Отпуск без билета обратно.

      Привычный для обоих путь по коридору, который за все это время стал роднее дома. Все такие же светлые стены, большие портреты художников и учёных между дверьми и широкие окна, которые открывают вид на прекрасный пейзаж снаружи, и не важно, что сейчас конец осени, а на улице дождь, слякоть и голые деревья. Из-за этого и освещение в коридоре практически никакое, а редкие картины со стороны выглядят очень мрачно, а в какой-то степени даже жутко, но парням даже нравится вся эта нагнетающая атмосфера именно в этой ситуации, ведь давно путь к директору их так не ужасал — примерно раза с пятого.       Время тянется бесконечно долго, но рано или поздно, все равно оказываешься на месте, вот и Егор с Эмилем стоят напротив двери в кабинет. Парни не знают, что их ждёт, потому что никто из их святой четверки за последнее время ничего такого не творили, из-за того, что Плетнёв постоянно с крестным решает проблемы, Эмиль думает над своей личной жизнью, которая в последнее время его сильно беспокоит, а Камиль с Антоном вообще постоянно друг у друга. Где они могут накосячить, если чаще всего видятся только в школе, и то не всегда?       Егор долго смотрит на табличку с инициалами директора, украшающую дверь, а потом оборачивается на друга, который до этого смотрел в пол, продумывая план действий. Эмиль поворачивается в сторону омеги в то же время, что и он, и парни долго глядят друг на друга, мысленно сговариваясь не показывать этот страх, щекочущий низ живота, а вести себя как обычно.       У директора двустворчатая дверь, что каждый раз играет парням на руку, ведь именно из-за этой приходи начальства, которую школа может себе позволить, только эта компания просто обожает входить в помещение с ноги. Ну а что? Эффектно и красиво, а омеги этим и пользуются, особенно если первыми заходят как раз-таки Эмиль и Егор, ведь они самые мелкие, но самые взбалмошные. Кто думал, что эти двое сейчас сделают иначе, и войдут как адекватные люди? Никто и никогда не заставит эту парочку нормально войти в кабинет директора, поэтому вежливый стук сразу же шлём нахуй, руки в карманы, включаем покер фейс и поехали.       Парни резко заходят в кабинет в своём любимом репертуаре: слишком резко и неожиданно. Они оба небольшого роста; волосы темно-каштанового цвета, топорщащиеся в разные стороны, только у одного прямые, а у другого вьются; одеты в одном стиле, но одновременно по разному; руки в карманах брюк, но подняты противоположные ноги; оба выглядят непроницаемо и нежно, но стальной взгляд Эмиля заставляет впасть в ступор, а холодные, словно металл, глаза Егора убивает. Они похожи друг на друга движениями и одеждой, но в корне разные. Они то самое оружие, что прекрасно комбинирует только вместе. Это всех и каждого пугает и завораживает.       — Вечер в хату, — одновременно произносят омеги, замечая ещё одну фигуру в кабинете, ведь если бы там были Гусейн и Стас они бы нормально с ними поздоровались, но тут посторонний, и нужно немножко показать себя со стороны, только вот не с лучшей, а эта деталь самая главная.       Оба замечают устремленный на них взор гостя, но ничего не говорят и проходят к своему любимому месту: на небольшой диванчик темно-синего цвета недалеко от директорского стола. Шеминов говорил, что не любит однообразие в помещении и вся эта скучная обстановка в классических школах его напрягает, поэтому он устроил тут все под себя. Да кабинет большой, но он очень уютный и если бы можно было в любое время приходить к директору, как к старому другу, вся компания просто не покидала помещение, потому что уж слишком все по-домашнему: большой дубовый стол, рядом с которым Российский флаг, а за ними стеллажи с книгами и документами; недалеко от директорского стола стоят пара стульев для беседы с учениками; у стены находится тот самый диванчик с журнальный столиком, а рядом ещё и кресла; около дверного проёма шкафы со школьными наградами; на стенах висят многочисленные грамоты; по всем углам наставлены цветы двухметровых размеров. Все прекрасно!       Гасанов сидит на одном из стульев в расслабленной позе, словно ничего сверхъестественного не происходит, а Станислав Владимирович уткнулся лицом в ладони, явно показывая недовольство их поведением и стыд перед важным гостем, но парням похуй. Сам гость, между прочим, сложил руки на груди и смотрит на парней с огромным удивлением, опираясь о стол Шеминова бедром.       Парни сели на привычные им места в знакомой для всех позе. Из-за того, что диванчик был не особо длинный, потому что не рассчитывался на посиделки за чаем, то здесь с трудом умещалось бы три альфы, поэтому омеги расположились по обе стороны, оперевшись рукой о подлокотник, вторые положили на спинку мебели и закинули ноги на ногу так, чтобы их стопы смотрели друг на друга. В такой позе они выглядят статно и очень величественно, а оторвать глаз от подобной картины просто невозможно. Они как две половинки целого, что дополняют друг друга.       