Я здесь, потому что Катя здесь

Ксю Ксю недооценила Катю сразу, на этом этапе своей жизни она забыла одно из правил Глеба Жеглова, а именно, проявляй к человеку искренний интерес. Просто ее уже так достал Егорка, по самое «не балуйся», достало его занудство, нытьё, претензии, его вечное недовольство. Если раньше у неё были силы работать с этим, сглаживать, разговаривать, уговаривать, то с рождением дочери сил, запала и радости от общей семейной жизни с Егоркой сильно поубавилось, и обоюдное раздражение только нарастало. Ей хотелось легкости, свободы, новых впечатлений, новых идей, новых знакомств, хотелось показать себя, направить свою бурно хлещещею энергию на творчество, на созидание, на самореализацию, как говориться раскрыть свой потенциал. Поэтому идею разъехаться и пожить отдельно Ксю восприняла с облегчением и даже с энтузиазмом, наконец освободиться от Егорки и пожить спокойно в своё удовольствие, что может быть лучше. Катание на коньках она любила, а фигурное катание любила особенно, за его динамичность, зрелищность, возможность создавать разные образы, и это искусство, наконец. Илью Авербуха она шапочно знала, виделись на каких-то тусовках, шоу его смотрела, возможность поучаствовать в нем для себя любимой рассматривала с энтузиазмом. Поэтому звонок от Ильи не стал неожиданностью для Ксении. Это было именно то, что ей было сейчас нужно, новая, интересная работа, приносящая удовольствие и возможность показать, раскрыть себя, публичность, новые впечатления, контакты, новые отношения. Договорились они быстро и Повилас ей очень понравился, красивый, обаятельный, спокойный, уверенный в себе и немногословный. Оказывается красавцы могут быть ещё и немногословны, не занудны, не брюзгливы, оказывается, они могут не напрягать. Повилас был полной противоположностью Егора, он был красив, но по-другому, его нордическая красота была более изысканной что ли, он был статен, но не так амбалист и габаритист, он был вежлив и предупредителен, улыбчив и терпелив. Не орал, не нудил, не затыкал ей рот, не говорил что ее много. Учил ее терпеливо и грамотно, прислушивался к ней, искал подход, налаживал взаимодействие. Ее вечное фонтанирование идеями воспринимал спокойно, нужные принимал, ненужные отсеивал. Лидировал в их паре уверенно, бережно и уважительно к партнерше, То есть к ней, Ксении. Сначала было сложно, ноги не слушались, все тело болело, коньки натирали, но Ксения не сдавалась, не ныла и не капризничала, и постепенно тренировки стали приносить радость, появилось удовлетворении и даже азарт. Когда Илья попросил телефон Егора, Ксю даже не заволновалась, пусть звонит, Егор никогда на это не согласится. Танцевать в ледовом шоу с незнакомой женщиной, выдерживать такие нагрузки. Нет, это точно не для него. А даже если он и согласится, что с того, ну будет Егорка нудить возле соседней камеры с какой-нибудь Навкой, Семенович, или Дробязко, но надолго его все равно не хватит. Кстати идея насчёт Риты Дробязко ей понравилась, объединить две супружеские пары на одном проекте в одном соревновании, нужно будет сказать Илье. Егор Сначала он просто пришёл посмотреть, покататься, вспомнить атмосферу катка. Соглашаться он не собирался, тем более там Ксю уже вовсю рассекала со своим новым партнером, нордическим блондином, которому Егор, зная свою жену, мысленно пожелал удачи. Сразу ему долго подбирали коньки, потом он просто ездил по льду с женщиной - хореографом и Ильей Авербухом. Никто никаких предложений ему не делал. Илья был ему приятен, и его шоу Егору нравилось, кататься тоже ему неожиданно понравилось, но это явно требовало много времени и усилий, да и планы у него уже были совсем другие. Распрощавшись, Егор ушёл с катка в полной уверенности, что это был первый и последний раз и возвращаться он не собирался. Илья не пошёл его провожать, сам найдёт дорогу, а вместо этого поспешил в другой конец катка к дальней трибуне, где совершенно тихо и спокойно сидела маленькая женщина с мобильным телефоном в руке. • Ну что? — он подъехал к бортику и вопросительно взглянул на неё. • Второй.