Снова выбирая тебя

Ты была права, Кларк, Жизнь это — не только борьба за выживание.

Рейвен согласилась. Как только она отошла от выпитого ею алкоголя, то Анья ей рассказала их план. План, в общем, был прост, особенно для Рейвен. Нужно было лишь взломать систему безопасности Ковчега, ввести пароли, которые достала Октавия, и выложить всю информацию компании в сеть. Однако, вероятность того, что пароли еще не сменены, было совсем маленькой, поэтому Рейвен уже готовилась взламывать абсолютно все. Наверное, программисты Ковчега уже и подтерли компрометирующие их снимки и электронные документы, но они, к счастью, также оказались на флешке Октавии. Поэтому, выложить их в сеть через сервер Ковчега Рейвен не составит никакого труда. Лекса и Индра планировали решить проблему без оружия своих людей. Хотелось решить все дистанционно, выдать сотрудников Ковчега полиции, а уже оттуда, используя многочисленные связи, сделать все, чтобы им был подписан если не смертный приговор, то пожизненное заключение. Единственное, некоторых людей им отдавать полиции не хотелось. Беллами Блейк, Финн Коллинз, Маркус Кейн, Диана Сидни и Чарльз Пайк. Эти пятеро стояли у истоков абсолютно всего и управляли всеми операциями, исследованиями и процессами. Остальные были лишь пешками в их руках, играя по их правилам. Поэтому, был разработан план перехват: Рейвен выкладывает все в сеть, в эту же минуту Ковчег окружает полиция, которой даст знак Лекса, и уже потом эти пятеро окажутся у них. Этот план устраивал абсолютно всех, кроме Октавии, которая хотела участвовать в перехвате, то ей никто этого не позволял. Точнее, Октавия практически уже добилась своего, когда Лекса твердо и емко произнесла: — No. Yu, Okteivia kom Skaikru, no gon op (прим. «Нет. Ты, Октавия из Небесных людей, сражаться не будешь»). Удивительно, но это подействовало. То ли дело было в том, что в тот момент Лекса выглядела довольно угрожающее, потому что спор Линкольна, Кларк и Октавии на счет того пойдет она или нет, длился уже полчаса, и Лексу он начал раздражать. То ли дело было в том, что в тот момент Индра показала Октавии кулак, и Блейк вспомнила свое обучение в прошлой жизни. В итоге, Октавия замолчала, хмуро кивнула и села на кресло, сложив руки на груди, а Линкольн послал Лексе благодарный взгляд. Кларк же посмотрела то на Октавию, то на Лексу, и спросила: — А так можно было? Лекса ответила ей пронзительным взглядом, на что блондинка только подняла вверх брови и улыбнулась, показывая, что такие взгляды Лексы уже давно ее не пугают. Брюнетка еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Ну или, что более вероятнее, не прижать свою невесту к стенке и не поцеловать, стирая эту улыбку. Но она не сделала ни то, ни другое, потому что вернула свое внимание на монитор компьютера, на котором светились неизвестные ей символы, значение которых прекрасно знала Рейвен и не переставала печатать, не обращая внимание на диалог. Сама Рейес в этот момент умело вводила коды, перепрограмируя программу. Где-то в глубине ее сознания вспылал мысль, что старые-добрые Монти и Джаспер наверняка справились бы быстрее. Но, они ничего не помнили, к сожалению. Никто из тех, кто помнил не мог дать объяснение — почему помнили именно они? Правда, Октавия заявила, что то, что помнят Лекса и Кларк — самое понятное, ведь они «как главные герои романа, в коротом жизнь их разводит, причинает боль, а потом, бац, творится волшебство, и они снова вместе». Кларк на эту фразу хлопнула себя по лбу, а Лекса тихо ухмыльнулась. Наконец-то на экране появились зеленые цифры, и Рейвен нажала на enter. — Все, босс, — откидываясь на спинку стула, сказала Рейвен Лексе. — Вы были правы — они изменили пароли, но я смогла их взломать с помощью кода в документах. — Отлично, — ответила Лекса и принялась листать файлы, попутная раздавая поручения. — Октавия, позвони капитану Сенджеру. Индра, Линкольн, подготовьте машины. Для перехвата они решили разделиться на пять групп, каждая из которых будет ловить одного конкретного человека. Рейвен оставалась в офисе, на всякий случай следя за тем, что происходит в сети, поэтому похитить Финна решила Кларк. Линкольн очень сильно хотел поехать за Беллами, но его остановила Лекса, заявив, что они должны не светится, а не убивать Беллами, что как раз и сделал бы Линкольн, на месте. Линкольну пришлось согласиться. В этот день время пробежало быстро, хотя потом Кларк сказала, что он казался ей самым долгим за последние десять лет. Все проходило гладко: продуманный план оправдал себя. Как только в новостях появились данные Ковчега, на улицах началась смута. Люди останавливались на дороге, тормозили машины, все смотрели на вывески, на экраны телефонов и телевизоров. Все знали о компании «Ковчег». Многие догадывались, что есть подземное, темное дно, но никто не ожидал таких подробностей. В небогатой, но и небедной квартире, человек, посмотревший новости громко рассмеялся. Его сын, испугавшись, забежал в комнату и недоуменно посмотрел на своего уже постаревшего