Будь со мной и никак иначе.

      Туманное утро слепило своей хмуростью и разливалось по всей светлой и тихой квартире Юнэль. Девушка сидела на диванчике, облокотившись на грудь Феликса. Парень легонько поглаживал тощее плечико Юни, упершись подбородком в её макушку. Пальчики Ликса щупали бархатистую кожу и сейчас это было единственное, что погружало в беззаботные выходные. Оставшуюся неделю Нелли не посещала университет из-за плохого самочувствия и до сих пор пробегала дрожь при одной мысли о предыдущих днях, когда было настолько плохо, что чахлая девчонка могла только выдавать всхлипы и стоны, глухотой тянущееся где-то по телу. Феликс почувствовал как девушка вздрогнула: —Холодно? — легко расползся в улыбке парень, наблюдая как плечико покрывается мурашками, и положил руку на него, в попытках согреть. Юни исполнялась откровенностью парня и хотела дальше видеть его очаровательные ямочки, безграничную россыпь веснушек, слышать его ласковый голос. Он приехал к ней вчера, тогда, когда нуждалась в поддержке больше всего. Сейчас гармония царила везде — в каждом атоме этой квартирки, и казалось, что снаружи страшно и беспокойно, в то время как в дружеский объятьях мирно и добродушно. Планета будто замерла и всё за пределами гнёздышка не имело значения ни для Ликса, ни для девушки. —Нужно сделать завтрак. —подняла головку Юни и привстала с уже нагретой груди парня. Феликс почувствовал как теплое местечко резко пронзилось холодком: —Я помогу. —привстал со спинки дивана. Они оба встали у плиты и импровизировали, как тогда в баттле, но только сейчас они были по одну сторону и создавали прекрасный союз. Девушка была рада, что забыла свой телефон в актовом зале в тот вечер. —Расскажи как тебе Хёнджи? —внезапный вопрос за столом отбил и так несильное желание притрагиваться к тарелке и Юнэль положила вилку. Она понимала, что Ликс имел ввиду, но губы вспомнили совсем иной край, тот сжатый и крепкий поцелуй. Девушке стоило образумиться и забыть про него, но дыхание сбивалось неспроста. Слишком сложное чувство, над этой головоломкой не хотелось ломаться вообще, или наоборот, хотелось разбиться вдребезги. —Мы были слишком пьяны. Где-то Феликс уже слышал это… От Джина. —Мы поцеловались. — Нелли доверилась окончательно и опустила голову в поражении над собственной неразумностью, ей больше нечего скрывать. —Что? —парень растопырил глаза. Это колкая фраза сбрызнула кислый уксус на покусанные губы и всё щипело, оставляя за собой неприятное чувство боли. Тело парня двинулось на стуле, показывая дискомфорт, и уже все сказанные дальше слова были восприняты совсем по-другому. «Словно сердце оглушило всё…» Девушка продолжила свой прерывистый тезис, упершись взглядом в стеклянный стол: —Это было слишком внезапно и тупо, но ничего больше, только похмелье. —пыталась найти оправдание Юни. Уловив в её словах запутывающее незнание и упавший лик, парень сейчас вспоминал зловоние сигареты друга. Он должен помочь Юнэль прийти в себя. —Джинни далеко не простой. Он хитёр и тонок одновременно, —парень прогладил пальчиком костяшку сжатой ручки подруги. —Просто подумай нужно ли. Несмотря на такие адекватные слова и поступки, сейчас Феликс ревновал и не мог никуда деть это чувство, но мог смягчить, давая себе вдохнуть. — «Нужно ли…» Девчонка знала как хорошо дружат эти двое и видела как беленький общается с ней, делясь всем. Одна ночь с человеком может поменять всё. Разговоры и излитие души помогает сблизить, что и произошло с парнем и девушкой. Душевный смех, рассказы о жизни... Невзирая на их такую равнодушную встречу, сейчас всё казалось иным — тёплым. Это и есть открытие… Как бы всё не было таким безоблачным, туча есть всегда, где-то далеко, но есть. Феликс видел, что девушка запала на лакомый, но запертый кусочек души Хёнджи для неё. Этот кусочек был таким же и для веснушчатого, но жаль запретным. Никто в этой комнате не догонял свои перепады, пытаясь то ли избежать, то ли подавить, но никак не избавиться. Сейчас просто нужно ехать и парень отлично знал куда.

