Оборванец и Пятнышко

      Нил смотрел на шипящий комок шерсти с подранным ухом, не шевелясь. Его дрожащие зрачки наблюдали за худым и грязным котом с любопытством — что еще сделает этот сгусток ненависти ко всему живому. Правая рука горела от трех длинных, кровоточащих царапин, но Нил лишь сильнее прижал ее к животу, продолжая наблюдать за Оборванцем (так он мысленно окрестил комок свалявшейся шерсти).       — Ты что-то защищаешь? — тихо спросил Нил, видимо, надеясь, что животное ответит. Но кот лишь сильнее ощерился, шерсть на загривке вздыбилась, а хвост вытянулся трубой. У Джостена, вообще-то, совершенно не было опыта в общении с комками шерсти — что с собаками, что с котами, что с хомяками. Кевин пытался притащить животину пару раз за их совместную жизнь, но натыкался лишь на испуганное недоверие со стороны соседа по квартире — и приходилось пристраивать подобранных на помойке малышей. Дэй следил за каждым отданным животным, раз в пару месяцев прося хозяев прислать ему фотоотчеты, и Нил находил это милым. — Я не обижу тебя, комок шерсти. И того, кого ты защищаешь. Вообще-то, мой лучший друг может найти вам хороший дом.       Кот продолжал скалиться, однако уши неожиданно встали торчком — он повел усами и повернулся в сторону крыльца заброшенного дома. Нил посмотрел туда же, но ничего не заметил. Однако увидеть, как Оборванец нервно бьет хвостом по пыльному асфальту, труда не составило. Джостен разогнул колени и двинулся в сторону дома, но почувствовал, как в обнаженную икру впились острые когти. Зашипел, но ногой не дернул, чтобы не навредить комку шерсти.       — Больно! — Нил осуждающе качнул головой, устремив взгляд на Оборванца, будто тот мог действительно понять немое недовольство. Донести мысль не получилось — кот лишь сильнее выпустил когти прежде, чем отскочить и махнуть своим подранным хвостом в пригласительном жесте. — О, ну да, сначала надо приветственно пустить кровь.       На его язвительное замечание обернулась только незнакомая девушка с задорными кудряшками. Она посмотрела сначала на Нила, потом кота, и как-то понимающе хмыкнула.       — Скоро буду, Мэтт, не волнуйся! — защебетала она в прижатый к уху телефон, быстро потеряв интерес к Нилу. Тот лишь скользнул по ней мимолетным взглядом и пожал плечами. Оборванец уже сидел около крыльца и старательно вылизывал испачканную лапку, деловито дергая хвостом.       Джостен отогнул прогнившую деревяшку и заметил второй комок шерсти — истощенный, с длинными царапинами на боку, измазанный в крови — а карие глазища сверкали такой же неукоснительной энергией, как у Оборванца. Одно отличие в их слегка вытянутых мордочках — у этого комка было пятно на носу. Нил вытянул здоровую руку, уже готовясь обзавестись еще несколькими царапинами, но оскалившийся в первые секунды кот неожиданно присмирел. Оборванец приблизился к Джостену и громко мяукнул, привлекая внимание.       — Я заберу вас обоих, Оборванец, — доверительным тоном буркнул Нил. Это стало каким-то спусковым крючком — боевой комок шерсти вцепился в пропитанную потом футболку и забрался Джостену на плечо. Он был достаточно худой и миниатюрный, чтобы устроиться на нем и обернуть хвост вокруг изящной шеи. — Наглый комок шерсти. Так, пошли-ка со мной, а, мелкий?       Второй кот прищурил свои глазища, но агрессии не высказал. Нил вытащил его, осторожно убрал щепки с шерсти и осмотрел травмы. Одна лапка выглядела сломанной, а раны на боку не внушали доверия.       — Уличные бои? — проникновенно спросил Нил, смотря комку шерсти в глаза. Тот неожиданно чихнул и тем самым будто подтвердил догадку. — Кажется, в этом месяце мы с Кевином без стипендии. Но он обрадуется, я уверен. Кстати, — честно говоря, Джостен чувствовал себя идиотом, но оба кота глядели так внимательно, что хотелось продолжать односторонний разговор. Он аккуратно устроил раненого кота с пятном на носу на руках и позволил немного поелозить, а потом двинулся к дому. Оборванец опять пустил когти, на этот раз впившись в плечо, но, кажется, это было сделано для того, чтобы не рухнуть с высоты невысокого роста Нила. — Кевин бывает противный, поэтому, если дотянетесь, расцарапайте ему лицо. Вообще-то, ударить его хочется большую часть времени, поэтому, если будете муштровать его, получите пять баллов в копилку любви. Ладно хоть в ухе наушник остался, так я выгляжу не совсем сумасшедшим, да, Оборванец?       Но комок ненависти лишь щекотнул хвостом ключицу прежде, чем вцепиться в беспроводной наушник Нила зубами и вытащить его. Возмущаться на такую откровенную наглость у Джостена сил не было. Он лишь удрученно выдохнул и скосил на Оборванца недовольный взгляд. В ответ на это комок шерсти разжал челюсти, бросив наушник на своего собрата. Как драгоценная техника не упала окончательно, Джостен решил не спрашивать — лишь сунул наушник в поясную сумку.

