Я здесь, потому что Катя здесь

Большую часть пути до отеля Егор нёс Катю на руках. Он сам не знал зачем, просто ему так было привычней, и так она была ближе. Ему не нужно было все время наклоняться и искать ее где-то внизу. • тебе не тяжело? — беспокоилась Катя, потому-то обратная дорога в отличии от дороги к реке оказалась крутым подъёмом. • Нет. Я привык. Ты не тяжелая. • Кирилл сказал, что у меня бараний вес. • Какой? • Ну, он спросил сколько я вешу, и когда я ответила, он сказал, что 45 килограмм весит овечка в среднем. Поэтому это и называется бараний вес. • А, понятно. А что его ещё интересовало? Объём бёдер, например, ты ему не сказала? Катя помрачнела. Из-за чего он злится. Какой повод. • мне нельзя разговаривать с твоими коллегами? Или только в твоём присутствии? • Нет, почему, можно. Но не флиртовать с ними. Не обсуждать вес, объемы и все такое. Ты же даёшь им надежду, неужели не понимаешь? • Какую надежду? • Надежду на будущее. Ты же нравишься мужикам. Ты же не можешь этого не видеть. • Я просто спросила, как его рука. Это обычная вежливость между людьми. Ты не слышал? А потом мы поговорили пару минут и разошлась. Это все. А ты меня уже черти в чем готов обвинить. Ты меня принимаешь за кого вообще? Увлечённые своим диалогом, они не заметили, как стоящие в стороне несколько человек выясняли отношения на повышенных тонах. Они как раз пересекали главную улицу, когда началась драка. Катя сразу умолкла, запал и злость куда-то пропали, и она с испугом глянула на Егора. • Поставь меня. Вдруг бежать придется. • Куда бежать? — Егор рассмеялся. — Ты думаешь я не смогу тебя защитить? • Нет, сможешь, наверное, просто…- Катя опасливо оглядывалась на дерущихся мужчин. • Ты меня в детстве вообще каким себе представляешь? Небось увальнем-батаном в очках? • Ну… • Нет, зайка, ты ошибаешься. Я и бил, и отгребал немерено, в больших количествах. И руки и носы ломал. И мне ломали. Так что, ты до гостиницы десять раз добежать успеешь. • А, как это я побегу, когда тебя будут бить. Что же это тогда за любовь такая. Егор улыбнулся и крепче прижал ее к себе. Они отошли уже достаточно далеко и звуки борьбы были уже еле различимы. «Что же это тогда за любовь такая» повторил он про себя Катину последнюю фразу, пробуя это «любовь», как будто, на вкус. Вот оно значит как. А, ведь у них любовь. Любовь у них ведь. Если его сейчас спросят, кто ближе всех ему сейчас. Что он ответит? Ответит, что Катя и брат. Ближе никого нет. Любовь — деревце, пробившееся из монолитной плиты его жизни. • а где это ты руки и носы ломал? Егор вздрогнул и посмотрел на неё, на эту уже такую родную, а до недавних пор совершенно чужую, недосягаемую женщину, о которой он почти ничего не знал, но понимал и чувствовал ее, как никого другого на этой земле. • На Арбате. Лихие девяностые, помнишь? • Помню. — Катя задумалась. — Я тогда тоже столкнулась здесь с криминалом, только в другой сфере. От этого и уехала. Страшно было. Егор молчал. Он понимал о чем она. Самая желанная вдова ельцинский новой России. Все ждали, затаив дыхание, кто же станет ее новым избранником. А криминал не ждал. Они уже ее делили. Он остановился и крепче прижал ее к себе, а Катя в свою очередь сильнее обняла его за шею. Так они и стояли, прижимаясь щекой к щеке и думая об одном и том же. • Как я жил без тебя раньше? где ты пряталась? Кто тебя прятал? — шептал Егор в ее волосы. На этот раз молчала Катя. А, что она могла сказать. Она старше его на шесть лет, чувствовала себя в его руках маленькой девочкой, безвольной, неопытной, покорной, впервые влюбившейся в большого, высокого, сильного, красивого, умного, начитанного, бесконечно одаренного. Он становился просто Богом