Падение Луны

Andy Black - Ribcage

      «С тяжелым испытанием столкнёшься ты в этом походе, Леголас, сын Трандуила. Отныне и от тебя зависит исход Средиземья, ибо призраки прошлого пойдут за тобой по пятам».       Эльфы редко посмертно славят воинов, но Исиль была редкостным исключением: она защищала королей. Правда сейчас это решение казалось ей далеко не верным, также как и читать истории о самой себе.       - Чушь, да и только, - сердито фыркнула эллет, захлопывая ветхую книгу.       Ее очень сильно раздражало бездействие, с ее прибытия в Изенгард уже прошло две недели, но Саруман не отпускал ее за его пределы, настаивая на укреплении тела и получении свежих новостей. У белого мага повсюду были шпионы, но именно сейчас он нацелился на Рохан и уже был готов завладеть этой страной, если бы не появление другого мага.       Гэндальф появился, словно неожиданный первый снег ранней осенью, и дал отпор Саруману, чего тот не мог потерпеть. Исиль не приходилось раньше сталкиваться с магами, во времена ее жизни об Истари еще не было ничего известно, но судя по тому, что Гэндальф одолел Сарумана, он очень опасный противник, и сталкиваться с ним не стоит.       У Исиль было множество сомнений о ее воскрешении, и волшебник не мог дать ответов на ее вопросы. Она не знала воскресла ли она окончательно или что-то лишь временно поддерживает в ней жизнь, так же, как и не знала, что на этот раз обернется ей после смерти: Чертоги Мандоса или Мир Теней.       Отвлекая девушку от этих раздумий, Саруман готовил ее к реальному бою. Он считал ее еще слабой, что жутко раздражало эльфийку: она снесла с десяток голов урукам и оркам чтобы доказать, что она не слаба, но мага это не убедило, и потому она сидела взаперти, дабы не нарушать продуманные планы Сарумана.       - Долго мы собираемся бездействовать? – раздраженно проговорила Исиль, сметая старые книги со стола. – Ты выслал отряд орков еще с неделю назад, а меня оставил гнить здесь! Теперь еще серый волшебник вытесняет тебя из Рохана. Ты теряешь позиции, Саруман.       Последние слова ядом слетели с ее губ. Белый маг стоял у постамента с палантиром, не обращая ни малейшего внимания на поведение эльфийки.       - С тем войском, что у нас есть, им все равно не устоять, - его голос источал хладнокровие и равнодушие, будто не его сломила воля Гэндальфа ранее. – К тому же твое присутствие на поле битвы весомо ослабит их бдительность.       - Неужели ты меня, наконец, отпускаешь, как безродную собаку с цепи, - вновь оскалилась эллет, почти в плотную подходя к Саруману.       - Ты сама рвалась в бой, теперь я даю тебе этот шанс и надеюсь, ты не подведешь меня, - маг повернулся к девушке, призывая взглядом успокоиться, а затем вновь уставился в палантир. – Скоро к нам прибудут гости.       Исиль выглянула во всевидящий камень и мельком увидела человека, скачущего на коне сквозь безлюдную степь.       - Только зря загоняет лошадь, - фыркнула она, снова падая в кресло за столом мага.

***

      Грима Гнилоуст залетел к подножию башни Ортанка, сметая все на своем пути: Саруман уже ожидал его. Белый маг стоял на ступенях, свысока взирая на шпиона, опустившегося перед ним на колени.       - Мой господин, - советник подполз еще ближе и дрожащими руками прикоснулся к подолу белых одеяний. – Король Теоден был излечен колдуном, его сопровождающие выдвинулись вместе с королем в Хорнбург.       - От тебя нет никакой пользы, - разгневанный голос Сарумана отражался от каменных сводов башни. Он молчаливо наблюдал за дрожащим слугой, а потом презрительно оттолкнул его от себя, пуская по ступеням.       Исиль стояла позади волшебника, разглядывая кряхтевшего на земле человека, пока, наконец, не спросила:       - Кто его сопровождал?       - Человек из Дунэдайнов, гном и эльф, - Грима утер кровь и поднял очарованный взгляд на эльфийку.       - Эльф, - протянула она, не обращая ни на кого внимания. – Откуда он был?       - Я… не знаю, - безумный взгляд советника в непонимании блуждал от Сарумана к Исиль.       - Действительно никчемное создание, - зло усмехнулась девушка, одним только взглядом заставляя Гриму стыдливо опустить глаза. – Нет надобности в таком шпионе, Саруман.       Белый маг, что до этого молчаливо стоял, лишь промолвил:       - Шпион он хоть и дрянной, но раб из него выйдет отличный.       Саруман спустился по ступеням и прошел уже знакомой эльфийке дорогой к орочьим казармам. Орки, находящиеся там, сразу же всполошились едва завидели хозяина.       - Отправь свой отряд дорогой на Хорнбург, - отдал приказ волшебник орку, что подошел к нему. Саруман молчаливо оглянулся на эльфийку в размышлении. – Она пойдет с ними. Умрите, но ослабьте их ряды до прихода войска.       - Что же и мне придется отдать свою жизнь? - засмеялась Исиль, возвращаясь вместе с волшебником к башне.       - После того как покинешь Изенгард, ты вольна избирать свой путь, - останавливаясь посреди пылающих кузниц, ответил Саруман. – Ты поведешь атаку на караван смертных, а дальше поступай, как знаешь, но не забывай о нашем уговоре: кольцо должно быть моим.       - Как скажешь, - Исиль остановилась и уже собиралась идти в выделенные ей покои, как маг опять заговорил:       - За все время ты ни разу не задавалась вопросом, почему мы ищем кольцо. Судьба твоего народа и мира настолько тебе безразлична?       - Игры волшебников меня не волнуют, - эльфийка вновь повернулась к Саруману. - Ты сам вернул меня из мертвых, так что к судьбе своего народа и мира я не имею никакого отношения. Я всего лишь исключение из всех принятых правил, и поэтому рано или поздно я верю, что наказание за все, что я совершила и совершу, все равно настигнет меня. А до тех пор я хочу узнать все ответы на свои вопросы.       Между ними повисла неловкая тишина.       - Ты считал, что знаешь меня, но теперь все это не имеет ничего общего с тем, что я сказала тебе, не так ли? - впервые за все время Исиль искренне улыбнулась.       - Ступай, - наконец, ответил Саруман и ушел.

