Это лето было бесконечным

      Через какое-то время ребят начало клонить в сон, и они разошлись по комнатам. Парни уже разделись и легли на свои кровати, где Антон начинал клевать носом, но к Арсу сон упорно не шел. Он лежал на боку, рассматривая профиль Антона, подсвеченный лунным светом, то и дело возвращаясь к губам, которые неоправданно быстро отстранились от него днём.       Арс никогда особо не анализировал свои романтические увлечения. В отличие от Антона, о пьяных похождениях которого была наслышана не только вся школа, но и несколько ближайших районов, Арс встречался лишь с одной девочкой, с которой, Арс был свято уверен, у них любовь до гроба, но в итоге они драматично расстались больше года назад, и всё это время он зализывал раны разбитого сердца. Да, ему кто-то нравился, да, на него обращали внимание, но ему как-то всегда было не до того. Всё своё время он посвящал учёбе и актёрке, а гулять с кем-то просто так, без хотя бы банальной влюблённости, не видел смысла.       И вот Арс, которого весь последний год совершенно не интересовала хоть какая-то человеческая близость, лежал в старом доме где-то в забытой богом деревеньке и пристально рассматривал парня напротив. Арс не был из тех, кто любит что-то оттягивать и пускать ситуацию на самотёк, надеясь, что она как-то разрешится. Если его волновал какой-то вопрос, то с ним нужно было если и не окончательно разобраться, то точно как-то подтолкнуть развитие действий в нужную ему сторону. — Антон, — тихо позвал, зная, что тот всё равно услышит. — Мммм? — С чего ты решил, что мне не понравилось? — Что? — Поцелуй. — А. Блять. Ой. Так, — сон сняло как рукой, Антон встрепенулся и судорожно попытался собрать в кучу разбегающиеся мысли. Надавил на виски, жмурясь. Он явно не был готов сейчас к этому разговору. — Ну-у-у, ты застыл и попытался вытереть губы. Будто тебе мерзко. Правда, прости за это, я не хочу, чтобы у нас испортились отношения. У меня обычно нет пидорских замашек, просто я подумал… ай, не важно, — Антон махнул рукой.       Арс закатил глаза, замотался в одеяло и перелез на кровать Антона, усаживаясь ему на ноги. Даже в лунном свете было видно, как у того удивлённо расширились глаза. — Что ты делаешь? — прошептал он, стараясь скрыть возникшую нервозность и вглядываясь в силуэт Попова, вес тела которого приятно давил на ноги. — Ничего, — также шепотом ответил тот и наклонился, соприкасаясь с Антоном носом.       Какое-то время они сидели так, пронзительно вглядываясь в глаза друг друга. Арсений выглядел хитро и задумчиво. Антон почувствовал, как покраснел. Он не решался ни какие действия, а просто смиренно ждал, надеясь, что биение его сердца не настолько громкое и отчётливое, как ему кажется.       Наконец Арс потянулся и сократил разделяющие их сантиметры, накрывая губы парня своими и проводя по ним языком. Он отстранился раньше, чем Антон успел ответить. — Я думал, тебе Окс нравится, — стушевавшись, прошептал тот. — Да, нравится, — Арс кивнул, не видя смысла это отрицать. — Но… зачем ты тогда… — А что, если мне нравится не только Окс?       Антон нервно сглотнул и промолчал, переваривая информацию. Прежде, чем он нашелся, что ответить, Арс потрепал его по волосам и, бросив короткое: «спокойной ночи», вернулся к себе на кровать и с головой зарылся в одеяло, показывая, что разговор окончен. — Спокойной ночи, — прошептал Антон в потолок.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

      Утром ребята проснулись позже обычного — небо было затянуто тучами, через которые, вопреки обыкновению, не удалось пробраться солнечным лучам, чтобы всех разбудить.       Антон лениво состряпал завтрак, Арс сварил кофе, чуть не опрокинув всё на пол, а Оксана, зевая, перемыла всю грязную посуду, которую они не убрали со вчера. В итоге клюющая носами троица воссела на веранде, меланхолично поглощая завтрак. Делать ничего совершенно не хотелось — сказывалось то ли давление, то ли повышенная влажность, а может и распитые перед сном несколько бутылок пива, на которые, правда, все отказывались грешить, свято отстаивая факт, что вот пиво-то точно не причём, и их разбитое состояние с ним совершенно не связано. — Как же они меня раздражают, — проворчала Оксана, сдувая с носа вечно спадающие на лицо волосы. — Так отрежь, — Антон пожал плечами, на что девушка заинтересованно подняла брови, будто ей в действительности никогда в голову эта идея не приходила. — Знаешь, а может и нужно, — она накрутила локон на палец и оттянула перед лицом. — А что мне? Сейчас лето, жарко, с короткими оно и лучше будет и удобнее. — Не режь, — Арс встрепенулся и, прежде, чем сам успел осознать, что делает, аккуратно перехватил её руку, бережно проводя по локонам. — Это почему? — Они же у тебя красивые. Мне… нравятся. Не отрезай всё, пожалуйста, — он сам не знал, почему для него это так важно, но в этот момент он чувствовал себя готовым умолять на коленях. — Арс, ты чего. Пусть она сама решает, — вступился Антон.       Девушка растерянно обвела их взглядом и слегка покраснела, наконец выдергивая пряди из рук Арса, который так с ними и застыл. — Тогда режьте сами, как хотите и сколько не жалко. — Тогда я сделаю тебе чёлку, — Антон коварно улыбнулся. — А ты умеешь? — Конечно нет, но так только веселее.       