thiam lol

      Тео с лёгкостью усаживает Лиама на край багажника, на что тот, разумеется, возмущается, но остаётся послушно сидеть. Лиам чувствует себя странно, потому что... Тео неожиданно мил с ним, и это сбивается с толку. — Что на этот раз? — насмешливо интересуется Тео, вытаскивая из аптечки вату и антисептик.       Химерам аптечка ни к чему, но у Тео она появилась — Лиам заметил это ещё две недели назад, когда Тео впервые решил обработать его раны. — Гейб — мудак, нужны другие причины? — сухо усмехается Лиам в ответ и тут же морщится: по губам стекает кровь из вновь треснувшей от улыбки ранки.       На скуле цветёт пока лишь бледный синяк, который в скором времени потемнеет до фиолетово-багрового; бровь Лиама рассечена ещё с прошлой драки, но так и не успела зажить и теперь снова кровоточит, как и его разбитая губа.       Ещё немного, и Тео закопает этого Гейба прямо в заповеднике. — Я не хотел, но ты вынуждаешь меня, — наигранно вздыхает Тео, осторожно касаясь ваткой его нижней губы. — Мне придётся рассказать всё Скотту. — Ты не посмеешь, — шипит Лиам. — А что мне остаётся делать? — усмехается Тео, осторожно проводит кончиками пальцев по его подбородку, заставляя его задрать. — Говорю же, малыш Лиам, ты меня вынуждаешь. — Скотту об этом знать необязательно, — настойчиво повторяет Лиам. — И хватит меня так звать, ты всего лишь на год меня старше. — Да, но я не веду себя как ребёнок, — парирует Тео, в глаза Лиаму не смотрит — всё его внимание сконцентрировано на его синяках и ссадинах. — Может быть, мне решить твою проблему с Гейбом? — улыбается Тео, коротко сверкая золотой радужкой. — Обойдусь, спасибо, — фыркает Лиам. — У меня всё под контролем. — Видимо, ты как-то иначе трактуешь понятие «контроль», Лиам, — Тео смотрит серьёзно, его голос звучит почти жёстко, когда он опирается руками по разные стороны от Лиама, наклоняется чуть ближе дозволенного, чтобы заглянуть прямо в голубые глаза: — Это называется отсутствием контроля. То, что ты делаешь. — Почитаешь мне лекции в другой раз... — ворчит Лиам и небрежно толкает Тео в грудь, собираясь спрыгнуть на землю, но не успевает. — Куда это ты собрался, — холодно перебивает его Тео и сажает его глубже на багажнике, ладонями фиксируя его колени на месте. — Мы не закончили. — Тео, я безмерно благодарен тебе за то, что ты всё ещё не сдал меня Скотту, — язвит Лиам, стараясь игнорировать то, как чужое тепло обжигает даже сквозь ткань. — Но, пожалуй, давай остановимся на этом... — Мы часть одной стаи, — напоминает Тео, — нравится тебе это или нет. И мы заботимся друг о друге. Я не дам тебе продолжать творить всякую хрень, несмотря на то что я тебе не нравлюсь, ясно? Хочешь ты или нет, — повторяет он, — но ты скажешь мне, какого чёрта происходит, или я прямо сейчас пойду и пообщаюсь с Гейбом — уж он будет куда более сговорчивым. И поверь, после этого его уже никто и никогда не найдёт. — О, поверь, — самодовольно передразнивает его Лиам, — я буду только рад, если ты прямо сейчас пойдёшь и скинешь этого ублюдка обратно в ту выгребную яму, откуда он вылез.       Голос Лиама не дрожит, но Тео чувствует его напряжение за напускной уверенностью. — Серьёзно? — усмехается Тео. — Конечно, — отражает его усмешку Лиам, глупо пологая, что Тео блефует.       Зря. — Эй, — улыбка с лица Лиама пропадает, когда на губах Тео расцветает настоящий оскал. — Куда ты? — Лиам торопливо спрыгивает с багажника следом за Тео, который уверенным шагом направляется прямо к школе. — Как куда? — задорно спрашивает Тео. — Я слышу, что Гейб ещё в школе, так что... — Тео! — рычит Лиам, пытаясь его догнать. — Тео, чёрт возьми!...       Лиам врезается Тео прямо в спину, когда тот резко останавливается. — Твою мать, — шипит Лиам, пятясь назад; Тео крепко хватает его за предплечье, хотя, если честно, в этом нет особой нужды. — Ну так что, маленький врунишка? — не унимается Тео. — Ты расскажешь, или мне всё-таки стоит проведать Гейба? — Да успокойся ты, — бормочет Лиам, хмурится, поджав губы, которые алеют, наливаясь кровью — её капля выступает на левом уголке его рта. — Не нужно никого проведывать. — Как скажешь, — пожимает плечами Тео; его рука всё ещё на запястье Лиама, но Лиам бы соврал, если бы сказал, что не может отстраниться или скинуть её. — Лучше бы ты рассказал Скотту, — ворчит Лиам, хмуро глядя на Тео исподлобья. — Расслабься, малыш Лиам, — Тео усмехается, наконец отпуская его, и направляется обратно к пикапу: — Я обещал не трогать Гейба, если ты расскажешь, что происходит. — Это называется шантаж, — недовольно отзывается Лиам, но идёт следом, сверля взглядом спину Тео. — И это незаконно... — Называй это как хочешь, — улыбаются ему, — но иначе же ты так и будешь играть в молчанку, — Тео запрыгивает на багажник, глядя на Лиама сверху вниз, и приподнимает брови, подгоняя Лиама с началом рассказа.       