение лица Аарона сменилось на растерянное, и он медленно моргнул. — Что? — Ты спросил меня, кем для меня является Эндрю, — вызывающе сказал он, переступив порог. — Он — несбыточная мечта. Может быть, я не знаю о нем всего, но я хочу знать. И он знает обо мне больше, чем я когда-либо позволял знать кому-то другому. Возможно, я не заслуживаю его, и он — это то, чего я никогда не думал, что у меня будет… или даже, что я захочу. Но я хочу его, и я не отпущу его только потому, что ты пытаешься меня отпугнуть. Я не уйду, пока Эндрю не скажет мне уйти. — Господи, это не канал Hallmark, — пробормотал Эндрю со своего места, прислонившись к дверному проему между гостиной и спальней. — А теперь закрой мою гребаную дверь, если только ты не собираешься оплатить счет за электричество. — Эндрю! — Нил уронил жестянку на пол и скинул ботинки с такой силой, что они задели стену позади него. Он бросился к Эндрю. — Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? — Помоги мне дойти до ванной… идиот, — тихо сказал он, подняв руку, чтобы Нил мог аккуратно проскользнуть под ней.       Он слышал, как Аарон тихо ругался из гостиной, пока держал потную руку Эндрю на своем плече и вел его в ванную, его пальцы крепко вцепились в талию Эндрю. Эндрю поддерживал себя больше, чем накануне, и только один раз кашлянул, повернувшись, чтобы заглушить кашель в ложбинке свободной руки.       За кашлем последовала самодовольная усмешка. — Если меня стошнит на тебя, то это только наполовину намеренно…       Нил закатил глаза, надеясь, что возвращение его сухого юмора означает, что он чувствует себя лучше. — Заткнись, засранец. Туалет или ванна? — Душ, — прохрипел он, потянувшись к занавеске, когда они оказались внутри.       Помогая ему сесть на край ванны, Нил обошел Эндрю, чтобы включить воду. Эндрю осторожно опустился на край и потянулся назад, морщась от тепла. — Если я сделаю прохладнее, ты начнешь дрожать, и у тебя снова подскочит температура, — сказал он, вспоминая свои поздние ночные/ранние утренние гугления. — Неважно. Просто скажи доктору тупице, чтобы он присел, я слышу, как он вышагивает, отсюда. — Я думал… я был доктором тупицей? — Нил надул губы, что прозвучало слишком искренне.       Эндрю разразился смехом, перешедшим в очередной приступ кашля. — Эндрю? — позвал Аарон, приближаясь к ванной. — Отъебись, — попытался Эндрю между приступами кашля.       И для пущей убедительности Нил вторил ему. — Он сказал «отъебись». — Да, я, блять, слышал его.       Нил ухмыльнулся, и Эндрю ответил ему взглядом, забравшись в ванну и отбиваясь от попыток Нила помочь. — Я вижу, вы двое прекрасно ладите, — пробормотал Эндрю.       Когда Эндрю уселся в ванну, Нил снова встал, чтобы отрегулировать душевую насадку так, чтобы струя попадала прямо на его тело. — Ну да, у него характер злобного чихуахуа. — Потому что ты такой обаятельный? — спросил Эндрю, смачивая руки и проводя ими по своим уже влажным волосам. — Я чертовски обаятельный, — усмехнулся Нил.       Эндрю закатил глаза, но Нил не заметил этого, потому что Эндрю резко задернул занавеску перед его лицом. — Дерьмо, исторически, не очень-то очаровательно.       Он продолжал ухмыляться, глядя на Эндрю сквозь занавеску. — Рад, что у тебя, похоже, достаточно сил, чтобы спорить со мной.       Когда влажность наполнила воздух, Нил ненадолго отлучился, чтобы достать немного одежды и положить ее на закрытую крышку унитаза. После очередного продолжительного молчания Нил постучал по занавеске. — Ты хочешь, чтобы я остался?       