Недолго думая, импровизированную парикмахерскую решили соорудить на кухне. Оксану посадили на стульчик, на стол положили всё, что показалось полезным в этом нелегком деле — расчёску, несколько ржавых ножниц разного размера и стакан с водой. После того, как девушку тщательно причесали, Антон, с видом видавшего всё мастера, набрал воды за обе щёки и принялся брызгать её на чёлку на манер пульверизатора. — Баклан, — засмеялся Арс, наблюдая за его манипуляциями. — Не баклан, а маэстор Антонио, прямиком из Парижа, приехал, чтобы явить вам последний писк французской моды! — Антон принял высокомерно-оскорбленный вид. — Или вы не хотите почувствовать на себе на что способны мои мастерские пальчики? — Ох, простите, маэстро, — Оксана деланно испугалась, еле сдерживая улыбку. — прошу вас, используйте силу своих пальцев по назначению. — Ну или можете всё-таки взять ножницы и отрезать чёлку, — усмехнулся Арс, нагло перетягивая шутку от Оксаны.       Антон отделил нужные прядки, взялся за ножницы и принялся небрежно резать ими разные куски. Арс вздохнул и закрыл лицо рукой, не желая лицезреть такое варварство. — Вуаля! Можно смотреть! Нет, Оксана, не тебе, ты увидишь, когда мы всё закончим. Коллега, как вам?       Он заискивающе обернулся на Арса, внутренне сжимаясь, словно заведомо ища одобрения. Словно это не игра и мнение Арса в этом вопросе действительно много значит.       Арсений открыл глаза и выражение лица быстро сменилось с недоверчивого на удивлённо-восхищенное. — Вау. Это… Знаешь, а может в тебе действительно умирает парикмахер, — задумчиво проговорил Арс, наклонив голову. Нет, эта стрижка определённо не подходила для повседневной жизни, но ровные линии так красиво ложились под острыми углами друг к другу, что Арс был бы не удивлён, если бы эта стрижка засветилась бы где-то на фотосессии в модном журнале. — Я не знаю, насколько ты осознанно это делал, но у тебя, похоже, золотые руки, Шаст.       Антон глупо улыбнулся, чувствуя, как теплеет в груди. А может так и есть. Ведь как бы Антон иногда не хотел показать, насколько ему на всё пофиг и плевать с высокой колокольни, некоторые мнения, действительно значат больше, чем другие. Даже если кажется, что это ничего не поменяет. Да и как может ничего не значить мнение человека, взгляда которого ты ищешь несколько лет подряд? Когда эта игра становится настолько привычной, что давно стала неотъемлемой частью твоей жизни. Когда ты выучил чужое расписание даже раньше собственного, которое смутно помнишь и к концу года, только чтобы успевать оказываться под дверьми нужного класса и пытаться поймать заветный взгляд.       Это стало его игрой, в которой он заранее признавал себя проигравшим и с готовностью поднимал руки, сдаваясь и добровольно принося себя в жертву. То, что сначала было банальным интересом к красивому мальчику, переросло во влюблённость, а затем, перейдя через недели страданий, волнений и самоистязаний, в крепкую любовь, которая просто жила в его сердце, без малейших притязаний что-то получить. В книжках такую называли «безусловной» и Антону всегда казалось это красивым.       Всегда казалось красивым, но он не мог и представить, что когда-нибудь почувствует это сам. И вот, появляется Арс, и вся его лихая самоуверенность разбивается, словно волна о скалы. Взять бы себя в руки, подойти бы к нему в школе, да повода нет. Предметы ведут разные учителя — ответы на контрольную не спросишь. Профили разные — по поводу ЕГЭ не посоветуешься. Даже в футбол, блять, их классы никогда не играют вместе. А вот так, просто, ни с чего Антон не мог. Не с Арсом. Пробовал, да не выходило.       Так что он, и так ведя довольно веселую жизнь, начинает ходить совершенно на все культурные и некультурные мероприятия, в надежде наткнуться там на Попова. С культурными получается не очень, не то что бы Антон причислял себя к тупому быдлу, которое не может наслаждаться искусством и поддержать беседу, но это всё было не его. Как бы Антон ни пытался наладить контакт, он всё равно чувствовал себя лишним и чужим, будто не в своей тарелке и подойти там к погруженному в процесс Попову банально не хватает яиц. Да и тем общих у них особо-то нет. Что он может? Блеснуть очередной тупостью из-за которой все, кто ещё этого не понял, точно убедятся в его узком кругозоре? Поэтому на всяких выставках-театрах и сборищах приверженцев кружков самодеятельности, которые так любил Арс, ему было скучно. А как же иначе, если привык всё свободное время гонять от ментов на скейте и расписывать граффити крыши домов, обязательно не забыв ввернуть туда пару матерных, да покрупнее, поярче, чтобы весь город видел. И вот, вместо культурных он ходит на другие мероприятия, где бухает как не в себя, засыпая каждый раз в новой кровати, на утро почти ни черта не помня. Ведь Арс на такие не ходит. А если уж и ходит, то всё равно находится в своей компании, особо не интересуясь, чем там всякие долбаёбы из параллели занимаются.       