Типичные фэнтези гоблины в нетипичном мире

      Для первой дойки главный гоблин выбрал наиболее пышногрудых пленниц, больше половины из них были служанками, но всё же и среди содержанок нашлись женщины с достаточно пышными грудями. Ингрид, которую вначале крайне испугало то, с каким похотливым рвением предводитель подгорного народа тискал своими когтистыми руками её грудь, испытала облегчение, когда расставлявшие вёдра у колен пленниц гоблины прошли мимо неё. Однако стоявшую рядом с ней девушку, тоже содержанку примерно одного возраста с Ингрид, и, судя по платью, до пленения являвшуюся носительницей пики, в тот день постигла участь стать источником молока для зелёных карликов.       Помощница хозяйка вблизи наблюдала как её ровеснице полностью обнажают груди, как дополнительными верёвками плотно стягивают её ноги, как девушка издаёт стон от того, что из-за пут её нутро начинает сильнее обжимать уже давно погружённый внутрь посторонний предмет. Более того, для дополнительной страховки гоблины опоясали пленницу верёвкой, концы которой прикрепили к земле деревянными колышками, похожими на те, которые человеческие содержанки используют для установки палаток. Теперь вся нижняя часть тела пленной содержанки была прочно зафиксирована и прижата к земле, а деревянный предмет ощутимо давил на её внутренности.       Затем, один из гоблинов наконец поставил стоящее у колен девушки ведро на её прочно связанные бёдра, запрыгнул так, чтобы встать своими когтистыми ногами на колени несчастной, и, вцепившись лапами в её груди, начал пытаться добыть из них молоко. Когда с первой попытки молоко так и не начало поступать, представитель подгорного народа усилил свой нажим, отчего пленница начала истошно кричать. Крик зелёному карлику явно не понравился, так что он с силой сжал обе груди девушки, его длинные когти впились в кожу содержанки, однако молока всё также не было. Разозлившись, доящий гоблин принялся с силой сжимать, разжимать и тянуть вниз обе груди своей жертвы, надавливать кончиками пальцев на её соски. Девушка громко и болезненно стонала. От криков своей ровесницы, Ингрид пришла в ужас, она поняла, что будь её грудь чуточку больше, вполне могла оказаться на месте несчастной.       Несмотря на все усилия зелёного карлика, вместо молока в ведро начала капать лишь кровь из многочисленных порезов. Тогда гоблин принялся бить по грудям пленницы ладонями, оставляя новые порезы от своих когтей. Вдруг, к доящему гоблину подошёл его более высокорослый собрат по подгорному народу и, подпрыгнув, стукнул того по затылку тыльной стороной кулака. Доящий зелёный карлик чуть не потерял равновесие и, чтобы удержаться на ногах плотнее, вцепился в груди девушки, погрузив свои когти ещё чуть глубже в её плоть, отчего та в очередной раз болезненно вскрикнула. Свежая кровь пленницы стекала по рукам гоблина и капала с костяшек его пальцев прямо в ведро для молока.       Прикрикнув на истязавшего грудь пленницы коллегу, этот чуть более высокорослый гоблин жестом приказал ему слезть с колен девушки. Сняв ведро и парой движений вытряхнув из него скопившуюся на дне кровь. Высокорослый представитель подгорного народа взобрался на бёдра пленницы, по которым уже текла её капавшая с грудей кровь. Далее зелёный карлик, совершенно бесцеремонно, но всё же без лишнего усилия взялся за грудь пленённой содержанки и, приложив губы к соску, принялся сосать его. В дополнение он немного мял исцарапанную до крови грудь несчастной, отчего стоны пленницы стали чуть менее болезненными и чуть более возбуждёнными.       Ингрид почувствовала лёгкое облегчение, теперь она могла надеяться хотя бы на то, что с ней будут проделывать более ласковую по гоблинским меркам процедуру добычи молока. «По крайней мере, возможно, это будет не так больно.» — подумала она, вслушиваясь в стоны своей ровесницы.