***

Для Хёнджина выходные пролетали слишком быстро. Он проводил их в своей арендованной небольшой студии, за которую выплачивал определённую сумму каждый месяц, но бывал там только по выходным и, обычно, тайком заперевшись в четырёх стенах, не позволял никому проникнуть в своё логово и побеспокоить. Это был наилучший момент за паршивую неделю. Многое предстояло сделать: навестить маму, продолжить мучительные проекты домашнего задания, снова бежать по острию жизненных лезвий и неудивительно, что не оставалось никаких сил и желания на проявления живых эмоций, они просто иссякли. Несмотря на начало учебного года, уже мало что приносило хоть какую-то радость, поэтому только физически нужно поддержать себя и не превратиться в лужу из раздражения и всего пагубного. Парень оттачивал своё искусное мастерство, направляя каждое движение на зеркало, досконально изучая. Не было времени на лишнее, чувственность внутри отрубило, только чувственность тела, грация, пластичность, лёгкость, будто тело должно парить в воздухе. Музыкальная чуткость Джина поражала. Он так хорошо воспроизводил под музыку все свои физические возможности, слишком великолепно. Ещё с детства блондин учился распознавать мир в своих красках и отличать цвета, но палитра смогла достичь любимых цветов только благодаря танцу. Родители не были против всего этого, пока это не переросло в главную отдушину, частично еду и всё, чем дорожил маленький Хван. Он закрылся от мира духовного, отдаваясь миру плоти, однако никто не понимал, что именно эмоции движут всей системой. Ты не сможешь танцевать, если внутри только пустота. Но парень не обижался на мать сейчас, несмотря на то, что её нельзя было даже обнять просто так. Джин знал о правильности всех своих поступков, кроме одного. Зловонная мысль перебила музыку. Вытирая капельку пота с подбородка, Хёнджи остановился, подошёл к колонкам и выключил трек. Он признавался себе во всём и знал, что просто поставил и так безоружную, ничего не сделавшую ему девчонку в самое низкое и ужасное положение. Даже и представить сложно, что так могло произойти. Автоматически рука потянулась проверять все входящие и глаза заметили несколько пропущенных от лучшего друга. Но сейчас не было смысла перезванивать, ведь знакомая белая макушка уже стояла перед стеклянной дверью входа. Ликси всегда знал, где Джинни, а если не знал и не мог дозвониться, то сразу ехал именно сюда. Джин просто глазел на милые попытки Феликса открыть дверцу, ведь тот постоянно забывал в какую сторону. И как только друг уже скинул рюкзак на пол, то сразу же принялся в крепкие объятия. Резкие и сильные стуки сердца, говорили о спешке. —Дружок, ты сейчас взорвёшься. —проговорил куда-то мимо него Хёнджин, медленно отпуская. —Я звонил тебе, ты опять перестал брать трубки. —с неодобрением, но робкостью проговорил Ликс. —Это бесит. Последние словечки вызвали усмешку на лице у Джина, ведь звучало это очень мелодично, и хотя в обычной манере друга. —Прости — прости. —поднял перед собой руки в поражении. Но Ликси совершенно не умел обижаться на Джинни, ведь сильно любил его и прощал всегда, хоть и не обижался вовсе. —Ладно, —поправил свою пушистую шевелюру парень. —Просто я волнуюсь. Джин положил руку на плечо друга и успокаивающе, в то же время тихо произнёс: —Я знаю, —вцепился взглядом блондин в прелестные глазки. —И ценю. И слова Хёнджи звучали чертовски убедительно, но самое главное правдиво. Обычно Феликс следовал за другом тогда, когда он в этом нуждался, оставлял в покое, когда тому следовало бы перевести дух и поразмышлять о жизни, звонил первым, зная как блондин не любит делать это, и Джи уже привык и стал зависим от этих наивные и преданных проявлений настоящей дружбы. Это служило для него ярким фонариком, который пробьётся сквозь самое тёмное намерение в голове Джинни и сможет вынудить его облагоразумиться. Происходило подобное часто, ведь распирающего порой блондина стоило бояться как огня или как айсбергов посреди океана. Джин никогда не ранил ни одной из стихий своего лучшего друга, спасителя и самого светлого человека. Даже не вериться, что советы Ликса были для него аргументами или настолько решающими словами, что сравнивались с той самой зефиркой в какао, которой порой так не хватало для полного счастья и комфорта в холодный и тяжкий день. Сняв руку с плеча, парень отошёл и принялся плавной походкой расхаживать по залу, только иногда поглядывая в сторону других глаз. Чуткое зрение Джина не могло не заметить как сменилось выражение лица приятеля. Над ним точно нависла тучка, которая вот-вот грозилась обрушиться дождём на его макушку. —Я приехал к Юнэль вчера и мы поговорили. —начал беленький. Не понимая почему за пару дней все разговоры выводились именно к этой теме, Хёнджи укоризненно изогнул бровь, но продолжил слушать: —Она сказала, что ты не только угостил её. Безмятежное лицо все ещё не выдавало ничего, но где-то внутри бурлило осознание возможной догадки, от которой ноги сами перестали лениво бродить и остановились в дальнем углу комнаты. —Зачем ты поцеловал её? —всмотрелся в блондина Феликс. Последовало долгое молчание. —Как думаешь, что это значит? —аккуратно решил прощупать территорию Хёнджи. Глаза Ликса бегали по высокому телу Джинни: —В том-то и дело, что для тебя ничего. —с досадой бросил парень, приоткрыл рот и нахмурил брови, сделав из своего личика ещё что-то более жалостливое, словно перед Хёнджином стоял маленький мальчик, готовый топать ножками из-за нечестного наказания. Блондину действительно было всё равно на то, кто по нему убивается, особенно если сам того не чувствовал. Но чисто из любопытства, а может мизерного напряжения, он решил спустить смешок: —Я конечно люблю слушать твой голосок и видеть твои прекрасные веснушки, но давай поболтаем потом. —Так это правда для тебя ничего не значит? —проигнорировал последние слова друг, его бровки съехались и изогнулись, и на носике появились маленькие складочки. —Нет. —даже не подумав ответил Джин и через секунду уже заиграла громкая музыка, парень вновь оказался пред зеркалом. Ликси на пару мгновений задумался, но сказанное утешило его, заставило развернуться и направиться к выходу. Выйдя из самого здания телефон в руке Ли завибрировал. Х: Я позвоню позже, люблю тебя, дружок. На момент где-то на лице рассеялась облачность и скользнула улыбочка от прочитанного. Рука просто и коротко ответила скобочкой, которая означала одобрение. Видя как перед носом пролетел оранжевый листочек и приземлился под ноги, Ликс зарылся в рукава своей плюшевой куртки. —"Октябрь чудесен…»