для неё. • Ты вся дрожишь, детка. Тебе надо горячую ванну. Ещё нам здесь заболеть не хватало. Ильюха меня убьёт, если я тебя в субботу больную привезу. • Поставь меня уже. Я отель вижу. В отель они зашли вдвоём, взявшись за руки. В холле не было ни души, только охранник и девушка-администратор сидели на рецепции и увлечённо смотрели какое-то видео на телефоне. Они безразлично глянули на Катю и Егора и синхронно вернулись к своему занятию. В лифте Катя потянулась на носочках и поцеловала его. У реки не целовались, а вот в лифте захотелось. • Маленькая моя. — от избытка чувств Егор сгрёб ее в охапку, и она утонула в его руках.- Девочка! На четвёртом этаже было тихо. Когда двери лифта раскрылись в холле автоматом включился свет. Они остановились у номера Егора, и Катя вопросительно посмотрела на него. — Иди к себе. Я спущусь в ресторан и попрошу, чтобы вино подогрели. Катя лежала в ванне, смешно завязав хвостик пальмочкой, чтобы не намочить волосы, и привыкала к горячей воде, от которой кожа раскраснелась. Егор притащил графин с горячим вином и апельсинами, и два бокала. Он сидел на полу в ванной, и читал Кате, найденный им на просторах интернета увлекательный баттл относительно их пары, разгоревшийся между их поклонниками и поклонниками Ягудина на одном из форумов Ледникового периода, которых оказалось великое множество. • Видишь, все замечают, что ты сутулишься при разгоне. — Катя отдала ему пустой бокал. • Я не сутулюсь. Я под тебя подстраиваюсь. Просто большая разница в росте. — упрямился Егор, наливая ей ещё вина из графина. • Не надо под меня подстраиваться, я сама на тебя залезу. • О, это да. Это ты можешь.- смеялся Егор, вытирая салфетками капельки вина на графине. • Пошляк. — Катя брызнула на него водой и пеной из ванны, • Не брызгайся, а то получишь.- Егор вытер очки от капель воды. — Вот достану тебя и буду наказывать. • Читай дальше. — Катя опустилась под воду по самую шею. — Ты остановился там, где пишут, что я сексуальная. Егор читал диалог разными голосами и было очень смешно. Время от времени, не прерывая чтение, он опускал руку под воду и гладил ножки. Когда Катя разводила ножки и он уже гладил бёдра, то откладывал телефон, отставлял в сторону бокалы, и они целовались долго и страстно, разгоряченные вином, сплетались языками. • Выходи уже. Давай я тебя вытру. — Егор обернулся в поисках полотенца. • Нет. — Катя опять ушла под воду.- Читай дальше. • Ты жестокая. Бессердечная ты. — он со вздохом уселся обратно на пол и взял телефон. — Вообще ничего не будет сегодня. И ножки свои ночью мне не подсовывай. Греть не буду. • Ну, ладно. Обойдусь. Буду мерзнуть.- Катя выгнулась и из воды показались грудки со вздернутыми вверх сосками, и он моментально отреагировал, пропуская между пальцами сосок. Катя засмеялась • А как же, ничего не будет сегодня? • Все будет так, как ты захочешь. — прошептал Егор, наклоняясь и прихватывая сосок губами. • Вытирай меня. — Катя встала, и вода потекла вниз струйками по ее обнаженному телу. Егор тоже поднялся и взял полотенце. Катю качнуло от резкого подъема, вина и желания, и Егор подхватил ее, укутывая в полотенце. • Пьяница! — он медленно вытирал ее влажную кожу, плечи, бёдра, груди. Ее горячее, податливое тело сводило его с ума. Катя видела это, Разомлевшая от горячей воды и вина ластилась к нему, как мартовская кошка. Ловко стянула с него футболку, джинсы. У Егора были красивые, как для мужчины, и очень длинные ноги. Катя невольно залюбовалась его фигурой. Широкие, необъятные плечи, узкие бёдра, стройные ноги. Красавец. • Ты неприлично красив прям везде. • Прям везде везде? • Да. • Пойдём, я тебе покажу, где я ещё красив. — он подхватил ее одной рукой под