Под колпаком ведьмы

      Я уронила шарик, но тот даже не треснул. Лишь мирно покатился по полу, сияя своей зеленью и мрачной синевой с красными прожилками. Это повторялось. Из раза в раз. Из раза в раз. Моя истерика, гневный всплеск, не приводивший ни к чему, кроме опустошения.       Я поджала губы, отворачиваясь, швыряя на диван кофту и шумно вдыхая. Кошка, заметив моё настроение, предпочла ретироваться в другую комнату, оставив меня и её наедине. Девушка сидела на краю дивана, наклонившись вперёд и перебирая бумажки. Старые записи, заметки, черновики.       — Такой бред только идиотке, вроде тебя, пришёл бы в голову.       Я не уверена, кто из нас произнёс эти слова. И о чём они были. О моих действиях или старых идеях. Она улыбалась, так что, наверняка, это она сказала. Это не могла сказать я. Не могла. Я вцепилась в свои волосы, наворачивая круги по комнате. Что я упустила? Почему всё так запуталось? Все нити, что я держала в руках. Я просто старалась недоговаривать. Я просто старалась не расстраивать. Я просто пыталась быть дружелюбной. Почему всё дошло до такого?       — Потому что ты решила подыграть им.       Заткнись, просто заткнись, будь так любезна. Я знаю, я знаю, всё наверняка пошло не так тогда, когда я не попыталась отвязаться от этой игры. Точнее, нет, я пыталась, но теперь меня просто, чтоб его, не слушали. Потому что первое слово дороже второго, и я сама однажды сказанула эту тупую вещь. Теперь нужно было расплачиваться.       — Люди меняются. Да и про это уже могли забыть.       С её лица не сходила улыбка, и от этого меня коробило ещё сильнее. Воздуха не хватало. Я наклонилась, хватая стекляшку и швыряя её о стену. Девушка пригнулась, уворачиваясь, но шарик всё также не дрогнул, сохраняя целостность. Почему он всегда выдерживал? Что вообще могло его сломать? Чтобы наконец-то хватило сил покончить с этим всем, а не мучиться вот так.       Она зашипела, поднимая упавшие листы, но даже не возмутилась вслух.       Внутри так и крутило от этого ощущения. Мутило.       Мне так надоело, так надоело, я так устала, это невыносимо. Почему я продолжаю встревать в эти разговоры, которые мне противны, можно ведь просто уйти, замолчать, сменить тему. Я не умею спорить, я не умею, я просто начинаю ругаться и продавливать свою точку зрения, это неправильно. Я терпеть не могу, когда говорят про ненависть к чему-то. Я ненавижу это. Я ненавижу себя за это. Это отвратительно. Я отвратительна. Как это прекратить, как это прекратить, я просто хочу спокойствия, оставьте меня в покое, сгиньте.       Это неправильно, это нечестно, нужно делать вид, что всё хорошо. Они не заслужили такого, они не виноваты, это мои проблемы, лучше их не напрягать, я не хочу этого, я справлюсь, у меня нет выбора, нужно улыбаться, улыбаться, улыбаться. Всё хорошо. Всё хорошо. Нельзя сдаваться. Нужно бороться. Я смогу. Всё хорошо. Я справлюсь. У них свои проблемы, что там с моими мелкими переживаниями, всё хорошо, я справлюсь, у меня нет выбора. Улыбаться.       На секунду я закрыла глаза, чувствуя, как кружилась голова. Взгляд не фокусировался. От этого было больно. Но ничего. Это быстро пройдёт. Нужно было подождать. Всего лишь подождать. Всё однажды пройдёт. Моё время тоже.       Смех.       Её.       Щелчок.       — ТЫ МОЖЕШЬ ЗАТКНУТЬСЯ ХОТЬ НА МИНУТУ?!       Она не выдержала мой вес и завалилась, рухнув с дивана и ударившись спиной о пол. Девушка замерла, даже не пискнув после того, как у неё выбило воздух, ошарашенно смотря на меня, навалившуюся сверху и сжавшую ворот её платья у самой шеи. Хватит так на меня смотреть. Хватит. Прекрати. Я не хочу этой проклятой жалости. Не надо её. Отвратительные серые глаза, короткие русые волосы. Мои длинные, того же цвета, но спутанные, падали ей на лоб, пока я изо всех сил пыталась не разреветься, опускаясь лбом к её плечу. Не могу. Не могу смотреть.       Ненавижу её.       Каждый раз она здесь. Каждый раз она рядом. Каждый раз напоминала, какая я слабая и ничтожная. Никчёмная. Бесполезная. Пустая. Фальшивая.       Несмотря на произошедшее, она обняла меня. Не сказала и слова, не ответила ничего в ответ на мою бескрайнюю ненависть. Несмотря на то, что она это, несомненно, разделяла.       Босая девушка, выглядящая в точности как «я».