Божественное пари ▪️

— Твой красивый мальчишка выбрал другого. Не то, чтобы Элайджа сильно удивился проигрышу или расстроился из-за него, но насмешливая интонация Асмодея заставила поморщиться. Демону откровенно доставляло удовольствие говорить ему и без того очевидные вещи. — Мне нужно было просмотреть его историю чуть дальше, чтобы понять, кому на самом деле он предначертан! Тогда бы я не проиграл. — с досадой произнес Элайджа и поднял голову. Прозрачные стены заведения пропускали солнечный свет и черные глаза сидящего напротив Асмодея блеснули золотом. В простой рубашке и джинсах, со слегка растрепанными волосами, он выглядел даже привлекательней, чем обычно и Элайдже вдруг захотелось отвести глаза. На этот раз они снова встретились наедине, в месте, которое можно было назвать чем-то вроде кофейни, если бы обитатели их мира собирались в обеденный перерыв на чашку горячего шоколада. Асмодей решил, что звать Элайджу для решающего разговора в слишком людное место выставляло бы его на виду у излишне заинтересованных глаз — сплетников здесь было ни чуть не меньше, чем среди людей. Но и напротив — приглашать в кабинет, словно подчиненного, которого он собирался отчитывать, тоже было не лучшим решением. Поэтому Асмодей выбрал что-то среднее, облюбовав для них самый отдаленный столик. — Наивный юный бог, — он усмехнулся и покачал головой. — Твоя невнимательность сыграла против тебя. Ты делал ставку на то, что он будет с молодым художником, так что теперь не имеешь права отпираться. Ничего нельзя изменить. Это Элайдже тоже было известно. Все вышло глупо, но пари есть пари. — Как видишь, порой даже такие, с виду стойкие личности меняют собственные приоритеты. Но он всего лишь человек. Нам не стоит его винить. — Я и не виню, — вздохнул Элайджа. — Он ведь с тем, с кем и должен быть. Порой линии людских судеб очень запутаны и непредсказуемы. — Что ж, — Асмодей протянул в сторону руку и в ней тут же появился знакомый предмет, напоминающий планшет, — по уже сложившейся традиции — хочешь на него посмотреть? Элайджа слегка покраснел, вспомнив, какой именно момент они застали, когда решили понаблюдать за прошлым подопечным, но все же кивнул, пересаживаясь на соседний стул. Асмодей выбрал нужное имя в списке и их взорам предстала слабо освещенная гримерная. Перед большим зеркалом, обрамленным десятком маленьких лампочек, сидел знакомый обоим парень с платиновыми волосами. — Джозеф разозлится, если застанет нас, когда я вот так, наедине и в полумраке аккуратно поправляю тебе прическу. — хмыкнул стоящий за его спиной танцор. — Я на это и рассчитываю. Он как раз должен скоро прийти. — парень приблизился к зеркалу и внимательно осмотрел лицо. — Что-то слишком спокойно ему живется в последнее время. — О боже, снова слушать ваши скандалы. — Мне гораздо больше нравится то, что следует после них. — он усмехнулся, многозначительно приподнимая бровь и собеседник засмеялся. — Так что не закатывай глаза, а лучше принимайся за дело. Подойди поближе и немного наклонись. Запусти пальцы в волосы. Да смелее, Дилан! Вот так. Он слегка запрокинул голову, подставляясь под коснувшуюся макушки ладонь, и довольно прищурился, когда дверная ручка щелкнула и повернулась. Асмодей убрал изображение и разразился смехом. — Каков стервец! Разве можно было сомневаться, что он и его продюсер стоят друг друга? Элайджа отодвинулся, без слов признавая его правоту. — Итак, теперь перейдем к главному. К нашему пари. — Асмодей скрестил на груди руки. — Ты хочешь обсуждать это прямо здесь? — Элайджа оглянулся. Заведение уже нельзя было назвать полупустым. За каждым столиком располагались парочки и оживленные