Снова выбирая тебя

Бессмертная любовь — Сияющая нить Связала две души, И нас не разлучить.

Пять? Кларк хотела уже спросить при каких обстоятельствах и что чувствовала тогда брюнетка, но та не дала ей сказать ни слова. Лекса быстрым движением приподняла голову и захватила губы Кларк в долгий поцелуй. Гриффин что-то промычала и принялась прижиматься к Лексе поближе, запуская свои руки в ее мягкие шелковистые пряди. Лекса явно оценила подобный порыв и улыбнулась сквозь поцелуй. — Давай отложим вопросы хотя бы на десять минут? — прошептала брюнетка, когда обеим пришлось оторваться друг от друга из-за нехватки воздуха. Обе громко дышали, или так казалось Кларк, потому что они находились слишком близко. Блондинка даже чувствовала сердцебиение Лексы, и ее собственное сердце начало стучать в такт с этим ритмом. — Если ты думаешь, что нам хватит десять минут, то ты глубоко заблуждаешься. — в итоге ответила Кларк и набросилась на Лексу с ответным поцелуем. В глазах Майерс зажегся огонь, и Кларк поняла, как сильно ей этого не хватало. Не хватало этой будоражащей атмосферы, которая начала царить в воздухе вокруг девушек, не хватало ощущения мягких губ на своих собственных, не хватало этого языка, который начал царствовать внутри ее рта, переплетаясь с ее. Когда Лекса резко сменила позицию, перевернув Кларк на спину и нависнув над блондинкой, та не смогла сдержать довольный стон, эхом отбившийся от стен. — Тише, дорогая. — усмехнулась Лекса. — Ты же не хочешь, чтобы твои умопомрачительные стоны слушал весь офис? — Что-то мне подсказывает… — Кларк медленно облизнула свои губы, удовлетворенно заметив, как взгляд Лексы стал еще похотливее. — …что ты совсем не против, чтобы все знали, чем мы тут занимаемся. Heda. Огонь в изумрудных глазах зажегся еще ярче, и Кларк была более, чем довольная собой, когда знакомые руки проникли под ее белую шелковую блузку, которую Кларк надела сегодня на работе. Не задерживаясь на животе, они продолжили свой путь, достигая бюстгальтера. Одной рукой расстегивая застежку, а второй зажимая одну из грудей, Лекса дотронулась губами до шеи Кларк, от чего та дернулась всем телом и еле-еле удержала стон, просящийся вырваться наружу. — Нет, Klark com Skaikru*. — прошептала Лекса, достигнув уха и прикусывая мочку. — Я совсем не против. Через секунду блузка Кларк оказалась на полу, и блондинка была уверена, что потом не досчитает пуговиц. Лифчик через вторую секунду оказался там же, а обе руки Лексы продолжили играться с ее грудями, в то время как губы снова завлекли в поцелуй. Где-то на подкорке сознания, Кларк заметила, что сегодня ее лифчик был кружевным, а ведь она этого даже не заметила, когда надевала сегодня утром. Слишком торопливо, оттого неуклюже, блондинка принялась раздевать саму Лексу. Лекса весело рассмеялась, когда Кларк не смогла расстегнуть ни одну из маленьких пуговиц на ее рубашке, а разорвать предмет гардероба, как это сделала брюнетка, почему-то не додумалась, и на минуту отстранилась, чтобы самой снять ставшую ненужной деталь. С застежкой белого бюстгальтера Кларк смогла справиться сама. Как брюки Лексы и классическая юбка Кларк вместе с оставшимся на их телах нижним бельем оказались на полу рядом с остальным, блондинка уже не помнила, потому что полностью отдалась процессу. Ногтями впиваясь в кожу спины брюнетки, Кларк мечтала о том, чтобы длинные пальцы Лексы оказались у нее внутри, а не продолжали играть с ее сосками. — Лекса, прошу… — взмолилась Кларк, когда брюнетка, почти не касаясь, провела двумя пальцами по половым губам, ногтем задевая клитор. Бедра Кларк начали жить собственной жизнью, поднимаясь то вверх, то вниз и пытаясь насадиться на пальцы, но Лекса, словно назло, отводила их каждый раз подальше, и Кларк уже была готова зарычать. — Да? Ты чего-то хочешь, Кларк? — непринужденным тоном поинтересовалась брюнетка, целуя Кларк в шею и прикусывая нежную кожу зубами. — Если ты сейчас же не… О, Боже! — слишком громко воскликнула Кларк, когда Лекса нажала пальцами прямо между половыми губами. Кларк чувствовала, как все тело горело, словно она находилась в эпицентре пожара. На каждое прикосновение, она выгибалась дугой и чуть ли не плакала, чувствуя неимоверное желание. Последний секс у нее