Странствие маленькой Тени.

17

Последний день Купалы. По всей деревне уже стоят огромные кострища с выложенными на них целебными травами. После захода солнца, единственного источника света в деревне, все костры уже готовы вспыхнуть ярчайшим красным пламенем, освещая все вместо великого светила. - Не догонишь! Понял? – резвился Елисей. - А вот и догоню! За ним бегал Юкаге с Волчиком. Владислава пыталась угнаться за двумя мальчишками, а Василек тихо шел позади них. - Васька, ты чего! - Ничего. - А че ты тогда с нами не играешь? - Надоело это вот все. Я должен взрослым быть, а взрослые не играют! - Да ты же не старше нас! А уже нос задрал, колбаса деловая! - Ниче ты, Лысый, не понимаешь! Елисей бросился в драку с Васильком. - Во дурные... – стояла рядом с Юкаге и смотрела на их потасовку Влада. – Побежали лучше с собачкой поиграем! - Побежали! Юкаге и Владислава побежали вперед и кидали чуть погнутую палку собаке. Она радостно носилась за ней и приносила ребятам. - Влада! Поди сюда, родная! – послышалось со стороны. – Иди-иди, доченька. Ее звала молодая женщина лет 25-30, лицо ее, обсыпанное веснушками, было прекрасно, как у совсем молодых девушек, но уже не отдавало той присущей незрелым девам невинностью. Еще больше ее лицо украшали прекрасные салатовые глаза, как у племянника своего, Елисея. - Мама, чего тебе? – подбежала к ней Влада. Юкаге подошел вслед за своей подругой. - Родная, скоро папенька твой, Андрей, вернется. – погладила ее по голове мама. – Здравствуй, милый воин. – обратилась она к стоящему позади дочери Юкаге, держащего палку, которую грыз Волчик. – Спасибо, что заботишься о ней. Увидев обворожительную улыбку мамы Владиславы, мальчик ненароком залился румянцем. Он спрятал палку за спиной и увел взгляд всторону. – Х-хорошо, тетя Айка! Можешь не переживать за нее! – гордо сказал он, положив свободную руку на свою грудь. - Мама! – заупрямилась Владислава. – Уходи! - Хорошо-хорошо. Не буду мешать вам в жениха и невесту играть. – усмехнувшись, сказала она. - Никакие мы не жених и невеста! – покраснела девочка. – Скажи ей, Юка! - А... А да! Да, конечно! – мама Влады ушла. – А кто твой отец? - Он очень хороший и сильный солдат! Он ушел на войну, как и у Лиськи и Васьки. - А почему твоя мама не с ним, как у них? - Мама очень крохотная, папа не пустил ее. – повисла небольшая тишина. - Хватит о них! Давай дальше играть! - Х-хорошо! Только хотели побежать за собакой дети, как в деревне разгорелись костры. Колеблющиеся языки пламени заворожили Владу и Юкаге, и они долго стояли на месте и смотрели на колыхание огня. На игру света пламени и тени вечера. Юкаге схватил Владу за руку и повел ее ближе к одному из костров. Они не могли оторвать свои глаза от огнища и приближались к нему, не оглядываясь ни на кого. Ненароком в мыслях мальчика проскочил образ Хельги. - Не подходить. – преградил им путь голем. - Дядя голем... – промямлил мальчик. - Опасно. Не подходить. - Ладно... - Каждый год вижу и каждый год не могу от дива-дивного глаз оторвать. – шептала Владислава. – А ты еще и в первый раз видишь... - Они уже за ручку ходят! – сзади послышался голос Елисея. – Тили-тили тесто! Жених и невеста! – голосил он, подбежав к ним. Юкаге резко отпустил руку Влады. – Ты че несешь, болван! Владислава обиделась. На обоих. Она недовольно надулась и отвернулась. Елисей продолжал дразнить их. Обычно к нему бы подключился и Василек, но не в этот раз. Мальчик стал слишком тихим, спокойным и отстраненным. Юкаге смотрел с жалостью во взгляде на Василька. Он все понимал. Понимал, почему он замкнулся, хотел помочь своему другу, но не знал как, и это бессилие мучало его. - А смотрите, какого солдатика мне дед вырезал! – достал он деревянную фигурку. – Хочешь, Васька? - Да нет... Не надо. - А дай мне тогда! – сказал Юкаге. - Тебе не дам! - А ну! Почему? - Потому! – вредничал Елисей. - Я тоже такую хочу! Жадина-говядина, зеленый огурец! - Какой огурец, блин! Жадина-говядина, пустая шоколадина! - Шоколадина? Вообще-то огурец! - Так там рифмы нет! - А есть, просто там продолжение есть! Жадина-говядина, зеленый огурец. На полу валяется, никто его не ест! - Где рифма-то, дурачина! - Сам такой! Юкаге начал драться с Елисеем. - Эй! Посмотрите-ка! Прихвостень поцапался с хозяином! - Кто тут прихвостень, жирный курдюпель! – закричал Елисей. - Ты! – горланил Никита. - А я уж думал, что ты решил измениться! – теперь закричал Юкаге. – Но ты так и не помылся! - Помылся! Много раз! Да и вообще, не твоего ума дело! Я тогда помог, потому что я гордый воин Севера! Не зазнавайся, приблуда! - Эй, детвора. Осторожнее средь улицы махаться. – окликнул их мужчина. Он почесывал свою отращенную круглую бороду с усами. Волчик злобно тявкнул на него. – Идите играйте в другом месте. - Ты че, старый, не с той ноги поднялся? – произнесла Владислава. - Я тебе щас покажу, старый! – замахнулся