И вот сейчас Антон стоял, замерев, как вкопанный, и наблюдал за тем, как Арсений с нежностью гладит волосы Оксаны и отрезает кончики, стараясь сильно не испортить длину, которая ему так нравится. Антон знал, что не имеет на Арса никаких прав, и ничего не требовал, а поэтому был свободен от горечи и ревности. Лишь клокочущее внутри счастье, что после стольких лет он наконец здесь и имеет полное право в открытую за этим наблюдать. Кто бы ему сказал ещё полгода назад, что звёзды сойдутся и карты сложатся настолько хорошо, он бы ни за что не поверил.       Арсений закончил с кончиками и отложил ножницы. Трепетно оглядел своё творение и отошел на пару шагов. Антон уже был тут как тут, поднося Оксане большое заляпанное зеркало, которое снял со стены одной из спален. Он встал перед ней и с наслаждением наблюдал, как девушка крутит головой, рассматривая новую причёску, в ее глазах медленно загораются восторженные огоньки, а стоящего рядом Арса по лицу расползается улыбка. Он поднял взгляд и подмигнул Антону.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

      Из-за тяжелых туч и пусть тёплого, но порывистого ветра, ни на речку, ни ещё куда, ребятам идти не хотелось и они решили растопить баню. Оксана с Антоном пошли к соседям за дровами, но вернулись с вениками и поленьями, превратить последние в дрова, на правах самого сильного и достаточно адекватного, чтобы не оттяпать ногу, выпало Арсу. Антон с Оксаной сели на ступеньках крыльца и, потягивая пиво, с наслаждением наблюдали за тем, как по голому, спасибо жаре, атлетичному торсу скатываются капли пота, а мышцы твердеют от напряжения. Как топор, ведомый подтянутым телом, с мощью обрушивается на полено, не оставляя ему и шанса. — Ох, — Оксана с Антоном вздохнули в унисон и понимающе переглянулись. — Ты же из-за него поехал, да? — тихо спросила девушка, чтобы чужие уши не услышали. Антон кивнул. — Так заметно? — А есть разница?       Антон пожал плечами. — А он из-за тебя. Ну там, любовь к старосте и всё такое. — Неа. Если бы ты тогда не влез, он бы не решился на поездку, несмотря на всю «любовь к старосте», — Оксана вздохнула и положила голову Антону на плечо. — Глупые мальчишки. Вечно не знаете, чего хотите, и даже если вдруг узнали, то всё равно не делаете. — Есть такое, — он мягко улыбнулся и склонил голову к её. — А сама то? — А я хочу всё и сразу и поэтому и вовсе не хочу ничего. Это другое. — Глупые девчонки, — Антон усмехнулся. — Есть такое.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

      Баня была затоплена, вода — нагрета. Ребята сидели на деревянных полках, обмотавшись полотенцами. Их тела блестели от пота в тусклом свете, а распаренная кожа отливала красным. Оксана, блаженно закрыв глаза, сидела на верхней полке. Рядом с ней примостился Антон. — Давай ещё, — вяло поросил он и Арс подлил воды на шипящие камни, заполняя небольшое помещение новой волной жара. — Вам нормально? — спустя время поинтересовался он, чувствуя, что уже не может дышать. — Да не, прохладненько что-то.       Арс закатил глаза и поднялся со своего места, толкая дверь парилки. — Ты куда? Уже всё что ли? — Антон приподнялся на локтях, недовольно глядя на него с верхней полки. — А как же попарить? Отбить веничком? — Простите, это уже без меня, — он поднял руки в капитулирующем жесте и вышел из парной.       В помывочной уже предусмотрительно стояли вёдра и тазики как с нагретой, так и с ледяной водой. Арсений поднял один из них над головой и опрокинул на себя, жадно вбирая ртом воздух, который казался особенно свежим чистым под потоком ледяной воды. Сразу полегчало. Он расслабленно осел на пол, взял баночку Оксаниного шампуня и принялся методично втирать его в отросшие волосы. Из парной раздались весёлые крики, на грани со стонами, и четырёхэтажный мат. Арс усмехнулся, представляя, как его двоица наконец пустила в ход веники.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

      Распаренный, раскрасневшийся довольный Арс стоял под козырьком на входе в баню и подставлял лицо сильному свежему ветру, который орошал его каплями тёплого летнего дождя. Ему нравился этот контраст, дарующий ощущение, будто он заново переродился.       Новый он. Новые мысли. Новые чувства. Чувства. Они-то здесь били через край. Будто в городе осталась какая-то защитная скорлупа, сковывающая его душу и теперь весь мир навалился разом, даруя каждое из своих чувств. Что с ними делать, Арс не знал. Они словно вливались в него снаружи и переполняли изнутри, заставляя подмечать то, чего не видел до этого и вызывая желание наслаждаться этим.       Дверь бани позади него открылась и на пороге показался Антон с накинутым на бедра полотёнцем, но за шумом бушующей природы Арс не сразу это услышал. Ведь какое-то время Антон тихо стоял в проходе, запечатляя в голове открывшуюся ему картину. — Тоже дождь любишь? — раздалось за спиной и Арс вздрогнул, а потом почувствовал, как его успокаивающе, словно извиняясь, по-дружески похлопали по спине, а в руки засунули кружку с ароматным горячим чаем. — Люблю. В него приятно думается. Гораздо легче, чем в жару и солнце. — И что же ты надумал? — Антон встал рядом с ним, опираясь о перила. — Как будто ничего стоящего. Лишь больше запутался, — Арс вздохнул, отпил чай и выжидающе посмотрел на Антона, будто надеясь, что он даст ответы на его молчаливо летающие в воздухе вопросы.       