Слишком 𝓼𝓵𝓲𝓼𝓱𝓴𝓸𝓶

— Просто приводишь к неправильной дроби и умножаешь на два, разве это так сложно? Парень параллельно решает продиктованный пример на каком-то случайно найденном листочке на рабочем столе, на котором стопкой стоят документы по бухгалтерии. Феликс до конца не может понять, для чего он точно учил математику, чтобы счета сводить и зарплаты всем высчитывать или для того, чтобы помогать решать примеры младшей сестре, которая самостоятельно не может в интернете посмотреть? Сейчас же уйма видео уроков, сиди себе сама и грызи гранит науки, а ко мне не приставай, я своё уже отсидел за партой. — Умного из себя строишь? — Парень зачеркивает в ряд поставленные нолики на листочке, сбиваясь со счета (какая это была по счету всевозможная комбинация игры «Крестики и нолики»), и лишь недовольно цокает на возмущенный тон младшей. — Нет, просто не тупой, как некоторые, — Конопатый слышит тишину по ту сторону трубки и невольно вздрагивает, когда эту неловкую тишину прерывает хлопок двери. Хенджин вернулся с работы. — У меня разные знаменатели получились, — Феликс готов взорваться. Семья блондина ещё не в курсе событий, что средний ребёнок живёт уже как год не один. По хорошему, надо заканчивать телефонный звонок и идти встречать старшего, ведь сестра любит влезать в чужие дела. И если она услышит, что в доме брата присутствует кто-то, помимо него — будет много вопросов. — У тебя должно получиться шестнадцать, — Кажется, Оливия тоже не в восторге, что у неё не получается умножить такую элементарную вещь, и она выставляет себя тупой перед братом. Дверь приоткрывается, и темная макушка вопросительно смотрит на сидящего за столом. — В одном у меня шестнадцать, а во втором восемнадцать, — Первая мысль, которая посетила старшего, Феликс решил взяться за репетитороство, но когда услышал знакомый голос постоянного абонента Ёнбока, понял, что почти угадал. Личный репетитор австралийской выпускницы как всегда на связи. — Пересчитывай, — Обречено сказал в ответ блондин, не глядя в сторону телефона. Хенджин смотрит в ответ на пристальный взгляд, и словно опомнившись, достаёт из пакета упаковку и, демонстрируя, показывает сладость в виде вишневого моти, от которого Ли мог прыгать от счастья, ведь его полюбившийся десерт вечно скупают, как только он появляется на полках магазина. — А, получилось, — И карие глаза напротив сверкают от радости. Знал бы Феликс, что перед тем, как поставить чайник на плиту и начать уплетать моти с горячим зелёным чаем и мятой, ему нужно будет съесть не меньше двух тарелок лапши, которую Хён приготовил утром. Еда в холодильнике была, а в кастрюлях чистота. — Засиделся я с тобой, у меня срочное дело появилось, так что давай, пока-пока. — Не успела девушка по ту сторону телефонного звонка спросить, что за дело, как блондин скинул трубку.

