Мяу-мяу, девственник.

— Не-а~, я с вас не слезу. А в том, что он сдался, я более чем уверен, потому что, во-первых, другого пути нет; во-вторых, он сказал, "что за извращение", хотя тут нет ничего такого. Похоже, он теперь бредит этим и извращение увидит где угодно, ведь раньше бы он подумал, что я просто вас достаю, мой милый семпай~, — протянул лягушонок. — Отвали, жаба… — Голос потрошителя дрогнул; почему-то сейчас он никак не мог собрать в кучу свои мысли, но ему очень даже повезло: Скуало развернулся и влетел обратно в комнату. — Вро-ой! Из-за вас я забыл, что хотел сказать! Фран, не знаю зачем, но там нужен сильный иллюзионист, это не займет много времени, а даже если и займет, то лети туда! Импульсивный мечник практически содрал лягушонка с принца и потащил его за собой, вновь захлопывая дверь и оставляя удивленного и раскрасневшегося от активного сопротивления блондина лежать на диване. — Ши-ши-ши… — Как то потерянно посмеялся потрошитель. — Жаба… какого черта ты творишь? Кто позволил тебе так наглеть? — в пустоту вопрошал монарх, сжимая зубы до скрипа. В этот раз ему повезло: его спасла крикливая акула, но что случится в следующий раз? И почему, вот уже в который раз, офицер не может дать отпор своему, как ранее казалось, слабому кохаю? Погруженный в эти мысли парень сложил руки в замок у себя над головой и закинул ногу на ногу. Что он сейчас творит? В этот момент он должен искать способ избавится от того, благодаря чему он теперь больше похож на кошачьего принца, а не на человечьего; ну, или идти убивать Франа, за его наглость, но вместо этого он просто лежит тут, на этом самом диване и сверлит пустым взглядом потолок. — Надо охладится… — Вариец медленно и с явной ленью встал с дивана и направился в свою комнату, вернее, в свою личную ванную комнату. Там он отмокал в холодной воде где-то на протяжении часа, но его голову никак не оставляла одна мысль. Одна навязчивая мысль. Одна навязчивая, наглая мысль. Одна навязчивая, наглая, извращенная мысль. Одна навязчивая, наглая, извращенная, зелёная мысль! — Это непростительно! — выкрикнула коронованная особа, рывком поднимаясь из холодной воды. — Черт! Эта жаба меня с уме сведет! — Парень схватился за голову. — Спокойно! Надо успокоится и… и забыть о нем! Вечер: На ужине он был чернее тучи. Ни привычного шишиканья, ни метания стилетов в шапку лягушонка. Ни-че-го. Он просто сидел и задумчиво ковырял мясо на своей тарелке. — Бельчи-ик~, — взволнованно окликнул его хранитель Солнца. — Ты плохо себя чувствуешь? Принц очнулся и отрицательно кивнул. — Я не голоден. — Отодвинув тарелку, он вышел и-за стола. Спустя какое то время уже давно вернувшиеся иллюзионист так же вышел из столовой, под охи-вздохи мамочки Варии. Блондин решил лечь спать пораньше и, по идее, ему не должны были мешать. По идее. Последнее, что он почувствовал: что-то острое кольнуло его в шею. Спустя три часа: — Сколько можно спать, семпа-а-ай~, — меланхолично протянул до боли знакомый, противный голос. Принц не спешил открывать глаза; почему-то ему не хотелось этого делать. Сейчас он чувствовал прохладу, ощущал, как ветерок бегает по голой, озябшей коже. Судя по всему, его кто-то раздел. Потрошитель попытался встать, но что-то стягивающее запястья не позволило ему это сделать. Он всё же осмелился открыть глаза. "Теперь понятно, почему мне холодно, — подумал он. — Я голый, а окно открыто настежь; ночью довольно холодно. Но… почему я голый? И почему окно открыто?!" — Разум наконец начал отходить ото сна; глазами принц забегал по комнате. Парень понял, что сейчас его руки привязаны к изголовью кровати, а напротив неё, в кресле, сидел его кохай, холодно смотря в его сторону и