попу и через секунду уже уложил на кровать. • Да, там ты тоже хорош, я знаю. — она сжала его бёдра, как ему нравилось, и впустила его в себя максимально глубоко. Егор зажмурился. Он доставал ее до самого самого донышка, чувствовал ее структуру, ее внутреннее устройство, ее тепло. Она обволакивала его, соединялась с ним, становилась одним целым. • Ты чудо мое! Самое прекрасное создание на земле! — близость между ними во всех смыслах и во всех сферах стала какой-то запредельной. Катя вдыхала и выдыхала его имя, как музыку, как стихи. Никто никогда не произносил его имя с такой глубиной познания. Той ночью все было бесконечно. Егор был прям в ударе, а Катя совершенно без сил. И только когда она в последний раз выстонала его имя он удовлетворился, и затем они просто лежали, переплетясь конечностями, лениво переговариваясь. • Илюха, все-таки, гений. Как он нас соеденил, а! • Это я тебя выбрала. — Катя высунула руку из-под его спины и высвободила волосы, спутавшиеся с его кулоном, который всегда висел у него на шее на ремешке. • В смысле, ты меня выбрала? — Егор сдвинул кулон чуть в сторону, чтобы он не соприкасался с катиными волосами. • В прямом смысле. Я смотрела, как ты с Орловой катался. • А ну-ка, ну-ка. — Егор приподнялся на локте и повернулся, чтобы видеть ее лицо. — Ты ж говорила, что первый раз меня увидела, когда мы на льду познакомились. • Не-а. Я говорила, что тогда мы первый раз встретились, а видела я тебя раньше, когда ты первый раз приходил. • А где ты была? • В зале сидела. Егор посмотрел на неё внимательно, на губы сомкнутые в полуулыбке, на чуть заметные морщинки вокруг ясных глаз, на волевой подбородок, и впервые у него закрались сомнения, что главный в их тандеме, все-таки, не он • Ты действительно думаешь, что Авербух решает с кем я буду в паре, серьезно? — Катя рассмеялась. Егор смутился, раньше он думал, что для него выбрали Катю. • А с кем ты разговаривала? • С Эрнстом. Он В Америку приезжал, когда узнал, что у меня с Куликом проблемы. • К тебе приезжал? • Не только, но и ко мне тоже. Он предложил мне этого, ну гардемарина. • Жигунова? • Да, кажется. Но он мне не понравился. Слишком тяжелый и без способностей. • А я понравился? • Они тебя искали экстренно, боялись, что я передумаю. • А, ты не так проста, как кажешься, малышка. — Егор поправил подушку и просунул руку ей под голову. • Двукратная олимпийская чемпионка не может быть проста по определению, малыш. Так не бывает. — Катя поморщилась. — Крепатура завтра будет у меня с твоим марафоном. Егор улыбнулся. • так хорошо же было. • Хорошо. Кто ж спорит. — Катя потянулась и поцеловала его в губы. — Ты расстроился из-за кастинга? • Нет, просто неприятно, когда тебя вслепую используют. - Ты мне сразу понравился. Я нас вместе увидела. — Егор посмотрел на нее с удивлением. — Нет, не в этом смысле. По другому. В паре, в танце, какие элементы сможем сделать. • Себя высоко надо льдом увидела, да? • Да. Увидела. Ты хорошо держался, и лед тебя сразу принял, а это редкость. • И ты приняла, да? • Когда узнала твоё имя, да. • В смысле, когда имя узнала? • Я хотела сына Егором назвать. — Катя произнесла это глухо, почти соприкасаясь губами с его кожей. • Правда. С ума сойти. — Егор был и поражён и взволнован таким ее откровением. • Но сына у меня нет. А имя это до сих пор близкое, что ли. • Для меня Катя знаковое имя, для тебя Егор. Так и в судьбу поверить можно. И в нашу встречу, в ее смысл. • Поживем увидим. — Катя расправила одеяло и укрыла их обоих. — Давай спать. Завтра много суеты будет. И они стали укладываться так, как уже привыкли засыпать в одной постели. Он обнял её со спины, вдохнул запах волос, а она спрятала у него ножки.