Падение Луны

Starset - MANIFEST

      Леголас с необъяснимым страхом и опаской подобрал с каменного пола оброненный эльфийкой кинжал, украшенный лунными камнями и жемчугом. В душе он боялся сам себе признаться, что клинок ему знаком, ведь он сам когда-то заказал парные клинки у лучшего кузнеца специально для своей возлюбленной. На общем фоне суматохи вокруг роханской принцессы Леголас был тих и угрюмен, он все еще не мог отвести взгляд от кинжала.       - Его не должно быть здесь, - тихо произнес он, совсем не заметив, как настороженно на него посмотрел Арагорн.       Эльфийский принц спрятал кинжал за пазухой и под недоумевающими взглядами друзей в спешке покинул покои Эовин. Он старательно пытался придумать оправдание всему уведённому, но все созданные им иллюзии тут же рушились, когда он нащупывал рукой лунный кинжал. В попытке привести мысли в порядок Леголас вышел на улицу, где холодный ночной ветер тут же ударил в лицо.       Взгляд его упал на восток: за сбежавшей девушкой даже никого не послали, все были слишком ошеломлены происходящим. Отрицать было бесполезно: это без сомнений была она.       - Man le trasta, mellon nîn? - Арагорн осторожно подошел к другу и в успокаивающем жесте положил ему руку на плечо: в первые за все время он видел Леголаса таким встревоженным.       - I elleth istannen le anim, - сам себе не веря, произнес лихолесский принц.       - O man pedich? - встревоженно спросил Арагорн, так же обращая свой взор на восток.       - Ithil nîn, - голос Леголаса дрогнул, будто он вот-вот заплачет от безутешного горя. - Все-таки она не нашла покой после смерти.       - Разве такое возможно? - следопыт в изумлении отшатнулся.       - Что-то грядет, - отрешенно проговорил принц, и взгляд его снова пал на восток: под лунным светом он все еще видел очертания силуэта девушки.       Леголас недвижимо простоял на одном месте всю ночь, почти пропустив отъезд Гэндальфа и Пиппина. Сердце его было в смятении и неумолимо звало домой, в Лесное королевство. Что-то внутри него истошно кричало о приближающейся опасности на его родной край, и этой опасностью была она.       - Что же случилось с тобой? - сам себе прошептал он.       Он все еще отчетливо помнил тот день, когда она покинула его, и как несколько лет спустя пришла весть о ее гибели. Весь мир тогда перестал для него существовать и многие годы и столетия от него по замку бродила лишь тень. Только Тауриэль, командир стражи, помогла ему обрести покой, навсегда став верным другом и соратником.       Похороненные глубоко в сердце воспоминания неприятно бередили душу, вновь разбивая ее на осколки.       Исиль была единственной, кто смог приструнить его дурной нрав в молодости, и уже только этим была особенна. Лунный свет одарил ее прекрасными серебряными волосами, сам характер был такой же непредсказуемый, как и Тилион направляющий лунную ладью. Она тянулась к тайным знаниям и утраченным сказаниям прошлых поколений, возможно поэтому Исиль не любила, когда отец заставлял ее браться за меч.       Вот почему приход Аннатара в Эрин Гален для нее был чем-то удивительным и волшебным: он дал ей те знания, которые она жаждала. Он обучил ее квенья - забытом и утерянном во времени языке, рассказал всю истории существования Арды, поведал о Бессмертных Землях. Она была воодушевлена им, как никогда прежде. И он очень не нравился Леголасу: от него так и веяло страхом, опасностью, силой. Его появление было столь неожиданным, как и его уход из королевства.       - Леголас, - растерянный голос Арагорна вернул принца в реальность. - Пора выдвигаться.       Леголас быстро собрал свою амуницию и в спешке вышел из дворца, где его уже ждали друзья. Путь до Дунхарроу занимал меньше дня пути верхом, и всю дорогу принц был глубоко в своих мыслях, даже на вопросы Гимли он отвечал сухо и вяло.       - Мне жаль, - проговорил Арагорн, державшийся рядом с друзьями.       - Нет, - с не присущей ему грубостью ответил Леголас. - Ты не знаешь ее. Она не стала бы этого делать.       Арагорн лишь тактично промолчал, он понимал, что разговаривать с другом о произошедшем не стоит. Так же как понимал, что Леголас всячески пытается оправдать эльфийку в своих глазах, несмотря на все беды, которые она принесла.       Принц много раз пытался себя убедить, что в Хельмовой Пади он встретил не свою невесту и возлюбленную. Даже когда пустил в нее стрелу, и она явила ему свое лицо, он всячески пытался думать, что это был лишь обман зрения.       - Глупо оправдывать ее, мой друг, - вновь начал непростой диалог Арагорн. - Столько смертей...       - Такую правду тяжело принять даже после того, как увидел все своими собственными глазами, но мое сознание все еще упрямо держится за ее светлый образ, который я оставил в памяти три тысячи лет назад.       - Как думаешь, какой будет ее следующий шаг? - следопыт понимал, как тяжело дается другу этот разговор, но не оставлял попыток узнать хоть что-то.       - Она и при жизни была достаточно непредсказуемой, а сейчас предугадать хоть что-то еще сложнее, - с каждой секундой разговора с разума принца будто спадала дымка наваждения, оставляя место лишь холодному расчету. - Однако сердце подсказывает мне, что она отправится на север.       - На север? - Арагорн в изумлении замер, пришпоривая коня. - Но все битвы ведут на восток...       - Она отправится домой, в Лихолесье, - заключил Леголас, печально улыбнувшись.       - Но... Что движет ей? - следопыт нагнал принца.       - Ты, кажется забыл значение слова месть, - впервые за все время вмешался в диалог Гимли, размеренно вышагивающий рядом и внимательно слушающий друзей. - Если она умерла много столетий назад при Дагорладе, то она захочет отомстить всем, кто в этом виновен, и сдается мне это явно не Темный Властелин.       - Нам нужно остановить ее, - внезапно всполошился Арагорн, беспокойно оглядываясь на Леголаса. - Мы не сможем сражаться на несколько фронтов, если она нагрянет с уцелевшей армией в Мордор или Гондор.       - Нет, - грубо отсек лихолесский принц, пришпоривая коня и оборачиваясь к друзьям. Сейчас на них смотрел с высоты своего роста истинный наследник Лесного королевства, приказ которого не терпел никаких возражений. - Никто из вас не тронет ее. Это только мое дело, и сражать с ней буду лишь я.       Остаток пути Леголас провел в тишине и молчании, совсем ни на кого не обращая внимания и все глубже погружаясь в забытые воспоминания. Он все думал, почему сейчас обернулось все именно так. Прошло больше трех тысячелетий с последней вести о смерти Исиль, а сейчас, как ни странно, она воскресла из мертвых как раз во время возвращения Саурона в Средиземье. Леголас чувствовал, как упускает что-то важное из всей истории, но что именно, он понять не мог. Он знал лишь одно, что во что бы то ни стало, он должен вернуть Исиль на правильный путь. Едва эта мысль промелькнула у него в голове, как черная тень пронеслась над стремительно передвигающимся воинством Рохана, исчезая за горизонтом.