И Эмиль, и Егор, понимают, что при бывший сюда человечек очень важен для Шеминова, но и небольшая неприязнь как раз к этому гостю играет им на руку, поэтому на лицах омег появляется ухмылка, а глаза начинают опасно поблескивать.       — Какие люди и без охраны, — одновременно протягивают парни, чему удивляются сами, но виду не подают.       — Охрана снизу, — отвечает альфа мягким баритоном, что вызывают мурашки одного из учеников, и уж точно не у Плетнева.       — Похуй, — также одновременно и равнодушно обрезают разговор Эмиль и Егор, пожимая плечами.       Иманов клянётся, что увидел опасные искорки в глазах альфы, да и сам Плетнев точно это заметил, ведь также неотрывно смотрит на пришедшего сюда человека.       — Иманов! — затыкает директор.       — Чуть что, так сразу Иманов, — фыркает омега, закатываю глаза, а потом закидывает голову назад на спинку дивана, прикрывая глаза.       Вокруг Эмиля темнота, такая уютная и любимая, ведь она всегда его ждёт и заволакивает в отличии от некоторых. Благодаря ей он сейчас прекрасно слышит множество звуков, которые сначала кажутся такими не значительным. Вот Стас тяжело вздыхает, перелистывая очередной документ, вот выдыхает Гусейн, едва усмехнувшись, а вот нервно сглатывает Егор, но он, не делает ни одного движения, продолжая пялится на Иманова. Он чувствует этот острый, словно лезвие, взгляд, чувствует, что ещё немного и он поранится о него, но ничего не предпринимает. Эмиль продолжает играть в равнодушного, не открывая глаз.       Парень слышит, как Егор едва слышно шепчет «Сядь», имея ввиду открыть глаза и сесть ровно и Иманов его понимает с полуслова, но не понимает к чему это, только вот не перечит, ведь если такое говорит Плетнев, то точно ничего хорошего это не предвещает.       Открыв глаза он быстро кидает взгляд на Егора и видит поджатые губы — это не к добру. Эмиль смотрит на Гусейна, который также как и Шеминов спрятал лицо в ладонях, а вот этот человек просто смотрит на них, а Иманов понимает, что что-то здесь не так. Они натворили что-то непростительно.       — Егор переходит на персональное обучение в поместье, — невозмутимо говорит Шеминова, но его перебивают.       — Соберите документы и на Иманова.       — Но Дмитрий Андреевич! — вставляет свое слово Гасанов, поднимая на пришедшего взгляд, явно недовольный таким поведением альфы.       Эмиль смотрит на эту мини-сцену с интересом, но ведь кроме него есть и другие эмоции, которые сейчас бушуют в его хоть и миниатюрном, но довольно бездонным для мыслей и чувств, теле. Самая главная — злость. Иманов злится на него и не понимает, что этот идиот хочет сделать. Он играет на эмоциях омеги, как профессионал на скрипке.       Миль встаёт с места направляясь к альфе в порыве ярости с ухмылкой на губах, не останавливаясь даже когда Егор шепчет «остановись». Он знает, какие будут последствия не меньше самого Иманова, поэтому и просит угомонить свое шило, но это же знаменитый на всю школу Эмиль Иманов — заноза в любой заднице, которую ничего не остановит.       — Ты охуел, Масленников? — Иманов выплевывает слова в лицо альфы, как смертельный яд, корча гримасу от злости, прямо в непроницаемое и холодное лицо альфы, тыкая в пальцем в его грудь.       — Да, — коротко отвечает он, а после поворачивается к ошеломленному директору, — я сказал собирать документы на Иманова.       Все в кабинете замерли в шоке. Шеминова давно знает друга, но он никогда не был чем-то одержим, как сейчас омегой. Гусейн в шоке от такой наглости альфы, что просто требует собрать документы на чужого ребёнка. Плетнев просто не ожидает именно таких действий, хоть и привык к заскокам Димы, а Эмиль проходит сразу со стадии шока прямиком к бешенству.       — Не имеешь право, — продолжает омега, резко взяв подбородок бывшего и повернув его не себя, отчего альфа сначала корчится от боли, а потом удивленно смотрит на омегу, который позволяет себе такое.       Масленников прикасаться к небольшой руке на своём подбородка, а потом и вовсе охватывает её, мимолетно ухмыльнувшись. Мужчина наклоняется к уху мальчишки не обращая внимания на взгляды в их сторону. От присутствующих будет много вопросов по поводу этой ситуации, но он мигом ответит на все из них если скажет всего одну фразу.       — Не поверишь, солнышко, — шепчет Дима на ухо омеге, не понимая, что его настораживает, пока тот замер от удивления и такой близости, — но я знаю что сказать, что у всех просто не будет выбора.       