был два года назад, в баре. Секс на одну ночь, ничего больше, и Кларк даже не подозревала, как ей не хватало подобного рода контакта. А может, все дело было в Лексе, которую она хотела всегда. Вероятно, так и было. — Ты перепутала, меня зовут Лекса. — усмехнулась брюнетка на реплику Кларк и, не снова не дав Гриффин хотя бы сформулировать достойную фразу в ответ, резко ввела один палец внутрь, перестав играть. В этот раз стон Кларк наверняка услышал бы не только офис, но еще и все здание, а может даже и весь город, но Лекса вовремя успела перехватить его губами, снова целуя блондинку. Зеленые глаза светились радостью — слишком долго Лекса ждала этого момента. Как только она вспомнила свою прошлую жизнь, то первой ее мыслью было — где Кларк? И сейчас, чувствуя отдачу и слыша стоны блондинки, в душе Лексы впервые за много лет появлялось тепло. — Сильнее, прошу… Лекса, мать твою, трахни меня уже! — не выдержала блондинка, когда почувствовала, что одного пальца ей крайне мало. Лекса же рассмеялась и выполнила просьбу, заставляя Кларк еще сильнее выгибаться дугой и закатывать глаза. Тело Кларк забилось в конвульсиях, а ногти настолько сильно впились в спину Лексы, что та зашипела сквозь зубы, но не стала прерывать Кларк. Когда блондинка оказалась уже на грани и собиралась закричать, Лекса снова прильнула к ее губам, вовлекая язык Кларк в страстный танец. Пытаясь отдышаться от самого сильного оргазма в этой жизни, Кларк мягкими движениями проводила ладонями по спине Лексы, особое внимание уделяя пострадавшей кожи от ее ногтей, и чувствуя, как брюнетка также подходит к концу. Гриффин нашла в себе силы ей помочь и мягко провела руками по ее спине, меняя позицию. Своим языком она медленно скользила по смуглой коже, большим пальцем нажимая на клитор. — Моя очередь. — хрипло прошептала Кларк и прикоснулась губами к складкам Лексы, вырывая у той вздох. — Не останавливайся… — прохрипела брюнетка, зажимая в своей руке блондинистые волосы, а Кларк улыбнулась. Останавливаться она не собиралась и проникла языком внутрь, от чего Лекса дернулась, словно от электричества. Гриффин только ликовала внутри от понимания, что брюнетка находится на пике блаженства из-за ее действий. — О, боги… — хрипло прошептала Лекса, когда оргазм настиг ее и закинула голову назад, подтаскивая к себе Кларк и переворачиваясь на бок. — Почти двадцать. — вдруг сказала Кларк, бросая взгляд на настенные часы. — Что? — Нам понадобилось почти двадцать минут. — Кларк, ты серьезно? — выражение лица Лексы было настолько удивительным, что блондинка не удержалась и громко рассмеялась, в то время как брюнетка с ласковым взглядом наблюдала за Кларк и улыбалась, накручивая на палец белокурый локон. — Я скучала. Два слова вырвались случайно, но Лекса о них ни капли не жалела. Она действительно скучала по этому смеху, по голубым глазам, по нежной коже возлюбленной и даже по ее характеру. Когда к ней две недели назад в кабинет постучался Нико и сказал, что к ним на работу собирается устроиться Кларк Гриффин, она подумала, что это какая-то шутка. Конечно, она уже знала о существовании Кларк. Первым, что она сделала, когда появилась возможность, это нашла как можно больше информации о лидере Небесных людей в этом мире. И ее ни капли не удивил тот факт, что Кларк снова играет за другую сторону. Видимо, это их судьба — всегда быть врагами, которые сгорают от любви друг к другу, а потом находят время, чтобы побыть вместе и на пару минут забыть о собственных ролях в игре жизни. — Почему ты не нашла меня? — спросила Кларк, когда перестала смеяться. Взгляд Лексы резко стал серьезным, а сама девушка отвела глаза, принявшись рассматривать потолок. — Я нашла. Первый раз, когда я тебя увидела вживую, было около пятнадцати лет назад. Ты сидела на качелях, разговаривая с другой девочкой, а я стояла за деревом, наблюдая. У тебя еще были два милых хвостика по бокам. Кларк задумалась, пытаясь вспомнить тот день. В десятилетнем возрасте она часто гуляла во дворе с Октавией, дом которой был напротив. И Эбигейл действительно заплетала ей хвостики, потому что Кларк не нравились косички. Она искренне считала, что они ей не идут. — Ты не подошла. — Нет. Кларк перехватила руку Лексы, палец которой все