Антон рассматривал его несколько секунд затем, засмущавшись, отвёл глаза и высунул руку вперёд, подставляя ее под потоки ливня. — Ты хотя бы примерно понимаешь, как я к тебе отношусь? — прошептал Антон и Арсу пришлось напрячься, чтобы разобрать слова. — Я… я тебе нравлюсь? — Нравишься? — Антон усмехнулся. — Да, можно и так сказать, — пробормотал он. — Можно и так, а можешь и по-другому, на твой вкус. — А на самом деле? — На самом деле… — Антон закусил губу, потом развернулся на него и неловко перекатился с пяток на носочки. — Если в твоё определение понятия «нравится» входят несколько лет безуспешных попыток заговорить, чёртовы мысли, постоянно кружащие в голове, словно стая воронов. Если «нравится» — это желание узнать как можно ближе, так, чтобы вырезать на подкорках сознания всевозможные эмоции и выражения лица, чтобы когда трахает кто-то другой можно было всегда представлять того самого человека, то да, блять, ты мне нравишься. Сука, Арс, я даже нашел духи, как у тебя, лишь бы дома пахло тобой. Это похоже на то, что ты мне нравишься? — Антон обезоруженно развёл руками, открываясь, сдавая себя с потрохами. Он мог сказать что угодно. Мог ограничиться кратким «хочу» или даже разоткровенничаться на «люблю», и даже это бы ничего не значило по сравнению с тем, что он сказал. Потому что в простое одинокое «люблю» конечно можно вложить весь спектр своих эмоций и чувств, но разве это стоит того, когда это «люблю» ни разу не произнесено, но буквально кричит между букв, между строк, в обрывках фраз, слетающих с языка между преоткрытых губ. В своём тихом монологе, перекрываемым шумом дождя он прокричал про свою любовь десятикратно и открыто, не оставляя себе и шанса. И Арс это услышал. Арс это понял.       А Антон понял, что он понял. Потому что Попов тяжело сглотнул и замер с широко распахнутыми глазами, пытаясь понять, что на это ответить. — Не парься ты так, — Шаст прильнул к нему и положил голову на плечо. — Я ничего от тебя никогда не просил и не прошу. И сказал я это не чтобы ты выбирал между мной и Оксаной. Как раз наоборот. Тебе не нужно ничего выбирать. Я лишь хотел донести, что тебе пора бы перестать копаться в своих запутанных мыслях и сомневаться, а просто начать делать то, что чувствуешь, если ты этого хочешь, — Антон осторожно скользнул пальцем по его руки и принялся гладить костяшки. — Да и вообще. Мы уже выпустились. И я не знаю, увидимся ли ещё. Но раз уж мне предоставился такой шанс, я просто не мог тебе этого не сказать. — Спасибо, — выдохнул Арс и перевернул руку, переплетая пальцы Антона со своими.       Дверь бани снова распахнулась и из нее показалась розовощёкая Оксана с накинутым на плечи халатом. — Ой, какой ливень чудесный, — восторженно произнесла она, вставая по другую сторону от Арса. Тот скосил глаза на Антона, думая, что момент разрушен и парень сейчас от него отшатнется или хоть как-то сменит позу, но тот стоял, как ни в чём не бывало. — А в бане даже и не слышно.       Антон задумчиво окинул взглядом девушку, затем Арса и возвёл глаза к небу. — Если всем так нравится дождь, то чего мы просто стоим? — глубокомысленно изрёк он. — Бросай зонт и побежали? — улыбнулась Оксана, подхватив мысль. — А то! — Какой зонт, мы же под крышей? — вздохнул Арс, видя, как двоица уже хватает его за руки по обе стороны и тащит от перил. — Вы чего? Мы после бани, головы мокрые, заболеем же. — Может быть. А может быть и нет. Главное, чтоб оно того стоило, Арс. Особенно, если ты этого хочешь. А я сейчас чертовски хочу под этот ливень, — Антон счастливо зажмурился и рванул из-под козырька, дёргая Арса вперёд и по другую сторону его действия повторила Оксана.       Они выбежали прямо босиком на мокрую траву, радостно вопя, срывая глотки, наслаждаясь тем, как даже самый громкий звук утопает в бьющихся о землю каплях. Арс позволил себе забыть про прошлое, будущее и просто наслаждаться моментом. Чувствовать мощь бушующей вокруг него стихии, воду, затекающую в глаза и горло, чувствовать колосья мокрой травы, щекочущие ступни и пробивающиеся сквозь пальцы. И видеть, что он не один. Что рядом с ним люди, которым даже не нужно объяснять весь свой восторг от захвативших его чувств. Потому что они целиком и полностью его понимают. Потому что чувствуют тоже. Как такой разный, но единый организм. Как настоящая семья, какой она должна быть.       Это потом они прибегут замерзшие в дом, закутаются в одеяла и будут отпиваться чаем в попытке согреться. Потом будут жаться друг к другу и спутывать ледяные ноги, обосновывая это тем, что всем под одним одеялом греться гораздо быстрее и веселее, чем отдельно. Потом Оксана будет чихать пол ночи, а они так и заснут втроём на одной кровати. Потом, всё потом. А пока он просто наслаждался.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

