Красиво ты вошла в мою грешную жизнь

В доме повисла напряжённая тишина. ТМ смущённо отвел взгляд, остальные молчали. Наконец Интер+ встрепенулся и начал быстро-быстро собирать рассыпавшееся садо-мазо добро. Интер отошёл от шока, осознал перспективы и, как самый адекватный (он очень хочет в это верить), схватился за голову: – Бляяять, какой же это будет скандал. Интер+ подхватил на руки коробку и подскочил на ноги: – Да че ты начинаешь, весело же! Интер подозрительно сощурился: – А почему у меня ощущение, будто ты не удивлён? – Нуу, может быть, я был в курсе некоторых планов ТМ... – протянул покрасневший Интер+. ТМ возмущённо обернулся на главного пиздабола их большой семьи: – В смысле, "в курсе некоторых планов"? Да ты же мне и помогал его в багажник грузить! – Бляяяяяяяяяяяя, – откровенно провыл Интертеймент, опускаясь на колени. Вечер Вкус поочереди посмотрел на всех троих, потом нахмурился. – То есть, подождите, – он приподнял руку. – Ты, пидорасина, – Вечер ткнул в ТМ пальцем, – спиздил где-то Оскара Айзека, – махнул в сторону подвала. – И вместо того, чтобы сказать об этом мне, ты попросил помощи вот у этого Мистерио местного разлива? Серьезно? ТМ поджал губы, задрал подбородок и сложив руки на груди, сверкнул глазами: – Потому и не сказал. А то я тебя не знаю! Я не мог так рисковать: ты бы однозначно попытался зажать его себе, а это подарок для Кинопоиска! Зачем нужны цветы, когда можно подарить Оскара Айзека?! Интер уже просто молчал, нервно качаясь взад-вперед и вцепившись зубами в костяшку пальца. Зато Интер+ встрепенулся, отставил коробку на консольный столик и дернул ТМ за рукав пиджака: – Эээ, подожди, про это разговора не было. Всмысле подаришь Кинопоиску? Я думал, мы его себе оставим. ТМ не ответил. Он и Вечер Вкус не моргая буравили друг друга взглядами. Но Интер+ совершенно не собирался мириться с тем, что его игнорируют: – Пожалуйста!! Ну пожаааалуйста! – Интер+ выпятил нижнюю губу и умоляюще свел брови домиком. – Давайте оставим его себе! Он такой хороший!! Он уже даже знает пятнадцать слов на русском! – потряс он за плечо Интертеймента. Интер прекратил тихую истерику и начал громкую раздачу пиздюлей: – Так! Во-первых, – поднялся он с колен. – Никого и никому мы дарить не будем! Это аморально и противозаконно. – Но!.. – вскинулся ТМ. – Никаких "но"! Кинопоиск тебя и без туза в рукаве в виде Оскара оценит. В этом нет никаких сомнений. – Интертеймент помасировал виски пальцами. – Во-вторых, мы вернём его туда, откуда вы его взяли. И это не обсуждается! – оборвал он на корню возмущение Интера+. Вечер Вкус поджал губы и обиженно отвернулся. Он прекрасно понимал брата и тоже с удовольствием оставил бы Оскара Айзека в их доме. Они молчали. Каждый был не доволен поступками и решениями остальных. В глубине души все понимали, что Интертеймент прав, но ругаться всё равно хотелось. Что уж поделать – в этом доме принято "хуесосить" друг друга. Даже не смотря на то, что где-то в глубине души (очень-очень глубоко) они любили друг друга, отказаться от этой традиции не желали и не могли. Неизвестно, сколько бы ещё они играли в молчанку, если бы Интер+ не заглянул в открытую подвальную дверь: – Ребяяят, – с зарождающейся паникой в голосе протянул он. – А где Оскар? Вся компания уже было напряглась, но тут раздался голос Джум: – На кухне. Я напоила его соком и накормила пиццой. Мы даже немного поболтали. Он в некотором шоке, но в целом чувствует себя нормально. Поэтому предлагаю немного остыть, выпить пива и подумать над дальнейшим планом. – Ну пива, так пива, – вздохнул Вечер Вкус и направился на кухню. Все остальные пошли вслед за ним.