- она спрятала мобильный телефон в сумку и поднялась со своего места, намереваясь уходить. • Ты уверена? Танька его забраковала. • Уверена. Он моложе, сильнее, и у него координация хорошая. Можем попробовать, пока я здесь. Второй звонок Авербуха, в этот же день вечером, удивил Егора, вроде бы они уже распрощались. • Я бы хотел тебя попробовать с Катей Гордеевой. • С кем? — от неожиданности Егор явно тупил. • С Катей Гордеевой. • Той самой? — он ещё хотел добавить «а она ещё жива», но вовремя остановился. • Ну да. Та которая двукратная олимпийская чемпионка.- терпеливо добавил Авербух, пыталась воздействовать ещё и на его, Егоркино, тщеславие. • Так она же вроде не в России живет? — Егор быстренько перебирал в памяти все, что он помнил про Катю. • Сейчас она в России. Ищем ей подходящего партнера, пока она ещё согласна участвовать. • Да нет. Спасибо, Илюш, конечно, но я как-то не готов.- Егор пожелал Илье хорошего вечера и отключился. Этот разговор не давал ему покоя еще очень долго. Ему было нелегко признаться себе, но его это взволновало. Конечно он помнил Катю. Он вспомнил, что когда был ребёнком и недолго занимался фигурным катанием, о их паре с Сергеем говорили все и везде. Вспомнил, как вся их семья, как и многие другие семьи, собиралась у телевизора в ожидании их побед. Вспомнил ее трагедию… Интересно какая она сейчас? Сильно ли изменилась? Задавшись этим вопросом, Егорка решил не полагаться на случай и погуглил, он даже посмотрел их произвольную программу на Олимпийских Играх в Лиллехаммере, посмотрел ее сольную программу за прошлый год, нашёл ее старые и новые фотографии. Затем он долго сидел в темноте с телефоном в руке. Одно он знал совершенно точно, с годами она стала ещё красивее. Егор позвонил Илье рано утром следующего дня. • Илюш, я могу приехать завтра в обед, или после обеда, если это ещё актуально. • Хорошо, приезжай к трём. В раздевалке никого уже не было. Он был один. Все уже или оттренировались и уехали, или тренировка у них была в самом разгаре. Егор переоделся и стал аккуратно складывать свои вещи в шкафчик, когда услышал из коридора женский голос, разговаривающий по телефону. Дверь была приоткрыта и он увидел, как мимо неё прошла женщина, маленькая, как девочка- подросток. Он сразу узнал ее, в жизни она была ещё меньше, чем по телевизору. Он вышел и посмотрел ей вслед, она шла по длинному коридору, продолжая разговаривать по телефону видимо с Ильей, потому что спрашивала, где он сейчас. Катя не видела Егора и даже не подозревала, что он наблюдает за ней. А он смотрел ей вслед, пока она не исчезла за дверью, ведущей в павильон. Егор вернулся в раздевалку и достал, выданные ему коньки. Он уже знал ответ на свой вопрос. Ксю То, что в пару к Егорке «подвезли» двукратную олимпийскую чемпионку из самой Америки, Катю Гордееву, Ксю узнала от Повиласа и ей это не понравилось. Катю Гордееву Ксю конечно знала. Это было гениальная фигуристка из ее детства и Ксю ее очень любила, но как-то отдельно от Егорки. Память и восприятие сыграло с ней злую шутку, а гуглить в отличии от мужа она поленилась, и воображение нарисовало ей Егорку, таскающего бабульку под полтинник, то есть старшего предпенсионного возраста, пухлую и со вздорным характером. И Ксении сразу стало весело и совсем не обидно, а ещё, окинув взглядом прекрасного Повиласа, она мысленно даже пожалела Егорку. На следующий день, явив себя катку, Ксю сразу увидела супружника, катающегося за ручку с какой то девочкой — подростком с двумя тоненькими хвостиками. Не успев