еще продолжал накручивать на себя локон, и сжала своей, притягивая к себе взгляд брюнетки. Приняв сидячее положение, Гриффин внимательно наблюдала за реакцией Лексы, которая сегодня перестала скрывать свои эмоции за каменной маской. — Почему? — Я хотела. — кивнула сама себе Лекса. — Но перед тем, как найти твой адрес, я нашла всю информацию о тебе и твоих родителей. Я искала ее в компьютере отца, и он, видимо, зашел в историю браузера. Конечно, потом на меня посыпались вопросы, а потом они решили мне все рассказать. Наверное, им показалось разумным рассказать все факты десятилетнему ребенку, чем ему что-то запрещать. — Разве, по идее, не должно быть наоборот? — Кларк вспомнила, как Эбигейл просто запрещала ей гулять после одиннадцати, ничего не объясняя. Но Лекса покачала головой. — Нет, Кларк. Я все вспомнила в пять. Я уже не была ребенком. Да, я продолжила играть в свои детские игрушки, чтобы не вызывать подозрений, но всегда слишком внимательно слушала разговоры родителей или новостные передачи. Начала читать научные книги, историю… все, что казалось мне интересным и все, что не могла узнать там. — Кларк не надо было спрашивать, чтобы понять, что под словом «там» Лекса имела ввиду прошлую жизнь. — У меня было тело ребенка, но мозг человека, который прошел слишком многое, чтобы действительно интересоваться мультиками. Родители это заметили. Пусть не сразу, но заметили. Потащили меня сдавать какой-то тест на IQ. Лекса тепло усмехнулась, и Кларк поняла, что несмотря на свою память, своих родителей она, если даже не любила, то хотя бы ими дорожила. — А потом, получив результат, переглянулись и насели на меня с учебой. Репетиторы, курсы… Наверное, они хотели сделать из меня гения. — А разве ты им не была? — притворно удивилась Кларк. — О, теперь ты перешла на комплименты? Браво, Кларк. — засмеялась Лекса, и девушка легонько шлепнула ее по руке, но брюнетка от этого засмеялась еще сильнее. — Так вот. Я уверена, что они решили мне все рассказать начистоту только потому, что, по их мнению, я отличалась от других своим интеллектом. — Я, конечно, все понимаю, но ты им реально отличаешься. Что ты так на меня смотришь? Это слова Индры. Лекса смущенно заморгала. — Но это не ответ на мой вопрос, Лекса. — вернулась обратно к теме Кларк. — Нет, но это тоже было важно. Как ты уже знаешь, я узнала все сразу и о вражде, и о наркотиках, о частых перестрелках между моими людьми и твоими. Родители не забыли, что я ребенок, поэтому рассказали немного другими словами, но до меня дошел смысл. Однако, я все равно решила тебя найти, чтобы хотя бы один раз на тебя посмотреть. А потом, глядя на твои хвостики и яркие голубые глаза, я поняла, что не смогу. — Что? — не поняла и нахмурилась Кларк. — Ты моя единственная слабость, Кларк. — Лекса привстала, опираясь на согнутый локоть. — Если бы я тогда к тебе подошла, и наши жизни снова оказались бы связаны, я бы не смогла защитить своих людей. И пусть, тогда, вероятно, твои люди и заслуживали хотя бы шанса, несмотря на некоторых индивидов, то в этот раз нет. Кларк закусила изнутри щеку, услышав явный намек на Финна, Беллами и Пайка. — А ты стопроцентно бы стояла на защите своих людей, и мне пришлось бы выбирать: твоя любовь или мои люди. Поэтому, я ушла, надеясь, что никогда тебя не встречу и смогу разлюбить. Кларк почувствовала горечь. — Ты… — еле смогла она произнести и почувствовала, как ее горло словно что-то зажимает, не давая дышать. — Ты смогла разлюбить? — Нет. Коротко, правдиво и ясно, и Кларк почувствовала, что снова может дышать. Она боялась даже представить, чтобы с ней было, если бы ответ был совершенно другим. Наверное, вернулась бы к одному из планов, а именно выбросилась бы из окна. — Скажи мне, Кларк. — привлекла ее внимание Лекса, и Гриффин увидела в зеленых глазах боль. — Что на самом деле ты здесь делаешь? Сначала Кларк не поняла, о чем именно спрашивает Лекса. Они ведь только что занимались любовью, так что она могла здесь делать? Тем более, Лекса сама пригласила ее в свой кабинет, чтобы обсудить здоровье Линкольна. А потом Кларк снова вгляделась в ее глаза, наполненные нескрываемой болью, и до нее дошло. Кларк Гриффин являлась единственной наследницей ее погибших родителей. Ей