компании. На них оборачивались всё с бо́льшим интересом — кто-то слышал про пари, а другим было просто любопытно, чего эти двое нашли общего и о чем могут говорить все это время. Застать молодого бога в компании демона, в особенности настолько высокого по положению, было здесь таким же редким событием, как если бы посреди ночи внезапно взошло солнце. Впрочем, Асмодея это явно забавляло. С его губ ни на секунду не сползала довольная ухмылка. — Мы можем переместиться туда, где будем наедине. — он протянул раскрытую ладонь. — Если ты, конечно, не боишься. Элайджа упрямо посмотрел в глаза и положил свою руку поверх его. Через секунду от их прибывания в «кофейне» не осталось и следа. Разве что та часть поверхности стола, где касались пальцы Элайджи, была покрыта легким слоем перламутровой пыльцы. — Как ты думаешь, что я попрошу от тебя? — Демон стоял прямо перед ним. Ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Элайджа вскинул подбородок, чтобы не разрывать зрительный контакт. Асмодей был выше на целую голову. Они оказались на берегу замершей в безветрии реки. Вокруг было тихо. Настолько, что послышался легкий звон браслетов Элайджи, когда тот завел руки за спину и сцепил пальцы в замок. — Мы не условились заранее. — он постарался не меняться в лице, но почувствовал в щеках легкий жар. — Я не знаю. — Ты уверен в этом? — Асмодей легко провел согнутым пальцем по его скуле. — Неужели совсем не догадываешься? Ты ведь знаешь, с кем имеешь дело. Прикосновение было приятным. Ресницы Элайджи дрогнули против воли. Асмодей усмехнулся. Его рука, медленно скользнув по шее, переместилась на изгиб плеча. — А если я потребую выигрыш прямо сейчас? — З-здесь? — Элайджа растерянно оглядел совершенно открытое пространство. — Но… Асмодей продолжал неотрывно смотреть на него. Пальцы Элайджи робко дотронулись до верхних пуговиц, расстегнули их, нерешительно замерли, а затем продолжили спускаться ниже. Рубашка распахнулась, открывая небольшой участок стройного тела. — Даже не очень подходящее место мало тебя смущает? А может я имел ввиду лишь поцелуй? — Ох, — вздохнул Элайджа, чувствуя, как краска заливает лицо и закрыл глаза, слушая громкий смех Асмодея. — Ладно, конечно же я не имел ввиду поцелуй. Я демон раздора, а не невинная девица. Окончательно сбитый с толку Элайджа нахмурился и закусил губу, вцепившись взглядом в ухмыляющееся лицо Асмодея, который откровенно над ним потешался. — Но знаешь, мой милый юный бог, мне было достаточно того, что я увидел. Твое смущение. — он наклонился и поцеловал все еще пылающую щеку. — И я разрешаю тебе не выплачивать долг. — Как? — Элайджа растерянно отступил на шаг. — Но разве так можно? — Ну, — Асмодей пожал плечами, — мне не впервой нарушать правила. Ради тебя сделаю исключение. — Это все равно неправильно! — Элайджа возмущенно запахнул рубашку. — Ты упрямый и не потерпишь снисхождения. Я понял это. — Он снова ласково коснулся его лица кончиками пальцев. — Но я не стану забирать твою невинность из-за какого-то спора. Я демон, но не подлец. — Но… — Если только, — в черных глазах Асмодея яркими звездами вдруг вспыхнули огни, — ты сам этого не захочешь. Элайджа быстро отвернулся, чувствуя, как вновь краснеет до кончиков волос. Асмодей разразился смехом. — А божество-то с чертовщинкой! Хотя я всегда об этом догадывался. Что же, — он наклонился так, что едва не прислонился к его лбу своим, отчего Элайджа вытянулся, привстав на цыпочки, но взгляд не отвел. — Тогда я буду ждать тебя. Приходи, едва зайдет солнце. Оставив на губах едва ощутимый поцелуй, он растворился в воздухе, а Элайджа медленно выдохнул, чувствуя в груди нарастающее приятное волнение.