Странствие маленькой Тени.

24

Потихоньку шок от встречи с древним сиреном сошел на нет. Но странное послевкусие осталось у каждого. – Сестрица, где это мы? Ингрид лежала на коленях у Юкаге. – Понятия не имею. Поддерживаемая мальчиком она поднялась. Осмотрелась по сторонам. На покрытую снегом траву, на плеск безбрежного океана. – Идем. Юкаге последовал за ней. Василий стоял на коленях. Слезы капали и топили снег под его ногами. Недолго пришлось им идти, уже показывался шумный пригород. Бедняки, больные, сироты. Трущобы. Город огражден белоснежной стеной, словно барьером от нищеты. Войдя во врата открывался вид на большое здание, больше похожее на муравейник, где копошились маленькие и незначительные по сравнению с ним человечки. – Тирэнский государственный университет. Мы в Северной столице Гроннфигура. - Мы далеко на Севере? – удивился Юкаге. – То-то я д-думал, чего ж так х-холодно-то?.. Он натирал руками плечи, хоть как-то пытался согреться. Снег лежал не сплошным слоем на земле, лысые пятна земли изредка выглядывали из-под снежного покрывала. - Похоже, на тот тоннель была наложена телепортационная магия. - У-ух ты! А такая с-с-существует? - заинтересовался дрожащий мальчик. Валькирия накинула на него свою накидку. – Сестрица, а тебе самой не холодно? - Нет. Вечереет, придется остановиться здесь. Найдем постоялый двор. Они шли по улице, осматривая вывески заведений. – Вот он. - А как ты поняла? – удивился мальчик. Проигнорировав его, валькирия вошла внутрь. – А ты знаешь, дядя голем? - Да. - А рассказать не хочешь? – недовольно спросил мальчик. - С-смотри. – обратил внимание мальчика на вывеску Василий своей дрожащей рукой. – Ж-жереб-бец значит эт-то гостиниц-ца. Д-давай лучше по-по-поскорее внутрь за-зайдем. Внутри топилась печь, которая согревала помещение, такая температура смогла унять их дрожь. – Во-о-от. Продолжим. Жеребец – это постоялый двор, медведь – это пивнуха, змея – травник или целитель, рыба – баня, аист – торгаш, дятел – кузнец, краб – цирюльник. Ничего вроде бы не забыл... А! Еще собака – это гильдия. Василий пытался бодриться, не падать духом, но потухший солнечный взгляд говорил об обратном. - Лебедь не был упомянут. - Специально! Нельзя еще детёнку о таком рассказывать. Голем посмотрел на него непонимающим взглядом. Ингрид, идущая рядом, вздохнула. - А лебедь что значит? – потянул за рукав Василия мальчик. - Публич... - Вырастешь – узнаешь. – остановил голема Василий. - Э! Я взрослый... как там? А! Я взрослый, ебать! - Чему такому вы детенку учите! - Не вопи... – продолжала вздыхать валькирия. Подойдя к стойке, Ингрид быстро выдала: – Комнату. Самую дешевую. - Ты уверена, барышня? Вас же трое... или четверо. – посмотрел владелец гостиницы своим одним глазом за спину воительнице. - Да. - Может все же побольше? - Да, почему нам не взять больше? – спросил Юкаге. - Самую дешевую, не обсуждается. - Эх, ладно. Возьмёте еще одну, если все же тесно будет. За мной. Хозяин проводил их в самую маленькую тесную комнату с одной кроватью. Мальчик как всегда осматривал все, что есть в зале, в коридорах и в открытых комнатах. - В ней все же одна кровать... - А чего такого? – спросил мальчик, беззаботно прыгая на нее. - Мы вчетвером будем спать на одной? – спросил Василий. - Во сне для голема нет необходимости. – ответил голем. - Втроем... - Верно. Предложишь что-то еще? – послышалось от Ингрид. - Почему сразу не взять комнату на троих? - Что ты хочешь: уютно выспаться один день или в целости добраться домой? - Ну... Домой надобно. – почесал он макушку. - Тогда наш ограниченный бюджет нужно растрачивать не на хоромы, а на одежду и транспорт. – валькирия тоже легла в кровать. – Если ты не хочешь застрять здесь надолго. - В этом есть смысл... Но я лучше на полу посплю. – Василий опустил голову и притих. - Да без разницы мне. Хоть не спи. Вздохнув, накрылась она одеялом из грубой шерсти. Тут же она почувствовала тепло пониже груди. Глянув под одеяло, она увидела клещом вцепившегося Юкаге. Один единственный вздох окончил их слишком затянувшийся день. Пока солнце не застучали в