~*~

      — Кевин, клянусь, ты не проснешься завтра, если сейчас же не притащишь свою жопу! — с порога заявил Нил, свободной рукой стараясь отодрать вцепившегося в его щеку Оборванца. Это маленький дьявол хотел броситься на собаку, пока они все вместе (в том числе и ошарашенная Рене Уокер, хозяйка огромного-слава-Богу-дружелюбного добермана) поднимались на нужный этаж. Нил запретил бросаться на животное в пять раз больше самого кота — и поплатился когтями и зубами в коже. Так они и ехали — Рене тихо хихикала, следя за тем, чтобы собака ненароком не навредила комкам шерсти, Пятнышко смирно висел на одной руке, доберман осторожно дергал его за хвост, а Джостен пытался бороться с Оборванцем. — Кевин, блять, Дэй, я сожгу твой проект! Забери их у меня!       — Ты чего орешь? — из кухни, наконец, высунулся сосед. Он несколько секунд тупо наблюдал за происходящим, а потом с коротким вскриком бросился отцеплять Оборванца от Нила. Пятнышко продолжал болтаться куклой, прижимая сломанную лапку к руке Джостена и тихо сопя. — Откуда у тебя коты?! У тебя! Коты! Два!       — Я умею считать и различать животных, спасибо! — взревел Нил одновременно с Оборванцем — дьявол не хотел слезать с нагретого места и прекращать свои пытки. Кевин быстро плюнул на неблагодарное дело — разнимать придурков — и с небывалой заботой перехватил не впечатленного криками Пятнышко. Тот широко зевнул, демонстрируя белые клыки, и уставился на Кевина своими глазищами. Дэй сразу расплылся в нежной улыбке и склонил голову к плечу, держа кота на вытянутых руках. Оборванец как-то сразу присмирел, когда увидел, что его собрата отняли, но не смог напрыгнуть на Кевина — Нил прижал комок ненависти к груди и наконец выдохнул. — Этот хороший, он о вас и позаботится.       — Сначала ты расскажешь, где их надыбал, а потом пояснишь, какого хера притащил их в дом, — Дэй прошел в гостиную и усадил Пятнышко на диван, прямо, черт бы его побрал, на чистую подушку Нила. — Когда я взял кота, ты визжал, как девчонка.       — Он вцепился мне в запястье!       — А нехуй было тыкать его в бок, когда услышал шипение! — Кевин возмущенно всплеснул руками и обратил внимание на Оборванца. Его пытливый взгляд искал малейшие признаки травм, но кот был истощен, не более. — И этого ты притащил, хотя он подрал тебя, как шлюху.       — Он Оборванец, а не этот! — оскорбленно крякнул Нил в ответ, прижав к себе кота в защитном жесте. Кевин презрительно фыркнул и закатил глаза.       — Ты назвал кота Оборванец? А че не Грязные яйца?       — Они чистые, — буркнул Нил и неожиданно почувствовал, как пылает шея — на этот раз не от когтей комка шерсти, а от смущения. По ключице скользнул подранный хвост, и Джостен расценил это как насмешку. Но кличка все еще нравилась, к тому же, коту с подранным хвостом и отсутствующим кусочком уха она подходила как нельзя лучше. — А он, — палец ткнулся во второго кота, устроившего свою задницу на Ниловской подушке с лисятами, — Пятнышко.       