***

      При первой дойке, представителям подгорного народа удалось получить основной объём молока со служанок, хотя и среди них далеко не у всех груди были щедры на эту, столь ценную для гоблинов, жидкость. Однако большего от пленниц при первой дойке никто из опытных гоблинов не ожидал.       Ингрид же, как ей казалось, вечность наблюдала за тем, как сначала один гоблин поочерёдно сосал соски её сверстницы, затем к нему присоединился другой. Через существенное время более высокорослый из гоблинов наконец отвёл свои губы от груди девушки. Когтистой рукой он отвёл от другой груди пленницы губы своего чуть более низкорослого «помощника». Далее более высокорослый гоблин приказал более низкорослому вернуть ведро обратно на бёдра девушки, а затем показал, как нужно доить грудь человеческой женщины. За прошедшее время кровоточащие царапины на груди пленницы успели засохнуть, однако оба представителя подгорного народа своими когтями во время доения всё же оставили пару новых красных полос. Пусть нового кровотечения и не произошло.

***

      После утренней дойки путы пленниц вновь развязали, деревянные колышки извлекли из земли, и всех невольниц вновь выстроили в колонну привычно, проведя верёвки через прорезы в выступающих из их промежностей посторонних деревянных предметов. Из-за новых прорезов в части декольте телу Ингрид стало заметно прохладнее. Девушка совершенно не завидовала служанкам, чьи бёдра и промежности небыли прикрыты вообще ничем. Благо, вокруг стояла достаточно тёплая поздняя весна и замёрзнуть было достаточно сложно.       В этот день привалов не было, гоблины гнали пленниц в течение всего светлого времени суток, избивая их ягодицы плетью всякий раз, когда им казалось, что те слишком сильно замедляются. Когда вечером наконец пришло время привала, многие невольницы уже валились с ног, их просто свели с дороги и синхронными хлопками по задней стороне ноги опустили на колени. Некоторые сразу же заснули повалившись на бок. Таких зелёные карлики приводили в чувства массовыми ударами плетей, а затем заставляли снова встать на колени, после чего проводили уже привычную процедуру связывания ног.       После долгого перехода ноги Ингрид сильно болели, однако, усталость была намного сильнее и девушка, сразу после того как верёвки стянули её ноги, провалилась в беспокойный сон.

***

      Следующие дни смешались в бесконечную череду ходьбы, избиений, привалов и глубоких минетов. В один из дней Ингрид довелось на себе ощутить, какого это последовательно принимать в своё горло полдюжины гоблинских членов, каждый из которых в него ещё и кончал. Выбранных при первой дойке женщин продолжали регулярно доить, с каждым разом получая от них всё больше молока. Ингрид почти каждый день приходилось наблюдать, как губы и пальцы зелёных карликов прикасаются к грудям её сверстницы, добывая из них новое молоко для утоления своей ненасытной жажды. Девушка стонала, первые разы скорее возбуждённо, но чем больше молока она давала, тем жёстче и болезненнее становилась процедура дойки. Зелёные карлики давили на её груди сильнее, надеясь выжить из них больше своей любимой жидкости. Когда дойка заканчивалась, невольница продолжала стонать от грудной боли.       Всякая надежда на освобождение давно покинула мысли Ингрид, а любая попытка сопротивления насильникам стала казаться бесполезной. Она надеялась лишь на то, что ей в какой-то момент не доведётся стать на место своей сверстницы в качестве источника молока для подгорного народа. Похоже, схожий процесс произошёл и с другими невольницами, так как количество телесных наказаний существенно снизилось.