отца. Тот перевел взгляд на сына, потом снова посмотрел на телевизор и сказал: — Все-таки есть то, что неизменно, — на старческом лице мелькнула ухмылка. — Не стоило вам вступать в заведомо проигранную битву. — О чем ты, отец? — Этому миру нужно лишь радоваться тому, что в этот раз они заодно с самого начала, — глубокомысленно ответил Данте Уоллес и облакотился на диван, так и не объяснив ничего своему сыну. — Запомни, Кейдж, перед тем как вступать с кем-то в конфронтацию, подумай о том, чем тебе придется заплатить. И, если это стоит твоей души, то лучше проиграй. Кейдж Уоллес вышел из комнаты отца задумчивым и удивленным, не знающим, что ответить своему отцу. Сам Данте только продолжил смотреть в телевизор, а перед его глазами стояли воспоминания о том, как его сын убил детей ради костного мозга. Данте грустно улыбнулся. Он отказался от президентсва компании «Везер» в свои двадцать лет, и компания обанкротилась через какие-то три месяца. Пусть он потерял свое богатство, известность, но его сын не стал чудовищем. Никто из сотрудников Ковчега не был готов к массовому приезду полиции и СПА. В этот день около трехсот человек были посажены под арест, и только пятеро из них оказались не внутри тюремных стен. — А вот и ты, мой дорогой муженек, — проворковала Рейвен, увидев связанного Финна. — Ты так обиделась на измену, что решила меня убить? — зло ухмыльнулся Финн. — Будь добр, закрой свой рот, — не сдержалась Октавия. — Как ты могла, Октавия! — закричал Беллами. — Как я могла?! — развернулась к брату Блейк. — Ты меня спрашиваешь, как я могла?! Это как ты мог?! Как ты мог сделать со мной такое? Мне было десять, ты, мразь такая! Десять! Да дело даже не в том, что это была я, на моем месте оказалась бы совершенно другая девочка, но тоже ребенок! Да как тебя вообще земля носит? — Не смей на меня повыша… — договорить Беллами не дали, Октавия с силой кинула в брата первое, что попалось под руку, а именно — бутылка воды, стоящая на столе. Попала она Блейку прямо в голову, отчего он потерял сознание. — Жаль, что не умер, — прокомментировала Анья. — Было бы эпично. — Мои родители в этом участвовали? — спросила Кларк, и все замолчали. Маркус Кейн поднял голову и посмотрел в глаза Гриффин. — Я думаю, ты знаешь ответ, Кларк, — ухмыльнулся бывший со-владелец Ковчега. — Разве не у тебя половина акций? Ты должна была быть с нами, Кларк, но ты предпочла нас предать. Интересно, что бы сказал на это твой отец? — Что я не дура, раз не ввязалась в такое дерьмо, — с ухмылкой парировала Кларк. Кейн поднял вверх брови. — Ты знаешь, что Джейк участвовал, Кларк… — Я надеялась, что у тебя хватит совести сказать мне правду. Жаль, я зря надеялась, — Кларк сложила руки на груди и посмотрела задумчиво на потолок, — Я видела данные, Кейн. Я знаю обо всех действиях моего отца в Ковчеге благодаря работе нанятого мной детектива. Ему не составило труда узнать обо всех действиях моего отца. Мой отец знал о подпольном бизнесе, иногда прикрывал тебе спину, как и моя мать. Но они оба даже понятия не имели о торговле людьми и экспериментами над ними же. Их имен нет ни в одной записи того времени, их лиц нет на видео с камер. Кларк оттолкнулась от столешницы и приблизилась к связанному Кейну, который теперь смотрел на девушку с откровенной ненавистью. Он понимал, что он никогда не покинет это место живым, но он надеялся, что сможет испортить жизнь Кларк ложью о ее родителях. — И самое интересное, знаешь, что, Кейн? Я знаю, кто их убил. Кларк резко дернула руку в сторону, и прозвучал выстрел. Диана Синглер, незаметно развязавшая свои веревки, уже хотела встать и побежать, надеясь выбраться, но пуля настигла быстрее, и женщина упала. — Опять она его украла… — тихо прошептала Лекса, а Индра, посмотрев на сидящую рядом брюнетку, сдержала смешок, который Лекса даже не заметила, не сводя глаз с блондинки, так как знала обо всех результатах работы частного детектива и знала, что именно сейчас чувствовала Кларк. — Она подложила взрывчатку на дороге, — кивнула головой на уже мертвую Диану Кларк. — Но велел ей ты, ведь мои родители ехали не сколько на встречу хирургов, сколько на тайную встречу с Найлой Карпер, представителем Полиса. Они знали, что ты что-то скрываешь, и переживали за свои и мою жизни, поэтому решили выйти из игры, попросив помощи у Полиса, но ты, конечно, был против и был настроен решить свою проблему радикально. И я ненавижу тебя, Кейн. Ненавижу. Ты в тот день сломал три жизни. — Признаешь, что я тебя сломал? — усмехнулся Кейн. — Нет, — твердо ответила Кларк, вызвав недоумение у Кейна. — Моя мать была беремена. Кларк выстрелила ему прямо в коленую чашечку, зная, что таким образом принесет ему жгучую боль. Маркус громко закричал, и не прекращал кричать еще пять минут, после чего прозвучал еще один выстрел — Кларк покончила со своим прошлым, выстрелив ему в голову. — С меня хватит. Остальные — ваши, — махнула на оставшихся еще вживых трех пленных Кларк и в полной тишине вышла из комнаты. Лекса молча вышла следом.