***

Парень откинулся головой к стенке, совершенно не больно, на данный момент, ударяясь головой о холодный белый кафель. Живот выворачивало. Хвану тоже показалось, что под конец трапезы, младший сильно побледнел. Феликс сидел на полу ванной комнаты, в готовности рвотного позыва подорваться к унитазу. Было два варианта. Первый — ты ешь достаточно мало и ограничиваешь себя едой, когда появляется слабое чувство голода. Крайний случай, когда тебя выворачивает от боли и появляется чувство того, что желудок сам себя переваривает из-за отсутствия еды. Нет мыслей, что ты самое жирное существо на белом свете, из-за сбитого приема пищи, притупляется чувство голода. Второй — отвратительный, по мнению Феликса, это делать вид, что ты чувствуешь себя хорошо, улыбаешься и ешь как среднестатистический человек — обычно, чтобы не вызывать беспокойство у окружающего социума, а под конец приёма пищи или дня — идешь в туалет и запираешься, оставаясь наедине со своими мыслями и гнобишь себя за лишнюю крошку еды, выплевывая насильным способов в виде двух пальцев на корешок языка, вызывая специально рвотный позыв. Вызывать рвоту — вот, что отталкивает. Ко второму варианту Феликс себя никогда не приписывал. Он забывает. Он не гнобит себя. Явно пониженая самооценка и неуверенность в себе, это не то, чем можно охарактеризовать Феликса. Феликса несёт при виде еды, ведь после приема всегда болит живот. — Малыш, прости меня, — Конопатый поднимает глаза с пола на сидящего перед ним на коленях Хвана, который пальцами убирает прилипшую ко лбу блондинистую челку. — Я не хотел, чтобы тебе было так плохо, — Брюнет чувствует вину за то, что сейчас Ёнбок корчится от боли и нервно глотает воздух, пока в уголках глаз собираются маленькие хрусталики. — Джинни, — Конопатый приподнимается из полу-лежачего положения, ведь от такой боли, младший уже готов распластаться на полу. Чувствуя всей спиной холодную стену, задирает домашнюю футболку, которая была ему по подол боксеров, создавая впечатление платья, и кладёт свою холодную руку на набитый живот, намекая на действие. Хенджин делал массирующие движения, когда Феликс говорил «Животик болит», и на время аккуратного массажа, конопатый затихает. По сравнению с рукой младшего, рука Хвана горячая. Старший убирает мешающую руку Ли в сторону, и пальцем плавными движениями водит по кругу, надавливает ладонью на определенные места на животе и шепчет о том, что сегодня Феликс был молодцом, который не капризничал, когда брюнет подносил лапшу палочками ко рту, хотя тот толком пережевать не успел. — Детка заслужила того, что хотела с самого начала, — А Феликс лишь непонимающе улыбается, смотря на ладонь на его животе. Улыбка на лице конопатого выглядит измученной, но блондин улыбается от своих мыслей. Хван сейчас про моти сказал или про свой член? — Я хочу, чтобы ты меня завтра отодрал, — Ёнбок смотрит на сидящего рядом и ловит похожую улыбку. — Ты опять за своё, — Для Хенджина такая просьба считается уже варварством. Хван может с уверенностью сказать, что с ролью «папочки», он справляется, по его мнению, достаточно плохо. Не умеет он наказывать в постели. Практика с ремнём выходит отвратительно. При виде красной полосы на бледном теле, которое дрожит при ударе от его руки, старший сдерживает себя, чтобы не кинуться к ушибу с поцелуями и шепотом о прощении на ухо. Феликс не получит от его действий удовлетворения. При виде Феликса на фотографиях, Хенджин представлял только нежность с собственной стороны. Нельзя обходиться грубо, ведь его хрустальный мальчик может рассыпаться в руках. Представлял, как Феликс будет шептать в просьбе обойтись с ним аккуратно и не сделать ему больно. — Трахни меня, — Конопатый недовольно морщит нос, когда Хенджин начинает отвечать лаской на его грязную реплику и целует побледневшие следы на шее. Водит кончиком носа с ключицы до острого подбородка и целует за ушком. — Если ты поправишься, я обещаю выполнить твоё желание, — Хенджин ловит недовольное выражение лица младшего, но только целует в щёку, максимально вжимаясь своими пухлыми губами в неё, слушая в ответ только недовольное мычание. Феликс хочет сейчас же, Феликс не хочет слушаться указаний своей половинки. Хенджин хочет удовлетворить, Хенджин не хочет видеть потерявшее сознание тело второй раз. — Феликс, выполни мою просьбу, я не останусь у тебя в долгу. Я выполню твою просьбу в ответ. Только уступи мне очередь, ты не пожалеешь.— Пока младший будет набирать необходимые килограммы, у брюнета будет время подготовится морально.