И произнесено это было с такой гордостью, что у Кевина не осталось сил спорить. Почему-то он по глазам Нила понял, что эти коты останутся в их квартире. Руки сами нашли на столике возле дивана кошелек Джостена. Тот перехватил снаряд и, сунув его в карман шортов, прошлепал вглубь квартиры. Он что-то бормотал находящемуся в его объятиях коту, но Кевин уже не следил — вытащил телефон из джинсов и набрал номер Мэтта — местного ветеринара с золотыми руками. Они быстро договорились о приеме, при этом Кевин услышал женское ворчание на фоне, и Дэй набросал Нилу в сообщениях список покупок для котов. Тот не заставил себя долго ждать — выскочил из своей комнаты с рюкзаком на груди, из которого торчала любопытная мордочка Оборванца.       — Куда понес кота? — Кевин дернул Нила за лямку на спине, заставляя остановиться. Джостен пожал плечами. — Через час прием у Мэтта. Надо проверить их на болячки, а тебя на бешенство. Давно хотел, кстати, теперь хоть повод появился.       — Если я и заразился, то от тебя, сучара, когда ты пустил мне кровь в пьяном угаре, — ласково улыбнулся Нил в ответ. На злобный прищур Кевина он пожал плечами. — Оборванец сам сюда влез и орал, пока я не напялил рюкзак. Так что бери Пятнышко, и пошли. После магазина зайдем к Мэтту.       — Ты хоть уверен, что они оба мальчики? — пробурчал Кевин, с небывалой осторожностью подняв мяукнувшего на его действия Пятнышко. Повернул к себе задом и наклонил голову, чтобы было удобнее выискивать нужные признаки. — Пятнышко — Господи, лучше ничего не мог придумать? — пацан.       — Оборванец ткнулся мне яйцами в лицо, когда хотел побить собаку Рене, так что да, в нем я уверен, — Нил опустил голову и посмотрел на макушку присмиревшего кота. Тот цеплялся лапками за ткань рюкзака, с интересом рассматривая квартиру. — Такой активный дьяволенок.       — Щас расплывусь в лужицу от умиления, — закатил глаза Дэй, мягко погладив самого пострадавшего из котов по холке. Тот неожиданно замурчал, в тот же миг сбив с лица Кевина всю спесь. Нил гнусно хихикнул в ответ, следя за другом. Они покинули квартиру, когда Дэй вытащил из своей сумки все учебники и тетради и положил туда Пятнышко — кот сразу же улегся так, чтобы не тревожить лапку, и засопел.

~*~

      Мэтт быстро привел котов в порядок, запихал в их оскаленные рты по таблетке, сделал все необходимые прививки, а также наложил на лапу Пятнышка гипс — и готов был отпустить Кевина и Нила восвояси после некоторых инструкций. В процедурном кабинете сидела его возлюбленная, Даниэль — и Джостен узнал в ней девушку с забавными кудрями, с которой пересекся взглядами, когда вылавливал котов. Она дружелюбно улыбнулась, пожала протянутую руку и попыталась погладить Оборванца, за что едва не получила несколько царапин на предплечье.       — Прости, — бросил ничуть не смущенный Нил и пустил Оборванца в рюкзак. Секунда — и мордочка высунулась из темного куска ткани. Он будто сканировал своими карими глазищами местность, выискивал врага или любое другое беспокойство. — Он весь день дается только мне.       — Не без жертв, — хихикнула Дэн беззлобно, явно намекая на исцарапанного Нила. Тот неопределенно повел плечом и скосил на Оборванца недовольный взгляд. Сразу же встретился с испытующими глазищами, в которых, кажется, можно было разглядеть ехидство — насколько это вообще возможно с котом.       — Освежающий душ решит наши недомолвки, да, Оборванец? — ехидно прищурившись, произнес Нил. Кот сразу ощерился, будто точно понял смысл брошенных слов, а Кевин хихикнул. Пятнышко под его руками расслабился и замурчал, позволяя Мэтту проводить последние врачебные истязательства.       — Только старайтесь не мочить гипс, — сосредоточенно пробормотал Бойд, а потом поднял слегка поплывшие от увлеченности глаза на своих посетителей. Дэн, как заметил Нил, в этот момент слишком влюбленно посмотрела на ветеринара — и, кажется, понял, почему она сидела сейчас в процедурном кабинете. — И купите им все по списку: противоблошное, антибиотики, специальный корм…       Джостен и Дэй как-то обреченно переглянулись и поняли, что их стипендия действительно в опасности. И хотя академия выплачивала больше обычных университетов, два кота потребовали неожиданно немалые вложения в свое благополучие.       — Так, еще кое-что, — Мэтт плюхнулся за стол, заполняя ветпаспорта. — Кастрировать будем?       Шипение котов стало ему ответом.       — Если по двору неожиданно забегают светленькие котята с непомерным желанием вцепиться кому-нибудь в ногу, мы подумаем над этим, — деловито кивнул Нил, несильно тряхнув рюкзак в качестве намека. Оборванец протестующе мяукнул и, выбравшись, постарался садануть Джостена по лицу, но лишь зацепился когтями за его одежду. — А когти этому дьяволу подстричь можно?       — Судя по его агрессивности, — протянул Мэтт, сосредоточенно вклеивая наклейки с информацией о выданных лекарствах. Он даже язык высунул, — только под наркозом. Он сейчас истощен, поэтому я не могу сказать, как отреагирует организм.       — Тогда перетерплю, — Нил выдохнул и снова тряхнул рюкзак. Снова мяуканье — кажется, ему отомстят.       — Если ночью он блеванет тебе на лицо, я с удовольствием запечатлею эту картину, — предупредил Кевин с нескрываемым злорадством, аккуратно надев на себя рюкзак с Пятнышком. Второй кот являл собой образец спокойствия из-за обезболивающего, но Дэй опасался, что, когда он пойдет на поправку, станет таким же противным, как и Оборванец. — Комок шерсти вместо завтрака — романтично, не находишь?       — Спасибо за идею, сладкий, — слащаво улыбнулся Нил, уже представляя, как под покровом ночи он вычесывает Оборванца, мочит собранную шерсть и подкидывает ее на подушку Кевина.       — Вы отвратительны, парни! — воскликнул Мэтт, искренне ужаснувшись от того, что они говорят о котах. Следом послышался смех всех находящихся в процедурной комнате людей — и Нил так сильно любил подобные моменты, что хотел бы растянуть их на больший промежуток времени.       Он очень остро нуждался в этом всю свою жизнь — и смог добиться подобного спокойствия в обществе Кевина Дэя сравнительно недавно. Ну, полсотни лет назад. Он перестал убегать от своего прошлого двести с гаком лет назад — но до знакомства с помешанным на магии придурком, который по итогу стал лучшим другом и соседом по квартире, лишь скитался по миру в поисках своего пристанища. Оставшись в полном одиночестве в совсем не юном для смертных людей возрасте, Нил боялся открывшихся возможностей, боялся огромного мира, в который его выкинули обстоятельства — и до последнего не верил, что сможет влиться в поток жизни нормальной части человечества.       Он увидел в этих котах то же отчаяние — худые, раненые, брошенные на произвол судьбы — и, пряча свежие царапины на руке, знал, что заберет Оборванца и Пятнышко, подарит им дом. Только сегодня он неожиданно остро ощутил, почему Кевин так яростно хотел привести в их дом найденных на помойках животных — и благодарил друга за молчаливое согласие подарить дьявольским комкам шерсти дом.