Эндрю за занавеской пошевелился так, что можно было предположить, что он качает головой. После еще одного движения из-за занавески вылетела пара мокрых боксеров и шлепнулась на икры Нила, обтянутые трениками. Он выругался, отпихивая влажную одежду. — Отлично. Мы снаружи, если тебе что-нибудь понадобится. Не поскользнись и не сломай бедро, старик.       Через щель в занавеске следом пролетела бутылка с шампунем, и Нилу удалось увернуться от нее.       Его улыбка рассеялась, как только он встретился взглядом с Аароном, который все еще бродил по гостиной с телефоном в руке. Он сменил простыни, но мог только тянуть время и осторожно двинулся к дивану, наполовину ожидая, что Аарон снова попытается его выгнать. В конце концов, другой Миньярд опустился на другой конец, слегка вздрогнув, когда его палец задел ногу Короля. Она зашипела на него и прыгнула на колени Нила, тут же устроившись, когда он погладил ее пестрый мех. — Не думай, что твоя маленькая речь заставит меня отступить. Ты мне все еще не нравишься. — Мне все равно. — Если ты обидишь моего брата, я убью тебя. — Заметано.       Тишина была такой тяжелой, что Нил мог сосчитать каждый тик на часах в другом конце комнаты. Он слегка повернулся на своем месте, чтобы оказаться лицом к лицу с Аароном, стараясь не сильно беспокоить спящую кошку. — Вчера ты сказал, что задолжал ему. Что ты имел в виду?       Аарон напрягся, и Нил был уверен, что он не ответит. Но, возможно, усталость давила на него, потому что он прислонился к спинке дивана, скрестив руки. — Когда я был болен… — начал он, а затем тяжело вздохнул, как будто слова были слишком тяжелы, чтобы удержать их в себе. — Когда я был под кайфом… Эндрю привел меня в порядок. Он заботился обо мне с тех пор, как мы познакомились. Обычно я не благодарил его за это. Я никогда не благодарил его за это. Я всегда надеялся, что смогу начать возвращать долг, но это первый раз, когда он был достаточно уязвим, чтобы позволить мне помочь хоть чем-то.       Нил постучал указательным пальцем по лбу Короля. — Ты должен. Поблагодарить его. Но если не поблагодаришь, думаю, он уже знает. — Тебя никто не спрашивал, — сказал Аарон, явно чувствуя себя неловко из-за своего недавнего признания. — Неважно.       Полчаса спустя телефон Нила зазвонил во второй раз, проигнорированный им пятнадцатью минутами ранее. Когда он взял трубку, то увидел, что Аарон внимательно разглядывает его, но отвернулся, чтобы поговорить. — Тони, извини, кое-что случилось. Это было срочно. Я не думаю, что приду завтра. Нет. Мне все равно… Тони, это работа на полставки, и я зарабатываю 12 долларов в час, ты можешь уволить меня на хрен, если хочешь, мне все равно. Хорошо, пока.       Нил положил трубку, обменялся взглядом с Аароном и вернулся к неловкому молчанию, глядя на пустой телевизор, пока через некоторое время не появился Эндрю. С его волос капало, но он был одет в футболку и треники, которые Нил оставил для него, и его лицо было немного менее розовым. — Думаю, я могу поесть… — сказал Эндрю с выражением, которое явно означало, что он мучился над откровением и должен был бороться с собой, чтобы не попытаться приготовить себе еду.       Нил тут же поднялся, кивнул и отпихнул Эндрю в спальню. Он приготовил еще одну миску бульона и принес ее Эндрю, который, по крайней мере, сидел в постели, опираясь на облако подушек.       Нил сел на кровать, оставив пару футов между собой и Эндрю, когда Аарон просунул голову. Он пробыл достаточно долго, чтобы проверить температуру Эндрю, и снова ушел, нахмурившись. Через несколько минут включился телевизор, и Нил услышал знакомые звуки игры.       