You're a mess, but so am I

Солнце низко. Уже был вечер, но лучи всё ещё пробивались сквозь жалюзи. Тёплое тело лежало на Годо. Медленное и ровное дыхание указывало на то, что мужчина крепко спал. У Годо сложилось впечатление, что Феникс жил без сна уже долгое время, но он не обижался — напротив, был довольно горд тем, что смог усыпить его так эффективно. Годо так давно не чувствовал близости с другим человеком, кожа к коже, что казалось всё это другой жизнью. По сути, так и было, учитывая то, что произошло. Он забыл как это приятно и окунулся с головой, наслаждаясь каждым ощущением. Кто знал, что произойдёт, когда Феникс проснётся. Годо понимал, чего хотел, но не осуждал бы парня, если бы тот провёл черту. Годо лениво провёл пальцами по спине другого, медленно вверх и вниз, глядя незрячими глазами в пустоту. После финиша Феникс спросил, можно ли снять маску. От такого вопроса Годо почувствовал себя уязвимее всех людей на свете, но разрешил. Он не мог видеть реакцию Феникса, но нежное прикосновение и поцелуй в шрам, пересекавший нос и глаз, настолько же показательны, как и его лицо. Несмотря на его оболочку из грубости и сарказма, Феникс сумел выразить такую очаровательную, захватывающий дух реакцию. Однако когда мужчина спал в его объятиях, Годо бы отдал всё что угодно, лишь бы увидеть его без красного фильтра, в котором он видел мир. Во входную дверь постучали, стук выбил Годо из раздумий. Это не могла быть Труси: у неё были ключи, и Феникс упомянул, что она на ночёвке. Это значило только одно. Пытаясь не разбудить спящего, Годо выскользнул из кровати, обратно нацепил на себя маску, натянул штаны, покинул спальню и направился к входной двери. Один взор через глазок подтвердил все его опасения: вот и он, Кристоф Гэвин, вечно упрямый вредитель. Гнев опять закипел в Годо: гнев из-за ситуации, кафе, его дома. Но, честно говоря, больше всего он злился на блондина за то, что он впился когтями в Феникса так глубоко, при этом имел наглость вести себя так, словно он хотел как лучше. Годо желал схватить и задушить его, или ударить, или швырнуть вниз по лестнице, вообще что-нибудь, но знал, что сделает только хуже. Вместо этого Годо решил ещё больше разозлить мужчину. Он взъерошил волосы, дабы выглядели они немного неопрятно, затем открыл дверь и опёрся на дверной косяк с ухмылкой. Полуголый, одетый в одни штаны, растрёпанный — вся его внешность явно производила сильное впечатление, судя по совершенно шокированному лицу Гэвина. Он поджал губы, затем вернулся к своему холодному и собранному виду. — Опять ты. — Опять я, — подтвердил Годо с акульей улыбкой. — Чем могу помочь, Гэвин? Мы тут просто заняты. — Ясно, — ответил Гэвин. Его челюсть напряжена, несмотря на попытки держать лицо. — Мне казалось, что у Феникса высокие стандарты. Особенно после скандальных новостей о твоём заведении. — О, значит у парня есть мозги, не так ли? — усмехнулся Годо. — Все знают правду. Тебе это особо очков не прибавило. — Понятия не имею, о чём ты говоришь. — Кристоф почти выглядел искренним, если бы не проблеск презрения в его глазах. — Но я так или иначе должен отблагодарить тебя, — продолжил Годо, игнорируя вопрос. — Из-за твоего вмешательства, возможно, я и столкнулся с экономическими проблемами, не спорю, но в итоге я здесь и осознал важность некоторых вещей. Так что спасибо, Гэвин, я у тебя в долгу, — смеясь в лицо остолбенелого мужчины, Годо захлопнул дверь и ушёл обратно в спальню. Он опять заполз в кровать, обхватил сильными руками Феникса, прижимая к себе. Брюнет поднял голову и поцеловал того в подбородок: — Остаёшься? — спросил он тихо, в одном лишь слове хранилось столько искренности. — Навсегда, — ответил Годо, не раздумывая. Впервые за все годы он был как «дома». ∗∗∗ — Как такое произошло, Феникс? — Годо не ожидал видеть своего возлюбленного за стеклом следственного изолятора, а тревога переполняла всё его тело. Тот был обвинён в убийстве, а Годо не мог ничем помочь: значка же у него было. Он даже не знал, насколько сильны были аргументы прокурора, или кто в принципе был на стороне обвинения. Эджворт был в курсе, но как-никак находился в Европе. Даже если бы он был готов бросить все дела и сесть в следующий рейс самолёта домой, он всё равно не прилетел бы вовремя, да и точно бы отказался от такого нашумевшего дела. Хоть