Cherry ice cream

      Электронный циферблат неумолимо отсчитывал минуты моей уходящей жизни. Под лирическую песню неизвестного мне исполнителя. Весьма атмосферно. В пятнадцатый раз перечитывая одну и ту же строчку из романа я поняла, что уже не могу торчать в этих четырёх стенах. Можно, конечно, присоединиться к маме за просмотром сериала, но лучше застрелиться. Даже Дастин не торчал в этот тёплый вечер дома. Нужно что-то делать. И на ум приходило только одно имя. Вытряхнув на кровать всё содержимое сумки, я искала помятый чек, на котором был написан номер телефона. Отбросив в сторону фантики, два недокурка и несколько других важных бумажек, я уже сидела у спинки кровати, вслушиваясь в гудки. — Сьюзен Мейфилд слушает. Приятный женский голос немного сбил меня с толку, но нужно было взять себя в руки. — Эм, простите, можно попросить Билли к телефону? — Билли! — Крик резанул по ушам, но я промолчала. — Тебе подойди к телефону! На заднем фоне послышалось мужское ворчание, но я не разобрала и слова. Заветный щелчок раздался довольно скоро. — Билли Харгроув к вашим услугам. — Голос был приятно хриплым и с явной заискивающей интонацией. — И какие же услуги ты представляешь? Можно сразу с прайсом. — Пытаюсь говорить томно и с придыханием, но к концу реплики не выдерживаю и срываюсь на смех, падая на кровать. Настроение явно становилось лучше. — Все, которые ты только можешь себе представить и даже больше. — Я хочу немного передвинуть мебель, — и это было правдой, — и была бы не против, чтобы ты мне помог. — Так нагло моё прекрасное тело ещё не эксплуатировали. — На заднем фоне послышалось шуршание. — Это только начало, милый. Ты там одеваешься, что-ли. — Два слова и могу раздеться. И надеюсь, что ты там тоже без одежды. Ты же лежишь на кровати, правда? — Моя нежная психика этого не выдержит. А чего это у тебя такой довольный голос? — Представил тебя голой среди розовых подушек. Это могло бы сойти за флирт, если бы не явная издёвка в его голосе. — А если серьёзно? — У меня сегодня намечается замечательный вечер. И не менее замечательная ночь. — Который ты решил провести со мной? Мне дико скучно. Кстати, у меня до сих пор твои очки лежат. — Я крутила в руках авиаторы, которые забыла отдать в последний раз. Он отдал мне их, когда я в последний раз развозила товар и забыла кепку дома. Меня стали чаще ставить курьером, когда покупатели начали хвалить меня и скорость доставки. Плюс, я не путала товар, что тоже оказалось важным фактором. Молчание затянулось и это был недобрый знак. Входная дверь громко хлопнула и спустя несколько громких шагов, хлопнула дверь в комнату Дастина. У кого-то плохое настроение. — Прости, малышка Ди-Ди. Но очки придётся вернуть, я заплатил за них целый полтинник. Они слишком круты для тебя. — Ой, фу, не называй меня так больше. И ты говнюк. — Я бы с удовольствием променял любую девчонку на вечер с тобой, ты же знаешь. Но не сегодня. Настроение снова опустилось на уровень подземки. — Меняешь друга на киску? Я в тебе разочарована. — Ооо, это не просто киска, ты должна меня понять. Это сама миссис К. Она восхитительна. Я тебе рассказывал о ней. — Серьёзно? — Я пыталась напрячь мозги, но ничего не выходило. — Ты мне про стольких девушек рассказывал, что нужно заводить отдельный блокнот для них. Постой, ты сказал миссис? Потянуло на замужних? Не боишься мужа с ружьём? — Ради такой женщины можно и умереть. Понимаешь, от неё даже пахнет желанием. И эта энергетика, эх, мимо неё невозможно пройти. — Надеюсь, что ты знаешь, на что идёшь. И бросаешь меня скучать в одиночестве. Это я к твоей совести взываю. — Нельзя взывать к тому, чего нет. Я заеду за тобой завтра, во сколько ты заканчиваешь? — У меня выходной. — Тогда заеду за тобой после своей смены, будь готова ко всем грязным и мокрым подробностям. — А так же к истории, как ты выпрыгивал голым в окно, потому что муж явился раньше времени. — До встречи в четыре, язва. Пожелай мне удачи. И я куплю тебе очки, в знак извинения. Не