***

Чувствуя тепло Лексы, Кларк начала расслабляться. День был невероятно сложным, было потрачено слишком много эмоций, после чего ее захватило опустошение. Кларк обессилено положила голову на плечо Лексы и закрыла глаза. — Вот бы этот момент длился вечно, — прошептала Гриффин. — Таких моментов будет столько, сколько ты захочешь, Кларк, — Лекса чмокнула девушку в макушку и направилась в сторону кровати, притягивая Кларк за собой. Блондинка не сопротивлялась, и стоило ей только лечь на мягкую кровать, как она сразу провалилась в сон. Лекса только укрыла спящую девушку пледом. Проснувшись, Кларк поняла, что спала двенадцать часов, что в принципе было не удивительно. Девушка по-детски потерла глаза и посмотрела на темные шторы, не позволяющие солнечным лучам проникнуть в комнату. Кое-как встав с кровати, она поплелась в душ, и только, когда теплые струи воды коснулись ее кожи, она внезапно вспомнила все, что произошло вчера. За минуту сделав свои дела и обмотавшись полотенцем, Кларк вышла из ванной комнаты и увидела на кресле Лексу. Брюнетка закинула ноги на подлокотник и смотрела на улицу через окно, которое теперь не было закрыто шторами. Заметив Кларк, она улыбнулась: — Как водичка? — Что с пленными? — И тебе доброе утро, Кларк. — Лекса! — Они мертвы. Кларк села на кровать и уставилась взглядом в стену. Лекса подошла к девушке и села сзади, положив ладони на плечи и принимаясь слегка их массажировать. — Что ты чувствуешь? — Не знаю, — честно ответила Кларк. — Я не могу этого описать. Я знаю, что такое убивать. Я помню, как это — отнимать у человека его жизнь. Но вчера я сделала это вперые в этой жизни и вчера были убиты пятеро человек, некоторые из которых в прошлой нашей жизни были хорошими людьми. Я не знаю, Лекса. — Ты имеешь ввиду Маркуса Кейна? — Да. — Согласна, он был достаточно умен и не конфликтен, — кивнула Лекса. — Но, Кларк, давай уже отпустим ту жизнь? Блондинка резко развернулась. — Что ты имеешь ввиду? — Я имею ввиду, — Лека аккуратно заправила светлый локон за ухо Кларк. — Что нам уже давно пора оставить ту жизнь в прошлом. Да, мы о ней помним, и это очень упростило нашу жизнь, но она — прошлая жизнь, Кларк. И… Лекса не успела договорить, потому что Кларк наклонилась и поцеловала брюнетку, хватаясь за ее плечи. — Согласна, давай оставим в прошлом все наши ссоры. Лекса только закатила глаза на очередное напоминание об их ссорах и затянула Кларк в долгий поцелуй.