      На следующий день на чердаке дома обнаружились краски и кисти, которыми тут же заинтересовался Антон. Он любовно сгорбился над ними, начал упорно перебирать и реанимировать, и после некоторых усилий их удалось вернуть к жизни.       Воодушевившись своим успехом, он безумно загорелся идеей разрисовать стены старого дома. Арс взглянул на затею скептически и начал возмущаться, что они не смогут тут жить, ведь везде будет вонять краской, но Оксана легонько ударила его по руке, призывая заткнуться. — Зачем ты так, Арс? — мягко спросила, когда они оба оказались в другой комнате. — Это глупо. — И что? Не видишь, как у него глаза горят? Откуда такое желание все затормозить? Будто ты тут единственный разумный взрослый среди легкомысленных детей, — она покачала головой и накрутила на палец выгоревшую на солнце прядь. — И что ты предлагаешь? Закрыть глаза? — Совсем нет. Помочь. Ему понадобятся газеты, чтобы все не запачкать, но он явно не собирается об этом беспокоиться. Можешь взять эту ношу на себя, раз так хочешь поиграть во взрослого. Не буду вам мешать.       Оксана кивнула на тумбочку и удалилась на улицу, собираясь позагорать. Арсений какое-то время смотрел вслед ее покачивающимся бедрам, голым плечам и небрежным растрепанным косичкам, которые хоть и были заметно короче после стрижки, но всё равно мотались по спине при каждом шаге, провожая взглядом через окно, пока она не скрылась в колосьях травы.       Забрав из тумбочки стопку старых газет, Арс прошел в общую комнату, где Антон уже успел устроить бардак, оттащив часть вещей от стены. Не сказав ни слова, Арс принялся ему помогать и вскоре все для покраски все стало готово. — Что ты хочешь здесь нарисовать? — спросил Попов, присев на пол рядом с Антоном, который открывал краски и что-то прикидывал. — Пока не уверен. Что-то про то, что я чувствую. — И что ты же чувствуешь? — Что-то про лето, беспечность, свободу и… — Антон улыбнулся и посмотрел на Арса с прищуром, — и любовь. — Любовь, — повторил за ним Арс, смакуя слово на языке. Ему нравилось всё, что сказал Антон, эти слова приятно отзывались в душе. Но последнее. Любовь. Не «нравится», не влюблённость. Любовь. Сердце непроизвольно забилось чаще и по телу разлилось приятное тепло, заставляющее губы расплыться в улыбке. — Ага… тоже её чувствуешь? — Возможно.       Антон кивнул, вернулся к краскам и принялся смешивать цвета для получения только ему одному известной гаммы. — Ты так и собираешься красить? — В смысле? — В этой одежде. Ты же испачкаешься. — И что ты предлагаешь? Голым? — Можно конечно, но все же предлагаю пока не так радикально. Я схожу тогда принесу тебе старые вещи. — Нам. — Что? — Себе тоже возьми. Если так и будешь со мной сидеть.       Арсений вернулся с вещами. Предложенную футболку Шаст равнодушно откинул и остался в джинсовом комбинезоне на голое тело, который был явно ему не по размеру, и из широких коротких штанин виднелись тонкие икры и щиколотки, делая и без того худощавого парня особенно хрупким. Пока Антон работал, Арс сидел рядом и завороженно наблюдал за движениями длинных пальцев, тонких рук, за спадающими на лицо прядями вьющихся волос и выпирающими на покрасневшей коже рёбрами. Антон был юн и красив и Арс не был уверен, что приковывает его сильнее — прелесть цветущей молодости, которая через десяток-другой сойдет на нет, но так хороша в моменте, или вечное сияние яркой живой души, которое у Антона било через край и заставило бы восхищаться и видеть прекрасное в абсолютно любой внешности.       Да и какая была разница? Он уже пропал, как только попал сюда.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

      Через несколько часов парни утомились и Арс в добровольно-принудительном порядке вытащил Антона на улицу — пора было искупаться и подышать свежим воздухом. Оксану они обнаружили недалеко от дома — она мирно сопела, лежа животом на покрывале и уткнувшись носом в книгу. — Э-э-й, Окси, — Арс потряс ее за плечо, чтобы разбудить. — Вставай, ты так вся обгоришь.       Девушка проснулась, села, скрестив ноги, вытянула сжатые в кулачки руки вверх и сладко потянулась, словно кошка, прогибаясь в спине и запрокидывая голову к солнцу. Грудь ее была обнажена, а верх купальника валялся рядом в траве. Арс шумно сглотнул, глядя на то, как красиво смотрятся темные соски на подзагорелой коже. Перехватив его взгляд, Окс чуть заметно улыбнулась и переглянулась с Антоном, который ей подмигнул. — У тебя тут краска, — сказала она ему и, потянувшись через присевшего рядом с ней Арса, ненароком касаясь его обнаженным телом, провела Антону по плечу. — Ага. У него краска а ты перегрелась на солнце. Пойдемте купаться, — смущенно пробормотал Арс и поднялся. — Это ты так намекаешь, что я горячая? — девушка взяла свои вещи и поднялась следом, опираясь на протянутую Антоном руку.       Арс закатил глаза и пошел вперёд, оставляя их позади. Оксана карикатурно изобразила его выражение лица и Антон заржал во весь голос. Арс выкрикнул на это что-то притворно-недовольное, и ребята побежали его догонять.       До берега реки троица домчалась наперегонки с веселым криком и с размаху влетела в воду, поднимая столбы прохладных брызг, успев по дороге лишь побросать полотенца и книгу на берег. Арс нырнул рыбкой, проплыл пару метров под водой и вынырнул, чтобы отдышаться, но на него сразу же налетели два тела, сбивая и вновь утаскивая за собой ко дну.       