~*~

      — Почему они всегда лежат на книге заклинаний? — в один из дней вопрошал Кевин, устав сметать со страниц важного фолианта светлую шерсть. Пятнышко, которого нагло согнали с книги, презрительно фыркнул и мазнул хвостом по исцарапанному запястью Дэя — тот имел неосторожность тронуть Оборванца, не являясь при этом рыжим недоростком с голубыми глазами. За все недели, проведенные под одной крышей, дьявольский комок шерсти отказался подпускать к себе кого-то, кроме Нила, и щедро царапался, если это правило нарушалось. Чем была вызвана подобная лояльность к Джостену, сказать было сложно, но Кевин даже не хотел задумываться. Пятнышко тоже оказался с характером, который проявился на второй неделе их совместного «быта», но он хотя бы позволял гладить его и даже мурчал перед сном, устраиваясь на соседней подушке в кровати Кевина.       — Потому что она теплая после использования заклинаний, — незамедлительно откликнулся Нил, сосредоточенно выдерживая огонь на плите. Оборванец сидел рядом, склонив голову, и наблюдал за происходящим.       — Она была теплая после использования заклинаний, когда ты ее нахер сжег, придурок! — рявкнул Кевин в ответ, на что Нил рассмеялся.       — Но ведь потеплела! А коты любят тепло.       — Подожги себе башку в следующий раз, — фыркнул Дэй, кивком поблагодарив Нила за сваренный и принесенный кофе. Джостен с ногами забрался на диван и обхватил руками колени, наблюдая за тем, как Оборванец устраивается рядом и вытягивается во весь свой небольшой рост. — Вот и проверим теорию. А вообще, я серьезно, тебе это не кажется странным? Они могли забраться даже в твою помойку из носков — но по очереди ложатся на книгу-мать-ее-заклинаний.       — Ты думаешь, что это фамильяры? — Нил нахмурился и прищурил один глаз, встречая прямой взгляд Оборванца. Кевин, тем временем, подозвал к себе Пятнышко. — Моргни два раза, если понимаешь меня, — кот даже не пошевелился. Лишь спустя несколько секунд переглядок широко зевнул и свернулся калачиком, как бы демонстрируя незаинтересованность. — Свободных истребили пару десятков лет назад, нам же препод рассказывала.       — С каких пор ты слушаешь эту старуху? — презрительно фыркнул Кевин в ответ, вытянув палец перед мордой Пятнышка. Тот придвинулся, повел носом и неожиданно вцепился в него зубами так крепко, что Дэй вскрикнул от неожиданности. — На ее парах я только и могу наблюдать за сыплющимся песком.       — Поэтому ты такой тупой, — усмехнулся Нил в ответ, но качнул головой, сбрасывая с себя веселость. — Фамильяры вынуждены становиться людьми, чтобы не перенять повадки животного. Не замечал в квартире присутствия еще двух человек — как минимум, лоток всегда загажен.       — Может, ты в него ночью ходишь, откуда мне знать, — брякнул Кевин злобно-ехидно, но что получил подушкой по голове. — Ладно, давай понаблюдаем за ними. Может, ты прав — и это просто очень наглые комки шерсти.       — Достаточно разумно рассуждать о дальнейших планах рядом с теми, кого ты подозреваешь в обладании человеческим разумом, не находишь?       — Пошел нахуй, — с добрейшей ухмылкой отозвался Кевин, продолжая подставлять пострадавший палец под нос Пятнышка. Тому совсем скоро надоели эти игры, поэтому он спрыгнул со стола и направился к Оборванцу, занимая наблюдательный пост возле бедра Нила. Тот посмотрел на кота и вознамерился провести ладонью меж ушей, но получил когтистой лапой по запястью. Джостен с шипением отстранился от Пятнышка и обиженно пихнул его ногой, на что Оборванец ощерился и подскочил. Но агрессировать не стал, просто лег между собратом и хозяином, являя собой очень, очень мелкий щит.       — Противный кошак, — буркнул Нил на довольного своим поведением Пятнышко, больше не прикасаясь ни к одному из животных. Кевин оторвал взгляд от попавшей в его руки книги по истории и назидательно выпятил искусанный палец.       — Пятнышко не такой уж и противный.       — Только с тобой, — отмахнулся Джостен и показал коту язык. — Меня он ненавидит.       — Просто я неотразим, — безапелляционно заявил Кевин. Пятнышко сразу переменился в морде и выгнулся в спине, разинув пасть. Нил постарался сдержать неожиданную ухмылку, но уголок губ предательски пополз вверх. Дэй предпочел сделать вид, что ничего не произошло.       — Мне показалось, или Пятнышко изобразил рвотный рефлекс? — уточнил Нил, давясь смешком.       — Показалось, — буркнул Кевин, уязвленно наблюдая за котом. Пятнышко незаинтересованно дернул ухом, но не посмотрел на хозяина в ответ.       — Нет, определенно нет. От тебя тошнит даже кота, — Джостен все-таки расхохотался, сжав пальцами переносицу и зажмурившись в приступе истерики.