***

      Исиль никогда не вела никого на бой, она никогда не была выдающимся воином и никогда не ставила свою жизнь на кон, ради чьего-либо спасения. Но за последние три тысячи лет жизнь все расставила по своим местам: больше она не боится смерти ни своей, ни кого-то другого.        Вопреки своим опасениям, орки охотно следовали за эльфийкой и исполняли ее приказы. Только однажды увидев ее в гневе, в сердце каждого закрался глубочайший страх испытать силу ее меча. Она лишь пыталась отделаться от внезапного излишнего внимания и заботы белого мага, однако едва ли отрубленные головы орков приносили желаемое успокоение.        Внезапные приступы гнева на грани безумия начали одолевать Исиль несколько дней назад, и пылающей болью они отдавались в правой руке: метка разрасталась, будто пускала корни и отравляла кровь изнутри.       За несколько часов их немногочисленный отряд пересек броды Изена, а затем и Врата Рохана, оставалось лишь вопросом времени выследить караван. Варги обнаружили свою добычу за несколько километров. Исиль отправила свой отряд выслеживать караван, а сама отправилась в одиночку наблюдать издалека. Она не привыкла бросаться сломя голову в битву, вместо этого эллет лишь решила проследить за сражением, оценить шансы и продумать свой следующий шаг.       Верхом на черном варге Исиль остановилась совсем недалеко от места сражения, но заметить ее было не так уж просто: подгорный ручей разрубал собой гору, а за спиной восходило утреннее солнце, скрывая облик эльфийки от ненужных глаз.       Варги преодолевали степь поразительно быстро, но лучник со стороны медленно идущего каравана метко отстреливал орков. Губы Исиль слегка изогнулись в улыбке: три тысячи лет она жаждала встречи именно с ним. Она достала лук, сделанный специально для нее орочьими кузнецами, из-за спины и медленно натянула стрелу на тетиву. Ее целью не была его смерть: он не должен умереть так легко. Она опустила стрелу и та метко полетела прямо, рассекая воздух прямо у лица лучника.       Даже издалека Исиль заметила, как в испуге округлились глаза эльфа. Он проследил взглядом откуда прилетела стрела, но увидел лишь силуэт, освещаемый солнцем. Вокруг него сцепились в схватке люди, орки, варги и кони, но его взгляд был прикован лишь к ней.       Исиль продолжала лишь наблюдать: она сразу заприметила дунэдайна и гнома, о которых говорил Грима. Человек вот-вот был готов пасть, но отделался лишь падением со скалы. Со своей позиции ей было отчетливо видно, что падение не принесло страннику смертельных ран. Набег орков отбили достаточно быстро, на что и рассчитывала эллет, среди орков никогда не было великих стратегов. Однако весть о пропаже следопыта скорбью и ужасом разносилась по полю минувшей битвы.       Орк сбивший его со скалы привлек внимание эльфа и гнома, и с нахмуренными лицами они слушали его предсмертные агонии. Очередная вспышка гнева блеснула в глазах Исиль, и она, не раздумывая, пустила очередную стрелу прямо в горло орка.       - Совершенно не умеют держать язык за зубами, - раздраженно прошепела эльфийка, с высоты взирая на уцелевших воинов. Взгляд эльфа все еще блуждал по ее телу, но она знала, что солнце все еще ослепляет ее со спины, и он не может ее разглядеть. В его глазах читались сотни эмоций: от злости и печали по павшему товарищу до непонимания происходящего.       - Drego, - отрешенно проговорила Исиль, слегка пришпоривая черного волка. Он медленно развернулся, и они растворились в свете утреннего солнца.