Они вынырнули вновь — все трое, тяжело дыша, обнимаясь и повиснув друг на друге. Оксана так и не надела верх купальника, Антон так и не потрудился снять свой заляпанный краской комбез, его плавки, которые он взял с собой, наивно надеясь, что ему не будет лень в них переодеться, комком валялись на берегу. Арс переводил взгляд с одного на другого, думая о том, какие они по-живому чудные, и что он очень рад, что здесь и сейчас он с ними. Что они — его, а он — их.       Романтичный момент восхищенного единения был разрушен Антоном, который вытянул губы трубочкой и обрызгал до этого набранной за щеки водой ребят. Окс с Арсом с криками бросились в разные стороны, и им вслед тут же полетели липкие клубки водорослей. Оксана нырнула, чтобы спастись от обстрела, доплыла до большого камня и забралась на него, оставив ноги по колено в воде. — Как русалка, да? — прошептал Антон, поворачиваясь к Арсу.       Тот молча кивнул в ответ, разглядывая ее прилипшие к плечам пряди волос с запутавшимися в них водорослями, тонкие изгибы талии, плавно переходящие в округлые бедра и скрывающиеся в воде ноги. Красива, словно выбравшаяся из воды нимфа. — А я на русала похож? — Антон подплыл ближе, заглядывая в синие глаза. — Похож, — Арсений перевел на него взгляд и улыбнулся, проводя пальцами по скулам. — Как раз глаза под цвет подходят. — Ты про что? — А вот про это, — Арс улыбнулся, залепил ему водорослями в лицо в отместку и наскоро уплыл. — Ах ты ж!       Через какое-то время, накупавшиеся Арс с Оксаной лениво лежали на берегу, подставляя бока солнышку. Наконец со стороны реки послышалось довольное топанье, над ребятами нависла долговязая тень и их обдало холодными каплями воды. — Ай! Ну Шаст, можно как-то поаккуратнее, — проворчала девушка, покрываясь мурашками. — Я там такую рыбину увидел, не поверите! — Верим-верим, — устало выдохнул Арс. — Ой, блять, всё мокрое. В пизду это, — Антон, ворча, принялся стягивать облипивший его комбез, являя миру свои лучшие части. — Ты… ты его на совсем голое тело что ли надел? Ярый противник трусов или как? — поинтересовался Арс, наблюдая за манипуляциями. — Ну типа, — Антон ухмыльнулся и принялся втискиваться на место между ребятами, ложась на живот и подставляя спину солнышку. — Не хочешь плавки надеть, раз взял? — продолжил гнуть свою линию Арс. — Да не особо как-то. Тебя что-то смущает? — Тут девушка вообще-то, — Арс поморщил нос и кинул взгляд на Оксану. — А девушка и не против, — она улыбнулась и медленно провела ногтём по позвоночнику Антона, переходя на ягодицу и заканчивая где-то между ног. Арс видел, как по коже парня побежали мурашки и тот довольно зажмурился. — Ты вроде боялся что муравьи между булок заползут. — Ну заползут и заползут — пути господни неисповедимы. — А ты, Арс, раз волнуешься, то героически накрой его сладкий зад своим телом, и тогда точно никто не заползёт, — ввернула Оксана, тыкая пальчиком ему в плечо.       Арс вздохнул и сдался, решив, что лучше молча наслаждаться теплым солнцем. Так они и лежали некоторое время, слушая пение птиц, журчание реки и тихий шелест страниц Оксаниной книги. В какой-то момент Антону надоело лежать на животе и он перевернулся на спину. Арс невольно открыл глаза и зацепился взглядом за его член и подсвеченный солнцем пучок лобковых волос.       Антон перехватил его взгляд и мягко улыбнулся одними уголками губ. У Арса возникло желание отвернуться, словно его, как воришку, поймали с поличным, но вместо этого он упрямо продолжил смотреть в зеленые глаза. Антон, чувствуя витающее в воздухе разрешение, придвинулся ближе и начал медленно целовать его. Арс наконец позволил себе отпустить ситуацию и, разомкнув губы, начал отвечать. Этот поцелуй был со вкусом речной воды и сладких абрикосов. Так по-летнему. Так хорошо, что на грани реальности.       Они оторвались друг от друга и Антон зацепил пальцы Арса своими, плавно перемещая его ладонь себе на низ живота. Арс повернулся на бок, опираясь на локоть, и начал осторожно водить пальцами жестким волосам, все еще мокрым от воды, и подрагивающему от прикосновений члену.       Оксана, некоторое время тихо наблюдающая за их действиями, отложила книгу и потянулась к Антону. Её пальчик требовательно надавил ему на подбородок, заставляя повернуть голову и поцеловать, что Шаст с готовностью исполнил. Арс сам положил руку на шею девушки, притягивая к себе и целуя её после Антона. Пока руки Арса были заняты блужданием по её с Шастуном телам, Окс потянула с него плавки вниз, обнажая тело.       Все втроем они жарко целовались, ласкали друг друга, сплетаясь телами, теряя способность отличить где заканчивается своя рука и начинается чужая. Они были словно единый пронизанный страстью организм, и на этом берегу реки, в этом лете, они были прекрасны.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