такие крутые как у меня, конечно. Но чуть выше уровнем, чем у лузеров. — А без удачи уже не стоит на взрослых женщин? — Хихикаю в трубку, вслушиваясь в тихое шуршание. Он наверняка душится или закрепляет свой локон, чтобы он спадал так, как Билли задумал. — Удачи. И не забудь про мятную жвачку. У тебя со рта несёт сигаретами. — Не забуду. Я в последний раз вытащил из твоей сумки целую пачку. — Что? Провожу рукой среди фанатиков и ещё раз засовываю руку в сумку. Действительно нет целой пачки! Как я не заметила? — Ах ты говнюк! — До завтра, малышка Ди-ди. — До завтра, целую. Хриплый смех всё ещё звучал в ушах, пока я расстилала себе постель и готовилась ко сну, но неприятный осадок напрочь не хотел покидать меня. И дело было совсем не в жвачке или чьей-то жене, и даже не в очках. Осталось дождаться завтра.       От грохота сверху уже гудела голова и даже подушка не помогала заглушить шум. Дастина будто ужалила пчела в одно интересное место. Всё утро бегает по дому в поисках Нарнии. Или ещё какой ерунды, которую только может искать подросток всё утро. — Нашёл! Да! Словно маленький слонёнок, подросток сбежал по лестнице, размахивая красной книжкой и пробежал мимо меня, специально заслоняя телевизор. — Мам! Ма-а-ам! Мам! Словно заведённый, Дастин снова пробежал мимо меня, заглядывая в каждую комнату и истерично крича. Кто нибудь может выключить звук? Довольно плотная фигура младшего брата стала перед диваном, заслоняя мне телевизор. — И? — Где мама? — Нужно иногда доставать голову из задницы. Тогда бы ты знал, что за ней заехала Мириам и они вместе уехали юбилей к кому-то. А теперь скройся, ты мешаешь мне смотреть фильм. Круглое лицо скривилось в озадаченности, настолько сильной, что я заподозрила, что случилось что-то серьёзное. — Это ужасно. Это просто катастрофа. — Дастин начал измерять шагами ковёр, вцепившись руками в свои кудряшки, чем напугал меня ещё сильнее. Первый день, как меня оставили с братом и уже что-то случилось. — Что произошло? У тебя что-то болит? — Это катастрофа! Мне нужно в Старкорт! — И это всё? Автобус к твоим услугам. Или велосипед. — Всю озабоченность его состоянием как ветром сдуло. — Ты не понимаешь, это вопрос жизни и смерти! У тебя же есть права? Должны быть, ты же взрослая! — Сомнительный показатель. — Хмыкаю. Рефлексы срабатывают быстрее, чем я успеваю подумать, когда Дастин дёргается в мою сторону, желая ухватить за руки. Не найдя опоры в виде моей тушки, подросток проваливается на диван, а я опрокидываю маленький столик. Не люблю резких движений в свою сторону. — Так, давай выясним. Я отвожу тебя в молл и ты не пристаешь ко мне, чтобы… — Кучерявый смотрит на меня не понимая, что я жду от него продолжения добрых две минуты. — Мне нужно встретиться с другом. — И это вопрос жизни и смерти? — И даже не одной. Пожалуйста, Дебби! Я у тебя никогда и ничего не просил как брат! — Это ты так думаешь. Ладно, — Ставлю столик на место и соглашаюсь с его просьбой, — гладь свои трусы и поехали. Такое впечатление, что всех, кому больше тридцати в этот молл попросту не пускают. Такого количества подростков и буйства красок мало где увидишь. Дастин весьма проворно обходил людей, иногда задевая их и тащил меня за собой, крепко ухватив за руку. Мне же оставалось изредка извиняться и плестись за ним беспокоясь, что рано или поздно я споткнусь и упаду. — Тебе он понравится! Вот увидишь! Хотелось крикнуть, что мне всё равно, но он бы в любом случае меня бы услышал. Слишком возбужденным он был. Остановился Дастин только, когда мы приблизились к кафе в виде лодки. На прошлой неделе, или чуть раньше, я привозила сюда салфетки. Или кондитерскую присыпку, не помню точно. Ничего особенного или сверхъестественного. Несколько семей и подростков занимали столики, весело общаясь и поедая уйму калорий. — Хендерсон! - Стив! Дёргаюсь, услышав свою фамилию, но быстро отмираю, когда до меня доходит, что обращение было не ко мне. Мой брат прыгал и скакал, обмениваясь приветствием с парнем, значительно