задаться вопросом, зачем это Егорке дали ребёнка, Ксю пронаблюдала за Повиласом, который совершенно позабыв про неё, Ксю, ломанулся на лед и с радостными возгласами закружил в объятиях Егоркину девочку. Постепенно до неё начало доходить, она узнала и маленькую хрупкую фигурку, и правильные черты лица, и знакомую фирменную улыбку из своего детства. Ксении захотелось как то обозначить себя, захотелось, чтобы Егор подъехал к ней и познакомил с Катей, представил как законную половину. Но Егорка торчал возле Кати, как приклеенный, и когда Повилас отпустил ее, и она с бешеной скоростью умчалась в другой конец катка, то Егорка, с удивительной для Ксении прытью, рванул за ней. Ксю таки решила выкатиться на лед без помощи Повиласа, на первых же метрах ее качнуло и она неуклюже взмахнула оглоблями. Повилас мгновенно подкатил к ней и удержал за плечи. Егорка с ней даже не поздоровался. Ни он, ни Повилас даже не подумали познакомить ее с Катей. Ксю расстроилась, а Кате было все равно. Егор В отличии от Ксю Егорка не забыл правило Глеба Жеглова и проявил к Кате вполне искренний интерес. Он сразу понял, что Катя едет сюда из-за океана не на месяц и не на два, и что организаторы очень заинтересованы в ней, а значит и в нем, в Егорке, и что из проекта сразу они точно не вылетят. Но и это в его осознании сложившейся ситуации было далеко не самым главным. Главное было в другом, вернее в нем самом, в его новых ощущениях, желаниях и мыслях. Она волновала его очень сильно, запредельно сильно. Ему нравилось в ней все. Маленькая, ладненькая, она была словно скроена для него. Ему нравились хрупкие плечики и тонкие запястья, нравилось, когда её маленькая ладошка утопала в его лапе, нравилось, как она смотрит на него снизу вверх, нравилось, как она смеётся, нравилось, как ее волосы щекочут его шею, нравился ее запах и даже, как она чихает ему тоже нравилось. Вообще фигурное катание очень коварный вид спорта. Сразу столько неожиданной близости с другим, почти незнакомым человеком. Такое тесное, всеобъемлющее сближение за такой короткий срок с кем-то другим было не свойственно Егору. Но обстоятельства и Катя… Ему безумно нравилось носить ее на руках, она была такая удобная. Он носил ее часами, и на полу и на льду. Катя пробовала роптать о бесцельно потраченном времени, но Авербух шикал на неё, а Егорка втирал про свою собственную методу подготовки к будущим поддержкам и необходимости его, Егоркиного, привыкания к ее, Катиному, весу. А на самом деле он просто балдел от этого, от того что прижимает ее к себе, от того что ее руки обнимают его шею, от того, как ее головка лежит у него на плече. Его даже не раздражало, что от безделья Катя с его рук помогала другим участникам, подсказывала, указывала на ошибки и нестыковки. Но обычно Егорка использовал это время, как он полагал с большой пользой, для своих монологов ни о чем, которые Ксю обидно называла нудной дурней, но Катя ещё никак не называла и изредка подавала ответные реплики тоже очень обобщенно, хотя сначала честно пыталась найти в Егоркиных речах смысловую нагрузку, но увы почти безуспешно. Практичную Катю эти Егоркины особенности не очень волновали, так как выкатывался он старательно, не филонил, не отлынивал, к весу привык, в поддержках явно прогрессировал. Сам был высоким, руки имел сильные и крепкие. Бывало так прижимал к себе маленькую Катю, что у неё рёбра трещали. А больше ей ничего от него и не надо. Что-что, а прижимать к себе Катю Егорка мог бесконечно, и что самое главное никто его руки с негодованием не отбрасывал, в нахальстве не обвинял, а наоборот, все хвалили Егорку, говорили, какой он крепкий парниша и как моцно он ухопил Катю в новом элементе. И Егорка прям расцвёл. Все ему здесь нравилось. Вообщем работа мечты нашла своего героя, да ещё и за нехилые деньги.