Почувствовав, что у них наконец-то появилось несколько минут уединения, даже с приоткрытой дверью, Нил перекатился на бок и стал наблюдать за Эндрю, который ставил полупустую миску на прикроватную тумбочку, которую Аарон задвинул на место. Вешалка стояла в углу, на ней висел пустой пакет из-под капельницы. Эндрю лениво потирал руку, на которой пластырь скрывал след от укола. — Я же говорил тебе держаться подальше, — вздохнул Эндрю, глядя в потолок. — Если ты заболеешь и умрешь, я буду стоять над твоим трупом и говорить: «Я же тебе говорил».       Это должно быть смешно. Обычно мрачный юмор Нила соответствовал юмору Эндрю, но вместо этого он нахмурился. — Это моя вина… — сказал он тихо. — Ты заболел, потому что я заставил тебя пойти на свидание.       Эндрю опустил подбородок на бок, чтобы посмотреть на Нила. — Никто не заставлял меня ничего делать. — Но… — А еще я ходил в магазин товаров для дома и брал чашки на вынос в Колумбии, — вздохнул Эндрю. — Если ты хочешь винить себя за что-то, то вини себя за то, что Аарон здесь. Я слышу, как он бесит команду, с которой я играю в Overwatch. Они никогда больше не позволят мне играть.       Нил продолжал хмуриться, но его глаза закрылись, когда Эндрю провел рукой по его волосам. — Ты выглядишь как дерьмо… — прошептал Эндрю, слегка погладив его по волосам.       Глаза Нила распахнулись, и на этот раз он почувствовал, как призрак улыбки тянется к уголку его рта. — Я выгляжу лучше, чем ты. — Невозможно.       Он зарыл свою улыбку в подушку, а Эндрю опустился еще ниже на кровати, продолжая проводить рукой по прядям рыжих волос.

***

      Нил проснулся от громкого звукового сигнала инфракрасного термометра, когда Аарон приложил его ко лбу Эндрю под неудобным углом, поскольку тот заснул на боку, лицом к Нилу. Нил поднялся, зевая, и наклонился вперед, чтобы прочитать мелкий шрифт на обратной стороне экрана, когда Аарон поднес его к глазам. 101.1.       На улице было темно, а часы рядом с кроватью показывали 20:08. Эндрю ворчливо повернулся на спину и закрыл лицо рукой, когда Аарон включил прикроватную лампу. Доктор Миньярд тщательно упаковал свою сумку, но оставил на столе пузырек с чем-то вместе с упакованным шприцем. — Я собираюсь домой, пока у Кейтлин не случился инсульт. Я оставил инструкции на случай, если температура вернется и тебе понадобится еще одна доза, но я думаю, что с таблетками сейчас все в порядке. Худшее у тебя уже позади. Позвони, если что-то понадобится, — сказал он, перевешивая сумку через плечо.       Прежде чем он успел дойти до двери, Эндрю остановил его тихим «Аарон».       Аарон повернулся, одна рука все еще была на двери. — Извинись перед чирлидершей за то, что я тебя задержал.       Аарон кивнул и ушел, но Нил успел заметить благодарный взгляд, который проскользнул между близнецами. Это не было явное «спасибо» или «не за что». Но он видел, что у них были свои методы общения и что понимание было достигнуто.       При звуке закрывающейся входной двери Нил поднялся с кровати и вытянул руки над головой. — Почему бы тебе не пойти еще раз ополоснуться? Я снова поменяю простыни и принесу тебе мороженое на ужин.       Впервые в жизни Эндрю решил не спорить и медленно поднялся из гнезда одеял. Его немного шатало, но в остальном ему удалось раздобыть чистую одежду и без происшествий добраться до ванной.       Как только Нил закончил загружать в стиральную машину испачканные простыни (почему у Эндрю вообще девять комплектов простыней?), Эндрю опустился на диван с пинтой мятно-шоколадного мороженого. Нил устроился рядом с ним и покачал головой на предложение мороженого, вместо этого съев один из черничных кексов из жестяной банки рядом с диваном. Вскоре к ним присоединились кошки, которые были накормлены и готовы расслабиться на весь вечер. После двух фильмов от Марвел Эндрю потрепал Нила по загривку, пока тот не проснулся, и они вернулись в кровать Эндрю на ночь.