Гостимир. Дети быстро убежали от него и только пятки их сверкали. – То же мне, от вершка два горш... тфу, от горшка два вершка, а уже старшим грубят... - Не серчай, старый! - Ну попадитесь мне, шайка! – грозно кричал он вслед им. - Фу-у-ух. Убежали. – произнес запыхавшийся Елисей. - Уже стемнело совсем. По домам надо. – сказал Василек. - Ага. Пока. – убежал Елисей. - До завтра. - Юка, а хочешь с моим папой познакомиться? Он очень здоровский. - Ну... Давай! Мальчик убежал домой к подруге, но перед этим сказал валькириям. - Ты бы нас предупредила, дочка, что жениха приведешь. Их сразу встретила такая же добрая, как у ее мамы, улыбка отца девочки на его широком морщинистом лице. В его карих глазах можно было увидеть некоторое недоверие к зашедшему в их дом мальчику. Как и у всех воинов длинные волосы, у Андрея они каштанового цвета. - Не жених он мне, папа! – возмутилась она. – Че вы все заладили, жених да жених! Будто сказать больше нечего. - Здравствуйте, меня зовут Юкаге. – представился он. - Меня зовут Андрей Зеленый. – рассмотрев повнимательнее, он насторожился. - Просто Юкаге? - Просто Юкаге... – напрягся мальчик. - Рогатый азиат... Ты дракон? - Н-нет! Ни в коем случае! - Тогда... Демон? - Н-нет... Минотавр... – неуверенно ответил Юкаге. Девочка тихо наблюдала за их диалогом и не вмешивалась. - Что ж, хорошо. Присаживайся и будь гостем моим. – пригласил ко столу его отец Влады. Закончив готовить, к ним присоединилась и мама Влады, Айка. – Что ж, Юкаге, сколько тебе лет? - Скоро одиннадцать будет. – ответил он. - Скоро? Ах да... На Востоке празднуют дни рождения сразу в его день. Или я ошибаюсь? - А ой... Нет-нет, все верно. Я немного удивился, когда узнал, что у вас у всех он в один день. - А так не везде? – спросила Владислава. - На Севере и... Юге он фиксированный. На других землях по-другому празднуют. – объяснил ей отец. – Как же ты попал сюда и у кого живешь, Юкаге? - Он путешествует! Правда здорово? - В столь юном возрасте... На его лице появилась небольшая улыбка. Он почесал бороду. - А не дурно! Я вот тоже как-то по молодухе от родителей сбёг, да на деревеньку эту набрел. Вот с твоей мамой живу с тех времен. Далековато все же забрел. - Живет он у ведьмы Гуллы. – ответила ему Айка. - У валькирий? – удивился Андрей, откусив кусок ржаного хлеба. – Ну, девахи толковые. Зависть даже берет... - на что Айка отвесила ему подзатыльник. - Зависть его берет! - Ну что ты злишься, солнышко. – приобнял за плечо ее Андрей. – Лучше тебя все равно никого нет. – посмотрел он на Юкаге. - Так ведь? - Э-э-э... Ну может быть... – почесал он за затылком. – А... почему Гулла ведьма? - Что ж, здесь не чего особо думать. Ведьмами кличут мудрых матерей, так и звучит: ведающая мать. - А у Гуллы есть дети? - Был. Она уроженка Каркасона, так что скорее всего она его потеряла. – посмотрел в потолок Андрей, потирая колющуюся бороду. – Если его с ней нет сейчас... - Я... Я не знал... А вы откуда знаете? - Хах, да вот, бился против в нее, в плен ихний попал, да много че узнал. Дал деру, когда на их гарнизон налетели. Ирония судьбы... Вчера был враг, а сегодня - друг. Они продолжали общаться на разные темы, отец Влады рассказывал разные истории из своего похода. День подходил к концу. – Что ж, ты домой пойдешь по такой темнотюге? - А у меня есть выбор? - Какой же ты рарковец все-таки. - Кто-кто? - Рарковец. Вопросом на вопрос отвечаешь, парень. - Можешь остаться у нас. Постелем тебя у дочки. – ответила Айка. - Хорошо! Спасибо. – дети побежали в комнату. Они не спали, а допоздна тихо играли, так, чтобы их не заметили родители. В их комнате тускло горела одна свеча, освещая страницы записной книжки с заметками мальчика, которую он показывал девочке. - А вот так выглядят медведи! Мы такого встретили, когда шли в Подлесок. - Так здесь же каракули какие-то! – рассмеялась Влада, чем немного возмутила мальчика. Дети отвлеклись от импровизированного бестиария Юкаге, когда услышали какие-то скрипы и стоны из-за стены. – Че это за шум? - Проверим? Ребята тихонько вышли из комнаты и медленно-медленно шли навстречу к звукам. Они раздавались из родительской комнаты. Любопытство взяло вверх, и Юкаге приоткрыл дверь к родителям. Ребята долго наблюдали за родителями и чем дольше смотрели, те сильнее заливались краской. Однако даже наивысшее чувство стыда не мешало им продолжать наблюдение. Но вскоре Владислава отошла от дверной щели и оттянула друга за собой. Долго сидели они в ступоре и смотрели друг на друга. – Э-э-это т... туда! – смущенно пищал мальчик. - А он вот... – изображала руками девочка. - Вот так и так! Дети быстро побежали в свою комнату и пытались забыть все, что увидели и заснуть. - Какая мерзость! Д-давай никогда-никогда таким не заниматься! Фу! - Давай! Они половину ночи не смыкали глаз, неустанно обдумывая увиденное, и проспали аж до полудня.