Мужчина отстраняется от омеги, смотря прямо в удивлённо застывшие глаза, и уже хочет что-то сказать всем присутствующим, но взгляд альфы холодеет просто моментально, потому что понимает простую истину: он не слышит запаха парня.       — Я, на правах истинного, приказываю вам начать сейчас же собирать документы на обучение Эмиля Иманова в домашних условиях под надзором семьи Масленникова, также как и Плетнева Егора. Будьте добры закончить все к концу этого дня и документ прислать мне, — на духу выговаривает мужчина, не спуская глаз с омеги.       Его взгляд холоднее самой стали, а феромон, что выпустил Масленников в порыве гнева, действует на окружающих с огромной силой, особенно на Эмиля, который вообще-то омега, находящийся ближе всего к Диме, так ещё и не привыкший к такому переменчивому настроению противоположного пола, как некоторые присутствующие в кабинете, да ещё и ослабленный таблетками организм даёт о себе знать. Иманов смотрит в это серебро и не может понять, что происходит, но его окутывает ярость исходящая от альфы, и это пугает как никогда.       Шеминов понимает, что сейчас, да и в принципе уже больше никогда, на эту тему альфа говорить не станет. Он знает, что говорит, знает, чего хочет, и просто не позволит нарушить планы. Стас понимает, что если начать перечить этому идиоту, то тот запросто и учудить что-нибудь сможет, поэтому пытается успокоить Гусейна, который явно не рад такой позиции.       — Я надеюсь все понятно? — разрезает тишину Масленников, все-же поубавив своего феромона.       — Да, Дмитрий Андреевич, — в один голос говорят преподаватели.       Плетнев знает, что спорить смысла нет, поэтому просто встаёт с места и направляется к выходу, ведь намек понятен всем присутствующим и он не исключение. Нужно быстро ретироваться в машину, пока не получил знатных пиздюлей от Димы, которые ждут Эмиля через какое-то ничтожное время.       Сам Эмиль смотрит на эти холодные омуты растерянными глазами, не желая отворачивается, но понимает, что пора заканчивать это все и снова одевает маску злости и невозмутимости. Он снова с ненавистью смотрит на старшего, которому уже все равно на все и всех — ему главное омега, что ослушался его, травя свой организм.       — Какая же ты мразь, — шипит словно змея Иманов, только вот для Масленникова он просто кажется маленьким недоверчивым вороненком, который просто защищается ото всех, не желая снова получить порцию боли от окружающих его людей. Он просто защищается от всех раздражителей.       Омега собирается развернутся и сбежать из кабинета, в котором единственный в его жизни раз все шло не по изначально спланированной системе. Все совсем не так, как задумывал Эмиль, поэтому парень хочет уйти от этого всего, но его ловят за локоть, не давая даже сдвинуться с места. Масленников не даёт Иманову уйти из-под его наблюдения. Он не оставит человека, который его так взбесил, без внимания. Дима знает, что омега сам по себе сейчас ужасно бесится, но Миль не послушал его. Единственный раз, когда он попросил что-то не делать в обмен на любую прихоть, только вот его мнение, видимо, просто послали куда подальше. Сейчас все не имеет значения, кроме этого маленького косяка.       — Удачного рабочего дня, — бросает напоследок Дмитрий, махнув рукой через спину, не желая оборачиваться.       Шеминов ничего не говорит, как и Гасанов, что к лучшему, ведь неизвестно что бы натворил на эмоциях Масленников.       Эмиль же не понимает с чего бы к нему такое внимание, поэтому старается выпутаться из хватки альфы. Он дёргает рукой и просто бьёт свободной по плечу, но ничего не выходит.       — Масленников! — кричит парень, — Не смешно! Отпусти!       Ноль реакции, словно мужчина вообще не в этом мире.       — Хватит! Перестань уже вытворять не весть что! Я не кукла, чтобы вертеть мной в разные стороны!       Мужчина резко останавливается и поворачивает омегу к себе лицом, глядя прямо в кипящие шоколадом глаза, которые на вид обжигают до состояния онемения, но на самом деле безобидны, как тёплое какао.       — Я просил тебя об одной вещи, — начинает Дима, схватившись за плечи парня, — одной, Эмиль! Но ты как всегда! Вот и, будь добр, отвечай за свои поступки.       Эмиль смотрит прямо на него, прямо в эти омуты, но ничего не понимает. Он не помнит чего-то такого, поэтому не чувствует себя виноватым, невозмутимо отвечая на настойчивый взгляд альфы.       Масленников хмыкает такой смелости и уверенности, поэтому пока что жалеет мальчишку, отворачивается от него и продолжает путь дальше по холлу к лестнице, которая ведёт прямиком к выходу.       Омега маленько успокоился, поэтому спокойно идёт следом, хоть и под руку, но никого это сейчас не волнует, кроме того сам Дмитрий Масленников соизволил начать свою игру, в которой Эмиль является явно не последним героем.