Лиам злится, стоит перед Тео так, будто в чём-то провинился, и Тео искренне не может понять, что заставляет его чувствовать такую вину. — Гейб просто мудак, — спустя долгую минуту молчания говорит Лиам то же самое, что и в самом начале. — Повторяешься, Лиам, — невпечатлённый, Тео наклоняет голову набок, изучающе рассматривая Лиама с ног до головы, будто не знает его всего наизусть. — Господи, да какое тебе дело? — откровенно рычит Лиам, непроизвольно повышает голос, сжимая руки в кулаки до побелевших костяшек.       Улыбка с лица Тео вдруг пропадает — он хмурится, подозрительно сощурив глаза, и вдруг протягивает к Лиаму руку, требуя показать свои: — Давай, Лиам, — просит Тео. — Просто покажи мне свои ладони.       Лиам напряжённо сводит брови к переносице и отступает на шаг назад, пряча руки в карманы толстовки. — Брось, это так по-детски, — закатывает глаза Тео. — Просто покажи свои ладони, и всё. — Зачем тебе это? — защищается Лиам; над бровью лопается корочка, и капля крови, ещё не сорвавшись вниз, дрожит, выступив на поверхности ранки. — Эти слухи, — поясняет Тео. — Про Девинфорт. Это же правда, да? — Откуда ты?... — Лиам на мгновение теряется, и в его взгляде появляется что-то опасное.       Тео понимает: для Лиама эта тема крайне болезненна. — Я же не глухой, Лиам, — мягко улыбается Тео. — И не слепой.       Лиам сжимает зубы, нервно облизывает губы и не произносит ни слова. — Гейб узнал об этом и теперь лезет к тебе? Пытается выяснить, насколько далеко может зайти прежде, чем ты по-настоящему сорвёшься? — спрашивает Тео; в его вопросе нет особой аккуратности, потому что Тео нужно знать правду, ведь иначе он не сможет никак помочь. — Ну же, Лиам, — вновь просит Тео, — хотя бы кивни. Мне врать незачем, я же и так всё знаю. — Всё? — глухо уточняет Лиам; теперь в его взгляде Тео видит тяжёлые морские волны страха. — И про... машину?... — Машину тренера — да, — не сомневаясь ни секунды, говорит Тео, потому что врать нет смысла.       Лиам смотрит на него ошарашенно, будто после этих слов что-то должно было измениться, вот только Тео не понимает что.       Лиам упрямо молчит. — Расстройство прерывистой вспыльчивости, да? — тихо спрашивает Тео, чувствуя, как воздух накаляется от чужого раздражения, которое почти мгновенно обращается злостью; Тео будто вскрывает его старую рану, попутно раздирая здоровую плоть. — Хей, Лиам, если ты думаешь, что это как-то изменит моё к тебе... — Мне не нужна твоя жалость, — зло шипит Лиам. — Я в порядке... — Да, повтори это ещё раз десять и, может, убедишь в этом кого-нибудь, но не меня, — перебивает его Тео и спрыгивает с багажника, делая к Лиаму твёрдый широкий шаг.       Лиам не отступает — смотрит с вызовом, ожидая, что и Тео хочет проверить, насколько злым он бывает. Лиам готов к нападению, он глубоко вздыхает, хмурится, но Тео ничего не делает, лишь вновь протягивает свою руку к нему: — Покажи свои ладони, Лиам, — просит он, и на этот раз Лиам слышит в его голосе нежность. — Покажи, и я отстану, — Тео идёт на крайности, но оно того стоит.       Лиам мешкает, поджимает губы и всё-таки протягивает одну руку в ответ, нехотя разжимая кулак. — Покажи вторую, Лиам, — тем же тоном произносит Тео, взяв его протянутую руку за запястье. — Ну же, я не сделаю тебе ничего, — зачем-то добавляет он.       Лиам не знает, отчего Тео так аккуратен — боится, что Лиам слетит с катушек? От собственных мыслей становится тошно.       