~*~

      Пятнышко и Оборванец склонились над книгой, благодаря кошачьему зрению точно различая слова заклинания и описание обряда.       «Думаешь, теперь они догадаются?» — Пятнышко провел языком по полностью зажившей лапе и дернул ухом, когда услышал шевеление своего человека. Оборванец лег на книгу заклинаний, не выказав интереса к диалогу. Его скучающий, слишком осмысленный для кота взгляд остановился на макушке Нила, выглядывающей из-за подлокотника. Маги устроились на узком диване в гостиной и теперь лежали буквально друг на друге, не оставив место своим котам. Чертовы инстинкты, развившиеся за время пребывания в кошачьей шкурке, были недовольны. Хотелось устроиться под боком Джостена, успокоить его своим размеренным гудением во время очередного кошмара, а потом укусить за палец за три минуты до будильника, лишь бы не слышать отвратительный тяжелый рок.       «Я усомнился в их умственных способностях еще в первый день», — будь Оборванец человеком, он бы не сдержал презрительного фырканья. Пятнышко прошелся вдоль стола, заваленного фолиантами, и провел когтями по одному из них. Тоже инстинкты — поточить когти, чтобы потом царапины на руках Кевина заживали дольше. Потому что нехуй оставлять своего кота без внимания, когда оно требуется.       «После поганых кличек или сожженной книги?» — уточнил Пятнышко и повел усами в подобии усмешки. — «Это все твой. У моего иногда бывают проблески интеллекта. Хотя бы не сдох в зачатке — значит, если догадаются, можно будет что-нибудь вылепить».       «Просто признай, что они оба безнадежны», — Оборванец не сдержал ленивый зевок и тряхнул головой. Ему невообразимо хотелось сладкого — это гнетущее желание скреблось под сердцем, но Нил и Кевин решили почитать пару форумов касательно содержания животины. С того дня они всячески пресекали акты нападения на шоколад, оказавшийся в квартире только благодаря тому огромному ветеринару с ректальным термометром в руках. Этот Мэтт обзавелся глубокими царапинами в ответ на попытку измерить Оборванцу температуру — и кот был определенно доволен тем, что не позволил ветеринару посягать на его честь. Зато он вдоволь поиздевался над Пятнышком, которому не удалось избежать позора.       «Если бы ты не запретил слишком очевидно намекать им, желая поглядеть на шоу под названием «Нил Джостен и Кевин Дэй делают попытки в умственную деятельность», мы бы уже давно вернули себе свой облик», — Пятнышко шикнул на собрата по несчастью, а потом резким размахом лапы свалил со стола незажженную свечу. Первый подскочил Нил — он сразу скатился с Кевина и заозирался по сторонам в поисках опасности. Пальцы невольно сложились в одну из колдовских печатей, но расслабились, когда Джостен выхватил взглядом силуэты котов. — «Пусть твой придурок не занимает моего идиота».       «Обязательно скажу ему на досуге», — Оборванец спрыгнул со стола и призывно мяукнул, усевшись прямо на спину Нила. Тот что-то буркнул себе под нос и уже устроил голову на сгибе локтя, кажется, вознамерившись в такой позе и уснуть, но почувствовал впившиеся в кожу когти. Пришлось стряхивать кота и плестись в спальню, одновременно с тем наблюдая за Пятнышком, улегшимся на Кевина. Тот даже не почесался, продолжая тихо сопеть в обивку дивана — перепил так, что даже не храпел.       Уже утром Дэй озадаченно вчитывался в обряд по возвращению попавшим под заклятие существам человеческого облика. Да, думал похмельный мозг, это определенно не совпадение.       И будь у него силы, Кевин бы плешь проел в Ниле — он, черт возьми, был прав в своих суждениях!