***

Оказывается, пока парни ссорились, Джум не теряла времени и увела из подвала Оскара Айзека, по пути захватив доставленную еду. Рассевшись за столом, они наконец смогли позавтракать (Вечер Вкус) и спокойно все обсудить. Несмотря на печальные вздохи некоторых (не будем показывать пальцем) решено было завтра посадить Оскара Айзека в самолёт и отправить домой. Для удобства разговор проходил на английском языке, благо все присутствующие знали его на относительно хорошем уровне, а Джум вообще могла свободно болтать на нем часами (она часто бывала за границей и даже училась по обмену в Китае). Любимый всеми присутсвующими актер (Боги, он же сидит на их кухне, в их доме и ест их пиццу!) покивал и идею одобрил. Вся эта ситуация казалась до того сюрреалестичной, что ТМ почувствовал, что больше не может здесь находится. Ему нужно пару минут одиночества для переосмысления. Он встал из-за стола, и достав из шкафа тарелку, кинул на неё несколько кусков пиццы, потом подумал и добавил среднего размера шаурму, после чего захватил банку пива и пошел к выходу из кухни. – Ты куда? – подозрительно спросил Интертеймент. – Пойду, брату поесть отнесу, – ТМ махнул рукой куда-то в сторону верхних этажей. – А то неизвестно, когда он выползет. – Ну иди, – хмыкнул Интер. Твои Мужики взбежал по лестнице и пошел вглубь коридора второго этажа. Остановившись напротив закрытой двери он постучался. В комнате что-то зашебуршало, а потом приглушенный дверью голос спросил: – Кто там? – Я. – Чего тебе надо? Ты же знаешь, что я занят. – Я тебе поесть принес, Катармит, – улыбнулся ТМ. – Хм, – теперь голос звучал заинтересовано. За дверью что-то щелкнуло. Потом она приоткрылась на длину дверной цепочки. В щель выглядывал владелец комнаты. Увидев то, что принёс ТМ, он тут же закрыл дверь, а потом открыл её уже без цепочки. Протянул руки и, забрав еду, радостно улыбнулся (а кто не обрадуется вкусной еде?): – Спасибо! ТМ приподнял брови: – Даже не послал меня, надо же. – Успею ещё, – ехидно ответил ему брат. Потом обернулся через плечо. – Дел много, может выползу ближе к вечеру. – снова посмотрел на ТМ. – Как там Оскар Айзек? – А ты откуда знаешь? – удивился, но не особо сильно, ТМ. – Я все вижу, – таинственно улыбнулся Катармит. – Ну раз видишь, то и не задавай такие вопросы, – съехидничал Твои Мужики. – Ладно уж, вали дела свои делать, – хлопнул он брата по плечу. – Давай. Катармит скрылся в комнате. Щелкнул замок. ТМ улыбаясь пошел в сторону лестницы. За всеми этими скандалами, ссорами и собачеством он совершенно перестал переживать о предстоящей через несколько дней встрече с Кинопоиском. Спустившись на первый этаж и проходя мимо забытой Интером+ посылки он внезапно остановился. Голову посетила идея фикс и он, улыбнувшись, открыл коробку. На кой черт ему нужны наручники, он не знал, но от Интера+ не убудет. ТМ готов был спорить на шубу из тессерактов завалявшуюся где-то у него в шкафу, что у Интера+ в комнате есть ещё несколько штук наручников. ТМ откопал черные меховые наручники, ехидно осклабился и сунул их в карман брюк. С кухни послышался красивый бархатистый смех и ТМ заинтересованно направился в ту сторону, по пути наконец-то сняв с плеч пиджак и кинув его в кресло. Смеялся Оскар Айзек, рядом сидел чуть покрасневший и довольный Вечер Вкус. – Good joke. I'll tell it to Pedro. ТМ удивлённо посмотрел на них, а потом перевел взгляд на Интера и вопросительно приподняв брови кивнул на Оскара Айзека и Вечер. Интер закатил глаза: – Вечер рассказал ему шутку про улитку и бар. Оскар оценил. Вечер улыбнулся и похлопал актера по руке: – I'll give you a picture as a keepsake, – встал из-за стола и вышел. Через минуту вернулся обратно с картиной в руках. – Dude, it is really cool! – Оскар Айзек с улыбкой взглянул на Вечер Вкус. – Thanks, bro! Светящийся удовольствием Вечер утащил Оскара Айзека и Интера+ упаковывать картину. ТМ опустился на табуретку и подтянул к себе коробку с "Маргаритой". – Слушай, а чем ты все это время его кормил? – внезапно спросил Интер. – Что? Кого? – ТМ поднял на него взгляд. – Ааа, Оскара, – понял он. – Овсянку ему готовил. Джум и Интер переглянулись. – Так вот что он такой голодный был.