и казалось, что Эджворт уверен в своих силах, Феникс отговорил его прилетать, уверяя, что всё у него под контролем. И до сих пор Феникс выглядел по-странному уверенно, можно сказать, триумфально. Это напоминало то, что Годо видел в глазах брюнета много лет назад в суде: решительность, поглощённую под руководством Мии. — Сейчас это неважно, — ответил Феникс, улыбаясь ему. — У меня всё под контролем, вот увидишь. — Феникс, тебя буквально обвиняют в убийстве. Как ты можешь быть таким спокойным? — Не волнуйся, просто доверься мне. Годо вздохнул, откидываясь на спинку стула: — Ты меня скоро до смерти доведёшь, котёнок. От такого обращения Феникс улыбнулся. До того как он смог ответить, кто-то прокашлялся сзади Годо, от чего оба мужчины подняли взгляд. Кристоф Гэвин. Постоянно, постоянно этот Кристоф Гэвин. Годо сразу же встал между Фениксом и Гэвином, словно блондин мог достать брюнета через стекло и вцепиться в его глотку. — Какого чёрта ты здесь забыл, Гэвин?! — Успокой своего сторожевого пса, Феникс, — ответил Гэвин холодно. — Я здесь, чтобы помочь. — Всё хорошо, Диего, — Феникс успокаивает его, — я позвал его сюда. — Ты что?! — Годо обратно повернулся к своему партнёру, не веря своим ушам. — Ты в своём уме? Мы это уже обсуждали раз за разом, Феникс! — Если позволите, — начал Гэвин, подходя к стеклу, но Годо не дал ему пройти, рыча, словно сторожевая собака, как его, собственно, и назвали. — Отвали. Сейчас же. — Диего, — повторил Феникс, — всё в порядке. Прошу, просто поверь мне, хорошо? Годо выглядел готовым к драке с блондином. Они сосредоточились друг на друге, напряжение в воздухе росло, пока наконец Годо не отступил, колеблясь. Он доверял Фениксу, но нисколько не доверял Гэвину. — Итак, — Гэвин начал, приблизился и сел на покинутый Годо стул, притворяясь, что того и вовсе не было в комнате, — ты хочешь меня нанять? — Нет, не тебя, а твоего протеже, — уточнил Феникс. — Тот шумный пацан. Гэвин нахмурился: — Ты… ты уверен? Я имею в виду, Джастис — способный и талантливый парень, но он никогда ещё не защищал никого. Он только мой ассистент. Это очень громкое дело для первого раза. — Я верю в него, — промолвил Феникс, пожимая плечами и беспечно улыбаясь. — Что-то я не уверен, Феникс, — подал голос Годо. — Мы знаем много опытных адвокатов, тебе не стоит полагаться на новичка. — Всё будет хорошо, — Феникс отмахнулся от комментария Годо, — вот увидишь. У Годо не имелось столько веры как у его партнёра — ни разу в жизни он не видел этого парня, взятого под крыло Гэвина. Да и сам факт того, что он работал на блондина, беспокоил беловолосого. — Ну хорошо, — сказал Гэвин, вставая со стула. — Тогда я проинформирую его о деталях дела. Увидимся завтра в суде. — Жду не дождусь, — с улыбкой попрощался Феникс, и только триумф в его глазах мотивировал Годо не терять её. Как только Гэвин ушёл, Годо начал пялиться на Феникса, что было легко заметить, несмотря на закрывающую пол лица маску. Феникс повернулся к нему, всё ещё улыбаясь: — Что? — Ты и сам знаешь. Выкладывай, что ты задумал. — О, но тогда же не будет весело, разве нет? Годо фыркнул: — Ты знаешь, что бываешь невыносимым? Феникс опять ухмыльнулся ему: — И всё же ты тааак сильно меня любишь. — Следи за языком, сопляк, — проворчал Годо, но не злобно — он и сам слегка улыбался. — Мне надо уходить: Труси ждёт дома новостей. — Хорошо, — сказал Феникс, вставая. — Скажи ей навестить меня до окончания часов посещений, ладно? Годо нахмурился, но затем кивнул: — Хорошо. Увидимся завтра, Феникс. На выходе Годо погрузился в раздумья. Беспокойство заполонило его разум, несмотря на явную уверенность Феникса. Он надеялся, что всё получится, чтобы его партнёр там ни задумывал. Выйдя из следственного изолятора, он свернул направо к автобусной остановке, но заметил стоящего рядом с машиной Гэвина, разговаривавшего по телефону. Годо замер на минуту, размышляя, затем ноги сами по себе начали импульсивно подходить к блондину. Вот и оно: то, чего он так долго ждал. — Эй, Гэвин. Мужчина повернулся и поднял бровь: — Что ты- Прежде чем он смог вставить хоть слово, Годо ударил его прямо в лицо, причём так сильно, что Гэвин отшатнулся к машине. Захваченный врасплох, он не смог сказать или сделать что-либо в ответ, да и Годо уже двинулся дальше, встряхивая свою руку с довольной улыбкой.