подпирая рукой щеку. Заметив, что лик принца обращен в его сторону, парень хмыкнул. — Вы наконец решили меня заметить? Я, между прочем, вас будил. Не стоило мне вводить в ваше тело так много снотворного: мне пришлось ждать целых четыре часа-а~, — с наигранной грустью произнёс иллюзионист. Пока он говорил, Бел успел посмотреть время: на часах, висящих на стене, позади лягушонка, было ровно два часа ночи. — Ши-ши-ши, жаба! Как ты попал в покои принца?! И что это за фокусы?! — Блондин дернул руками, показывая причину своего негодования, - верёвки на его запястьях. — И зачем ты меня "усыпил"? — голос Потрошителя звучал значительно тише, чем обычно. Вдруг он почувствовал, как жар разливается по его телу, забирается под кожу и укутывает в тепло каждую клеточку. Он услышал странный запах. Оглядевшись и заметив на тумбе около себя ароматическую свечу, разносящую по комнате свой чарующий аромат, принц непонимающе уставился на незваного гостя. — Это свеча с афродизиаком, ну, или свеча из афродизиака, я не особо разбираюсь в этом. Можно было бы дать вам таблеточку или сделать укольчик, но я решил не портить вашу королевскую кровь какой-то непонятной химией. — "Как "заботливо", особенно, после "слоновой" дозы снотворного", хмыкнул про себя носитель венца. — Ши-ши-ши, не боишься, что подействует и на тебя тоже? — Усмехнулся блондин, стараясь выглядеть более спокойно, но покрасневшие щеки и начинающий наливаться кровью член не особо позволяли это сделать. — Я и так возбужден. Знаете, вы такой милый когда спите, семпа-а-ай~… Лягушка встал со своего места и буквально через секунду навис над блондином, нежно коснулся веревок. — Потерпите, это ненадолго. Когда вы не сможете противится возбуждению, я их сразу же сниму, — почти ласково шепнул он на ушко скованному и начал поглаживать торс своего любовника, иногда останавливаясь на сосках, что вскоре начали затвердевать. Принц был в шоке, он даже ничего не говорил. Принц чувствовал прикосновения своего кохая. Черт, у него такие холодные руки. И такие нежные губы… Фран поцеловал Бельфегора, пользуясь шоком своего любовника, который в порыве гнева прокусил его губы. Но зеленоглазый не отстранился; поцелуй стал грубее, он собственнически мял губы принца, показывая, что не намерен сдаваться из-за его укусов, чем вынудил сдаться самого монарха. В скором времени он отстранился: судя по всему, Потрошитель хотел что-то сказать, но его заткнули самодельным кляпом из какой-то полосатой "тряпки". Не медля ни секунды, насильник начал целовать шею, грудь, и спустился к пупку. Как бы связанный не сопротивлялся этому, но он чувствовал как его кожи касались влажные губы, оставляя небольшие следы крови. Тёплая, у лягушонка очень тёплая кровь. Даже неожиданно, ведь Бел, вопреки всем законам биологии, ожидал, что она будет холодной аки труп. Он бы с радостью стал сопротивляться, вырываться. В конце концов никто не смеет касаться принца! Но он не может. Причина банальна: прикосновения губ к коже, прикосновения рук к чувствительному хвостику. Он закрыл глаза, не желая видеть свой позор и виня в том, что он получает удовольствия, чёртовы свечи! Несмотря на закрытые глаза, он чувствует, как язык касается оков, как поглаживают прижавшееся к макушке ухо. Слышит шепот, успокаивающий шепот, и несмело открывает глаза. Принц привык ходить с челкой, человеческий мозг игнорирует нос, из-за этого его не видно, мозг Потрошителя научился игнорировать его челку, пусть и не слишком хорошо, но сейчас его обзору ничего не мешало. Он смотрел прямо в глаза Франа. — Вау~, — после минутной паузы протянул насильник. — У вас такие красивые глаза… — задумчиво проговорил он. — Зачем вы их прячете? — Иллюзиониста