грязные окна коморки. – Уже у-утречко? – зевая и потирая глаз, промямлил Юкаге. Ингрид еще спала. Пытаясь не разбудить ее, мальчик встал с кровати. Он ненароком улыбнулся, когда увидел вечно серьезную сестру, мирно пускающей слюни на подушку. Он накрыл ее одеялом и, переступив уткнувшегося лицом в стену Василия, вышел из комнаты. По утрам во дворах редко можно встретить толпу, поэтому зал казался ему пустынным. - Доброе утро, маленький воин. – поприветствовал его хозяин, протирая грубой тряпкой кружку. - Доброе. - А повезло тебе. Такую девку захомутал... - Завидуешь мне? А вот тебе бы я не позавидовал. – нагло ответил мальчик. - Какой дерзкий шкет. Ты слышал что-нибудь про уважение к старшим? Хотел он было дать щелбан по лбу Юкаге, но тот не позволил, отодвинувшись в сторону. – Не позавидовал бы мне? - Угу. – смотрел мальчик на хозяина. – Твоя щетина неопрятна, будто бы до недавнего времени постоянно брился. Бросила отрада? По всему залу и коридору расставлены картины с кораблями, одет в легкую морскую одежду, как у бандитов каких-нибудь, а в собственной комнате заслуги прошлых лет. Воин? Но с короткими волосами. Короткие волосы означают, что ты либо лидер, либо опозорился и потерял честь. Каждое новое слово мальчика хлыстом било по хозяину. - Я бы сказал, что ты моряк-неудачник. - Я гордо несу звание неудачника по жизни! – воскликнул он. - А глаз потерял в плавании? - Гарпия выколола. – пожал он плечами. – Как тебя зовут, шкет? - Юкаге. - Меня Алфорд. Здорово ты это все подметил. – ответил Алфорд и поставил перед мальчиком кружку с вином и небольшую тарелку с ценным в этих краях виноградом. – Все, как ты и сказал. Я был морским торговцем. - Пиратом. – прервал его рассказ мальчик. - Не-не-не! Пират – это подработка, так сказать, а так я торговец! Честный. Грабил только, когда меня грабили! На лице у мальчика начало проглядываться легкое презрение. – Пока не встретил одну чудищу. О Кракене слыхал? - Не-а. - Да ты чего? Вот же сухопутная крыса... Это один из самых опасных морских хуев. Ну как ваш Фенрир, только в океане. Это кальмар метров в восемьдесят. Как у меня, но чуть поменьше. – посмотрев в пустые глаза Юкаге, он продолжил. – Обычно он просто спит, притворившись островом. Ну и... причалил я, значит блять, на остров. Юкаге залился смехом. – Так ты еще больший неудачник, чем можно сразу понять. Я думал там будет трогательная история о героизме и отшельничестве. – с надменной рожей мальчик пускал сок фиолетовыми виноградинами. - Это еще впереди! Знаешь ли, шкет, не все в жизни происходит, как в книжках. – над ними повисло затишье. – Как там ваш товарищ поживает? - Братец Василий? - Да, бедолага всю ночь шастал туда-сюда, никак заснуть не мог. Все бусами своими гремел, спокойно посидеть не давай. - Спит вроде бы. - Ты бы видел его глаза, он будто бы целое море и небольшой пруд выплакал. Что с ним? - Невеста умерла у него. Громкий стук кружки о столешницу. Юкаге допил вино. - Вот как. Соболезную. Моряк быстро протер кружку, из которой пил Юкаге. Мальчик спрыгнул с барного стула и побежал в комнату. - Ты откуда такой взялся-то? - Из Ролдана. - Ясно-ясно, мягкотелый южанин! Ты заходи как-нибудь, когда мимо проезжать будешь. - И что мне за это будет? - Пиздюли вот это вот кружкой, если ты сейчас не свалишь! – с криком стучал Алфорд по столу. С легким испугом Юкаге убежал к комнате. Он приоткрыл дверь и проверил, не спит ли Ингрид. Она уже не спала, просто сидела и дрожала, укутавшись в одеяло. - Х-холодно... – шипела она. Влетевший в комнату мальчик стал неожиданностью для нее, что она аж пискнула. Удивленный Юкаге с не таким уже удивлением смотрел на проявление человечности наставницы. Валькирия быстро вернула свое невозмутимое лицо и сделала вид, что ничего не произошло. – Держи, сестрица. Снял с себя ее накидку. - Ты же замерзнешь. - То же и к тебе относится! Я перетерплю! Просто закалка! Глаза валькирии чуть расширились от небольшого удивления. - Нужно купить вам теплую одежду. Они направились к торговцу, голем уже ждал их у выхода. Купив два армяка, они покинули город на корабле.