— Прикиньте, что я видел! — в одно утро заявил Антон с порога, громко хлопая дверью и выкладывая принесенные с деревенского магазина продукты на стол. — Дай угадаю… какую-нибудь милую блохастую собаку, которую ты почесал за ушком? — попытал удачу Арс. — Да не. Там у мужика одного в багажнике машины несколько огромных арбузов лежали. Я спросил можно ли купить, а он мерзкий такой, поржал и послал меня. — Так еще же не сезон, — пожал плечами Арс. — Все равно не вкусные небось. — А я вот хочу арбуз, — мечтательно заявила Оксана, потягиваясь. — И я вот пиздец как захотел, — кивнул Антон и перевёл испытывающий взгляд на Арса. Тот поднял брови. — Нет, мы не пойдем пиздить арбузы у мужика, — категорически заявил он. — Ты так хорошо научился читать мысли, Арс, пора научиться претворять их в жизнь, — промурлыкала Оксана ему на ухо и подхватила под правый локоть. — Вот именно! Ну чего тебе, всего один арбузик. Тот мужик такой тупой на вид, что, бля буду, даже посчитать их не сможет, — Антон прижался с другой стороны.       Арс закатил глаза и тяжело вздохнул. — Вы невыносимы, — заключил он и двоица запрыгала от радости.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

      На операцию по спасению арбуза ребята направились решительно. Их план особой четкостью не отличался — туда придут, а там на месте, как пойдет уже — сплошная импровизация а не план, и троицу это абсолютно устраивало.       Антон привёл к нужному дому и разочарованно вздохнул. Заветные арбузы теперь лежали за забором на территории двора и шансов незаметно вытащить их не было — мужик был тут как тут. В растянутой майке-алкашке, с огромным пивным пузом навыкат, он поливал из шланга грядки и насвистывал какую-то песенку.       Оценив обстановку, трое переглянулись. Оксана решительно вытащила заправленную майку из шорт и завязала узлом, обтягивая грудь и открывая взору живот. — Ух. Ты с такими навыками обольщения и просто так этот арбуз получишь, ничего красть и не придется. — Ага, сейчас. И до дома он мне его донести поможет, ну-ну, — девушка закатила глаза и распустила пучок на голове, позволяя волосам волнами спадать по плечам. — Ну всё, удачи, мальчики, я в вас верю. Не оставляйте меня только одну там надолго. — Да мы быстро, не переживай.       Оксана подошла к дому и постучала по калитке. Мужик, сначала было недовольный, очень обрадовался такой молодой и красивой гостье. Поправил майку, весь приосанился, нацепил обольстительную, по его мнению, улыбку, и полностью увлекся девушкой, начиная ее обхаживать. — Она увела его от арбузов, — прошептал Антон. — Только вот мы через калитку мимо них все равно не пройдем. Что делать? — Давай так: я сигаю за забор, перебрасываю тебе арбуз, ты его хватаешь, я беру Оксану и мы валим.       Антон окинул Арса уважительно-одобрительным взглядом, выражающим всю степень его восхищения такой оперативной работой мысли, и они побежали к забору. Антон завороженно наблюдал, как Арс за одно мгновение зацепился руками, поднял свое мощное поджарое тело в воздух, словно это совершенно не стоило ему никаких усилий, и оказался по другую сторону высокой ограды. Он схватил арбуз и перекинул через забор, надеясь, что Антон справится с тем, чтобы его поймать. Выкрикнув звонкое «Блять», Шаст словил его уже у земли, при этом отбив руки, но неоправданно огромная ягода всё же осталась цела.       На его крик обернулся мужик и замер с тупым лицом на несколько секунд, не понимая, что происходит. Этого времени Арсу хватило, чтобы промчаться мимо него, взять за руку Оксанку и потащить за собой. Когда они поравнялись с Антоном, Арс, на правах более физически выносливого, перехватил у него арбуз, и все трое с громким смехом и визгом рванули прочь от разозлившегося мужика, который бежал за ними и сыпал проклятиями.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

      Троица сидела на деревянных ступеньках террасы и с удовольствием уплетала арбуз, сладкий сок которого измазал всем щеки и стекал с локтей, а косточки усыпали траву под ногами. — Мне кажется, я давно не была так счастлива, — мечтательно отметила Оксана, икнув и вытерев руки о растущий рядом лопух. — От того, что съела первый за год арбуз, или от того, что он спизженный? — уточнил Арс. — Все знают, что даже вода сладка, когда она халявная — глубокомысленно отметил Антон, сплевывая косточку и попадая ей в Арса, за что получил тычок под ребра в ответ. — Ты мелко мыслишь, Арс. Дело же не в арбузе и том, что он краденый. Вернее, как раз в этом, но не только, — девушка мечтательно подняла глаза к синему небу. — Объяснишь? — Это надо чувствовать, Арс. Так не поймешь, — Антон мягко улыбнулся и ободряюще сжал плечо. — Да идите вы, — пробубнил он и растолкал обоих прилипал локтями, выбираясь из зажавших его тел, — Пойду лучше веток для костра соберу.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

— Ай-ай-ай, сука, блять, как же больно, — причитал Антон, покорно сидя на табуреточке перед Арсом. — А вот не надо было столько на солнышке валяться. Терпи теперь, — поучал его тот, намазывая холодную сметану на красную кожу. — Вообще я слышала, что сметаной ожоги мазать нельзя, — бурчала не менее красная, чем Антон, Оксана, любезно уступив ему очередь на сомнительное мероприятие. — Может оно и так, но другого выбора у вас нет. Баба Люба сказала мне, что в таком случае тут используют сметану и только сметану. Так что, раз решили жить в деревне, то пользуйтесь тем, что есть, — злорадно отметил Арс, проходясь по особенно красному месту, чем вызвал у парня болезненный стон. — Так, а теперь вставай сюда. — Это зачем? — Антон скосил глаза. — Ты вроде спину уже намазал, нет? — А нефиг без трусов загорать. Надо и твой шикарный зад намазать. Давай, вставай, снимай шорты. — Да я там сам дотянусь. — Я сказал. Вставай. Снимай шорты, — рыкнул Арс, и Антон встал как миленький, чем повеселил Оксану. — А-а-арсик, — сладко протянула она, наблюдая за открывшейся картиной. — А ты не хочешь чем-то другим белым ему между булок пройтись?       