Twilight moonbeams

      После первой стопки виски я почувствовала приятное расслабление. Головная боль постепенно сошла на нет, и меня больше не беспокоили смешки и косые взгляды. Выпив ещё немного, я спустилась на пол к Мальсиберу, зарываясь пальцами в ворс ковра.       — Предлагаю сыграть в игру, — Агата нарушила неловкую тишину.       — И в какую же?       Мальсибер, разлёгшийся на ковре, ни на шутку оживился, чуть не вывернув стакан с виски.       — В нашу любимую. «Правда или действие».       На лице Исака появилась загадочная ухмылка и на долю секунды он переглянулся с Агатой, чья физиономия также показалась мне подозрительной.       — Что ж, в таком случае предлагаю вам всем пожаловать к нашему шалашу, — парень театрально склонил голову и погладил ковёр, приглашая остальных.       Недовольно кряхтя, ребята переместились с дивана на пол и расселись по местам, образуя круг. Без лишних вопросов Финн поместил по центру пустую бутылку пива, которую кто-то так кстати оставил неподалеку.       — Кто первый?       — Тот кто нашёл бутылку, — без промедления отвечает Исак, предвкушая начало чего-то крайне интересного.       Пожав плечами, Вулфард крутит бутылку и расплывается в хищной усмешке, как только та останавливается на мне.       «Сегодня день невезения или что?».       — Правда или действие, При-ма-ве-ра? — вкрадчиво спрашивает он, делая странный акцент на моём имени.       — Меня никто не называет полным именем, зовите просто Прим.       — Хорошо, просто Прим. Что выбираешь?       — Правду.       Ладони потеют от волнения и я незаметно вытираю их о синие джинсы. Чтобы выбрать действие мне нужно выпить куда больше алкоголя, чем они себе представляют.       — Какой твой секрет? — задаёт вопрос Финн, не сводя с меня карих глаз.       На мгновение мне даже показалось, что он пытается прочесть мои мысли, однако я списала эту догадку на разыгравшуюся паранойю.       — Твою мать, Финн, ты не мог придумать что-то поинтересней? Типа: «у тебя есть парень? Нравится ли тебе Мальсибер?».       Агата молниеносно прописывает Исаку смачную оплеуху и что-то шепчет ему, после чего тот смиренно затыкается в ожидании моего ответа.       — У меня нет секретов, я раскрытая книга.       — Врёшь, — уверенно заявляет Вулфард, не разрывая со мной зрительного контакта.       — С чего бы мне врать?       Я чувствую, как подступает жар и не придумываю ничего гениальнее, чем охладиться при помощи огневиски. Глотнув из стакана, я морщу нос.       — Наш Финнли видит тебя насквозь, — Мальсибер тоже делает глоток виски, но в лице от этого не меняется.       — Не называй меня Финнли, придурок.       — А кто ты? Ты Финнли! Мать Тереза нашего факультета, вратарь команды по квиддичу, староста и просто свет моих очей, — под влиянием выпитого Исак расходится ни на шутку, — ещё и единственный провидец на курсе, а, может, и вовсе в Хогвартсе.       — Ты провидец? — удивилась я, затаив дыхание.       — Не слушай этого идиота, — Финн отмахнулся, — я не провидец, просто люблю прорицания.       Его слова не убедили меня, но я не решилась расспрашивать о подобном человека, с которым едва знакома. Во всяком случае, это не моё дело. К тому же мы не друзья.       — Так что, секрет будет или хотите погадать на кофейной гуще? — вклинилась Агата, закатывая глаза.       Взяв себя в руки, я перебираю все возможные варианты, и понимаю, что мне придётся солгать, лишь бы они отстали. В моей жизни нет никаких секретов, за исключением одного, и если у меня есть возможность дальше сохранять его в тайне, то я буду пользоваться этой возможностью, пока не сыграю в ящик.       — На пятом курсе я нелегально продавала приворотные зелья в стенах школы. Однажды я перепутала один из ингредиентов и парень, которого опоили зельем, лежал в лазарете почти неделю.       В какой-то степени эта история правдива, только случилась она не со мной, а с моей подругой.       — Это правда? — Агата вскинула бровь.       — Да, — как-то подавленно выдавил Финн, подталкивая ко мне бутылку.       По нему было видно, что он не поверил моим словам, от чего по коже прошел мерзкий холодок. Идея сыграть в «правду или действие» больше не казалась такой забавной и я мечтала о том, чтобы всё это скорей закончилось.       — Секрет огнище, а теперь крути бутылку, Прим, — с нескрываемым сарказмом поторопил меня Мальсибер.       Слегка замешкавшись, я подтолкнула бутылку и та замерла, указывая на Уоррингтон.       — Правда или действие..?       — Правда.       — У нас что, вечер правды? Какие же вы все скучные, — взвыл Исак, раскачиваясь на месте.       — Куда ты пойдешь после Хогвартса?       Громкий шлепок ладони раздался на всю гостиную, сигнализируя о том, что Мальсибер чуть не пробил себе череп в facepalm'е.       — Эти вопросы в буквальном смысле убивают меня. Кто-нибудь, позовите целителя.       Агата уже во второй раз за вечер даёт затрещину своему сокурснику, и, сохраняя ледяную невозмутимость, отвечает:       — Я думала поступать в Салемский институт ведьм, но насчёт специальности ещё до конца не определилась.       