***

      Одним утром стало казаться, что предводитель гоблинов вновь что-то затеял. Он вновь прошёлся вдоль рядов своих коленопреклонённых невольниц, однако в этот раз в них его, похоже, интересовали отнюдь не пышные формы. Своими короткими руками он обхватывал их талии чуть выше ягодиц и щупал их, намереваясь найти девушку с самой узкой фигурой. В этот раз за ним плотной толпой следовали почти все его подчинённые.       Когда главный гоблин подошёл к Ингрид, она попыталась согнуться так, чтобы её талия казалась шире, чем была на самом деле. Её охватил ужас, когда она поняла, что предводитель зелёных гоблинов задержался рядом с ней заметно дольше, нежели чем с другими пленницами. Она окончательно поняла, выбор пал на неё после того, как путы на ногах ослабели, а два простых гоблина отвязали верёвку от ошейника впереди ищущей, той самой бывшей носительнице пики и сверстницы Ингрид. Нетерпеливый зелёный карлик после того, как отвязал верёвку, стоя на измученных грудях бывшей носительницы пики, быстро погрузил свой член в её глотку и почти сразу кончил. После этого он спрыгнул с и передал верёвку, которая теперь превратилась в своеобразный поводок для Ингрид главному гоблину.       Предводитель подгорного народа жестом приказал нагнуть тело девушки к земле. Несмотря на то что теперь она больше не была соединена верёвками с остальными порабощёнными женщинами, Ингрид всё ещё была на поводке, а петля на ногах не дала бы сделать широкий шаг. Вдобавок, девушка была уже практически со всех сторон окружена гоблинами, у многих из которых были копья. Любая попытка побега была бы обречена на провал, а насколько суровым будет наказание за такое бывшая помощница хозяйки боялась даже представить.       Несколько раз хорошенько пнув невольницу древками копий, гоблины смогли заставить её согнуться. Их предводитель подошёл к ней сзади, вытащил фиксировавший проходящую через вставленный в её нутро посторонний предмет, штифт. После чего жестом пригрозил собравшимся вокруг сородичам. Теперь верёвка осталась закреплена только к ошейнику девушки и превратилась в полноценный поводок. Обойдя Ингрид спереди, главный гоблин начал тянуть за эту верёвку вынуждая пленницу разогнуть колени и направить своё туловище вперёд.       Когда невольница немного приподняла свои ягодицы, зелёные карлики по команде своего вожака начала размыкать её ноги в разные стороны. Потянув сильнее, предводитель подгорного народа заставил Ингрид окончательно потерять равновесие, после чего она упала лицом на траву.       Теперь у её тела было три точки опоры, передняя часть туловища с головой и шеей и пара широко расставленных колен. Главный гоблин вновь подошёл к девушке сзади и под одобрительные крики извлёк из её промежности посторонний деревянный предмет.       В этот момент Ингрид, впервые почувствовал своё нутро свободным от присутствия чего-либо, тем не менее прекрасно понимая, что произойдёт дальше. Цепляясь когтями за колготки невольницы, оставляя на девичьей коже новые кровоточащие порезы, опираясь ногами на заднюю часть её голеней, предводитель гоблинов поднёс свой член к её промежности. Под визг своих сородичей он погрузил свой не пропорционально большой половой орган в нутро пленницы.       Член предводителя подгорного народа почти сразу проник до самой матки Ингрид, после чего зелёный карлик начал водить его туда сюда. Девушка застонала от возбуждения и боли. Эрегированный половой орган главного гоблина был заметно больше как деревянного предмета, так и членов его сородичей, что многократно изнасиловали её во время пленения.       Наконец дойдя до предела, предводитель кончил внутрь своей жертвы. Горячая сперма быстро наполнила матку девушки. Когда главный гоблин наконец извлёк член из нутра невольницы, сперма начала вытекать из её промежности вместе с небольшим количеством крови. Один из гоблинов подошёл к животу Ингрид и надавил на него, чтобы ускорить этот процесс.       Почти сразу после того как предводитель слез с пленницы, его место занял другой зелёный карлик, проделав то же действие, что и его собрат. Когда он кончил и сперма вновь наполнила матку девушки, на его место пришёл третий, а за ним ещё несколько десятков. Её крики и стоны отчётливо слышали большинство других пленниц. И одной из них была та самая бывшая носительница пик, её сверстница, которую гоблины приходили доить почти каждый день.       После завершения группового изнасилования на Ингрид почти не осталось живого места, казалось, через каждый дюйм кожи проходила полоса хотя бы одного пореза. Издавание тяжёлого дыхание вперемешку с рваными возгласами — всё, что могла сейчас делать бывшая помощница хозяйки, пока предводитель гоблинов вставлял в её, всё ещё полную спермы промежность, новый деревянный предмет, который был несколько большего размера, чем предыдущий.