старше него. Ну как значительно. Тот точно был совершеннолетним, хотя по детскому поведению так и не скажешь. — Словно две семилетки встретились на перемене. — Точнее и не скажешь, ха. — Я даже не поняла, что сказала это в слух, а девушка в костюме моряка уже протягивала мне руку. — Робин. — Дебора Хендерсон. Или просто Дебби, сестра того, кто глупо улыбается. — Мои соболезнования. А я напарник того, который просто глупо выглядит, даже без улыбки. — Парни общались между собой, активно жестикулируя и даже не обращали внимания ни на кого. — Я поняла это по милой панамке и шортиках. Ахой. — Протягиваю ей кулак и когда её кулак соприкасается с моим отвожу ладонь, имитируя взрыв. Робин повторила за мной и рассмеялась. Ладно, приехать сюда было не так уж плохо. Подождав долгих четыре минуты и пропустив двоих покупателей, парни наконец осознали, что стоят тут не одни. — Дебора! Это мой друг Стив! Он нереально крутой! — Дастин светился, словно шар на ёлке. Даже мило в какой-то степени. Стив, который нереально крутой, выглядел весьма комично в костюме моряка с этими шортиками и белыми гольфиками. Лицо имело довольно приятные черты и даже красивые глаза, если бы не одно но… поза, в которую он встал не вызывала во мне ничего кроме смеха. Парень вальяжно облокотился на прилавок, чуть склонив голову и ещё это небрежное движение с зачёсыванием волос назад, едва не столкнув панамку. Это выглядело бы горячо, несмотря даже на этот нелепый костюм, но ему не хватало харизмы. Если бы Билли поставить в эту ситуацию, исход был бы равен дюжине мокрых трусиков. Стив же получает лишь приподнятую бровь. Он у меня тогда и забирал доставку, но кроме глупой шутки про присыпку сказать так ничего и не смог. Точно, я привозила тогда присыпку. — Да, я вижу. Взрослый парень, одетый в пижаму, который дружит с десятилеткой. — И не одной. — Деликатно подсказывает Робин. А щёки Стива розовеют, делая его как-то особенно милым. Может с ним и не всё потеряно. — А это моя сестра Дебора. Очень милая, правда? Милый румянец становится заметнее, когда игривое выражение лица сменяется удивлённым. И почему он в который раз повторяет шутку, что я милая? — С-сестра? Откуда она взялась? — Тебе полную версию? Или хватит истории про пестики и тычинки? — Дастин хрюкнул на мою шутку и подставил руку, чтобы я дала ему пять. Ну да, конечно. Разбежалась. — Ты пускал слюни на сестру друга? Ой, как неловко. — Робин улыбается и рисует полоску на на магнитной доске, смотря прямиком в глаза напарника. Дастин морщится и переспрашивает. — Каждый раз, когда она приезжала в молл, нам приходилось выдавать вёсла покупателям. — Это противно. — Дастин морщится, стараясь не смотреть на друга, а тот не смотрел на меня. — Так, ты останешься тут или можем ехать домой? — Тянусь к руке брата, обращая внимание на себя. — Я останусь у Стива, мама в курсе. Честно. — Парень морщится и шевелит губами, явно переспрашивая про ночёвку у себя дома. — После уточнения про честность, все мои сомнения отпали. Но вникать в это я не буду, так что пока. — Машу рукой Робин и уже на выходе из кафе оборачиваюсь, протянув максимально томно особое прощание. — До встречи, Стив. Едва не смеюсь, когда слышу звон от упавшего подноса. Настроение становится чуть лучше, поэтому почему бы не порадовать себя новыми шмотками? Когда я в последний раз покупала себе что-то в магазине, а не в центре спасения? Года три назад? Хотя, если мои обрезные шорты ещё привлекают внимание, то всё не так плохо, как описывал Билли. Буйство красок выглядело весьма неплохо на плечиках, но я наотрез не представляла это всё на себе. Неоновые лосины и свитера в разноцветную клетку. Всё совсем не то. Перебрав не один десяток вешалок, нахожу себе серые легинсы, даже скорее металлик, чем скучно-серые. Некоторые девушки смотрят на меня неотрывно, переговариваясь между собой, даже не пытаясь это скрыть. Не скажу, что это меня задевает, но да, это неприятно. На какой-то миг появляется мысль, чтобы распылить огнетушитель в ту сторону, но я всё не решусь на такое. Единственное из-за чего они могут меня обсуждать — дружба с Харгроувом. Больше я ни в чём интереса не представляю. Да пошли они все.       