действительно поразили глаза его семпая. Такие большие, правильной формы, голубые. Он ожидал увидеть либо что-то очень страшное и нелепое, либо что-то самое обычное, но никак не это. Ему захотелось, чтобы блондин отстриг свою челку, но помимо этого он осознал, что не хочет, чтобы кто-то ещё видел его глаза. Он продолжал тонуть в его глазах, но продлилось это недолго. Вариец зажмурился, ощущая на своей щеке теперь теплую руку. — Не прячьте от меня свои глаза больше, но и не показывайте их другим, — шепнул на ушко блондину лягушонок. Громкий вздох послышался со стороны "жертвы", когда он почувствовал руку на его члене. Он вновь открыл глаза, но лишь на секунду; Фран спустился ниже и начал возбуждать любовника еще сильнее; было ясно, что он торопится: его возбуждение лишь нарастало, как и возбуждение принца. Монарх нетерпеливо начал двигать бедрами вперед, стараясь получить еще больше наслаждения; возбуждение разлилось новой волной по его телу, тяжело задышав, принц глухо промычал в кляп, челюсть начала ныть, что омрачало удовольствие. Без слов поняв своего семпая, Фран вынул из его рта кляп, и, не став наблюдать за тем, как тот разминает челюсть, потянулся к тумбе. Открыв полку, достал лубрикант и презерватив. Всё же он не хотел причинять своему любимому боль: одной из причин служило то, что он злопамятен. Презерватив был отложен на полку, а лубрикант полился на пальцы иллюзиониста; баночка также была возвращена на тумбу. Бельфегор подавился вскриком: он почувствовал в себе палец, который медленно, но верно начал проникать внутрь. Он попытался вынуть из себя посторонний предмет, ерзая на кровати. Его тут же остановили. — Спокойнее. Вам всё равно не выбраться, так что потерпите немного, благодаря этому вам не будет больно потом. Принц ничего не ответил, лишь кивнул. Он чувствовал холодную смазку внутри себя, это было не очень приятно, но терпимо. Вскоре был добавлен ещё один палец и блондин болезненно зашипел, стараясь успокоится, слушая успокаивающие слова любовника. Почувствовав движения, парень прикусил губу и слегка закинул голову назад. Он думал что будет приятнее, но сейчас наслаждением и не пахнет. Как бы не старался Фран быть нежнее, у него ничего не получалось. Посчитав, что семпай достаточно растянут, Фран занялся собой, раскрыв презерватив и надев его на свой член, он вновь воспользовался лубрикантом. О своем обещании, снять с принца путы, парень позабыл: сейчас его мозг работал только в одном направлении, благополучно игнорируя всё остальное. Удобнее устроившись между ног блондина, парень слабо толкнулся вперед. Принц еще сильнее прикусил губу и зажмурился: совсем, совсем неприятное ощущение! Бельфегор по-детски закряхтел, чувствуя, как в него проникают глубже. Фран одарил его сочувствующим взглядом, но останавливаться не стал. Потрошитель сжимал кулаки до побеления костяшек и тяжело дышал, и тут он почувствовал, как по его телу разливалось удовольствие. Лягушонок вошел больше, чем на половину и задел простату. Стало легче; Бел тихо простонал, а Фран усмехнулся. Он наконец дал себе волю и вошел до конца. Его Высочество несильно выгнулся в спине, по его телу побежала мелкая дрожь. Он почувствовал, как его тело вновь опустело. Теперь капризному монарху не понравилось и это, он недовольно простонал, но спустя короткий промежуток времени наслаждение, разливающееся по телу, вновь вернулось. Фран начал двигаться, а Потрошитель тихо постанывать, ощущая, как тот раз за разом касается чувствительной точки. Он чувствовал любовника в себе и одновременно ненавидел, и боготворил его. Ненавидел он его по очень понятной причине: тот посмел коснутся и обесчестить королевскую особу! Но боготворил его за