***

      12 января       Постель была насквозь промокшей. Это могло бы показаться отвратительным, если бы последовавшее за этим осознание не было полным облегчения. Когда он проснулся на следующее утро, Эндрю уже свернулся на боку и смотрел на Нила. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы сориентироваться, но как только он полностью открыл глаза, Нил в панике потянулся, чтобы потрогать лоб Эндрю, и обнаружил, что он едва теплее, чем его собственная рука.       Отбросив влажную простыню, Нил переполз через грудь Эндрю, чтобы дотянуться до тумбочки, едва не задушив блондина в процессе. Эндрю грубо толкнул его в бок, когда его добыча оказалась у него в руках. Нил сунул термометр в сжатые губы Эндрю и вытащил его через несколько секунд после звукового сигнала — 98,4. Ухмылка растянулась по его лицу, и он не смог удержаться от того, чтобы не прижать руку к щеке Эндрю. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он.       Эндрю закатил глаза и перевернулся на спину, отбивая руку Нила. — Отвратительно.       Коты присоединились к ним через несколько секунд, но Нил бросил простыню на пол, вскочив на ноги с избытком энергии и улыбкой, все еще нарисованной на его лице. — Душ?

***

      Нил почистил зубы и разделся, прежде чем Эндрю добрался до ванной. Когда он стоял под теплой, но не слишком горячей струей, Эндрю вошел. Нил услышал, как щелкнула крышка унитаза, как Эндрю облегчился, еще один щелчок крышки, а затем шум воды в раковине. Прошло целых десять минут, прежде чем Эндрю действительно присоединился к нему.       Блондин двигался медленно, но на этот раз он хотя бы стоял, поцеловал Нила в челюсть, а затем опустил лоб на плечо Нила. Он немного наклонился вперед, и Нил легко поддержал его. Он намылил одну из причудливо выглядящих губок и положил ее сбоку, чтобы Эндрю мог ее видеть. — Да? — спросил Нил.       Эндрю кивнул ему, и Нил принялся за работу, намыливая бледную кожу еще более бледными мочалками. Эндрю оставался на месте, наклонившись к нему, но поднял руки, когда Нил попросил его. Когда он закончил, Нил опустил глаза на икры Эндрю, а затем поднял их обратно. Он старался держаться выше талии. — Я… выйду. Чтобы ты мог сделать остальное, — сказал он, громко сглотнув.       Нил начал убирать губку обратно в лоток, но Эндрю схватил его за локоть. — Подожди.       Отвернувшись, Нил наблюдал, как Эндрю выпрямился, и его пальцы зацепились за белую полоску его темно-синих трусов. Эндрю наклонил голову, и их взгляды встретились, пока он отжимал мокрое белье, носком ноги отбрасывая его к задней стенке ванны, где оно болталось над бортиком, не долетая до него. С многозначительным взглядом Эндрю перевел глаза на губку, а затем снова на Нила, не сводя с него взгляда в молчаливом вызове. Нил не разочаровал.       Он принялся за мытье нижней половины тела Эндрю — таза, бедер, икр и ступней. Промыв губку один раз и намылив ее снова, он глубоко вздохнул и потянулся к паху Эндрю и к его заднице. Эндрю молчал, его дыхание было глубоким, а глаза, казалось, хотели закрыться, но не отрывались от головы Нила. Пальцы Эндрю впились в его плечи, пока он работал, используя это для равновесия. Нил использовал прикосновения, чтобы не отвлекаться, чтобы попытаться сконцентрироваться на том, что он делает, а не на том, что ему хотелось бы делать.       Как только он закончил, Нил встал и повернул их так, чтобы Эндрю оказался под водой. Они лениво поцеловались под струями, но это длилось всего несколько секунд, а затем Эндрю потянулся назад, чтобы выключить воду, их глаза все еще были закрыты.       