Антон заинтересованно повернулся на эту фразу, считывая реакцию парня. — А может и хочу, — Арс наклонил голову и облизнул губы. Поймал на себе томный взгляд стоящего над ним Антона и медленно провёл языком по одной из ягодиц, слизывая только что нанесённую туда сметану. Антон дернулся, издавая полувздох-полустон и почувствовал, как ему в бёдра до боли впились пальцы, не давая сдвинуться. Оксана подошла спереди, опустилась на колени и повторила действие Арса, проходясь языком от низа живота до начала лобка, виднеющегося из-под резинки приспущенных трусов. — Блять, — блаженно выдохнул Шастун, хватаясь за спинку стоящего рядом стула, чтобы не упасть на подкосившихся ногах.       Арсений развёл ягодицы в стороны и скользнул языком между ними, с наслаждением отмечая, что каждое его движение, каждое новое влажное прикосновение, заставляет парня подрагивать и выгибаться, прося большего.       Арс убрал руки и Антон, лишенный хоть какой-то опоры, рухнул на пол, рядом с раскрасневшейся Оксаной. Они оба повернулись к возвышающемуся над ними Арсу, глядя на него снизу-вверх помутневшими от желания глазами. Он положил ладони на их головы, пропуская пряди между пальцев, но мягкое поглаживание быстро сменилось жесткой хваткой, до боли стягивающей волосы. Арс потянул Оксану с Антоном на себя, заставляя прижаться лицом к его паху, и двоица безропотно приняла правила игры, протягивая руки, чтобы убрать ненужные слои одежды, отделяющие их от оголённой плоти.       Оказавшись обнажённым ниже пояса, Арс снова потянул за волосы, а ребята покорно открыли рты, лаская языками его член, уделяя внимание то яйцам, то всей длине и, непременно, целуясь друг с другом, пропуская между губами солоноватую головку. Они поднимали на него глаза и эта неприкрытая, звенящая в воздухе пошлость, сводила с ума всех троих.       Арс разжал пальцы и все трое оказались на полу. Последняя одежда с ребят, оставляя их полностью голыми, и теперь ничего не мешало изучать друг друга, сплетаясь в жарком танце тел.       Две пары рук прижали Антона к полу и развели ему ноги. Тонкие девичьи пальцы, смоченные слюной, умело скользнули между ягодиц, избавляя Арса от необходимости растягивать парня самому. Антон привычно выгнулся, расслабляясь, позволяя пальцам проникнуть внутрь, и простонал, когда они коснулись простаты. Арс широко раскрыл глаза, завороженно наблюдая за изогнутым, точно изломанным, тонким телом с поднявшимися от наслаждения дыбом волосками. Арс хотел, чтобы Антон стонал и извивался из-за него.       Оксана вынула пальцы и освободила место Арсу. Он уселся между ног Антона, закидывая его колени на себя, и медленно вошёл на всю длину. Оксана переползла к голове парня и опустилась ему на лицо, широко разводя согнутые ноги. Арс толкнулся. Антон простонал и принялся лизать, заставляя девушку жмуриться от удовольствия.       Сидя по обе стороны на Антоне, Арс с Оксаной то целовались, двигая бёдрами в одном ритме, то блуждали руками по телу Шастуна, специально оставляя без внимания подрагивающий член. Чувствуя, что близок к разрядке, Арс вышел из запыхавшегося Антона и повалил Оксану на пол, приподнимая её бёдра и оказываясь между ног. Пара десятков толчков и он со стоном кончил в девушку. Отодвинулся, вынимая член, и его тут же обхватил губами Антон, несколько раз обвёл горчащую головку языком и уткнулся носом между ног девушки, слизывая остатки вязкой спермы. Арс потянулся к нему и хватило всего нескольких движений рукой по члену, чтобы заставить Антона кончить.       Троица валялась на полу, переводя дыхание. Вспотевшие и уставшие, они лежали голова к голове и переваривали бурлящие в них эмоции и ощущения. — Блять… — Это было так… — Охуенно.

◌◎◦❍◯⃝ ⃞ ⃟ ⃠ ❍◦◎◌

      Ребята сидели в тени высокого дерева, листья которого мягко шумели от ветра. Оксана лежала на животе и, болтая босыми ногами в воздухе, читала любовный роман — пустой, чувственный и беспечный, как они сами. Арсений перебирал струны старой гитары, извлекая ненавязчивую мелодию, которая, вместе с открывающимся перед ними пейзажем, создавала ощущение приятной нереальности, будто они во сне или на полотне картины.       Антон сидел между ними и плёл веночки из полевых цветов. Его пальцы были измазаны в пыльце и соке. Первый готовый венок уже украшал его голову — цветы сплетались с растрёпанными прядями волос и закрывали оттопыренные уши. Прямой острый нос поблескивал на солнце и был покрыт веснушками. Арс с удивленным восхищением отметил, насколько тонкий изящный парень в этот момент походил на эльфа или лесную нимфу.       Закончив работу, Антон радостно улыбнулся, надел венок на лежащую рядом Оксану и жестом попросил Арса наклониться, чтобы короновать и его. Слова были не нужны — никто не хотел нарушать ни легкого звучания гитары ни незримое очарование сотканного момента.       Больше не занятый делом, Антон подобрал с пледа фотоаппарат, который Арс вечно таскал с собой, и сделал несколько фотографий.