***

Вечер Вкус сидел на кухне. К ночи похолодало. За окном темное небо подмигивало множеством звезд. Во всём доме стояла тишина – все уже давно разбрелись по комнатам. Оскару Айзеку провели экскурсию по дому и придомовой территории и с комфортом устроили в гостевой спальне. Теперь Вечер медленно потягивал вино и почему-то именно в этот момент особенно сильно ощущал звенящее вокруг него одиночество. Он грустно улыбнулся, качнул бокалом, наблюдая, как красиво в нем плещется вино. Но разве настолько он одинок? Вечер Вкус разблокировал телефон и снова улыбнулся, но теперь уже с теплотой и напечатал: "доброй ночи, красотули". За спиной послышались знакомые шаги: – Все красотули уже давно спят, а вот главная красотуля почему-то хлещет на кухне вино. Почему же? – Ты знаешь, что ты токсичная сволочь? – Вечер опрокинул в себя бокал. – Разве? – в голосе послышалась улыбка, а теплые руки обняли Вечер Вкус за плечи. – Я ведь просто переживаю за тебя. Вечер Вкус откинул голову назад и уперся затылком в живот своего собеседника. Посмотрел в глаза: – Numen forte es? Quid ergo volo te tantum colere? Родное лицо приблизилось, в любимых глазах горели огни. Губы ощутили горячее дыхание. – Блять! Вечер Вкус резко проснулся и попытался вскочить с постели, но ноги запутались в одеяле и он полетел на пол. Неприятно ударившись плечом (ковер хоть и смягчил удар, но не избавил от него) Вечр Вкус замер и уставился в потолок. Потом зарылся руками в волосы. – Ебануться. Ему срочно нужно с кем-то поговорить. Полежав ещё какое-то время и погипнотизировав потолок, он все же с трудом, но поднялся. Сунул ноги в тапочки и вышел в коридор. Дойдя до соседней двери, Вечер тихо постучался. За дверью помычали, а потом снова затихли. Вечер сдаваться не собирался и снова постучался, потом дернул за ручку. Наконец дверь открылась и из неё высунулся лохматый Интер+: – Вечер? Черт возьми, пол седьмого утра, – Интер+ оглянулся на часы. – Тебе что надо? – Поговорить. – Сейчас? – поднял бровь Интер+. – Да, – ответил Вечер и, схватив брата за запястье, потащил на первый этаж, на кухню. Через пятнадцать минут они сидели за столом и пили кофе. Вечер Вкус держался за голову, а Интер+ угорал, потихоньку сползая на пол. – Сука, хули ты ржешь?! – Вечер пнул его ногой. Интер+ уже не смеялся, а просто постанывал под столом. – Да прекращай, долбоеба кусок. Главный наебщик всего руфандома все таки поднялся, но подхихикавть не перестал: – То есть, ты хочешь сказать, – оперся он рукой о стол. – Что тебе приснилось, что тебя целовал ТМ? – Ага, – печально вздохнул Вечер Вкус, подпер щеку рукой и взял печенье. – И главное, я понять не могу, с чего это он взял и приснился... – Считается, что нам снится либо то, чего мы сильно боимся... – Ой, да не боюсь я ТМ, почему это я должен его бояться, – отмахнулся Вечер, а потом откусил кусок печенья. – ...Ну или то, чего мы очень сильно желаем, – все таки закончил свою мысль Интер+. – Охренел? – совершенно справедливо возмутился Вечер Вкус. Интер+ снова захихикал. Брат смотрел на него рассерженно. – А чего это вы так рано встали? – удивлённо спросил только что зашедший на кухню ТМ. Интер+ схавтился за живот и уткнулся лбом в стол. Он не просто смеялся, а уже постанывал от веселья, в перерывах бормоча что-то о том, что вспомнишь солнце – вот и лучик и ещё что-то про женихов и свадьбы. – Да пошёл ты знаешь куда? – Вечер Вкус кинул в брата печенье и возмущённо вышел из кухни, по пути едве не задев плече. – Чего это он? Интер+ поднял на него взгляд, смахнул с щек слезы смеха, открыл было рот, чтобы что-то ответить, но не смог вымолвить и слова, как его снова разразил хохот.

***

Ко всеобщему наслаждению жара все же спала и теперь даже можно было относительно комфортно существовать. Несколько часов назад, переругиваясь, они загрузились в две машины такси и выехали в аэропорт. Теперь они стояли возле частного самолёта в ожидании отлета. По очереди обняв всех на прощание, Оскар Айзек поднялся по трапу, остановившись на верху, обернулся в послений раз. Одной рукой он держал упакованную картину, второй рукой помахал стоящим внизу: – Bye, my russian friends, – улыбнулся он. – Hope we meet again sometime. "Рашен френдс" улыбнулись в ответ. Оскар Айзек зашёл в самолет, а их попросили покинуть площадку аэродрома. Отойдя на безопасное расстояние, они наблюдали за тем, как самолет выезжает на взлетную полосу, разгоняется и, наконец, взлетает. Когда колеса железной птицы оторвались от земли, все наконец выдохнули. – Ну вот и все, – с облегчением озвучил Интертеймент. – Да уж, – согласилась Джум. – Как думаете, он приедет к нам в гости? – с надеждой озвучил Интер+. – Я пригласил его на Рождество. – Конечно приедет. "Он улетел, но обещал вернуться" – съехидничал ТМ. – Ой, да ну тебя, – даже не обиделся Интертеймент+. Вечер Вкус смотрел вслед улетающему самолёту – действительно, все хорошо, что хорошо кончается. – Ну что, домой? – Домой, – согласился Вечер.

***

– А в следующий раз украдем Бенедикта Кембербетча! – Или Тома Хиддлстона! – Думаю, можно сразу обоих. – Вы что, охренели?! Мы больше никого не будем красть!