Кто сломал историю и сделал меня принцессой?!

Сделав глубокий вдох, я без предупреждения толкнул дверь. Та поддалась благодаря Феликсу, который ориентировался на мои действия. Мы не опоздали, мы пришли вовремя, так что он не должен быть зол. Когда дверь распахнулась, я впала в шок. Потолок был высоко над нами, будто хотел дотянуться до самого неба. Здесь не было колонн, которые, казалось бы, были необходимы, чтобы удержать этот массивный, узорчатый кусок камня. Простая люстра выглядела, как настоящее сокровище. Такая была во дворце Альберу, но... Эта была будто усеяна золотой пылью. Когда мои глаза наконец решили найти виновника торжества, я удивилась. Здесь был кто-то кроме нас. Вся семья Дженнет. На нас не обратили внимание, наверное, из-за бесконечного коридора, ведущего к трону. Люди там, были такими маленькими, что я на секунду и забыл, что это просто моё искажённое восприятие. Я ведь ребёнок. Однако это может быть нашим шансом на побег. — Ваше Величество, – позвала я, и была встречена громким эхом. — Вы заняты? Феликс стоял рядом, тоже ожидая ответа. Пенелопа сделала шаг вперёд и поклонилась. Я осталась стоять. Невежество и бойкий язык - залог жизни бездельника. — Идите сюда. – махнул император на нас рукой, подзывая как собак. — Или так и будете там стоять? — Ни в коем случае! – резко возразила Пенелопа и потянула меня вперёд. Ходьба так утомляет. — Рады приветствовать Вас, Ваше Величество. – спустя, кажется, полгода произнесла я, сделав лёгкий реверанс, пока Пенелопа пустилась во все тяжкие. — Вы хотели видеть нас, Отец? – несмотря на риск, она действительно начала его так звать. Возможно, из-за того, что Литиция её об этом просит. Мужчина с седыми волосами обвёл нас удивлённым взглядом. Я помню его. Когда мы с Феликсом 'гуляли', он постоянно пытался со мной 'подружиться'. Он мне не нравиться. Не Клопе, но всё равно бесит.  — Да. – спокойно ответил Клод, после чего вернул взгляд к семейству беловолосых и Дженнет. — Вы так и будете молчать? Все в зале, кроме меня, смотрели на него в немом вопрошании. Им было страшно что-то говорить, потому что никто не знал, чего он ждал. — Либо говорите, – император поднял руку в жесте, известно только ему и Феликсу, видимо.  Мой старший брат повёл нас к столу, где стояла еда и чай. Мы уселись поудобнее, пока старший продолжал устрашающе холодно смотреть на своих прошлых гостей.   — Либо проваливайте. – с этими словами он поднялся со своего насиженного места, поправил свою элегантную штору и направился к нам. — Я понял, Ваше Императорское Величество. – ответил, низко поклонившись, глава семейства. — Хотелось бы поинтересоваться, могут ли мои дети пока тоже остаться здесь? — Тебе позволено это только из-за срочного дела – ответил правитель как-бы соглашаясь. — Но, если они будут меня раздражать, вы все окажетесь обречены. Иджекил и Дженнет сели рядом с нами. Посередине оказались сама Дженнет и Пенни. Никто не спешил начинать диалог. Возможно, из-за испепеляющего взгляда, которым нас одарил император. Слуги забегали по 'залу', принося много новых вкусняшек. На нашем столе было как минимум пять сортов чая, две сахарницы и всё прибавлялось и прибавлялось сластей. — Мне приказать это всё убрать? – холодно поинтересовался старший, не меняясь во взгляде. Для него мы просто надоедливые дети, которые, к его несчастью, родились и устроились у него под боком. Если вспоминать историю моего рождения, то вообще на него смотреть не хочется. Я здесь только из-за Феликса, верно? Он - моё благословение и проклятье в одном лице. Я был первым, кто осмелился взять что-то со стола, остальные