Проведя тонкими пальцами по основанию бутылки, она пробежалась глазами по всем нам, а затем раскрутила её, как волчок. Слегка подрагивая, пивная бутылка медленно остановилась на... Мне!       — Может вас оставить вдвоём?       — Исак, не плачь, очередь дойдёт и до тебя, — съязвила Агата, — правда или действие, Прим?       — Правда.       — Хей, вообще-то нельзя выбирать дважды одно и то же. Такие правила! — Мальсибер надулся.       — Точно, в таком случае у нас остаётся действие, — задумчиво пролепетала слизеринка, погрузившись в мысли, — поцелуй Финна, новенькая.       Чуть не поперхнувшись конфетой, выступающей в роли закуски, я закашлялась на всю гостиную, приковывая к себе все взгляды.       — Ура! Наконец-то какой-то экшн, — радостно пропищал Исак, ожидая шоу.       — Я не буду выполнять это задание.       — Вечеринка отстой, — парень тут же скривился в гримасе разочарования, протягивая руку к стакану с алкоголем.       — Это так не работает. Я могу дать тебе другое задание, но не думай, что оно будет проще, чем предыдущее.       — Давай другое, — бормочу себе под нос я, наконец-то поборов приступ кашля.       Вулфард в это время сидел тише мыши, однако по его грустной мине было понятно, что он разочарован так же, как и его сокурсник.       — Засунь руку в карман брюк Финна и держи ее там десять минут.       Мой вид мрачнеет и я не знаю, что делать. Пластиковый стаканчик в ладони весь помялся, потому что я постоянно его сжимала, будто антистресс.       — Уоррингтон, я тебя обожаю. Ты это знала? — заулюлюкал Исак, обнажая ряд идеально ровных белоснежных зубов.       Агата ядовито скалится в ответ и шуршит обёрткой от «Берти Боттс», бросая её перед собой. «Надеюсь, тебе попалось драже со вкусом крысиного яда».       Финн же, молчавший всё это время, внезапно очнулся.       — Агата, почему ты всегда загадываешь пошлятину? Поменяй задание.       — Не строй из себя ангела, Вулфард. Все знают, какой ты на самом деле, — девушка хмыкнула, — к тому же я, кажется, сказала, что с каждым разом задания усложняются. Я могу придумать ещё одно, но кто знает, что придёт ко мне в голову.       Фантазия рисует самые изощрённые картины, и я, переступив через свою гордость и принципы, решаюсь пойти на глупость. Упасть в грязь лицом и прослыть тихоней мне не хотелось, однако интуиция подсказывала, что не стоит поддаваться на провокации. Прислушиваться к интуиции я не стала.       — Окей.       — Что-о-о-о? — Мальсибер выглядел удивленным.       — Я уж начала думать, что ты недотрога. Хвала Мерлину, — Агата облегчённо вздыхает, сменив фокус с конфет на меня и Финна.       Неловко оглядевшись по сторонам, я придвигаюсь поближе к Вулфарду, чей самодовольный вид заставляет меня ощутить неловкость. «Уж не думала, что буду таким заниматься в первый же школьный день».       Еле протиснув руку в передний карман его угольно-черных брюк, я начала осознавать всю интимность происходящего.       — Почему там так узко? — прошептала я, пытаясь не вывернуть собственное запястье.       — Оклахома, полегче с выражениями, а то в кармане Финна станет ещё тесней, — мерзко смеётся Исак, переглядываясь с Агатой.       Я стараюсь делать как можно меньше движений, и понимаю, что мои щёки опять запылали адским пламенем. «Десять минут... Нужно было потогроваться». Стараясь не смотреть на наглую рожу Вулфарда, я потянулась свободной рукой к бутылке, чтобы продолжить игру.       Игры закончились, когда потайной ход в гостиную факультета со скрежетом отворился.       — Дерьмо, декан! — в один голос завопили у входа два слизеринца.       Гостиная погрузилась в хаос. Метаясь из стороны в сторону, студенты хватали бутылки и пластиковые стаканы. Кто-то споткнулся о волшебный граммофон и тот, взяв самую высокую ноту, оглушил всех присутствующих звонким лязгом. Агата, словно по свистку, смела всю запрещёнку под черный диван, случайно раздавив при этом ногой пару драже.       — Стартуем! — ещё недавно пьяный Мальсибер рванул с места, сверкая пятками.       Сердце бьётся как ненормальное и мне кажется, что ещё немного и я умру. Переглянувшись с Финном, я дёргаю рукой, чтобы высвободиться, но в следующую секунду происходит, чего никто не мог ожидать.       — Карпе конгелатио! — с лицом полным презрения процеживает сквозь зубы какая-то слизеринка, направляя палочку на карман Финна, где до сих находится моя кисть.       Ладонь буквально срастается с его брюками, и мы оба, поддавшись панике, пытаемся рвануть в противоположные стороны, но я поскальзываюсь о мокрый пол и падаю на землю, чуть не сорвав с Вулфарда штаны. «Какой кретин здесь разлил напитки?!».       Висок неприятно пульсирует после столкновения с полом, и я вижу, как Финн протягивает мне руку, чтобы помочь подняться. За его спиной стоит высокая женщина в широкополой шляпе со страусиным пером... По комнатам разбрелись почти все, за исключением нас двоих.       — Минус сто очков, мистер Вулфард, — холодно бросает она, глядя на нас с нескрываемым омерзением, — в качестве бонуса вы получаете наказание. Вдвоём.