В примерочных было ужасно тесно, освещение было слишком ярким, воняло, да и отражение в зеркале было просто ужасным. Правильно, в плохом отражении виновато зеркало. — Красть плохо. Мы просто повесим вещи обратно. — Картонные перегородки между примерочными не давали и капли уединения, поэтому и разговоры в чужих примерочных были слышны всем. К счастью, всем было наплевать. — Та ладно тебе, Од. Это такая мелочь, никто даже не заметит. Это большая сеть магазинов. Всё пройдёт гладко. — Я не уверена, Макс. Хоппер будет разочарован, если я украду что-то. — А вот тут прорезался интерес к разговору. Что-то мне подсказывает, что это не совпадение. С кем угодно, но не со мной. Рву бирку на леггинсах и прижимаюсь ухом к стене на несколько секунд. Дура, тут же дыра сверху и снизу! — Мы можем купить только этот ремень, нам хватит на него денег. — Нет, Од! Ты словно родилась в этом платье! Ты не можешь уйти без него! Если они украдут что-то из магазина, то их непременно увезут в участок. Если что-то натворит Макс, то отвечать будет Билли. Отец изобьет его. Снова. Даже если их не поймают, то платить придётся работникам магазина. Мне должно быть наплевать. Это не моё дело и ничем хорошим для меня не закончится. Нужно повторять себе это чаще. Запихнув шорты в рюкзак и сжав вешалку, резко дёргаю красную шторку соседней примерочной. Девочки вскрикивают и замирают в глупых позах, смотря на меня во все глаза. Они как раз пытались засунуть вешалку под майку Макс таким образом, чтобы её не было видно. Господи, как это жалко выглядит. — Ты что тут делаешь? Закрой немедленно! — Рыжая хватает меня за руку у дёргает внутрь примерочной, а шторка закрывается сама за спиной. Наверное, я зацепила её. Слишком тесно, даже дышать проблематично. — Ты что, следила за нами? — У тебя слишком завышенная самооценка. И громкий голос. Ну это так, на будущее. Если захотите что-то украсть, то не стоит орать об этом на весь магазин. А лучше зарубить себе на носу, что воровать отвратно и за это могут отрубить руку. — Мне отрубят руку, если я украду? — Вторая девочка, вообще не помню её имя, смотрела на меня своими огромными испуганными глазами. Божечки, она восприняла мои слова всерьёз. — Не слушай её, Од. Никто нас ничего не отрубит. — Да, ваши родители будут не такими добрыми и придумают что-то похлеще. Да вытащи ты уже эту вешалку, в конце концов! Давай её сюда. — Под недовольное сопение, забираю вешалку и осматриваю девочек ещё раз. Платье действительно было симпатичным и очень шло Од, вроде бы так, но не стоило таких жертв. — Вам действительно нужны эти тряпки? — Очень. В них я чувствую себя собой. — Она была настолько открытой и искренней, что я дала себе мысленно подзатыльник. И зачем я сюда влажу. — Говорю наперёд, что это не благотворительность. — Тянусь к шее Од и открываю бирку, про которую они забыли, показывая магнитную наклейку. — Вас спалили бы моментально благодаря этой малышке. — Нам от тебя ничего не нужно. — Конечно не нужно. Хватайте своё барахло и пошли за мной на кассу. — Закусываю губу, замечая ценник в двадцать баксов. Чёрт, мои легинсы стоят девять. Ладно, ты давно не покупала печенье у скаутов и не жертвовала церкви. Такой себе плюсик в карму. — У нас нет денег. — Гневно шепчет Макс, хватая меня за руку и косится в сторону малолеток, что проважают нас взглядом с явным ехидством. Это что ещё за малолетние стервы? — Я это заметила. — Вовремя замечаю ремень на её талии и с него тоже срываю бирку. Пять баксов, просто замечательно. Шайка начала довольно громко смеяться, даже не пытаясь это скрыть. Всё бы ничего, если бы они не смотрели прямиком на нас. — Это ещё что за гиены? Рассчитайте пожалуйста. И пакетик. — Мы как раз подошли к кассе. — Не важно. — Макс облакотилась на стол, пытаясь выглядеть непринуждённо и небрежно