***

Через несколько часов после отъезда приятеля Юни думала обо всём что рассказала, переживая все моменты снова и снова. Сильно разнервничавшись девушка приняла успокоительные и легла на кровать, но вечером уже не смогла подняться. Перенапряжённая Юнэль в холодном поту вызвала врача, который взял все необходимые баночки и пробирки и вернул её в чувства. Сейчас девчонка смирно сидела и ожидала результаты анализов. Стены клиники были очень светлыми, отчего голова начала побаливать и глаза прикрылись. Из дверного прохода напротив послышался голос, прячущийся под маской: —Номер 513, возьмите ваши анализы. —беленький халат протягивал в перчатках конверт. Ю подорвалась с места и взяла его. Как только она присела на то же место, сразу же решила вскрыть. Бегая глазами по листу, девушка читала только знакомые её слова, пропуская непонятный набор букв, который когда-то краем уха слышала на биологии, но точно не уделяла им большой чести. Опускаясь всё ниже по тексту она искала заключение. Девушка опрометчиво прикрылась рукой, давая волосам закрыть лицо и обвиснуть. Всё, что оставалось, это разглядывать принятый неисправный вердикт. Буквально за секунду частицы пазла возникали в голове, но никак не могли сложиться. Юни и сама не верила, что могла под действием алкоголя притронуться к наркотикам, которые никогда даже в глаза не видела. Она пыталась присмотреться, будто приняла прочитанное как ошибку, но чётко было прописано: «Передозировка галлюциногенами».

***

Горячая ванна была набрана и войдя в воду сразу стало спокойно. Тело расслабилось и отогревалось. На заднем фоне играла тихая расслабляющая музыка, которая погрузила в релакс. Звуки напора струи умолкли и воцарилась тишина. Как только зазвучала любимая партия в песне девушка принялась настукивать её пальцами по согнутым и торчащим из воды коленкам. На часах было около девяти вечера, но время было не важно… Ступая на скользкую плитку Юнэль закуталась а полотенце и вставая у зеркала стала искать различные уходовые маски и пенки. Из-за долгого рыскания девушка хотела прислониться боком на ванный столик, но сразу же отскочила в сильном неприятном ощущении. Выставив ногу назад и немного натягивая кожу, Ю вывернула голову, в попытках что-то рассмотреть. Фиолетовые отпечатки красовались сзади на бедре. Девушка сразу поняла, что это были именно пальцы, причём крупные мужские, которые были вцеплены мертвой хваткой. Температура вскочила до предела и сразу ослабли мышцы, а затем помутнело где-то в черепной коробке. Не понимая практически ничего, Нелли присела на бортик ванны, но положение оказалось совсем неудобным и она села на пол, облокотившись спиной. Ей очень не хотелось считать все её разные и кошмарные рассуждения за правду, но сверху сыпались тяжкие дремучие пески и будто кто-то заливал их водой, чтобы утяжелить. Сердце билось в адских ритмах, но самое душераздирающее осознание… Юни не помнила ничего после клуба, как только вырубилась в машине. Это приводило в позор и обречённость. Девушка винила себя во всём. Послышалось тихое завывание и резких всхлип. Неужели люди могут быть настолько омерзительными и аморальными. Всё, что сейчас чувствовала Юнэль это беспомощность, словно котёнок, которого пытаются утопить в пакете и оставалось только тихо мяукать, пока лёгкие ещё быстрее заполняются. Девушка накрылась руками. Недолго пуская тихие вопли, она решила добраться до телефона и сфотографировать место преступления.