Лиам не расслабляется ни на секунду, протягивает ему вторую руку, и Тео накрывает их своими ладонями, внимательно разглядывая следы-полумесяцы от ногтей прямо поверх едва заметных шрамов, оставшихся после предыдущих вспышек неконтролируемого гнева. — И это ты называешь порядком и контролем? — тяжело вздыхает Тео; Лиам в ответ дёргается, пытаясь отстраниться. — Хочешь поглумиться? — шипит Лиам, и внутри что-то сжимается от мысли, что Тео всё-таки издевается над ним. — Вовсе нет, — Тео не позволяет ему вырвать руки: химеры сильнее людей, как ни крути. — Я могу закрыть глаза на твои драки, — вдруг продолжает он. — Я не хотел бы, но если ты не хочешь, чтобы я лез, я не буду этого делать, пока это не переходит рамки разумного. — Говоришь так, будто я твоя ответственность, — морщится Лиам, пытаясь выдавить из себя подобие усмешки. — Я старший член стаи после Скотта, Лиам, — вполне серьёзно говорит Тео. — Вся стая — моя ответственность, и особенно — ты. И, как я и сказал, я не буду лезть в твои разборки, но, если ты продолжишь калечить себя сам, я не буду стоять в стороне, — он аккуратно гладит его сбитые костяшки, и Лиам только сейчас замечает потемневшие вены, по которым Тео забирает его боль. — Это тебя уж точно не касается, — слабо отпирается Лиам. — Как раз это касается меня сильнее всего, — не соглашается Тео. — Мы оборотни, Лиам, каждое полнолуние для нас — потеря контроля, с которой нам приходится бороться. И ты думал, что Скотт будет... что? Рассержен, напуган? Разочарован в тебе? — Я не... — Лиам слабо хмурится, но подходящих слов не находит. — Что ты? — спрашивает Тео. — Я не хочу, чтобы ты думал, что я виню тебя за что-то — за то, что ты решил не рассказывать. Но Скотт — твой альфа, даже если ты человек. Ты же доверяешь ему, и если тебе сложно справляться с этим в одиночку, то... — Я не хотел быть ещё большей обузой! — грубо перебивает его Лиам. — Ясно? Да, я человек, супер, так ещё и неконтролируемый. Не нужно вести себя со мной так, будто я хрустальный! Все, узнав о моём расстройстве, больше не видят меня — только моё РПВ, — зло рычит Лиам. — Родители смотрят на меня так, будто любая мелочь может заставить меня повторить то, что случилось в Девинфорте. Мейсон до сих боится, когда я даже немного злюсь. Вся моя прошлая команда смотрела на меня как на бешеного пса, будто я какой-то монстр. Так что да, уж извини, что я не хотел, чтобы вы знали. Ваша потеря контроля — это потеря контроля над силой, которую вы можете использовать ради спасения других, а я? Я, Тео, только врежу кому-то, — сквозь сжатые зубы шипит Лиам.       Он дышит глубоко, голубые глаза искрятся злостью, и единственное, что делает Тео, — это отпускает его руки.       И, вроде бы, Лиам просил именно об этом, но злость не утихает, легче не становится; он опускает взгляд вниз и вдруг вздрагивает, когда Тео касается его волос, мягко гладит по голове, заставляя посмотреть на себя. — Успокоился? — аккуратно спрашивает Тео, замечая, что во взгляде Лиама мелькает что-то странное — всего на мгновение, но Тео этого достаточно, чтобы увидеть отчаянную надежду, как бы Лиам ни старался её спрятать. — Да, — бормочет Лиам неожиданно спокойно для самого себя. — Ты никогда не был обузой, — говорит Тео. — И твоё РПВ тебя таковым не делает. Ты не думал, что Мейсон и твои родители просто переживают за тебя? Они боятся не тебя, а того, что ты можешь навредить себе.       Лиам лишь хмурится; Тео мягко улыбается, его ладонь скользит по его волосам, и Тео снимает каплю крови с его виска. Лиам едва дышит. — Если люди видят в тебе только твоё заболевание, это не значит, что и ты должен воспринимать себя лишь им, — Тео убирает руку, делая едва ощутимый шаг от Лиама. — Но если моя... забота напрягает тебя или пугает... — Тео не договаривает, лишь качает головой, ведь Лиам и без слов всё понимает. Тео кивает, приняв молчаливый ответ. — Это твоё дело, и Скотту или кому-либо ещё я не собираюсь ничего говорить, — на последок говорит Тео. — Спасибо, — глухо отзывается Лиам, никак не отвечая на всё остальное; он ещё чувствует фантомное тепло руки Тео на своих волосах. — А теперь, — вздыхает Тео, — нужно всё-таки обработать твои ссадины.       Лиам лишь кивает в ответ, садится обратно на багажник — на этот раз сам — и внимательно следит за тем, как Тео вновь смачивает вату. — Ты соврал, — вдруг говорит Лиам; его голос тихий и неуверенный. — О чём же? — улыбается Тео, зная о чём.       Он стирает засохшую кровь с его подбородка, очерчивает линию губ и поднимает взгляд к голубым глазам, ожидая ответа. — Ты сказал, что не будешь этого делать, — хмурится Лиам. — Делать что? — Тео усмехается: непохоже, чтобы Лиам был против. — Заботиться, — всё-таки отвечает Лиам. — Прости, малыш Лиам, все мои действия по отношению к тебе — забота, — деланно виновато пожимает плечами Тео. — Так что да — я тебе соврал.       Лиам только сейчас понимает, что Тео незачем было ехать в школу так поздно, только если не за ним.