принадлежала почти что половина акции компании, с которой враждует Лекса. Кларк была дочерью тех, чьи люди наверняка убили много людей Лексы. Это были две вражеские стороны, которые спокойно пользовались огнестрельным оружием и решали свои разногласия радикальным способом. Кларк родилась врагом Лексы. И она должна, по идее, находится сейчас рядом с Кейном и Блейком и придумывать новые способы, чтобы победить монополию «Майерс». Но она сидела голой на диване в кабинете Лексы и собиралась с силами сказать то, что не успела в прошлой жизни. Она хотела сказать это еще тогда, но, когда они вернулись в Полис из Аркадии, Лекса занялась внутренними делами и у них была всего лишь ночь, во время которой они занимались сексом и снова признавались друг другу в любви. Кларк не успела. На следующее утро она бегала по комнате от Титуса с пистолетом, а потом тщетно пыталась остановить кровотечение от смертельной раны Лексы. Если бы у нее тогда было такое оборудование, как в этой жизни в больнице! Если бы был донор… Но ничего из этого у Кларк тогда не было, и ей пришлось наблюдать, как жизнь Лексы утекает, как песок сквозь пальцы. — Я… — начала Кларк, и поняла, что это даже сложно. Признаться в этом самой себе было легко, но сказать Лексе в глаза, означало поставить жирную точку. — Я должна сказать тебе кое-что важное, но можно сначала воды? Лекса молча поднялась с дивана и подошла к столу, где стоял графин с водой и несколько стаканов. Заполнив один, она все также молча и не сводя с Кларк внимательного взгляда, отдала стакан ей. Одним глотком блондинка опустошила стакан, только сейчас понимая, как ей хотелось пить. — Чтобы ты не собиралась сказать, Кларк, знай, что я это приму. — вдруг произнесла Лекса обреченным голосом, и Гриффин догадалась, что та уверена в том, что Кларк здесь ради своих людей и шпионажа. — Помнишь ты мне сказала, что я рождена, чтобы быть лидером? — вспомнила Кларк их разговор в шатре. Лекса кивнула. — Ты ошиблась. Я никогда им не хотела быть. Мне пришлось им стать. Тогда ты видела не настоящую меня, а оболочку, которую мне пришлось сшить и надеть. Когда я спустилась на землю, я была сломлена. До этого целый год меня продержали в одиночестве, потому что я всего лишь хотела спасти людей на Ковчеге. У нас кончался запас воздуха, но Совет не собирался говорить людям правду. И когда мой отец решил предать Совет и рассказать все людям, моя мать сдала его Совету. Отца выкинули в открытый космос, а я оказалась в одиночной камере, думая, что меня предал лучший друг. Лекса выглядела немного удивленной. Таких подробностей Кларк ей не рассказывала. — На земле мне не оставалось ничего, кроме как стать другой. Пока не появилась ты. Я влюбилась в тебя с первого взгляда. Ты действительно была рождена лидером, а я им стала, сломав себя и выстроив заново. В этом было наше отличие, но ты не могла этого заметить. Короче. — остановила сама себя Кларк и встала, оказавшись напротив Лексы. — Плевать мне на большинство из них, Лекса. Они слишком часто оставляли меня. Брюнетка моргнула. — Мне стало плевать, когда Беллами убил двести человек. Когда я уехала с тобой в тот день обратно в Полис… Я выбрала тебя, Лекса. Брови брюнетки со скоростью света поднялись вверх. — Выбрала тогда и выбираю сейчас. — Кларк сглотнула, а Лексе показалось, что она сейчас упадет. — Я пришла сюда, чтобы найти защиту, потому что Кейн собирается меня убить. Я пришла сюда, потому что на моих плечах не лежит чувство долга. Я пришла сюда, потому что теперь могу это сделать. Я пришла сюда, потому что теперь я только на твоей стороне. Oso throu daun ogeda*. Мы сражаемся вместе. Где-то далеко Лекса отчетливо услышала, как что-то сломалось, а потом с оглушительным грохотом вернулось на место, но стало еще крепче. Наверное, это перестроилась вселенная, навечно объединив две нити в одну. — Кларк… — ошарашенно прошептала брюнетка, а потом с силой обняла, не скрывая счастливых слез. — Только не задуши меня, пожалуйста, мне еще Линкольну томографию головного мозга делать. — с истерическим смешком и такими же слезами на глазах, прохрипела Кларк. — Значит, ты влюбилась в меня с первого взгляда? — Лекса, ты вообще себя видела со стороны на троне, с боевой раскраской и кинжалом в руке?