это удовольствие, правда, оно станет еще одной причиной, по которой жабе после достанется. Бельфегор ненавидел и себя, ненавидел за то, что он позволил сделать с собой это. Сильно зажмурившись, Бел решил переключится на удовольствие, надеясь забыть о унижении. Движение стали ускорятся, лягушонок делал их резче, получая от этого удовольствие. Ему нравилось, что сейчас семпай лежит под ним, покорный и податливый. Он обвивал талию зеленовласого своим пушистым хвостом, как жаль, что тот вскоре исчезнет, хотя Фран сможет приделать ему ещё один; если не выдать, что это сделал он, то, возможно, он даже останется в живых. Но это будет после, сейчас он наслаждался извивающимся под ним телом. Прижавшись к коронованной особе сильнее, Фран резко толкнулся внутрь. Его партнёр выгнулся и громко простонал, чувствуя, как его накрывает волна оргазма. Утро: Проснувшись, изрядно потрепанные принц обнаружил, что он уже не связан. Это было хорошо, причём очень! Но ситуацию омрачало то, что у него жутко болела поясница и кто-то прижимал его за талию к себе. —Семпаай~, у вас такие жесткие и колючие волосы~. — Фран поднялся на локтях, смотря на лицо семпая и наблюдая за сменой эмоций на его лице. Спустя некоторое время: — А ну стой, жабёныш! Я тебя выпотрошу! По коридору бежали двое: Потрошитель, с волосами, растрепанными в два раза сильнее, чем обычно; он был голым выше пояса и босым: на нём были только незастегнутые брюки, которые тот держал одной рукой, чтобы те не упали, во второй его руке были стилеты. С Франом было ещё веселее: он был в одних трусах и держал в руках свою форму. Бег с препятствиями в виде людей, мебели, лестниц и подобного продолжался минут десять, после Франу таки удалось скрыться от освирепевшего Бельфегора. Спустя пару часов все варийцы собрались за завтраком. Бывшие обладатели ушей, а конкретнее: Скуало, Бельфегор и Леви, сидели очень тихо, что было весьма необычно. Похоже они пытались пробудить в себе способность "невидимость". Занзас, Фран и Лусурия лишь тихо хихикали и одаривали новоиспеченных любовников хитрыми взглядами. Так продолжалось недолго: кое-кому надоела эта тишина. — Мусор, ну какого хрена? Есть уши и хвост — вы не рады, нет ушей и хвоста — вы тоже не рады. Кучка истеричек, — хмыкнул босс, откусывая здоровенный кусок говядины. — Вроой! Молчи лучше, чертов из… — Акула заткнулся на полуслове, но, дабы не выглядеть подозрительно, хотя подозрительнее некуда, "продолжил" фразу. — Молчи лучше! — фыркнув, он новь почувствовал, как его голова столкнулась с НЛС (Неопознанный Летающий Стакан). Он, недовольно шипя, вернулся к трапезе. Бельфегор тихо шишикал, в голове ставя на теле жабы метки, чтобы заранее знать, где и как его разрезать, чтобы больнее и эффектнее смотрелось. Тем временем на крыше: — Ку-фу-фу. Как жаль, что всё закончилось так быстро~. Но было весело, да и Фран влип… ОЙ, то есть нашел свою любовь. В любом случае, у меня есть ещё юные Ванголята, надеюсь, они меня также повеселят. ______________________________ Я ПЫТАЛСЯ! Я пытался написать НС без штампов и получше, чем было. НИФИГА НЕ ВЫШЛО! Моя АЙшная душа негодует. Ладно, в любом случае, фик завершен. Я обещала вам историю Ванголы и дополнение о том, как Фран лишился девственности, и это будет. Не знаю, когда напишу о Вонголе, это будет уже другой фик, а о Фране добавлю сюда, но позже. Так как Фик официально закончен, то он получает статус "завершен". Еще раз повторю, про Франа — только добавка. Спасибо вам за то, что читали мою муть, если получилось нормально, то отпишитесь (очень люблю, когда меня хвалят), а если плохо вышло, то не пишите. Я не умею воспринимать критику, все сразу же идет в штыки. .___. Спасибо вам всем!