были слишком зажаты. Перед императором как ни как сидят. Но в принципе плевать, как и ему на нас. Дальше меня поддержал мальчик, взявший порцию для себя и сестры. Пенелопа никак не могла решиться. Её взгляд бегал везде, но не задерживался нигде. Это бы и продолжилось, если бы с лёгкого плеча на её тарелку не упали три привлекательные закуски. Кажись, у кого-то сдали нервы. — Благодарю, Отец! – пролепетала девушка, пока её губы расплывались в мягкой улыбке, так она обычно улыбалась для Ати. — Я обязательно их попробую. – закончив фразу, она сразу же пронзила один из десертов. Клод не изменился ни на секунду, хотя он выглядит как человек, который ненавидит детей и всё с ними связанное. Пока я за ними наблюдала, хомяча очень вкусную булочку, ко мне подошёл Феликс и начал что-то смешивать. Я сразу поняла, что он заваривал *наш*, домашний, чай. Признаться честно, я лучше чая не побывал за все свои три жизни. — Очень вкусно! – радостно воскликнула девчонка с русыми волосами. — Огромное спасибо, Ваше Величество Император! На подобное заявление парнишка и Пенелопа согласно закивали, пока я тырил очередной десерт. Вот в чём прелесть быть дочерью Императора или кого-то из его очень близких людей. Клод, казалось, просто за нами приглядывал, однако его взгляд на моём чае было невозможно проигнорировать. Поэтому, наплевав на всё, что я строил в своей голове, когда готовился к этой встрече, я решился на, видимо, отчаянный поступок. Феликс же здесь. — Хотите попробовать? – произнёс я, протягивая чашку разлёгшемуся напротив мужчине. Улыбаться лишний раз я не стал, но постарался сделать так, чтобы голос звучал более мягко и 'нежно', как говорили дети. Он промолчал и на первый взгляд не подал виду, но я слишком хорош, чтобы не заметить то, что его выражение лица пусть на несколько секунд, но изменилось. Однако, раз он предпочитает играть ледышку и заставлять ребёнка держать на вытянутых руках кружку с грёбанным горячим чаем, то пусть катится. — Как хотите. – пожав плечами, я сам отпил из чаши под удивлённые взгляды со стороны каждого, сидящего рядом. Исключение - Феликс. Он умилился. — Какой наглый, однако, ребёнок на попечении у Робенов. – раздался стальной голос, обладатель которого явно был огорчён потерей. И, чёрт, я не 'на попечении у Робенов', я и есть Робен. Я чёртова сестра Феликса. Есть какие-то проблемы? Милости просим, Феликс и господин герцог всегда готовы вас выслушать и мысленно послать, проигнорировать. — Я говорила вежливо, верно? – оторвавшись от чая спросила я. Получив кивок, я продолжила. — Я предложила Вам чай? – рядом начали кивать и дети. — Я не была наглой, я была вежливой. – тяжело вздохнув, мне всё же пришлось встретиться с его тяжёлым взглядом. — Но Вы предпочли меня проигнорировать. Теперь все были в были в шоке, дети боязливо поглядывали на меня, а старшие слегка хмурились. Феликс безоговорочно относился к первым. Да, я только что перекинула вину на самого императора. А что? Он ведь промолчал? Промолчал. Это считается за игнор? Считается. В чём я не прав? Всё просто, я прав. — Как там тебя звали? – спросил мужчина, поправил свою штору. Кто вообще придумал ходить в чём-то подобном. Это удобно?  — Кейла, Ваше Величество. – слегка склонив голову в подобии ленивого поклона, проговорил я. — Кейла... – повторил Клод, когда наконец-то перевёл взгляд на Пенни. — Дочь Литиции, тебя должно быть зовут Пенелопа, да? Девочка, всё это время держащая меня за руку, активно начала кивать. А когда встретилась с ним взглядом улыбнулась. Как ни как она - единственный человек в этой комнате, который обратился к нему "Отец"