Они молча вытерлись полотенцем и оделись по отдельности, Нил — в спальне, а Эндрю — в ванной. Нил вернулся, чтобы бросить свою одежду в корзину Эндрю, и обнаружил, что тот сидит на унитазе, продолжая вытирать волосы маленьким полотенцем для рук.       Нил наклонился, чтобы поцеловать его наконец-то не вспотевший лоб. — Ты сможешь поесть? — Хм… — хмыкнул Эндрю. — Тост?       Кивнув и прижав второй поцелуй к розовым теплым губам, Нил пробрался через кричащих кошек к кухне.       Через полчаса он нашел Эндрю на диване, глотающего очередную дозу лекарства и облокотившегося с каждой стороны на кошек, которым, похоже, не хватало его внимания последние несколько дней. Каждая рука была зарыта в шерсть.       Нил устроился рядом с Эндрю, протягивая бумажную тарелку с двумя кусочками тоста с небольшим количеством масла и маленькой бутылочкой меда на боку. Тарелку с тостами и яичницей с сыром он оставил для себя. Откусив от тоста несколько кусочков, Нил заметил, что Эндрю смотрит на яичницу. Он зачерпнул небольшую порцию на вилку и протянул ее, предлагая. Эндрю несколько секунд смотрел на него, но потом наклонился вперед и взял яйцо с вилки, медленно пережевывая. Тяжело вздохнув и через несколько секунд проглотив, Эндрю кивнул, а Нил протянул еще один кусочек. На этот раз Эндрю выхватил вилку и взял его себе, а затем еще один маленький кусочек. После третьего кусочка он отложил вилку и покачал головой, потянувшись за тостом.       Эндрю выпил полную чашку педиалита, и поскольку после еды его не тошнило, Нил вздохнул с облегчением и внутренне поблагодарил то божество или карму, которое оберегало Эндрю. С ним все будет в порядке, и Нил никогда не испытывал такой благодарности.

***

      17 января       Эндрю потребовалось еще несколько дней на выздоровление и полное исчезновение симптомов гриппа, но он вернулся к полноценной жизни под присмотром брата и своего раздражающе идеального соседа, которого, как он теперь понял, он не мог выбросить на помойку, даже если бы захотел.       Занятия технически начались еще в тот понедельник, но, по словам руководства университета, в этом семестре все будет проходить в режиме онлайн. Нил предпочитал именно такой вариант и жалел, что оставшиеся курсы колледжа он не мог пройти в пижаме за столом в столовой или лежа на диване Эндрю с кошками, прижавшимися к его бедрам.       Закончив работу над заданием, Нил поменял пижаму на треники и направился к соседней двери, открыв ее запасным ключом, который Эндрю дал ему накануне. Эндрю сидел за своим столом, сгорбившись над книгами и клавиатурой, на его носу сидели очки. Он бегло помахал рукой своему посетителю, и Нил помахал в ответ, после чего направился на кухню. Настала его очередь готовить — они решили, что это будет происходить только раз в неделю, поскольку Нил был катастрофой на кухне и имел ограниченный доступ только под присмотром Эндрю. Однако ему разрешалось готовить завтрак, поскольку это было единственное, что он мог приготовить, не испортив технику и не спалив что-нибудь.       Когда он вернулся в гостиную со стопкой блинчиков с корицей и глазурью, беконом и фруктами (и черничными блинчиками для себя), Эндрю снял с лица очки для чтения и закрыл книгу. Он присоединился к Нилу на диване, и они склонились над столом, чтобы запихнуть еду в голодные рты.       Нил прокомментировал состояние тренажерного зала Эндрю, который заметно использовался в последние несколько часов, и сказал, что ему не стоит так рано напрягаться. Эндрю ответил на это замечание своим собственным, удивляясь, почему Нил так обеспокоен тем, что он «напрягается», когда накануне вечером у него не было с этим проблем. Уши Нила стали розовыми, и он молча съел последний блинчик. Он был удивлен, что Эндрю смог закончить есть, учитывая его самодовольное выражение лица.       