***

Ещё через несколько дней девушка уже шагала по корпусам учебного заведения и погружалась в тяжкую рабочую неделю. Последние дни Юни чувствовала себя подавленно или лучше сказать раздавлено. Из-за сильных потрясений её яркая улыбка, открывающая ворота в новый день, сменилось на хмурое и прищуренное выражение лица. В просторных коридорах было куча молодых людей, но в проходящих мимо неё взгляд пал только на красивенькую белую головёнку, которая сосредоточенно шагала только вперёд, но притормозила, заметив перед собой узнаваемые среди сотен других мордашек именно ту самую хорошенькую. Юни помахала ручкой, на что парень очень быстро среагировал и подойдя к ней сразу же приобнял. —Как ты? —добренько спросил Феликс. —Жива. —вяло улыбнулась девушка. —Больше похожа на умирающую. —заметил юноша. —Идём, я угощу тебя обедом. —аккуратно подобрал Ликс девчонку под локоть и уже во всю ловко пробирался через народ.

***

Хёнджин зашёл в пустующую аудиторию и занял место, где-то далеко сзади. Его голова побаливала от тягостных забот, которые постепенно пробовал вывозить парень ежедневно, но сейчас он испытывал пожирающую скуку и из-за неё усиливалась усталость. Если бы можно было принять чудо-таблетку и жить нормально… Не выдерживая груза, Джин поставил руку под голову и лёг на стол. Длинные волосы полностью закрыли его. Глаза сомкнулись. И даже входящие шаги не давали повода приподнять голову и присмотреться, но уже через несколько секунд Джи почувствовал как кто-то опускается на стул рядом с ним и точно также ложится на стол, что вызывает у блондина желание всё-таки перевернуть голову. На столе свободно раскинулся Бан Чан, внимательно глядя на другого, и заметив небольшую суету от Хёнджина, непроизвольно шмыгнул носом и оскалился, но затем быстро встал, откинулся на спинку стула, положив руки на стол и скрестив пальцы. —Ты спишь вообще, дружище? — попытался проявить заботу к давнему другу горячий брюнет. Первым, с кем познакомился Джи из парней стал Бан Чан. Это случилось в одном из клубов, в котором состоялся баттл сольных выступлений. Это общение завязалось в совместном обсуждении соперников, но в оживлённом разговоре, они и не заметили, как уже перестали быть ими. Давно закорешившись, Джинни знал, насколько Чан отличный компаньон и, несмотря на его грозный вид, добряк. Он очень ответственный и учтивый. Ко всей команде всегда относился с полным уважением и проверял каждый их шаг после Джина, ведь тот доверял ему ребят, когда ему самому нужно было пропустить тренировку. —Слишком паршиво. —рука Хёнджи загребла передние пряди и оголила лоб полностью, так парень и застыл, продолжив лежать с закрытыми глазами. —Не из-за подружки ли? — мгновенно спросил Чани, уже за несколько лет понимая, что у Хёнджина ничего не бывает просто так. Из уст блондина вышел растянутый утомлённый стон: —Много причин, но она точно одна из последних в списке. —соврал парень. —Так у неё всё-таки получилось зажечь тебя. —вылетела подколочка в адрес Хёнджи. Потихоньку аудитория заполнялась, но Крис не хотел оставлять друга ни с чем, решая подставить мускулистое дружеское плечо: —Если нужна будет помощь, —ухватил плечо распластавшегося на столе Джина. —только набери. Тот моргнул, и тем самым согласился. Так тому и быть, но только при крайней необходимости.

***

Рассказ о затяжных каникулах Юни потряс белобрысого, особенно итогом, который был прописан на бумажке, о которой девчонка так охотно выговаривалась. Ликс слушал всё с диким удовольствием, соскучившись по таким посиделкам за обедом. Юнэль была рада рассказывать о своих приключениях и длиться с переполняющими её эмоциями. Но она не могла полностью вылить всё, где-то далеко таилась эта раздирательная обида. Самое неприятное чувство. Она уже точно знала, что не расскажет другу о единичной и такой противозаконной близости. Словно девушка была закована в массивные цепи, сильно давящие на тело, оставляя те самые багрово-синие пятна. «И только нервное дрыганье ногой под столом не даёт скрыть ничего и правда становится только больней, ведь даже тело не может дать уйти от этого просто так…»