водила взглядом по магазину, напрочь игнорируя сторону, где были те пигалицы. Оди поспешно скопировала позу подруги. Ну ладно. — Заметно. Меня обязаны причислить к лику святых. Серьёзно. Малолетки стояли возле отдельной витрины, полностью посвящённой очкам. Точнее, одной модели, особенной. Настолько особенной, что там висело целых четыре рекламных плаката и картонный Умник, из фильма «Клуб» завтрак», в этих самих очках от Ray-Ban. Влажная мечта подростков. — Не понимаю, что они в них нашли. — Девушка кассир пробормотала себе под нос, но я услышала. Заметив мой взгляд, она чуть стушевалась и поспешила объясниться. — Я про очки. Пятнадцать долларов за кусок пластика, но школьники на них помешаны в последние несколько месяцев. Там остались всего две пары, а они уже час не могут решить, кто их купит. Две пары говорите? План быстро выстроился в моей голове и я улыбнулась. — Одну минуту! Я точно ударилась головой по дороге сюда. И ударилась настолько сильно, что даже не запомнила. Иначе как ещё объяснить этот аттракцион невиданной щедрости? Стараюсь держать спину максимально прямо, а выражение лица держать надменным. В каждом классе есть подобные курицы и каждый ботаник, так или иначе страдал от них. В мои школьные годы было пролито достаточно слёз, чтобы сейчас спугнуть их одним только взглядом. Три девчонки и один подросток, словно море, расступаются передо мной, но ещё три остаются стоять стоять у витрины, брезгливо осматривая меня. Ой, да брось. Было бы кому. Замечаю очки как раз в их руках. С бирками, всё как следует. — Простите. — Мило улыбаюсь, вырывая из цепких пальчиков заветный пластик. — Какое совпадение, что осталось как раз две пары. -Ваащето, — морщусь от столь противного сленга и жвачки, которую она не перестаёт жевать, широко раскрывая рот, — мы их собрались покупать. — Ой, правда? Как жаль, ведь я их уже покупаю. Не переживайте, там есть витрина с распродажей. Вы обязательно там себе что-то подберёте, одну пару на всех. Парня же делите. Немного совестно, что я, взрослая женщина, издеваюсь над детьми. Но совсем чуть-чуть. Две пары очков падают на кассу, перед счастливыми подростками. Глаза Макс источают меньше ненависти, вместо этого в них царит счастливая надменность. — В один чек, пожалуйста. И протрите их, а то они слишком залапаны. А вы, — оборачиваюсь к Макс и Оди, — должны мне мороженое. И никто об этом знать не должен, я дорожу своей репутацией. — Разве городская сумасшедшая и подстилка — хорошая репутация? — Рыжая поправляет очки и счастливая обнимает подругу за руку, пока мы выходим из магазина. — Написанное в твоём дневнике не считается. А ведь на какое-то мгновение мне показалось, что ты милая. — Хорошо, что это мгновение быстро прошло. — Максим рассмеялась неуверенной шутке Од и дала ей пять. Докатилась, меня унижают десятилетки. — Нам по четырнадцать, вообще-то. — Весело бросает она, когда мы заходим в кафе, под удивлённый взгляд Стива. Похоже я опять думаю вслух. — Нашла себе новых друзей? — Стив передаёт мне рожок, стараясь коснуться моих пальцев. — Так получилось, что они интереснее, да и умнее, большинства моих сверстников. — Понял, Стиви? — Рыжая засмеялась, облизывая мороженое и потянула свою подругу на выход. — Да, Стиви! — Од тоже засмеялась, оборачиваясь на моряка. — Эй, а тебе вообще можно тут находиться? — Парень заметно обижается, но что девчонки переглядываются и убегают, взявшись за руки. Отлично, меня бросили. Просто прекрасно. Неожиданно Макс возвращается одна и с нетерпением смотрит прямиком на меня. — Ты идёшь или нет? Кто-то должен отвезти нас домой. Просто отлично, я ещё и шофёр. Тяжёлая рука опускается мне на плечо, обращая моё внимание. — Поздравляю, теперь ты в вечном рабстве у самых странных подростков этого города. — Покачав головой и улыбнувшись, пробую наконец своё вишнёвое мороженое и иду на выход. — Дебби! — Оборачиваясь на Стива, который уже полулежит за кассой, подперев голову кулаком. — Эти лосины отлично смотрятся. Мне нравится.