Нил улыбнулся, обхватив вилку, ему настолько нравились эти воспоминания, что он был раздражен его контраргументом. Они все еще не торопились, но каждый раз, когда он был с Эндрю, Эндрю дарил ему еще один маленький кусочек доверия, а Нил старался дать ему его в ответ. Но что-то все еще беспокоило его. Закончив с едой, он отодвинул тарелку на кофейный столик и сел поудобнее, чтобы посмотреть на Эндрю, который уже закончил.       Он отодвинул Короля и Сэра от исследования своей пустой тарелки. — Эндрю, как ты узнал о том… кто я такой? — О чем ты говоришь? — спросил Эндрю, возившийся с пультом, чтобы включить Netflix. — Когда ты болел… ты сказал, что знаешь обо мне. О… Натаниэле.       Эндрю замолчал. Он положил пульт и облокотился на колени, глядя на пустой экран перед собой. — Я собирался рассказать тебе. — Что рассказать? — спросил Нил, закидывая ногу на диван, чтобы повернуться лицом к Эндрю. — Что я знал.       Часы тикали. Где-то снаружи заглохла машина. Один из котов мяукнул. — Как? С каких пор?       Эндрю повернулся и попытался выдержать взгляд Нила, который показался ему скорее задумчивым, чем обвиняющим. Хороший знак, подумал он. — С тех пор, как ты переехал. Я поставил всех соседей на google alert, как только узнал их имена. Но до этого я узнал тебя… Я жил в Южной Каролине, когда ты… когда все это всплыло. Я запомнил новости.       Нил шевельнулся на месте, его взгляд ненадолго упал на ногу, где его руки обхватили лодыжку. — Почему ты не сказал мне, что знаешь? — Потому что я не хотел знать, — сказал Эндрю со вздохом. Он протянул руку и приподнял подбородок Нила, так что они снова смотрели друг на друга. — Твое прошлое — это твое дело, а не мое.       Рука Эндрю опустилась обратно на его колени. — Это ничего не меняет, — сказал он, и это прозвучало почти вызывающе, окончательно.       Нил несколько раз кивнул, пытаясь осмыслить полученную информацию. — Все было бы хорошо, если бы так оно и было, — сказал Нил, неловко пошевелившись. — Теперь я в безопасности… я думаю. Они нашли большинство его людей. Но шанс все еще есть, и он велик. Больше, чем кто-либо другой должен иметь дело с этим. — Это ничего не меняет, — повторил Эндрю, на этот раз выглядя почти сердитым. — Спасибо, — сказал Нил, не зная, что еще сказать.       Эндрю снова обратил свое внимание на телевизор, найдя новый документальный фильм. Через несколько минут после начала передачи он повернулся лицом к Нилу, повторяя его позу, когда тот все еще не повернулся вперед. — Нил. Не только у тебя есть скелеты… и однажды я расскажу тебе о них. — Эндрю, это не… ты не должен…       Эндрю поднял руку, чтобы остановить его. — Я хочу. Не прямо сейчас. Но если это что-то… — признался он, жестом показывая между ними двумя. — Если мы сможем сохранить это, я хочу.       Нил несколько раз открыл и закрыл рот. — Хорошо. — Хорошо, — повторил Эндрю.       Когда воздух разрядился, Эндрю прибавил громкость на телевизоре и отбросил в сторону пульт. Нил почувствовал, как на его лицо наползает улыбка. Он никогда не думал, что месяц назад окажется здесь. Он вообще никогда не думал, что за всю свою жизнь найдет такого человека, как Эндрю. Кого-то, кто сможет принять все, что есть в нем, и все равно захочет большего. Он усмехнулся, и, должно быть, Эндрю заметил это. Не поворачивая головы, он протянул руку в сторону и прижал два пальца к щеке Нила. — Перестань смотреть на меня так и иди сюда…       Нил продолжал ухмыляться и заерзал по дивану, позволяя Эндрю затащить его к себе на колени и сложить ноги рядом с его бедрами. А потом он позволил Эндрю сцеловать ухмылку со своего лица. Позже будет больше времени, чтобы посмотреть на него «вот так». Надеется, гораздо больше времени.