***

— Напомните мне, почему я на это согласилась? — ворчала Рейвен, с возмущением глядя на свой ботинок, случайно испачканный в грязи. — У меня уже обувь вся грязная! — Так надо смотреть, куда идешь, — парировала Октавия. — Мы могли бы доехать на такси. — Чтобы на нас косились? — Кларк, после последних новостей на тебя все косятся. — Ой все, — махнула на подругу рукой блондинка и кивком головы указала на дом впереди. — Мы уже пришли. Детский дом, к которому подошли трое подруг, выглядел ужасно. Стены были обшарпаны даже снаружи, окна все были в пыли и грязи, а вместо маленькой крыши над крыльцом была закреплена черная тряпка. — Да уж, — прокомментировала Октавия. — В таком месте жить и врагу не пожелаешь. — А что ты хотела от детского дома, который находится в самом бедном и неблагополучном районе Нью-Йорка? — развела руками Рейвен. Кларк только вздохнула и постучалась в дверь. Через минуту она со скрипом открылась, и перед девушками предстала пожилая женщина в старой одежде и с платком поверх головы. Она держала в руках библию и зло смотрела на них сквозь линзы очков. Рейвен передернулась, когда этот взгляд попал на нее. — Что вам нужно? — Здравствуйте, мы бы хотели усыновить… — Вы слуги демона! — внезапно закричала женщина и вытащила крест, принимаясь махать им в сторону замерших от шока девушек и отходить назад в коридор. — Убирайтесь! — Миссис Уокер, вас зовет святой отец, — в коридоре появилась девушка, лет двадцати, в потрепанном, но чистом сарафане и с улыбкой на лице. Услышав ее слова, женщина, еще раз пронзив своим взглядом Кларк, Рейвен и Октавию, скрылась внутри помещения. — Прошу прощения, — обратилась девушка к ним. — Миссис Уокер сегодня слегка не… — В адекватном состоянии? — заметив, что девушка замялась, предположила Октавия. — Да, вроде того, — она кивнула. — Меня зовут Эмори, проходите.

***

Через три часа Кларк наконец-то подошла к входным дверям их с Лексой квартиры. Не успела она и достать ключи, как дверь открылась сама, а на пороге стояла Лекса, сложив руки на груди. — Где ты была? Я волновалась. — Я же написала тебе сообщение, — нахмурилась Кларк. — Я тебе звонила, а ты была не в сети, — Лекса потерла переносицу. — Кларк, не всех успели задержать, понимаешь? Тот офицер проболтался прессе, и абсолютно все знают, кто стоит за разрушением Ковчега, ты и сама это знаешь, поэтому… — Лекса, — перебила ее блондинка. — Посмотри сюда. Лекса перевела взгляд вниз и сразу замерла. Кларк была не одна, она держала за руку маленького мальчика со светлыми волосами и голубыми глазами. На детском лице сверкала улыбка, а глаза смотрели на Лексу с интересом и удивлением. — Эйден? — прошептала Лекса, опуская руки вниз. — Как… — Я попросила моего детектива, — улыбнулась Кларк. — Я знала, что ты пыталась его найти, но разыскать маленького ребенка в Нью-Йорке не всегда легко. Я дала детективу список интернатов, который у тебя был. Точнее те, которые были зачеркнуты, и он нашел его за довольно короткое время. Лекса неверующе посмотрела сначала на Кларк, потом снова на Эйдена. Этот мальчик был ей словно младший брат в прошлой жизни, и Лекса была уверена, что именно он станет следующей Хедой. Несмотря на вечный лозунг про то, что любовь — это слабость, его она любила. — Эйден, это Лекса. Твоя мама, — улыбнулась ребенку Кларк, и Лекса чуть не упала. — Ты его усыновила? — Ага. По-другому забрать его из детдома не получилось бы. Лекса присела и протянула руку Эйдену, мягко улыбаясь и чувствуя, как в уголках глаз начинает собираться влага. — Привет, Эйден. Мальчик улыбнулся еще шире и протянул руку в ответ, сжимая ее своей маленькой ладошкой. — Привет, Лекса.